Осколки демонического зеркала: путь к свету

«В горах обитает тигр — не подходи к нему.

Но тигр не тронет того, чья душа чиста.»

— Из «Книги песен» («Шицзин»)

 ☯︎☯︎☯︎

По поляне разносились громкие возгласы восхищения. Ученики переглядывались друг с другом, но Тянь Вэй не мог оторвать взгляд от огненного танца. Дыхание перехватило, он замер, не мигая, и внезапно понял: он тоже хочет научиться делать то же самое. Все уже стояли на ногах. Он не заметил, как подбежала Ю Лань и взяла его под руку. — Пойдём! Вопрос «куда?» застрял у него в горле. Тянь Вэй пришёл в себя только тогда, когда уже стоял в шеренге из семи учеников. Лань стояла справа от него, положив руку ему на левое плечо. С другой стороны стоял незнакомый молодой ученик, повторяя тот же захват. Тянь Вэй оказался зажатым с двух сторон, но повторил движения за ними. Глядя вперёд, он видел перед собой пылающую стену огня. В груди всё затрепетало от нетерпеливого ожидания, адреналин бурлил в венах. Из толпы раздался крик: — Вместе! И они бросились вперёд единым целым. Инстинктивно Тянь Вэй наполнил ноги ци и оттолкнулся от земли, как и остальные. Сердце бешено колотилось, языки пламени коснулись его ног, наполняя тело мягким теплом, но ни одна нитка одежды не пострадала. На несколько мгновений Тянь Вэю показалось, что он завис над огненной бездной. Сердце подскочило к самому горлу. От жары лицо горело, глаза наполнились слезами, а в нос ударил резкий запах дыма и угля. Но вот они уже приземлились на противоположном берегу, поднимая облака сухой земной пыли. Лёгкая вибрация пробежала от ступней по всему телу. Из груди сам собой вырвался смех – смесь безумной радости и тихого ужаса. Разжав захват на плечах соседей, Тянь Вэй обернулся, всё ещё не веря, что сумел перепрыгнуть огонь и остаться целым. Тонкие пальцы крепко сжали его локоть, уводя в сторону. Через несколько вдохов на землю приземлилась ещё одна шеренга учеников. Тянь Вэй резко повернул голову к девушке, которая тянула его за руку: — Старшая сестра! От неожиданного громкого восклицания Ю Лань вздрогнула, её глаза распахнулись. Тянь Вэй продолжил торопливо спрашивать: — Мы все можем так управлять пятью стихиями? Ю Лань тихо фыркнула, сразу прикрыв рот ладонью, и неловко улыбнулась. Она отвела его ближе к опушке леса и присела рядом с несколькими стеблями дикого пиона. В багровых отблесках костра плотно сомкнутые зелёные бутоны казались тёмными, почти бордовыми. Девушка осторожно накрыла один бутон ладонями, словно спрятала его в мягкий кокон. Прошло несколько мгновений, и кокон раскрылся. Тянь Вэй присел поближе, стараясь не упустить ни одной мелочи. Сначала бутон немного раздулся, как будто изнутри в него накачивали воздух, затем медленно распустился, открывая нежные светлые лепестки. Тянь Вэй приоткрыл рот от удивления: зрелище было неестественно, волшебно красивым. Ю Лань лёгонько толкнула его плечом, привлекая внимание: — Попробуй сам. Достаточно всего капли ци. Тянь Вэй выпрямился, уставившись на соседний ещё не раскрывшийся бутон пиона. Он повторил движения девушки, закрыв цветок ладонями. Почувствовал упругую, немного липкую поверхность бутона и замер. Ю Лань наклонилась ещё ближе и прошептала ему в ухо: — Главное — не переусердствуй. Если выпустишь слишком много энергии, цветок сразу завянет. Своей ци мы лишь ускоряем его рост. Он бросил на неё быстрый взгляд, глубоко вздохнул и направил тонкую струйку энергии в кончики пальцев, выпустив совсем немного ци, а потом сразу убрал руки. Пион раскрылся, но все его лепестки покрылись чёрными пятнами, похожими на язвы. Этот вид, особенно в тёмных отблесках костра, мгновенно напомнил Тянь Вэю того раненого оленя, которого он видел раньше на поляне. Пятна разрастались, пока не покрыли весь цветок целиком. На его глазах пион за несколько секунд высох и рассыпался мелким серым пеплом. Тянь Вэй смотрел, как лёгкие хлопья пепла кружатся в воздухе и тихо опадают на траву. Он крепко сжал кулак – пальцы задрожали от горькой обиды, он не хотел, чтобы девушка видела его слабость. Обида на самого себя, на собственную неподатливую силу, даже на демонов, что таятся в темноте, скопилась тяжёлым комом у него в груди. Ю Лань положила ладонь ему на плечо, и Тянь Вэй вздрогнул от неожиданного прикосновения. — Ничего страшного, Тянь Вэй. Не у всех получается с первого раза. Учитель научит тебя контролировать ци. Немного смущённый, Тянь Вэй кивнул и поднялся, не отрывая взгляда от кучки пепла на земле. «Я даже простой цветок не могу раскрыть. Я совершенно бесполезен.» В этот момент к ним подбежал один из старших учеников: — Старшая сестра, младший брат, уже час Быка. Ю Лань кивнула ему в ответ, и старший ученик быстро побежал обратно. Девушке пришлось мягко подтолкнуть Тянь Вэя вперёд. Он развернулся и пошёл твёрдыми шагами к почти догоревшему костру. По крайней мере, пламя теперь было в два раза ниже, чем тогда, когда они прыгали через огонь. Ю Лань проводила его взглядом, хотела последовать за ним, но задержалась и обернулась к горстке пепла. Несколько лёгких хлопьев упало на другой пион, который она сама раскрыла раньше, и на его лепестках тоже появились чёрные язвенные пятна. Она видела такое впервые. С поляны её громко позвали. После короткого раздумья она медленно пошла вслед за остальными учениками.

 ☯︎☯︎☯︎

Старшие и часть младших учеников засыпали тлеющий костёр песком. Тянь Вэй стоял в стороне. Из груди не уходило странное тяжёлое чувство: смесь злости, обиды и острой зависти. Он завидовал другим ученикам. Они легко управляли силой, их ждёт светлое будущее, они обычные, нормальные люди. А что ждёт его? Только бесконечная боль и вечная тёмная тайна. Ни одно живое существо не сможет спокойно жить рядом с ним – кроме тех, кто равен ему по силе, как, например, учитель. Глаза сами собой скосились в глубокую тьму леса. Из древних свитков мудреца он знал о старом пророчестве и о владыке холодной тьмы. Кто мог им быть, если не Ван Чжэ? Бессмертный, первый ученик, который жил и учился на горе мудрецов, одинокий, красивый и опасный… Тянь Вэй глубоко вдохнул сырой ночной воздух и резко выдохнул. Группа старших учеников ушла дальше по тропе, остальные последовали за ними. Тянь Вэй плёлся самым последним, в хвосте колонны. Лунный свет почти не пробивался сквозь густые кроны деревьев. Мягкая глина под ногами проминалась, он слышал неприятное хлюпанье, как пузырьки воздуха лопаются под ступнями. Как размокшая глина в тёмном лесу. Его затошнило. Он прикрыл нижнюю часть лица ладонью и поднял глаза на спины идущих впереди. Кто-то случайно наступил на сухую ветку, раздался громкий треск. По телу пробежала дрожь, он крепко зажмурился и немного замедлил шаг. Он старался дышать глубже, не отрывая взгляда от спин впереди идущих, чтобы не потерять единственный ориентир в непроглядной тьме. В висках сильно пульсировало, всё вокруг начало плыть и размываться. Он пошатнулся, остановился и положил руку на грудь, прямо под сердце. Стал считать десять глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Считал ещё раз. Открыл глаза только тогда, когда тяжесть в теле и дрожь в конечностях прекратились. Огляделся вокруг и понял: все ушли далеко вперёд. Он остался один в лесу. Сглотнув сухой ком в горле, он решил просто идти прямо вперёд – рано или поздно лес должен закончиться.

 ☯︎☯︎☯︎

Уже догорела одна палочка благовоний, а лес всё не имел конца и края. Не поддаваясь панике, он ускорил шаг и вскоре заметил узкую тропу. Двигаясь по ней, заросли постепенно редели, открывая просторную поляну. Синяя от лунного света высокая трава тихо колыхалась от ветра. От огромного облегчения Тянь Вэй глубоко выдохнул. Полпути пройдено. Осталось либо догнать группу учеников, либо дойти до бамбуковой рощи. Пришлось поднимать ноги выше, чтобы пробираться сквозь густую траву. Штаны прилипали к коже, пропитанные холодной росой, свежий травяной аромат наполнял лёгкие. С каждым шагом его дыхание становилось глубже, шаг шире. Потом он перешёл на рысь, потом побежал. Просто мчался вперёд без остановки. Тело стало невероятно лёгким, как будто сам воздух толкал его вперёд. Дыхание сбилось, щёки горели от бега, но он не останавливался. Окрыляющее чувство полной свободы заполнило всё его существо от ступней до макушки. Оно вело его, звало, принимало его целиком. Он не знал, сколько времени бежал, но когда наконец остановился, ноги тряслись от усталости. Буквально рухнул на колени, потом лёг на спину и стал смотреть в звёздное небо. Небо над ним было чистым, глубоким чёрным, усыпанным звёздами так плотно, что между ними почти не оставалось пустого места. Тысячи холодных далёких звёзд смотрели на него сверху, но почему-то они не пугали его. Млечный Путь рассекал небосвод как бесконечная дорога, уходящая за горизонт. Тянь Вэй замер, поймав себя на мысли: впервые за очень долгое время он не искал в звёздах предзнаменований, а просто спокойно смотрел на них. На краю поляны мелькнуло что-то белое, но он не почувствовал никакой опасности. Легко повернул голову, и увидел, что это существо, вернее, тигр, нависает над ним. Чи Ю остановился совсем рядом и медленно обнюхал воздух. Узнав знакомый запах, тигр лёг и положил свою тяжёлую голову прямо на грудь Тянь Вэя. Его тяжесть выбила весь воздух из лёгких, дыхание перехватило. Тянь Вэй резко выдохнул и стал дышать мелкими, частыми вдохами. Рука сама собой опустилась на густую холку зверя. Он несколько раз мягко погладил её, и тигр замурчал, как огромный домашний кот. Гулкая вибрация пробежала через всё тело парня. Тянь Вэй лёгонько приподнял голову и улыбнулся. Шерсть Чи Ю отливала холодным голубым в лунном свете, зверь был похож на мифическое небесное существо. Тёмные полосы на его шкуре складывались в уникальный узор, который не отпускал взгляд Тянь Вэя. Он понял: тигр всегда рядом, когда ему нужна поддержка. Это осознание согревало душу. Ему так хотелось верить, что есть хотя бы одно живое существо, которое принимает его без страха и отторжения. Вдруг всё тело обдало ледяным холодом – не физическим, а таким, как будто по энергетическим меридианам разливается холодный твёрдый металл. Тигр вздрогнул всем телом, мурчание сразу оборвалось. Его морда повернулась туда, где находилась голова Тянь Вэя. За спиной парня явно кто-то стоял. Этот холод был знакомым, но обжигающе ледяным. Тянь Вэй видел, как тигр медленно, с гордой осанкой поднялся и прошёл прямо рядом с его головой. Учитель. Осознание ударило его как молот по голове. Он мгновенно вскочил, сложил ладони перед грудью в приветственном жесте. Сцена напомнила ему день после второго испытания на пляже. Белоснежная одежда учителя ярко выделялась на фоне тёмной ночи. Прямая спина, руки, сложенные за спиной, слегка приподнятая голова и блики луны на его маске. Здесь были он, учитель и тигр. Но что-то было совершенно не так. «Что не так?» Давящая энергия билась в венах. Учитель смотрел прямо на него. Его взгляд обжигал, подавлял, лишал душу покоя. Тигр сел рядом с Ван Чжэ, верный и спокойный, не ища ласки. Тот не стал гладить зверя, только положил руку на его холку, словно показывая всем: это моё существо. Взгляд Тянь Вэя метался по фигуре мужчины от макушки до ступней, он не мог задержать его на чём-то одном. В какой-то миг их глаза встретились. В глазах учителя была только пустота. Абсолютная, поглощающая всё вокруг пустота. Ни искр, ни тёплой связи между ними. Тянь Вэй опустил взгляд: ему казалось, что ещё одно мгновение, и он утонет в этой ледяной бездне, умрёт заживо. Чужая тёмная энергия давила на него, полностью доминируя над его собственной ци. Пальцы задрожали, на лбу выступил холодный пот. Ещё немного, и он потерял бы равновесие. «Скажи хоть одно слово!» Почти на грани сознания тигр сделал движение. Легонько толкнул Ван Чжэ в бедро. Давящая энергия исчезла за одно мгновение. Тянь Вэй неровно выдохнул. Когда он решился снова поднять глаза, учитель уже сидел верхом на тигре и быстро удалялся в глубины леса, в самую густую тьму. Напряжённые мышцы наконец расслабились. Он начал судорожно дышать, оглядывая пустую поляну. Здесь больше нельзя было оставаться. Стрекот сверчков разорвал мёртвую тишину. Только сейчас Тянь Вэй заметил: всё живое вокруг замерло вместе с ним, боясь нарушить напряжение. Он чувствовал себя потерянным, как в детстве, когда случайно отбился от отца в толпе на рыночной площади. Только тогда вокруг были люди, у которых можно было попросить помощи, а сейчас никого. Тогда он не нуждался в поддержке. А сейчас внутри была пустота. Рядом с его ногой земля затрещала. Через мгновение из неё выглядел подслеповатый крот, поводил усами в воздухе и снова зарылся обратно. Из-за деревьев бесшумно вылетела сова и села неподалёку. Она не отводила от него внимательный взгляд. Её оперение было пятнистым, коричневых оттенков, а ровный пуховой круг вокруг глаз резко выделялся на мордочке. Сова склонила голову набок. Тянь Вэй машинально повторил её движение. Несколько раз моргнув, понял, что теряет время, и сделал шаг назад. Сова громко ухнула, распахнув широкие крылья, и подпрыгнула немного в сторону. Его одолели сомнения. С одной стороны, это волшебное место, может быть, птица хочет помочь ему найти дорогу. Но что, если она просто играет с ним или пытается увести от своего гнезда? «Совы вообще строят гнёзда?» Тупо моргнув, Тянь Вэй ещё раз осмотрел крупную птицу. Сделал к ней шаг – она отпрыгнула назад, но не улетела, всё так же внимательно следя за ним. Ещё шаг, и ещё один. Наконец сова взлетела на ближайшую ветку дерева и продолжала наблюдать за идущим парнем.

 ☯︎☯︎☯︎

Прошла целая стража, прежде чем сова привела его к бамбуковой роще. Тянь Вэй глубоко облегчённо выдохнул, повернулся, мысленно поблагодарил птицу и хотел попрощаться за всё время пути – за эти часы сова стала для него почти родной. Не дождавшись его жеста, птица сразу взлетела и скрылась между стеблями бамбука. Тянь Вэй проводил её взглядом и пошёл дальше. Чем ближе он подходил к освещённой поляне с беседкой, тем медленнее становился его шаг. А если учитель не спит и находится там? Сегодня он был явно не в духе. «Наверняка это я сам во всём виноват.» Весь день, особенно за ужином, он вёл себя странно, трясясь как пьяный от чужой тёмной энергии. Как бы он ни оттягивал момент, высокий бамбук расступился, открывая вид на освещённую поляну. Хижина учителя была тёмной, без огня. Ступая совершенно бесшумно, Тянь Вэй прокрался к своей маленькой пристройке. Только закрыв за собой дверь, он смог нормально выдохнуть. Обвёл комнату усталым взглядом, схватил маленький мешочек с успокаивающими травами и почти прижал его к носу, глубоко вдыхая аромат. Лёгкий запах ромашки заполнил лёгкие. Глаза сами собой закатились от облегчения. Дрожь медленно отступала, заменяясь спокойствием и умиротворением. Тяжёлый узел напряжения в животе развязался. Ци, которая раньше двигалась медленно, как застывшая смола, ускорила свой поток, разгоняя мягкое тепло по всему телу. Только когда прошло время, равное четверти сгорания палочки благовоний, он отложил ароматный саше. Час Быка давно прошёл, луна скрылась за горизонтом, а на небе уже появились первые оранжевые отблески рассвета. Через одну стражу ему нужно было вставать на утреннюю тренировку и завтрак. А это значит он снова встретится с учителем. Расстелив тонкую циновку на полу, Тянь Вэй сел на неё с одной единственной тяжёлой мыслью. «Как же я не хочу встречаться с учителем завтра утром.»

 ☯︎☯︎☯︎

Чэнь Хаою не мог понять, зачем главе школы лично наблюдать за неофициальным обучением новеньких учеников. Старшие воспитанники вполне справлялись с этим делом сами. Но он не имел права нарушать негласное правило школы. Интуиция подсказывала: что-то обязательно должно случиться сегодня. И сейчас он стоял в глубокой тени деревьев, не отпуская тяжёлое чувство опасности. Возможно, внутреннее чутьё и привело его сюда. Он видел, как ученица Ю Лань и Тянь Вэй сидят у опушки поляны, склонившись над нераскрывшимися пионами. Девушка накрыла бутон ладонями, и через несколько вдохов цветок послушно распустился под действием её мягкой ци. Чэнь Хаою буквально видел, как глаза Тянь Вэя вспыхнули восторгом. От парня исходили плотные волны чувств, такие ощутимые, что их можно было потрогать руками. Восхищение, смешанное с тихим страхом, било прямо в душу наблюдателя. Чэнь Хаою сам невольно затаил дыхание, следя за тем, как юноша повторяет приём девушки со вторым бутоном. И сразу почувствовал: в воздухе вибрировала тяжёлая волна неудачи и тёмной энергии. Вместо нежных лепестков остался только серый пепел. Чёрные хлопья осели на пальцах Тянь Вэя и на траве вокруг. Чэнь Хаою стало неловко и обидно, как будто он сам оказался на месте мальчика. Неожиданно сердце ударило особенно сильно – глухо, тяжело, словно хотело вырваться из грудной клетки. Чэнь Хаою рефлекторно сделал шаг вперёд, но вовремя остановился. Нахмурившись, положил ладонь на средний даньтянь и попытался успокоить бешено бьющееся сердце и разбушевавшуюся ци. К ним подбежал другой ученик. Тянь Вэй поднялся и ушёл, Ю Лань последовала за ним. Но Чэнь Хаою заметил странность: девушка смотрела на обгоревшие пионы с непониманием и тревогой. Что-то сильно её насторожило. Когда все ученики покинули поляну, он вышел из тени к тем самым цветам. Вместо пионов на земле лежали только кучки пепла. Не одна, не две, а тёмный прах покрыл довольно большой участок поляны. Он расползался по земле, въедаясь в глину и оставляя за собой пульсирующие чёрные жилы. Глаза Чэнь Хаою забегали от волнения. «Нужно срочно что-то сделать. Но что?» Он резко опустился на корточки. В этот момент невидимая сила надавила ему на плечи всей своей тяжестью. Почти механически его руки погрузились в мягкую влажную землю, пальцы зарылись на несколько цуней в глину. Земля была слишком тёплой. Словно под её поверхностью тлеет что-то живое и зловещее. Сделав глубокий вдох, Чэнь Хаою попытался ощутить собственный источник силы в нижнем даньтяне. Он никогда не делал этого раньше. Не умел и не имел необходимости. Но сейчас другого выхода не было. «Придётся усердно тренироваться, чтобы контролировать глубинную ци.» — мелькнула мысль на краю его сознания. Все внешние звуки исчезли. Ночной ветер, шорох сухого праха – всё пропало. В ушах зажурчала только его собственная кровь, стучащая в ритме сердца. Взгляд расфокусировался, весь мир размылся в тёплом тумане. Сначала в нижней части живота появились мягкие ритмичные толчки. Они участились, совпав с биением сердца. Жар усилился, растекаясь по энергетическим меридианам жидким тягучим огнём. Расплавленная энергия дошла до среднего даньтяня. Сердце билось так сильно, что казалось пробьёт рёбра. Чэнь Хаою почти завалился вперёд, но руки крепко вцепились в землю, не давая упасть. Когда жар достиг верхнего даньтяня, мощный электрический разряд пронзил позвоночник и ударил прямо в мозг. В висках невыносимо пульсировало, перед глазами плясали белые пятна. Глубоко выдохнув, он попытался направить ци из тела в ладони. Энергия потекла по рукам без малейшего сопротивления – мягко, послушно, как будто всё это время ждала только этого сигнала. Ему даже показалось, что на коже рук появились сотни тонких трещин, готовых рассыпаться от любого неверного движения. Сильный толчок. Ци хлынула в землю. Чэнь Хаою чувствовал, как энергия просачивается сквозь почву, расходится по корневым системам растений тонкими невидимыми нитями. Вся заражённая тёмной силой территория была видна ему как на ладони: каждая поражённая травинка, каждый чёрный гнилой корешок. Он надавил ци ещё сильнее. Земля будто подсветилась изнутри: мягкое золотистое сияние пробилось сквозь трещины глины, озаряя тёмные пульсирующие жилы и выжигая тёмную заразу. Пот скатился по лбу, попал в глаза и щипал их болью. Он дышал глубоко через нос, но воздуха всё равно не хватало. Ещё один толчок, и ещё. Он упал на колени, не обращая внимания на грязную землю. От рук пошла мелкая нервная дрожь, разошедшаяся по всему телу. Перед глазами стояла плотная мутная пелена. Он уже не понимал, стекает ли по лицу пот или слёзы от перенапряжения. От тяжёлого дыхания внутренняя поверхность маски запотела. Влажный спёртый воздух обжигал губы. Ему так хотелось сорвать маску и сделать полный глубокий вдох, но пальцы не могли разжаться, крепко сцепленные с землёй. От невыносимой пульсации глаза готовы были вылезти из орбит. Он крепко закрыл их. Перестал чувствовать собственное тело. Остались только жар и бесконечная сила. Три удара сердца. Раз. Два. Три. Из горла вырвался стон смертельной усталости и сразу за ним… Темнота. Поглощающая, густая, тягучая тьма накрыла его целиком, укрывая и спасая от мучительного перенапряжения. Наступила облегчающая прохлада. Тело всё ещё дрожало мелкой дрожью. Нет. Не он дрожит от усталости. Чэнь Хаою резко распахнул веки и тихо зашипел от боли: голова раскалывалась, каждый удар сердца отдавался тупой болью в висках. Сфокусировав размытый взгляд, он понял источник дрожи. Он сидит верхом на Чи Ю. Тигр несёт его лёгкой рысью в неизвестном направлении. Чэнь Хаою приоткрыл рот, но из горла вырвался только хриплый шёпот. — Стой, — выдохнул он. Горло было сильно исцарапано, голос сел от перенапряжения. — Стой, Чи Ю… Тигр не остановился. Только одно ухо слегка дёрнулось, а шаги стали шире, зверь явно торопился куда-то. Тигр не только не послушался приказа, он глухо предостерегающе зарычал. Чэнь Хаою вздрогнул от страха, липкий ком тревоги застрял в горле, перекрывая дыхание. Попробовал оглянуться назад, но перед глазами мелькали только размытые силуэты деревьев. Ветки хлестали по его плечам, холодный ночной ветер обжигал щёки, заставляя крепко жмуриться. «Как я оказался здесь?» Никто не ответил ему. Даже он сам не мог найти объяснения. В голове царила абсолютная пустота, как будто он проспал всю ночь без снов. Но он точно помнил, как стоял у поляны, присел на корточки и вливал свою ци в заражённую землю… и всё. Дальнейшие события стёрлись из памяти без следа. Теперь всё тело затрясло по-настоящему. Дрожь шла из глубин, от самого центра даньтяня, где ещё не остыл раскалённый жар от магического ритуала. Он точно не терял сознания. Просто в памяти пропал целый отрезок времени, как будто кто-то вырезал его ножом. Каким-то образом он покинул заражённую поляну, нашёл Чи Ю, сел ему на спину и поехал. Его поза уверенного всадника подтверждала это: он не был брошен на спину без памяти. Руки крепко держатся за холку тигра, ноги правильно сжаты по бокам зверя, тело полно скрытой энергии. И огромного необъяснимого страха. Кусок его собственной жизни исчез из памяти. Он не понимал, что делал в тот пропущенный момент. Тигр увозит его в неизвестность, совершенно не слушая приказов. В просветах между деревьями впереди мелькнула полоска светлого неба. Лес постепенно редел, но Чэнь Хаою не узнавал это место. Он никогда не был здесь раньше или все воспоминания об этом стёрты. Вместо бамбука вокруг росли высокие сосны, их густые кроны смыкались над головой, пропуская лишь редкие тусклые лучи ущербной луны. Воздух стал суше и холоднее, наполнился ароматом хвои и чем-то ещё. Чем-то древним, давно забытым, от чего сердце замирало от тревоги. Тигр на мгновение замер, потом свернул в узкий проход между стволами деревьев. Ветки хлестнули по лицу, оставляя на коже мокрые холодные следы. А потом лес полностью расступился. Чэнь Хаою не успел разглядеть, что открылось перед ним – тьма снова сомкнулась вокруг, но сердце уже знало: это не обычная поляна. Это место, которое Чи Ю никогда не показывал ни одному человеку. Место, где он прячет что-то невероятно важное. Или кого-то. Чи Ю глухо зарычал, не угрожающе, скорее утверждающе и ускорил рысь. Луна скрылась за плотными тучами, и весь мир погрузился в непроглядную тьму. Исчезли даже размытые силуэты деревьев, остались только тихие шорохи листвы, дыхание тигра и собственное бешено колотящееся сердце, подскочившее к самому горлу. «Куда ты меня везёшь?» Но ответа не последовало. Только холодный ночной ветер, непроглядная тьма и верный тигр, который знал дорогу туда, куда сам Чэнь Хаою никогда не хотел бы идти.