Guilty as sin

Гермиона опаздывала. На лбу выступили капельки пота, волосы распушились от влажного воздуха. Тяжело дыша, она торопливо пробиралась по улицам Косого переулка к пабу. Гермиона совершенно потеряла счёт времени, с головой уйдя в работу в «Кожаном Корешке». Управлять книжным магазином оказалось куда сложнее, чем она ожидала, но с каждой неделей всё яснее понимала: это было лучшее решение в её жизни. Оставить работу в Министерстве, где она превратилась в красивую вывеску для публики, стать самой себе начальницей и каждый день проводить среди того, что любила больше всего на свете — книг, — было страшно. Но счастливее Гермиона не была никогда. Журналисты и папарацци по-прежнему следовали за ней по пятам, однако новая работа хотя бы приносила ей радость. Она всё ещё поспешно застёгивала пуговицы на тонком пальто, когда свернула за угол. Взгляд был прикован к собственным рукам, и потому она не заметила человека впереди, пока не врезалась в него. — Ой... Гермиону качнуло влево, но чьи-то руки тут же легли ей на плечи, удерживая от падения. — Простите... Она подняла глаза и замерла. Она только что врезалась прямо в Драко Малфоя. Сердце словно остановилось у неё в груди. Душа покинула тело и, кажется, больше не собиралась возвращаться. Гермиона сглотнула и моргнула, глядя на него снизу вверх. Серые глаза Драко смотрели прямо на неё, а его ладони всё ещё лежали на её плечах. Смутившись, она поспешно отступила назад. Его руки соскользнули с её плеч и опустились по бокам. — Тебе стоит быть внимательнее, Грейнджер, — сказал Драко. Низкий рокот его голоса ударил по ней, словно электрический разряд, мгновенно возвращая её к жизни. Драко. Чёртов. Малфой. Он был настоящей заразой, поселившейся в её мыслях, околдовавшей и тело, и душу. Так продолжалось с тех самых пор, как несколько месяцев назад Гермиона вновь увидела его после переезда в свой книжный магазин в Косом переулке. Его аптека находилась всего в трёх улицах от неё. Собственное дело, успешный бизнес. Первая встреча с повзрослевшим Драко после окончания войны оказалась для неё потрясением. Тогда у неё буквально перехватило дыхание. Она увидела его высокий силуэт, более резкую линию челюсти, чем помнила, белокурые волосы, падавшие на лоб. С тех пор Гермиона замечала его несколько раз в неделю, и каждый раз внизу живота разливалось то же самое чувство. Это было влечение. Она слишком хорошо его знала. Её притягивали эти проклятые дорогие костюмы, сшитые точно по фигуре. То, как ткань облегала его слегка широкие плечи, намекая на скрытую под ней силу, а затем подчёркивала узкую талию. Её завораживали длинные ловкие пальцы и редкие отблески массивного фамильного перстня, который он носил постоянно. Даже его волосы — нарочито небрежная причёска, явно требовавшая немало времени перед зеркалом, чтобы выглядеть именно так. Серебристый блеск глаз, когда он разговаривал с кем-то. И эта чёртова полуусмешка, которая почти никогда не сходила с его лица. Её пленила и книга, написанная его матерью, где рассказывалось о Малфоях во время войны, о том, через что прошла их семья, и о размышлениях Нарциссы о собственном сыне. После новой встречи с Драко в Косом переулке Гермиона буквально проглотила эту книгу, впитывая каждое слово и выискивая любые подробности. А потом были статьи о благотворительности, которой он занимался после войны. Его аптека работала без прибыли: весь доход уходил на различные благотворительные проекты. И чем больше Гермиона узнавала о нём, тем сильнее становилось это чувство. Она ненавидела всё это всей душой. И была безумно влюблена во всё это всей душой. Она любила его всей душой. Гермиона была ходячим противоречием, и скорее ад покроется льдом, чем она признается хоть кому-нибудь в своих самых сокровенных желаниях. Потому что, несмотря на все пылающие фантазии, которые каждую ночь рождало её воображение, она прекрасно понимала: это всего лишь фантазии. Она никогда не поверила бы, что Драко способен смотреть на неё так. Если судить по их прошлому, он должен был её ненавидеть. Если судить по его семье и традиционным взглядам чистокровных волшебников... что ж, Гермиона была бы последней ведьмой на земле, которую Драко соизволил бы поцеловать. Не говоря уже о том, чтобы уложить её в постель и воплотить всё то, о чём она мечтала последние месяцы. К тому же её жизнь находилась под постоянным вниманием публики. Даже если бы по какому-то нелепому чуду Драко не испытывал к ней отвращения, они всё равно не смогли бы появляться вместе на людях. Волшебный мир устроил бы истерику, объявил бы их ошибкой, заранее обречённой на провал. Все тут же вспомнили бы каждую ошибку, совершённую Драко в прошлом, напрочь забыв обо всём, что он сделал после войны, чтобы искупить свою вину. А Гермиону снова затолкали бы под свет софитов — в место, которое она ненавидела больше всего на свете. И потому она пришла к выводу, что ей суждено любить человека, который никогда, ни при каких обстоятельствах не сможет ответить ей взаимностью. Ах, безответная любовь, беспощадная ты сука. Понимая всё это, зная, что ничего никогда не произойдёт, Гермиона всё равно почувствовала, как сердце заколотилось в груди, стоило лишь столкнуться с воплощением всего, чего она так отчаянно желала. Это не помешало коже гореть там, где его руки впервые, насколько она помнила, коснулись её. Драко посмотрел на неё сверху вниз, слегка приподняв бровь, а затем уголок его губ дрогнул в знакомой полуусмешке. У Гермионы подкосились колени. Мысленно отвесив себе крепкую пощёчину, она заставила себя собраться. — Ты прав. Я совсем не смотрела, куда иду, — сказала она и с удивлением отметила, что голос звучит спокойно и ровно. — Прости, что налетела на тебя. Драко машинально смахнул невидимую пылинку co своего пиджака. — Ничего страшного. Ты только что закрыла магазин? Гермиона слегка приоткрыла рот. Она даже не подозревала, что он знает о её переезде в Косой переулок. Если честно, ей казалось, что Драко вообще не замечает её существования. Это были первые слова, которыми они обменялись после окончания войны четыре года назад. Она быстро закрыла рот и кивнула. — Да. А ты? Драко негромко хмыкнул в ответ. — Ага. Как раз иду в паб встретиться с друзьями. Сердце снова сбилось с ритма. Эта новость одновременно привела её в восторг и разбила ей сердце. Гермиона обожала любую возможность украдкой посмотреть на него. Но в то же время ненавидела то, сколько места он занимал в её голове, стоило ему оказаться рядом. Ненавидела осознание того, что все образы в её воображении — самое близкое, что у неё когда-либо будет к настоящему Драко. Иногда ей казалось, что она плохой человек. Или, возможно, просто немного сумасшедшая. Она знала, что подумали бы люди, если бы смогли заглянуть ей в голову. Знала, как быстро осудили бы её за подобные мысли. И всё же где-то глубоко внутри понимала: она добровольно бросилась бы на растерзание волкам, шагнула бы с утёса навстречу острым прибрежным скалам, если бы это дало ей шанс быть с ним. Эти меланхоличные мысли о Драко часто доводили её почти до слёз, хотя каждый раз она беспощадно одёргивала себя прежде, чем позволяла себе расплакаться. Гермиона безнадёжно ждала дня, когда её одержимость наконец исчезнет и вместе с ней закончится эта пытка. — О... эм... я тоже, — тихо ответила она. И поскольку больше не могла выдерживать его пристальный взгляд, Гермиона опустила глаза на собственные туфли. — Ну, как истинный джентльмен, — начал он, — я провожу тебя. Чтобы ты больше ни в кого не врезалась. Гермиона сумела тихо рассмеяться его шутке, хотя смех вышел каким-то сдавленным. Мне это снится, или Драко только что предложил проводить меня до паба? Может, стоит себя ущипнуть. Драко повернул в сторону паба и жестом предложил ей идти рядом. Нет, не сон. Гермиона заставила себя сдвинуться с места, и когда Драко без труда подстроился под её шаг, она пошла словно в тумане. Было поразительно внезапно оказаться рядом с человеком, который не покидал её мыслей ни на день. — Итак, Грейнджер, — начал Драко, и она оторвала взгляд от булыжной мостовой, чтобы посмотреть на его профиль, — должен признать, твой уход из Министерства в Косой переулок стал стал для многих неожиданностью. Она слегка нахмурилась, хотя он по-прежнему смотрел вперёд. — Почему ты так говоришь? Он небрежно повёл плечом. — Я думал, ты будешь работать в Министерстве до самой смерти. Или хотя бы до тех пор, пока кто-нибудь не вырвет у тебя из рук перо и не заставит остановиться. Хмурый взгляд Гермионы стал ещё глубже. Неужели он и правда так обо мне думал? О каком-то канцелярском роботе? Что-то болезненно сжалось у неё в груди, и она отвела глаза. — Это было не для меня, — только и смогла ответить она. — Хм. А твой книжный магазин? — спросил он. — Он... больше тебе подходит? — Да, — без колебаний ответила Гермиона, засовывая руки в карманы куртки. — «Кожаный Корешок» дал мне многое из того, чего раньше не хватало в моей жизни. Не говоря уже о том, что он принёс мне целое море боли, потому что именно там я встретила тебя и, как последняя идиотка, влюбилась. Высокий, красивый засранец. — Например? Когда Гермиона снова посмотрела на него, она обнаружила, что он внимательно её разглядывает. В его лице читалось неподдельное любопытство. — Ну... я работаю только на себя. Мне не приходится выслушивать бюрократический бред начальства. У меня бывают часы тишины и покоя, чего в Министерстве никогда не случалось. Я общаюсь с покупателями, которые любят книги не меньше моего. Всё это... очень спокойно. Его брови удивлённо приподнялись, словно её ответ показался ему любопытным, а затем он отвёл взгляд. — А ты... — начала Гермиона, но её перебил голос, окликнувший её по имени. Она подняла голову и увидела Джинни, которая махала ей рукой возле входа в паб. Гермиона ответила жестом и уже собиралась с неохотой попрощаться с Драко, когда тот остановился и взял её за локоть, заставив замереть на месте. От второго за день неожиданного прикосновения у неё перехватило дыхание. Она повернулась к нему, заворожённая серебристым взглядом. Как только она посмотрела на него, Драко убрал руку. — Ты хотела спросить, я что? Гермиона мельком взглянула на Джинни. Та стояла достаточно далеко, чтобы не слышать их разговор, но выражение растерянного недоумения на её лице было видно даже отсюда. Гермиона снова встретилась глазами с Драко. — Тебе... нравится работать в аптеке? Что-то промелькнуло в его взгляде, словно такого вопроса он никак не ожидал. — А... да. Нравится. Она сглотнула, глядя на него снизу вверх. — Это... хорошо. Драко чуть склонил голову набок, внимательно изучая её лицо. Возможно, он замечал румянец на её щеках и то странное возбуждение, которое наверняка читалось в её карих глазах. Гермиона поспешно отвела взгляд, пока он не догадался о мыслях, скрытых за ним. — Хорошего вечера, Грейнджер. Гермиона кивнула, глядя себе под ноги. — И тебе, Малфой. Она быстро направилась к Джинни, отчаянно надеясь, что жар на щеках наконец исчезнет. Когда Гермиона подошла, Джинни тут же притянула её к себе. — Мне показалось, или ты только что разговаривала с Малфоем? — прошипела она ей на ухо. Гермиона тихо фыркнула. Она обожала Джинни Уизли, но вопрос был до смешного нелепым. Именно такой реакции она ожидала от кого угодно во всём волшебном мире. Так и хотелось огрызнуться: «У тебя глаза есть, нет?» Или ответить с сарказмом: «Нет, что ты, это вовсе не Малфой, а Рон под Оборотным зельем». Потому что Гермионе по-прежнему казалось, что Джинни так до конца и не смирилась с её расставанием с братом. Она приняла это решение, но Гермиона знала, как больно было всей семье Уизли, когда она ушла из жизни Рона. Однако она всегда была уверена: они не были предназначены друг другу. Она любила его, но не была в него влюблена. И между ними никогда не существовало настоящего физического притяжения. Каждый раз, когда они оказывались вместе в постели, Гермионе было... скучно. Другого слова она подобрать не могла. Просто скучно. Он так и не научился доставлять ей удовольствие, несмотря на все её просьбы и осторожные попытки направить его. Рон не хотел тратить больше усилий, чем несколько минут поцелуев, после которых переходил к делу, заботясь исключительно о собственном удовольствии и совершенно забывая о ней. Сексуальная несостоятельность Рона была не единственной причиной их разрыва. Но Гермиона солгала бы, если бы сказала, что это не сыграло значительной роли. Она не хотела прожить всю жизнь, так и не узнав прикосновений человека, который желал бы доставить ей столько же наслаждения, сколько получал сам. Человека, который хотел бы видеть, как она теряет голову от его ласк. Она заслуживала того, кто будет восхищаться её телом так же, как она восхищалась бы его. Того, кто будет наслаждаться каждым звуком, сорвавшимся с её губ в моменты высшего удовольствия, кто станет ласкать её снова и снова просто ради того, чтобы услышать, как она выкрикивает его имя. Перед глазами Гермионы вновь и вновь возникали картины того, что мог бы сделать с ней Драко, заставляя её произносить его имя. Фантазии, напомнила она себе. Всего лишь фантазии. — Да, Джинни. Я разговаривала с Малфоем. — Что?.. — начала Джинни и осеклась. Её глаза на мгновение расширились, давая понять, что предмет их разговора находится совсем рядом. Гермиона против воли напряглась и оглянулась через плечо. Драко проходил мимо них к дверям паба. Поравнявшись с ней, он слегка кивнул. В следующее мгновение он уже скрылся внутри. Из открывшейся двери на улицу на секунду хлынули голоса и музыка, но всё стихло, как только дверь закрылась за ним. Гермиона вздохнула и снова повернулась к Джинни. — И чего этому придурку от тебя понадобилось? Гермиона заметила, что Джинни выглядит почти заговорщически возмущённой, словно защищает её, отпуская колкости в адрес Драко. От этого ей стало грустно. Потому что она знала: очень многие до сих пор видят его именно таким. — Мы просто разговаривали, Джин. Честное слово, он не такой ужасный, как тебе кажется. Брови Джинни взлетели вверх. — В каком смысле? Ты же всегда его терпеть не могла. — она нахмурилась. — Хотя ты уже много лет о нём не говоришь, но в школе он был редкостным мудаком. Не говоря уже о том, что он предатель и военный преступник. Гермиона плотно сжала губы. — Давай зайдём внутрь и выпьем. На этот разговор у неё сейчас не было ни сил, ни желания, но она пообещала себе, что однажды всё-таки его заведёт. Не для того, чтобы Джинни приняла чувства Гермионы к нему (потому что в этом она никогда бы не призналась), а чтобы хоть немного пролить свет на то, каким Драко Малфой был на самом деле. Он не был плохим человеком, он был… Они вошли в паб вместе, и Гермиона заставила себя отбросить эти мысли, чтобы полностью сосредоточиться на подруге. Помогло это ненадолго. Стоило ей переступить порог, как взгляд сам собой выхватил впереди знакомые светлые волосы. Драко стоял, прислонившись к барной стойке. На серебряном перстне-печатке, сжимавшем край столешницы, мелькнул отблеск света. Гермиона поспешно отвела глаза. — Я найду нам столик, а ты возьми напитки. Джинни кивнула и направилась к бару, а Гермиона решительно пошла как можно дальше от Драко, выбрав угловую кабинку у самой стены. Ей хотелось хоть немного расслабиться, а его близость сделала бы это совершенно невозможным. Когда Джинни вернулась с напитками — красными коктейлями в высоких бокалах, — за ней следовал ещё один человек. Парвати Патил. — Смотри, кого я нашла, — объявила Джинни. Парвати широко улыбнулась Гермионе, и обе девушки устроились напротив неё в кабинке. В руках Парвати держала собственный яркий коктейль. — Привет, Парвати, — ответила Гермиона с улыбкой. Она всегда хорошо относилась к Парвати и её сестре. После выпускных экзаменов и вступления во взрослую жизнь они сохранили дружбу. Виделись нечасто, но неизменно прекрасно ладили. — Привет, — отозвалась Парвати немного запыхавшимся голосом. — Надеюсь, ты не против. Я решила, что мы вторгнемся в ваш вечер. Гермиона улыбнулась и огляделась в поисках Падмы, ожидая увидеть её рядом с сестрой. Вместо этого она застыла, словно поражённая заклинанием. К их столику целеустремлённо направлялся Драко. Следом за ним шёл Теодор Нотт. Они остановились возле кабинки и посмотрели на сидящих девушек сверху вниз. Драко снова встретился взглядом с Гермионой. Его серые глаза будто внимательно её изучали. Что, чёрт возьми, сегодня происходит? — Тео, — почти мурлыкнула Парвати, похлопав по сиденью рядом с собой. Теодор ухмыльнулся и тут же занял предложенное место. И тогда Гермиона с ужасом осознала... Драко неловко прокашлялся, после чего медленно опустился на сиденье рядом с ней. Он поставил локти на стол и обхватил обеими руками бокал пива. Перстень насмешливо подмигнул ей серебристым отблеском, звякнув о стекло. Гермиона широко раскрытыми глазами посмотрела через стол на Джинни. Та скорчила сочувственную гримасу. Если бы только Джинни знала, почему её сердце колотится как безумное. Почему ладони вдруг стали влажными, пока она бессмысленно перебирала пальцами ножку бокала. Вместо этого Гермиона наблюдала, как Парвати придвинулась к Тео и быстро поцеловала его в губы. Её брови снова поползли вверх. Парвати поймала её взгляд. — Ты ведь помнишь Тео ещё со школы? Гермиона вежливо кивнула ему с лёгкой улыбкой. — Конечно. — Мы только начали встречаться, — сказала Парвати и посмотрела на него глазами влюблённой лани. Ещё большим потрясением для Гермионы стало то, что Тео ответил ей точно таким же счастливым, совершенно очарованным взглядом. В животе неприятно скрутило. Почему Парвати так легко смогла найти человека, с которым могла быть настолько открытой?.. Гермиона поёрзала на сиденье, радуясь хотя бы тому, что между ней и Драко оставалось немного пространства. Если бы их бёдра случайно соприкоснулись, она, наверное, потеряла бы сознание прямо здесь. — Я рада за вас обоих, — сказала она искренне, несмотря на жгучую зависть, разливавшуюся внутри. По крайней мере, теперь присутствие Драко рядом обрело логичное объяснение. Она знала, что они с Тео были близкими друзьями. Разговор потёк легко и непринуждённо. По крайней мере, для людей напротив. И Драко, и Гермиона в основном молчали, отвечая только тогда, когда вопрос обращали непосредственно к ним. За всё это время Гермиона лишь однажды заметила, что он посмотрел в её сторону, но сама упорно не поднимала глаз. Она была катастрофически не готова сидеть рядом с ним. С мужчиной, которого любила. С мужчиной, который даже не подозревал о глубине её чувств, о безрассудных мыслях, неистово метавшихся у неё в голове. Внутри неё стоял такой шум, что по сравнению с ним внешнее молчание казалось оглушительным. Гермиона первой допила свой коктейль. Она почти непрерывно делала маленькие глотки просто потому, что ей нужно было чем-то занять руки. Когда бокал опустел, она мрачно уставилась на прозрачное дно. — Хочешь ещё один? Его низкий голос прозвучал совсем рядом с её ухом, и тёплое дыхание шевельнуло пряди её волос. По спине против воли пробежала дрожь. Гермиона резко повернулась к нему. Драко наклонился ближе, гораздо ближе, чем она ожидала. Настолько близко, что она могла различить тёмные крапинки в его радужках среди серого цвета глаз. Могла рассмотреть точный оттенок его полных губ, и её желудок сделал странный кульбит, когда взгляд зацепился за небольшую впадинку посередине нижней губы. Она сама услышала свой короткий, ошеломлённый вдох. Драко этого не пропустил. Его брови слегка сошлись на переносице, а взгляд на долю секунды опустился к её губам. Он выпрямился и чуть отодвинулся от неё. — Эм… — она опустила взгляд в пустой бокал. — Я… да, было бы неплохо… Я… Гермиона осеклась, отчётливо понимая, что язык и мысли сегодня работают совершенно несогласованно. Она поспешно сунула руку в карман за кошельком, собираясь достать мелочь, но Драко покачал головой и выставил ладонь, останавливая её. — Не нужно, я угощаю, — сказал он. Окинув взглядом напитки их друзей, увлечённых разговором, и убедившись, что почти у всех бокалы ещё полны, он поднялся из-за стола и скрылся из виду. Гермиона проводила его взглядом, пытаясь осознать простую, но почему-то невероятную мысль: Драко покупает ей коктейль. Через стол она встретилась глазами с Джинни. Та беззвучно спросила одними губами: «Ты в порядке?» Гермиона кивнула и вновь прислушалась к разговору как раз в тот момент, когда Тео говорил: — …И я понял это сразу, как только почувствовал запах. Всё в этом зелье было тобой. Парвати сияла, её щёки порозовели от удовольствия. Она тихо хихикнула, переплетая пальцы с его пальцами поверх стола. — Я сто лет не нюхала свою Амортенцию. Надо будет попробовать снова. У Драко ещё осталось что-нибудь в аптекарской лавке? Тео прикусил губу и подался вперёд. — Конечно осталось. Нам вообще стоит сходить туда прямо сейчас! Гермиона вполне могла бы закатить глаза от того, насколько безнадёжно влюблёнными они выглядели, если бы это не было чертовски мило и немного завидно. — О да, давайте! — объявила Парвати и одним глотком допила остатки коктейля. Поставив бокал на стол, она уже начала выпихивать Тео из диванчика. Затем перевела взгляд на Гермиону и Джинни. — Устроим маленькую вылазку? Глаза Гермионы слегка расширились. Именно в этот момент к столу вернулся Драко. Он снова сел рядом с ней, подвинув к ней тот самый красный коктейль, а в другой руке держал свой свежий напиток. — Ой… нет, эм… Мы с Джинни вообще-то хотели сегодня просто поболтать, — виновато сказала Гермиона Парвати, а потом повернулась к Драко. — Спасибо… за коктейль. Он одарил её своей лёгкой полуулыбкой. Той самой полуулыбкой, от которой девушки теряют трусики. Видеть её так близко было совершенно противопоказано её душевному и физическому здоровью. — Не за что, — ответил он и сделал глоток, вновь сосредоточившись на разговоре за столом. Гермиона тоже отпила из бокала просто потому, что нужно было чем-то занять себя, и тут заметила, что Парвати смотрит на неё с недовольной гримасой. — Не знаю, Гермиона, по-моему, звучит довольно весело, — говорила тем временем Джинни. — Я, например, вообще не знаю, чем пахнет моя Амортенция. Шестой курс был… не самым счастливым временем. Она слегка поморщилась, и остальные сразу поняли, о чём речь. Гермиона с трудом верила собственным ушам. Джинни соглашалась пойти в магазин, принадлежащий Драко Малфою — человеку, которого она, мягко говоря, не жаловала. Гермиона ненавидела этот факт, но втайне надеялась, что хотя бы сейчас он сыграет ей на руку. Да, она сохла по этому мужчине, но предпочитала делать это на безопасном расстоянии. Всё это постоянное соседство действовало на её слишком нежное сердце самым разрушительным образом. Она бросила на Джинни возмущённый взгляд. Та лишь пожала плечами, ничуть не раскаиваясь. Парвати хлопнула в ладоши. — Великолепно! Она поставила пустой бокал на стол и снова начала вытаскивать Тео из-за стола. — Подождите, — возразила Гермиона, поднимая свой напиток. — У меня тут вообще-то ещё полный бокал. Драко рядом с ней поддержал эту мысль и небрежно бросил на стол ключи. Они скользнули по деревянной поверхности к Тео. При виде этих ключей внутри Гермионы начала нарастать тревога. — Идите без нас, — говорил Драко. — Мы спокойно допьём и подойдём позже. Тео подхватил ключи и поднялся из-за стола. Парвати выбралась следом за ним. Затем настала очередь Джинни. Гермиона почувствовала, как по телу пробегает беспокойная дрожь. Она знала, что должна радоваться возможности остаться с Драко наедине. Но вместо этого ей было страшно. Страшно, что она выдаст свои чувства. Страшно, что он скажет что-нибудь такое, что раздавит её окончательно. И всё же, когда Джинни бросила на неё многозначительный взгляд — тот самый взгляд, который девушки понимают без единого слова, Гермиона заставила себя отбросить все сомнения. Она едва заметно кивнула, показывая, что справится. Они ушли. Её сердце колотилось как сумасшедшее. А потом за столом остались только она и Драко. Гермиона влипла. Вдохновение: «Guilty as Sin?» — Taylor Swift, TTPD