Снято без цензуры

— Всегда мечтала сыграть девушку супергероя, — кокетливо признается Зажигалка. Ее рыжие волосы горят в свете ламп, вырез на груди такой, что в нем можно утонуть с головой, и Бен не отказывает себе в удовольствии немного полюбоваться. Он успел рассмотреть все с каждого ракурса, но зрелище, черт возьми, приятное. — Может, получится немного изменить сценарий? Добавить романтическую линию? — Зажигалка болтает, почти не разжимая губ: молоденькая гримерша вьется вокруг нее мошкой, пудрит, наносит румяна, поправляет помаду. — Мне бы хотелось немного взаимного притяжения между нашими персонажами. Зажигалка бросает на Бена обжигающий взгляд сквозь ресницы, глубоко вздыхает, от чего ее грудь грозит выскочить из лифа. Солдатик усмехается, насмешливо выгибая бровь. — Милая, не надо палить в меня из всех своих орудий — не поможет. Мы снимаем не третьесортную мелодраму для домохозяек, а серьезное кино. — Если добавить романтики, то это расширит целевую аудиторию. Ты удивишься, когда узнаешь, сколько людей хотели бы видеть нас парой. — Давай без этого, — отмахивается Бен, и улыбка Зажигалки меркнет, выражение лица становится по-детски обиженным, но только на секунду. Рвано выдохнув, она расправляет плечи и демонстративно поправляет лиф; ее грудь сдобно подпрыгивает и навевает мысли о паровых булочках, таких же белых и мягких. — Как скажете, сэр, — дурачась, Зажигалка по-военному отдает честь, но взгляд у нее грустный, как у выброшенной из машины кошки. Бен понимает, чего она хочет, но не уверен, что сможет ей это дать. У Солдатика нет времени на назойливую подружку, но есть желание хорошо провести время. А Мисти хочет всего и сразу — от совместных интервью до прогулок в парке, держась за руки. Как будто им блять по четырнадцать лет. — Ты чудо, — Бен с улыбкой треплет ее по округлому колену, — рад, что мы понимаем друг друга. — Я вообще очень чуткая и внимательная. Разве не заметно? — Зажигалка, перегнувшись через подлокотник высокого стула, кладет руку на запястье Солдатика. Это видят гримерши, костюмерша, несколько актеров массовки и ассистент режиссера. Бен смотрит на девичьи пальцы с агрессивно-алым маникюром. Это довольно безрассудно с ее стороны: настолько явно демонстрировать свое расположение к Солдатику при том, что попыток расположить к себе Хоумлендера Мисти так и не оставила. Неуступчивость сына немного смешит: какой нормальный парень откажется от смазливой девчонки, готовой на все? Но при этом Бен чувствует нечто, похожее на одобрение: если женщина не нравится, то нечего иметь с ней дел, иначе прилипнет так, что потом не отодрать. Но Зажигалка не отступает, препятствий не видит, даже когда бьется о них лбом. Бена не слишком волнует, что Мисти продолжает лизать зад его сыну, но с ее стороны глупо и наивно думать, что Хоумлендер растает перед девкой, которая спит с Солдатиком. О какой тогда любви может идти речь? О ебанутой? Или о любви к деньгам и популярности? Так Хоумлендер уже не первый супергерой Америки. Этот титул всегда принадлежал Бену. Солдатик лениво листает сценарий фильма, который напоминает шизотипический бред: слишком мало перестрелок и погонь, зато почти сотня страниц тупого нытья и пиздежа. Кто писал это дерьмо? Видимо, тот же уебок, что и «Падение Семерки». Бен разбил телевизор, так и не досмотрев фильм. То, как показали Клару… еще и актриса совсем не похожа. Пальцы, дрогнув, зло сминают листы сценария. Он смирился, что Графиня оказалась неблагодарной шлюхой, но Клара… от нее скрыли, что случилось с Беном? И она даже не пыталась его найти? Не верится, что Клара не знала, кем Солдатику приходится Хоумлендер. Думать о том, что Клара спала с его сыном, оказывается неприятно. На Джона Бен не сердится: этот олух едва ли смог бы устоять перед опытной, знающий женщиной, а вот Клара явно строила далеко идущие планы. О Солдатике она не вспоминала. Скрипнув зубами, Бен захлопывает папку со сценарием, с размаху швыряет ее на низкий столик. Папка звучно бьется о столешницу, звук удара эхом проносится по просторной гримерной. Зажигалка вздрагивает, тонко вскрикивает и смеется, трепеща ресницами, девушка-визажист вскидывает голову, морща лоб под кудрявой челкой. Бен на мгновение встречается с ней взглядом, но девушка почти сразу отворачивается, опускает голову, принимается старательно перебирать свои кисточки. Протяжно выдохнув, Солдатик трет лоб ладонью; должно быть, выражение лица у него было совсем жуткое, что девчушка так шарахнулась. А Зажигалке все ни по чем: она льнет к нему котенком, поглаживая локоть, пытается поймать взгляд, и Бену начинает казаться, что оголтелая девица вот-вот заберется ему на голову. — Я же говорила: сценарий нужно доработать. Совсем немного. Чтобы добавить страсти и интриги. — Страсти я тебе и без камер добавить могу, — бросает Бен, похлопав Мисти по руке. Ее пальцы обрадованно вцепляются в рукав его костюма, Зажигалка мечтательно вздыхает, глаза становятся осоловелыми, как после бутылки абсента. Она смотрит на Солдатика как на лучшего парня на Земле, и это льстит, но недоверие все же царапает грудь. Зная Мисти, этот томный взгляд у нее отработан до идеала. Если Хоумлендер не поддается, то почему бы не воспользоваться его папашей? — Можем закрыть дверь и немного порепетировать совместные сцены. Для дополнительной экспрессии, — Мисти игриво хихикает, выглядит обманчиво наивной со своими хлопающими ресницами и рыжими локонами, но Бен знает, что в «Vought» таких не водится. Зажигалка твердо знает, чего хочет. Бен трет пальцем ее щеку, Мисти доверчиво льнет к его ладони. Милая девочка, но сил и ума ей не достает. До Клары ей далеко. — Сэр, прошу вас… — голос визажистки звенит не то от возмущения, не то от волнения. В ее широко распахнутых карих глазах пляшут золотистые искорки, а веснушки на переносице похожи на коричную пыль. Она механически улыбается, когда Бен переводит на нее взгляд, и указывает кисточкой на щеку Зажигалки: пальцы Солдатика смазали тональный крем, по цвету похожий на карамельные сливки, из-под слоя косметики проглядывает природный тон кожи Мисти: белый, с едва заметным розовым оттенком. Кровь с молоком, как у фермерской дочки. Усмехнувшись, Солдатик сильнее вминает пальцы в скулу Зажигалки, растирая макияж. Мисти шутливо отбивается, слишком громко смеясь, визажистка страдальчески кривится. Бен в ответ добродушно улыбается. — Прости, но руки сами тянутся к такой красоте, — Зажигалка вспыхивает, брусничный румянец растекается по щекам и шее, визажистка поджимает губы. Вздохнув, она снова тянется к своим тюбикам и баночкам. Мисти поворачивается на стуле так, чтобы прижаться коленом к ноге Солдатика. — Увидимся вечером? — спрашивает она, искоса поглядывая на визажистку. Хочет покрасоваться перед девчонкой отношениями с Беном? Как будто это много значит. Солдатик и сам поглядывает на девушку в ожидании реакции. Ради забавы хочется ее смутить, чтобы девчушка растерялась, стушевалась или рассердилась, что столько внимания достается не ей, а какой-то рыжей пигалице. Но визажистка невозмутимо поправляет макияж Зажигалки, деланно не замечая взгляда Бена, даже не краснеет. — А у тебя получится найти для меня время? Кажется, после съемок у тебя по расписанию попытка подлизаться к моему сыну. Улыбка Зажигалки выходит кривой, она нервно поводит плечами и теснее прижимается коленом к ноге Солдатика. — Он один. Я просто не хочу, чтобы ему было одиноко. Тебе тоже стоило бы быть к нему… помягче. Вы же семья. Отец и сын воссоединились — публика в восторге! — Ты в восторге? — ухмыльнувшись, уточняет Бен. Зажигалка всплескивает руками. — Я в восторге! — А вы, мисс? — Бен поворачивается к визажистке. — Вы тоже в восторге? — Вне себя от радости, сэр, — бормочет девушка. Волосы у нее кудрявые, пушистые, лежат копной, которую преступно стянули несколькими пластиковыми заколками. Бену хочется распустить их, посмотреть, насколько они длинные, запустить в светлые пряди пальцы, чтобы оценить их густоту. Он откидывается на спинку стула, рассматривая девушку. В отличии от яркой, броской Мисти, умеющей притягивать взгляды, визажистка совсем обычная: одета в джинсы и футболку с рисунком из черепов, вместо браслетов носит какие-то кожаные шнурки, а в ноздре поблескивает тонкое серебряное колечко. Визажистка пудрит щеку Мисти, сведя брови над переносицей от усердия. Бен, вытянув шею, рассматривает лицо Зажигалки, сосредоточенно, как картину, над которой работает художник. — Думаю, нужно добавить цвета, а то для южанки она слишком бледная, — заявляет он, внимательно наблюдая за реакцией визажистки. Ее пальцы чуть крепче сжимают кисточку, лицо остается спокойны, только вместо теплых золотистых всполохов в ее глазах мелькают молнии. — Да? — оттолкнув руку визажистки, Зажигалка подается к зеркалу, поворачивает голову из стороны в сторону, придирчиво разглядывая свое лицо. — Когда я участвовала в конкурсе «Маленькая мисс родео», мама водила меня на сеансы автозагара целый месяц. Мне было… семь лет. Или шесть?.. Хотя неважно. Главное, что я стала вице-мисс, а мой начес и загар судьи оценили отдельно. Мисти с улыбкой поворачивается к Бену. — А мои ковбойские сапоги полностью покрывали стразы, так что сияла я ярче всех. — Не сомневаюсь, — тянет Бен, почесывая за ухом. Он смутно припоминает детские конкурсы красоты, когда маленьких девочек наряжали как кукол и красили ярче танцовщиц варьете. Еще в шестидесятые Солдатику это все казалось полной херней: как можно говорить ребенку, что она недостаточно красива? Будь у Бена дочь, он бы скорее вырезал себе печень, чем позволил втянуть ее в это. — Так… ты правда думаешь, что моему макияжу не хватает цвета? — задумчиво тянет Мисти. Визажистка молчит, терпеливо ждет, устремив взгляд в сторону. — Забудь, — отмахивается Солдатик, — я в этом явно не разбираюсь. — Я бы хотела, чтобы тебе нравилось. — Мне нравится без макияжа. И без одежды, — подчеркивает Бен, снова бросая взгляд на визажистку. Ему хочется увидеть реакцию, добиться проявления эмоций из одного азарта, играющего в крови. Хотя такие молодые не совсем в его вкусе, но пыла у Солдатика точно хватит на всех. С Кларой он в других не нуждался, она умела изматывать, с Графиней все было легче: Солдатик главный, он лучше и сильнее, однако проглядел, не заметил предательства. С Мисти Бен берет потому, что может. Не будет Зажигалки, найдется другая. Например, эта гримерша или какая-нибудь танцовщица, и супергероиня с лицом Авы Гарднер в латексном трико. Задумавшись, Бен потирает подбородок, не замечая, как смотрит на него Мисти. Пока Солдатик разглядывает визажистку, Зажигалка поправляет волосы, отливающие янтарем и медом, выдыхает, хищно подрагивая ноздрями. Когда она говорит, голос звучит беззаботно, как в рекламе кукурузных хлопьев, но Бен ощущает в нем скрытое недовольство: — Думаю, ты можешь идти. Больше ты сегодня не понадобишься. — Эй, это ты по умолчанию красивая, — возражает Бен, — а со мной еще нужно как следует поработать. — Тебе помада ни к чему. Но, если хочешь, могу поделиться своей, — Мисти подмигивает, изображая поцелуй. Визажистка терпеливо ждет. Девушку будто не задевает пренебрежение суперов, а вот Бену не нравится, что Зажигалка пытается им командовать. Мелковата рыбка, чтобы ему указывать. — Лучше подожди, пока меня сделают достаточно симпатичным для камеры, — просит Бен. Зажигалка опускает теплую ладонь на его плечо. — Едва ли это займет много времени, — отмечает она, не спеша уходить из гримерной. Ждет, что Солдатик ее поцелует или похлопает по заднице? Вот оно, воспитание современных леди. Несмотря на Героргазм, на публике Бен никогда не позволял себе скабрезностей по отношению к Кларе или Графине. Поэтому он похлопывает Мисти по руке и переводит взгляд на визажистку. — Давай, милая, приступай. Нарисуй на мне что-нибудь потрясное. Только не член на лбу. Лучше, чем тот, что у меня есть, у тебя вряд ли выйдет. — Какая досада, а мне так хотелось, — девушка подходит к Бену, вооруженная тональным кремом, и Зажигалка вынужденно отступает. Она направляется к дивану, стоящему в углу гримерной, и Солдатик раздраженно хмурится. Она, что, собирается торчать здесь? Караулить его? Не много ли Мисти о себе возомнила? Скачет между ним и Хоумлендером и рассчитывает на особое отношение? Бен зло дернул шеей, в носу засвербело, когда визажистка нанесла ему на лоб немного крема, который принялась тушевать мягким округлым спонжем. Зажигалка, вольготно расположившись на диване, закидывает ногу на ногу и принимается листать журнал, на обложке которого изображен Бен в полный рост. — Отличный снимок, — заявляет она с лучезарной улыбкой, — ты здесь прямо надежда нации. — Дорогая, не хочешь проветриться немного перед съемками? — спрашивает Солдатик, скосив на нее глаза. — Подышать свежим воздухом, выпить шоколадный коктейль или выставить в интернете какую-нибудь срань, чтобы собрать побольше лайков? На ее растерянный взгляд Бен отвечает скупой улыбкой. — Все интереснее, чем торчать здесь. — О, мне здесь нравится. Так уютно, — Мисти проводит ладонью по обивке дивана, но поднимается на ноги, когда взгляд Бена холодеет, — но ты прав, пожалуй, здорово будет немного прогуляться. Принести тебе что-нибудь? — Себя этим вечером, — роняет Бен, и Зажигалка расслабленно опускает плечи, улыбается, лучась самодовольством. — О, я приду, можешь быть уверен, — щелкнув пальцами, Мисти высекает искры, будто в ее руке вспыхивает бенгальский огонь. Чуть слышно напевая себе под нос, она выходит из гримерной, а вслед за ней уходят и актеры из массовки вместе с ассистентом режиссера. Солдатик остается с визажисткой наедине.