Alla prima

Я должен был догадаться, что Нэв обвела меня вокруг пальца. Все ведь уже стало очевидно, когда она вдруг оказалась вынуждена отказаться от нашей договоренности и отправилась по якобы неотложным делам в Минратос. А я не думал ни о чем, кроме минувшей ночи и оттого не придал этому значения, идиот. - мысль крутилась в голове, словно заевшая пластинка. Как одна из тех, что ему однажды показал Дориан. Эти граммофоны - гениальное изобретение! - выразил крайнюю степень восторга маг, прислушиваясь к музыке, раздающейся из рупора громоздкого, грубоватого с виду устройства. Павус хвастался, что ему доставили вещицу вместе с несколькими пластинками с записанным на них звуком, прямиком из Орзамара, однако на вопрос, с чьей подачи, он лишь, по-лисьи сощурив глаза, улыбнулся и в привычной манере ответил: “возможно, ты удивишься, но даже у такого типа, как я, немало друзей”. Рук тогда отметил, что было бы куда полезнее, изготовь гномы меньшее по размеру устройство и сделай они его достаточно функциональным, чтобы появилась возможность записывать чужие разговоры. Архонт в ответ изобразил крайнюю степень недоумения, ссылаясь на магически заряженные предметы, способные выполнять те же функции, но после недолгого спора и аргумента в пользу независимости от магии, а значит и широты использования, улыбнулся, отметив, что некоторые мысли бывшего наемного убийцы вызывают в нем одновременно страх и восхищение. Чем сейчас занят Дориан, интересно?... Сам эльф пребывал на заднем дворе особняка, в мило устроенном саду, облагораживанием коего время от времени занимались Воронята, готовившиеся пройти инициацию. По распоряжению Якоба, отныне испытуемые не обязаны следовать устаревшим правилам других Домов - в смысле резать друг друга или отправляться на чертовски сложную миссию, с которой и не всякий состоявшийся Ворон бы справился. Каждому выдавался контракт, который по уровню сложности как раз подошел бы любому новичку, разве что сроки выполнения были ограничены всего тремя сутками. Разумеется, появлялись подобные заказы нечасто, так что особняк уже начал походить на лагерь для убийственно трудных подростков, нежели перевалочный пункт для “карьерного роста”. Кажется, Дому Эгративи придется в ближайшем будущем снова пересмотреть подход, иначе гнездо переполнится птенцами. Рук стянул легкую хлопковую рубашку да повязал ее вокруг бедер, после чего склонился над филигранным фонтаном и зачерпнул из него обеими ладонями воду. Смочив лицо и проведя влажными пальцами по волосам, таким образом укладывая их и непослушную длинную челку назад, он выпрямился, раскинул руки в стороны и подставил тело под горячие лучи взошедшего двумя часами ранее солнца. Идиот. - все еще эхом отдавалось в голове. Ни мысли, ни воспоминания о Нэв не оставляли бедолагу ни на минуту, сопровождаясь то ли внутренним упреком, то ли сожалением о том, что состоявшаяся между ними близость вряд ли когда-нибудь повторится. Странное дело, сексом втроем он прежде не занимался, и все же почему-то всегда полагал, что кому-то внимания обязательно не достанет, но нет же, в какой-то момент у него даже сложилось впечатление, что это не они с Луканисом делят Нэв, а парочка решила расположить его между собой, чтобы попробовать некогда невкушенный плод. - Медитируете, мастер? - насмешливый голос охладил накатившую было на Рука волну неожиданного возбуждения. Хорошо, что к тому моменту в штанах не стало слишком тесно и его нарастающее состояние не успело сделаться слишком заметным. Эльф обернулся и увидел Якоба. - Не называй меня так, - не без улыбки отозвался бывший убийца. Они договорились, что своего имени пребывающим в особняке подросткам он раскрывать не станет, и представится им мастером, который приставлен к ним с целью наблюдения. Одними лишь наблюдениями Рук в итоге не ограничился, и, не оставляя в покое полученную травму, помогал изнывающим от ожидания своего контракта будущим Воронам оттачивать навыки, оправдывая данное решение изводившей его скукой, - не прошло и недели, а ты уже вернулся. Неужели с контрактом покончено? Если точнее: минуло шесть дней с момента, как гильдмастер отправился воплощать в реальность “план по спасению”. За все время от него не пришло ни весточки, что в каком-то смысле испытывало на прочность нервы эльфа и выводило его из себя. Сейчас, впрочем, остроухий не подавал виду. Ну вернулся Якоб и вернулся, ну подумаешь. - Я вернулся этой ночью, - зачем-то уточнил глава Дома Эгративи, щурясь от бьющего по глазам света, но упорно продолжал смотреть на собеседника, - и есть некоторые нюансы, которые мне бы хотелось с тобой обсудить в более приватной обстановке. Значит, все только начинается, но теперь мое участие все же требуется? Как интересно. Отпуск - это, безусловно, хорошо, но он дает слишком уж много времени для ненужных размышлений, ну, а барахтанье в море из сожалений и неоправдавшихся надежд мало кому доставляет удовольствие, и Рук в данном вопросе не уникален. Пускай и понимал, что раз уж Якоб вернулся с серьезным разговором, то дела обстоят куда сложнее, чем ожидалось, но про себя эльф радовался возможности снова быть, так сказать, при деле. - Знаешь, во время твоего отсутствия я тренировался с ребятишками. Должен признать, навык владения оружием у них и без моего вмешательства был хорош, но теперь! О-о-о, теперь даже Виаго вслух восхитится, если ты надумаешь устроить ему небольшую демонстрацию силы. - непринужденно размышлял бывший Ворон, следуя за своим собеседником через красивую стеклянную оранжерею, что служила чем-то вроде живописного коридора между внутренним двором и главным холлом особняка. - Ты в самом деле пытаешься столкнуть лбами два Дома? - приподняв бровь, покосился на него гильдмастер. - Скорее, предлагаю тебе более исторический и вероятный способ стать новым Когтем, если ты вдруг передумал и решил убить меня. - отшутился остроухий. Брюнет лишь усмехнулся его словам, дальнейшие попытки эльфа завести беседу заканчивались примерно тем же, поэтому оставшуюся часть пути до художественной мастерской они проделали почти в абсолютном молчании. Правда, напряжен был исключительно Якоб, Рук же, успев поправиться да изучить владение вдоль и поперек, а еще большую часть времени (и сейчас в том числе) имея кинжал за поясом, чувствовал себя весьма уверенно. Бывший Ворон не сомневался: какие бы новости или намерения ни преподнес ему глава Дома Эгративи, он не застанет его врасплох. - Нам нужно отправиться в Орлей. - прикрыв за собой дверь, объявил гильдмастер. Все-таки застал, подлец. - Какой ужас! Вот так живешь себе, горя не зная, а потом тебе ни с того ни с сего сообщают, что нужно отправиться в самое аляпистое место во всем Тедасе. - развалившись на тахте, подчеркнуто наигранно возмутился бывший убийца и уложил голову на подлокотник. - Да уж, нет ничего страшнее позолота на мебели, - поддержал гильдмастер, пересекая клмнату. Он прошел к плотным шторам, которые берегли картины от солнечного света все время его отсутствия, и распахнул одну, таким образом давая естественному свету заполнить помещение, но, в особенности, открывшуюся его половину - не ту, которую занимала тахта и оставленный перед нею мольберт. Все это время он будто не решался продолжить диалог, а Рук, не понаслышке знавший о том, что порой молчанием можно добиться большего, не обронил и слова, что могло бы послужить чем-то вроде спасательного круга. Хвататься было не за что, отвлекающую беседу ему не предложили и, в конечном итоге, глава Дома Эгративи сдался. Правда, вновь удивил: тяжко вздохнув, он за каким-то чертом уселся с краю тахты, закинув руку на спинку, и буквально нависнув над своим собеседником, при этом обдав ароматом табака и ванили, - но это до тех пор, пока я тебе не рассказал главную задумку, кою ты, возможно, не одобришь в силу того, что избалован быстрыми переходами через элювианы. Эльф слегка нахмурил брови. - И что это значит? - вопросил он, впрочем, поджатых губ Якоба и короткого взгляда за плечо - в сторону двери, хватило, чтобы самому догадаться. - Погоди-погоди, хочешь сказать, мы будем добираться до Орлея стандартными методами все время? И даже часть пути не сократим? - Нас должны видеть, чтобы заказчик убедился в том, что мне удалось не просто настичь Убийцу Богов, но и даже взяться за труд доставить его живым, что в рамках контракта ценится дороже. Но, сам понимаешь, ради правдоподоности про элювианы придется забыть. - гильдмастер говорил и улыбался так, словно их ждало какое-то приятное приключение, а не нудное и, преимущественно, однообразное путешествие. - Ты был прав. Мне не нравится. - Рук отвел глаза и слегка отвернул голову, задержав взгляд на озаренной светом комнате. - Разве ты не обещал покончить с заказчиком, пока я притворяюсь ветошью? - Это оказалось не так просто, и вполне вероятно, даже когда мы приедем на встречу, то увидимся не с самим заказчиком… Но разве тебе не доставит большее удовольствие возможность самому поквитаться с тем, кто так усложнил тебе жизнь? - невозмутимо парировал Якоб, будто готовился к этому вопросу. А может, и в самом деле готовился, с него станется. - Усложнил? Да я впервые за всю жизнь отдохнул! - фыркнул бывший Ворон, впрочем, слегка кривя душой. Сложно не поддаться искушению стать врединой, когда делают вид, что так хорошо тебя знают. - Как бы то ни было, свою часть контракта я выполнил, хоть и с некоторыми правками, верно? - дыхание Якоба обожгло кожу на шее и мягкие губы ее коснулись, заставив Рука на мгновение оцепенеть. На короткое мгновение остроухий даже дышать перестал. Неужели это и есть та самая просьба? - Погоди-погоди, - уперевшись руками в чужие плечи и слегка отстраняя от себя брюнета, запротестовал эльф, - речь шла о том, чтобы покончить с заказчиком, а он, насколько я понял, еще дышит, так что наш с тобою контракт не только не выполнен, но ты еще и попытался изменить его условия! Так не пойдет, Вороны так не поступают. С минуту, ощущавшуюся вечностью, Якоб напряженно всматривался в серо-зеленые глаза собеседника, челюсть его была сжата, от чего на словно вытесаном каким-то скульптором лице проступили желваки. Замечание пускай и верное, но отказ его явно не устроил, однако и Рук сдаваться не собирался. Сначала он мог бы предположить, что этот недавний подросток с ним играет, но никаких других предложений не последовало. Да, эльфов набирают в Вороны охотно как раз за то, что они считаются привлекательными, но сам Рук пользовался этим лишь отчасти, если приходилось прибегнуть к очарованию, но в постель с будущей жертвой ни разу не ложился. Опыта же с мужчинами у него не было, если не считать разделенную с Нэв и Луканисом ночь. - Это, правда, именно то, чего ты хотел попросить? Серьезно? - отчасти он был даже уязвлен подобной просьбой. - А что еще ты можешь мне дать? - отстранившись, жестко спросил Якоб. Его вопрос прозвучал, как пощечина, и ошарашил сильнее всего ранее произошедшего. И пока Рук пытался оправиться от подобного выпада, не нагрубив в ответ, глава Дома Эгративи воспользовался чужим замешательством, рассуждая: - Я бы мог попросить у тебя один из элювианов, но ты не согласишься на такое, я знаю, а если бы предложил присоединиться к моему Дому, как Виаго, получил бы такой же жесткий отказ. Эльф больше не глядел в сторону, взгляд полыхнувших обидой очей обратился прямиком в ониксовые глаза собеседника. Между тем, Якоб продолжил: - Ты не любишь быть надолго к чему-то или кому-то привязанным, Рук. Завершив миссию Варрика, ты позволил всей команде разбрестись кто куда, а сам взялся за дело Дориана. Ты бросился помогать ему, но при этом не присоединился к остаткам Теневых Драконов, не занял среди них какую-то нишу, предпочтя действовать в одиночку. Ты вроде бы все время весел и окружен людьми, но все равно один. И тебе это как будто нравится. - он сделал паузу, то ли стараясь подобрать слова, то ли просто пытаясь решиться высказать свою мысль до конца, затем вздохнул, на долю секунды переведя взгляд на губы эльфа, а после вернулся им к его глазам: - я не навязываю тебе отношения, тут тебе уж точно опасаться нечего, потому и нахожу предлагаемую мною плату наиболее приемлемой. - Вот, значит, какого ты обо мне мнения, - с мрачным видом фыркнул Рук, губы его растянулись в отнюдь не веселой усмешке, - ну и будь по-твоему, договорились, разочек трахнемся, такие сделки очень даже по мне, - он покосился на мольберт, а после вернулся взглядом к собеседнику, - будет своего рода наша с тобой Алла прима. Мгновение, которое мы сможем запечатлеть на полотне нашей памяти, но которое никогда не повторится. Однако! Это случится не раньше, чем мы покончим с заказчиком. Жесткое выражение лица Якоба не изменилось, плечи были все так же напряжены, но он в конечном итоге отступил окончательно: перестал нависать над эльфом и поднялся с насиженного места. - Договорились, - сухо повторил он ранее прозвучавшее слово, оправляя рубашку, - выдвигаемся на рассвете. Рук смог спокойно выдохнуть, только когда дверь в мастерскую почти бесшумно закрылась за спиной гильдмастера. Случившееся все еще неприятно оседало в груди, наряду с обидой и чувством странного унижения. Почувствует ли он себя более униженным, когда работа будет выполнена? Может, стоит убить его? - проскользнула в уме шутка, которая смеха совсем не вызвала. Были жестокие слова и озвученное предложение оскорблением или же нет, понять пока трудно, но, по крайней мере, бывший убийца теперь точно знал цену решения его проблемы. И, как ни посмотри, тот факт, что расплата не предполагает долгосрочной перспективы, в самом деле вызвал у него облегчение. В каком-то смысле Якоб, должно быть, все-таки прав.