Месть за прошлое.

Август пролетел как одно смазанное, но на удивление продуктивное мгновение. По решению Дамблдора Гарри пришлось вернуться на Тисовую улицу до полного одиннадцатилетия. Дурсли, шокированные его новым, дорогим гардеробом и гордым видом, заперлись в своей раковине страха. Они выделили ему комнату Дадли, стараясь вообще не пересекаться с племянником. Гарри использовал это время с умом: он не бездельничал, а под чётким ментальным руководством Дэнни, которая выходила на связь каждую ночь через их нерушимый коридор Певереллов, читал учебники и учился базовой концентрации. Дэнни же в доме Тонксов зря времени не теряла. Она не только штудировала школьную программу, но и активно общалась с Тедом и Андромедой, впитывая особенности быта чистокровных магов и правила поведения в обществе. Фрейд оказался идеальным питомцем: он мгновенно приучился к порядку, обожал спать на стопках её пергаментов и тонко чувствовал любое изменение настроения своей хозяйки. И вот наступило долгожданное первое сентября. Рано утром Тед и Андромеда Тонкс вместе с Даниэлой приехали на вокзал Кингс-Кросс. Дэнни выглядела собранной и стильной: отличные джинсы, светлый мягкий свитер, аккуратный хвост. На плече у неё в удобной сумке-переноске восседал Фрейд, внимательно оглядывая толпу маглов. Тед катил массивную тележку с её кованым сундуком. Вскоре у входа появился и Гарри. Вернон Дурсль высадил его у вокзала и с диким хохотом умчался, оставив мальчика один на один с тяжелым чемоданом и клеткой с Буклей. *«Гарри, не паникуй, мы прямо за твоей спиной, у перехода между девятой и десятой платформами»*, — тут же зазвучал в его голове уверенный голос сестры. Гарри обернулся и с облегчением побежал к ним. Тед и Андромеда тепло поприветствовали мальчика, припоминая каким он был в младенчестве, помогли перегрузить вещи и подробно объяснили, как устроен проход сквозь барьер. — Главное — идите уверенно и не останавливайтесь, — мягко улыбнулась Андромеда, обнимая близнецов на прощание. — Ничего не бойтесь. Вы вместе, а это ваша самая большая сила. Дора просила передать, что встретит вас уже в замке. Взявшись вдвоем за ручку тележки Гарри, близнецы синхронно шагнули к кирпичной стене. Шаг, другой, скорость увеличивается... Пространство вокруг них на мгновение сгустилось, обдав легким теплом, и в следующую секунду они вынырнули на залитой светом и окутанной багровым дымом платформе 9¾. Перед их глазами распахнулся совершенно иной мир. Огромный, величественный Хогвартс-Экспресс лениво пускал пар у перрона, а вокруг него бурлила колоссальная, пестрая толпа волшебников. Дэнни и Гарри медленно покатили свои тележки вдоль поезда, ища свободный вагон. Фрейд в своей переноске недовольно зашевелился от громкого уханья сов и криков уезжающих студентов. Пройдя чуть дальше, они услышали громкий, суетливый, но удивительно добрый женский голос, доносившийся сквозь шум толпы: — ...каждый год одно и то же, вечно мы опаздываем! Так, Перси, ты первый. Фред, Джордж, не смейте взрывать туалет в поезде, я вас знаю! Ронни, дорогой, у тебя нос испачкан, дай вытру... Близнецы обернулись и увидели большую, приметную группу людей. Все они, от мала до велика, обладали ярко-рыжими шевелюрами. Это была семья Уизли. Маленькая девочка, Джинни, крепко держала маму за руку и шмыгала носом, явно расстроенная тем, что остаётся дома. Один из старших мальчиков, Перси, с невероятно гордым видом поправлял на мантии блестящий значок старосты. Близнецы Фред и Джордж вовсю дурачились, пытаясь развеселить сестру, а их ровесник Рон — худой, веснушчатый мальчик в слегка поношенной куртке — смущённо переминался с ноги на ногу, пытаясь запихнуть в карман старую толстую крысу Коросту. При виде этой крысы внутренний серебряный щит окклюменции Даниэлы выдал холодную, расчетливую вспышку. Питер Петтигрю. Предатель находился на расстоянии вытянутой руки, спокойно притворяясь домашним любимцем. Дэнни едва заметно сузила глаза, думая о том что могла бы кинуть эту крысу под поезд, но тут же взяла себя в руки: сейчас было не время устраивать скандал на глазах у министерских работников и сотен свидетелей. Всему своё время. План мести должен быть идеальным. Дэнни, сияя открытой и вежливой улыбкой, сделала шаг навстречу миссис Уизли: — Добрый день! Извините, пожалуйста, вы не подскажете, в какие вагоны лучше садиться первокурсникам? Мы с братом едем впервые, немного растерялись в такой толпе. Молли Уизли мгновенно прервала свою тираду, обращенную к сыновьям, и повернулась к Даниэле. Её доброе, слегка уставшее лицо тут же озарилось теплой, истинно материнской улыбкой. Её проницательный женский взгляд мгновенно подметил идеальную аккуратность в одежде близнецов, их потрясающие, одинаковые зелёные глаза и вежливые манеры. — О, конечно, милая! Первокурсники, надо же! — всплеснула руками миссис Уизли, переводя взгляд с Дэнни на Гарри. — Мой младший, Ронни, тоже в этом году в первый раз едет! Совсем зеленые еще... Фред! Джордж! А ну-ка быстро помогите ребятам поднять эти тяжелые сундуки в вагон, живее! — Да без проблем, мам! — в один голос отозвались близнецы-разбойники, мгновенно материализуясь рядом с тележками Поттеров. Они ловко, в четыре руки подхватили массивный кованый сундук Дэнни, а затем и чемодан Гарри, с легкостью занося их на тамбур поезда. Фред при этом задорно подмигнул Даниэле, заметив выглядывающего из сумки Фрейда: — Ого, какой суровый парень! Отличный кот, леди. Если вашему пушистому другу понадобятся качественные магические мыши или фокусы для уроков — обращайтесь к нам, Фреду и Джорджу, мы главные поставщики веселья на Гриффиндоре! — Обязательно обращусь, мальчики, — весело, с озорным огоньком в глазах ответила Дэнни, ничуть не смутившись их напора. — Я и сама не прочь устроить пару хороших проказ, так что мы точно найдем общий язык. Фред и Джордж удивлённо и увазительно переглянулись. Девчонка явно не была робкого десятка, не тушевалась и за словом в карман не лезла. — О, наш человек! — хохотнул Джордж, салютуя ей рукой. Тем временем миссис Уизли ласково подтолкнула смущённого Рона к близнецам: — Ронни, дорогой, иди с ребятами, займите вместе свободное купе. Спустя пять минут близнецы Поттер вместе с Роном Уизли устроились в уютном, чистом купе в самом конце вагона. Сундуки были надежно закреплены на верхних полках, Букля в клетке дремала в углу, а Фрейд, выбравшись из переноски, по-хозяйски устроился на коленях у Дэнни, внимательно и слегка презрительно косясь на карман Рона, где шуршала Короста. Кот явно чувствовал неестественную природу этой крысы, и Дэнни мысленно похвалила своего питомца за бдительность. Поезд издал оглушительный, протяжный гудок, дернулся и медленно, постепенно набирая ход, покатился вдоль платформы 9¾. В окно купе близнецы видели, как миссис Уизли вовсю машет им платком, как маленькая Джинни бежит за поездом, смеясь и плача одновременно, провожая братьев. Гарри откинулся на мягкое сиденье купе, глядя на уплывающий вокзал Кингс-Кросс. На его лице больше не было страха перед будущим, не было ощущения одиночества. Рядом с ним сидел его самый верный, озорной и сильный защитник. *«Ну что, Гарри Поттер,* — зазвучал весёлый, чистый голос Дэнни прямо в его сознании через их нерушимый ментальный коридор Певереллов. — *Детство закончилось. Добро пожаловать в Хогвартс. Давай покажем этому волшебному миру, на что способны настоящие близнецы Поттер!» За окном купе замелькали серые пригороды Лондона, постепенно уступая место сочным зелёным холмам и аккуратным фермерским угодьям Южной Англии. Поезд плавно покачивался на стыках рельсов, издавая мерный, убаюкивающий стук. В купе стояла легкая, поначалу немного неловкая тишина. Рон Уизли сидел на самом краю противоположного сиденья, то и дело бросая короткие, полные любопытства взгляды на близнецов. Его смущало всё: и безупречная, явно дорогая магловская одежда Гарри, лишенная малейшего намека на обноски, и собранный, проницательный взгляд Даниэлы, которая лениво поглаживала серую шерстку своего полуниззла Фрейда. Кот, к слову, так и не сводил зеленых глаз с левого кармана куртки Рона, где то и дело испуганно шевелился серый комок: — Слушайте, — наконец не выдержал Рон, потирая веснушчатый нос. — Я Роналд Уизли, а вы кто? Гарри слегка улыбнулся и переглянулся с сестрой. — Я Гарри, а это моя сестра Даниэла. Но все зовут её Дэнни. — Обалдеть... Поттер...— выдохнул Рон, переводя взгляд с одного на другого. — А у тебя... ну, у тебя правда есть этот... шрам? Гарри вздохнул, привыкая к такому вниманию, и аккуратно приподнял густую темную челку, открывая знаменитый шрам в виде молнии. Рон уставился на него так, словно перед ним предстало одно из чудес света. — Значит, это правда, — прошептал рыжий мальчик. — Ты помнишь... Сам-Знаешь-Кого? — Ничего он не помнит, Рон, — спокойно вмешалась Дэнни, её голос прозвучал мягко, но в нём отчетливо слышалась черта, за которую заходить не стоило. — Только много зеленого света и больше ничего. Мы тогда были слишком маленькими. — Извини, — тут же смутился Рон, густо покраснев до самых кончиков ушей. — Я не хотел... Просто в нашей семье об этом столько говорили. Мой папа работает в Министерстве, и он рассказывал, что ваш случай — величайшая загадка века. — Всё в порядке, — дружелюбно отозвался Гарри, чувствуя, как ментальная поддержка сестры через их внутренний коридор гасит любые неприятные эмоции. — А это твоя крыса? Рон с облегчением ухватился за смену темы и вытащил из кармана жирную, сонную серую крысу. — Да, это Короста. Она старая и совершенно бесполезная. По-моему, она вообще целыми днями только спит. Мне её отдал старший брат Перси, когда ему купили сову. У нас в семье вообще почти всё переходит по наследству... — Рон уныло вздохнул, косясь на свои слегка потертые обшлага. — Нас семеро детей, понимаете? Фред и Джордж вечно устраивают розыгрыши, Перси теперь староста, он жутко занудный. Билл и Чарли уже закончили Хогвартс, они были лучшими. Нам с Джинни приходится донашивать старые вещи. Дэнни внимательно посмотрела на мальчика. В её взрослой душе не было места высокомерию; она прекрасно понимала, как тяжело приходится младшему ребенку в многодетной, небогатой семье. — Знаешь, Рон, иметь столько братьев — это здорово, — тепло произнесла она, заставив Уизли удивленно поднять голову. — Вы огромная семья, вы горой стоите друг за друга. Мы с Гарри выросли без родителей, а Гарри так вообще у родственников, которые нас терпеть не могли. У нас не было никого, кроме друг друга. Так что поверь, семейное тепло стоит гораздо дороже, чем новые мантии. Гарри согласно кивнул. Слова сестры заметно приободрили Рона, его плечи расправились, а в глазах появилось искреннее уважение к этой необычной девочке, которая рассуждала так зрело и правильно. Около половины первого за дверью купе послышался приятный гул и стук колес маленькой тележки. Проводница — улыбчивая женщина с дивными ямочками на щеках — отодвинула стеклянную дверь. — Желаете что-нибудь, милые? — ласково спросила она. У Рона снова уныло вытянулось лицо, он поспешно вытащил из кармана завернутый в фольгу сверток. — Нет, спасибо, у меня есть бутерброды. Мама дала. С ливерной колбасой... Терпеть её не могу, она вечно забывает, что я её не ем. Гарри, помня наставления Дэнни о практичности и экономии, не стал скупать всю тележку, как сделал бы книжный прототип. Вместо этого он подошёл к проводнице и со знанием дела выбрал несколько упаковок шоколадных лягушек, пачку тыквенных печений и знаменитые бобы «Берти Боттс». — Давай делить, — весело предложил Гарри, высыпая сладости на сиденье между ними. — Бутерброды тоже давай, если хочешь, можем поменяться. Рон расплылся в улыбке, и уже через пять минут купе наполнилось хрустом и смехом. Рон увлеченно рассказывал близнецам о волшебном мире, о квиддиче и о факультетах Хогвартса. — Мои все учились на Гриффиндоре, — говорил он, набивая рот тыквенным печеньем. — Если я туда не попаду, мама меня убьет. Думаю, и вам туда прямая дорога. Хотя... говорят, Пуффендуй тоже ничего, но там как-то скучно. Главное — не Слизерин. — А что не так со Слизерином? — поинтересовалась Дэнни, подперев подбородок рукой. Фрейд на её коленях приоткрыл один глаз. — Ну как же! — Рон даже замахал руками. — Там учились все темные маги! Сам-Знаешь-Кто тоже оттуда. Говорят, там одни змеи и подлецы. — Факультет — это всего лишь место учебы, Рон, — мягко, но веско возразила Даниэла. — Магию делают темной люди, а не стены замка. Сила, амбиции и ум сами по себе не являются злом. Всё зависит от того, как ты их используешь. Рон замер с зажатой в руке шоколадной лягушкой, не зная, что ответить на такое взрослое замечание. Гарри лишь тихо хмыкнул — он уже привык, что сестра иногда выдавала формулировки, достойные умудренных опытом профессоров. В этот момент дверь купе снова с шумом распахнулась. На пороге стоял круглоголовый заплаканный мальчик — это был Невилл Долгопупс. — Извините, — всхлипнул он. — Вы не видели мою жабу? Она снова убежала, я нигде не могу её найти! — Ох, нет, к нам никто не запрыгивал, — сочувственно произнес Гарри. — Хочешь, мы поможем поискать в коридоре? — Не надо, он уже всюду искал, — раздался из-за спины Невилла властный, самоуверенный девичий голос. В купе заглянула девочка в уже надетой школьной мантии Хогвартса. У неё были густые, копной растрепанные каштановые волосы, довольно большие передние зубы и чрезвычайно апломбный тон. Это была Гермиона Грейнджер. Она окинула купе быстрым, оценивающим взглядом, который на мгновение задержался на сладостях и на Фрейде. — Я помогаю ему искать жабу, но, похоже, она сквозь землю провалилась, — заявила она, проходя внутрь без приглашения. — О, вы не переодеваетесь? Вам стоит поторопиться, я спрашивала у машиниста, мы прибудем примерно через час. Кстати, а что это у тебя? — она бесцеремонно указала пальцем на палочку в руках Рона, которую тот как раз вытащил, чтобы похвастаться перед Гарри глупым заклинанием Фреда. — Э-э... заклинание, — пробормотал Рон, окончательно растерявшись. — Фред сказал, так можно перекрасить крысу. — Ну давай, покажи, мне жутко интересно посмотреть на настоящую магию, — Гермиона сложила руки на груди, усаживаясь рядом с Роном. Рон прокашлялся, взмахнул потертой палочкой, из которой вылетел сонный сноп серых искр, и продекламировал: — Жирная глупая крыса, стань желтой, как солнце, как сыр и как эта лиса! Короста даже не почесалась, лишь дернула хвостом во сне. — И это всё? — фыркнула Гермиона. — По-моему, это вовсе не настоящее заклинание. Ну, во всяком случае, не из учебников. Я вот уже выучила несколько простых чар из «Курса первоклассника», и у меня всё получилось. В моей семье нет магов, мои родители маглы, и это было таким сюрпризом, когда пришло письмо! Я прочитала все учебники от корки до корки. Надеюсь, этого будет достаточно. Меня, кстати, зовут Гермиона Грейнджер. А вас? Рон недовольно пробурчал что-то вроде: «Рон Уизли». — Гарри Поттер, — представился мальчик, улыбнувшись. Гермиона ахнула, её глаза округлились. — Ты правда Гарри Поттер? Боже мой, я всё о тебе знаю! Ты есть и в «Истории современной магии», и в «Развитии и упадке Темных искусств», и в «Величайших волшебных событиях двадцатого века»... — А я Даниэла Поттер, его сестра, — спокойно прервала её излияния Дэнни, улыбаясь и протягивая руку для рукопожатия. — Приятно познакомиться, Гермиона. Девочка слегка опешила от такой холодной, но безупречной вежливости. Она пожала руку Дэнни, чувствуя, что эта сверстница ничуть не уступает ей в уверенности, а возможно, и превосходит. — О... привет, — Гермиона поправила мантию. — Я не знала, что у Гарри есть сестра-близнец. В книгах об этом почти ничего не написано. — Книги часто упускают важные детали, отдавая предпочтение громким сенсациям, — Дэнни мягко улыбнулась, разряжая обстановку. — Не переживай так сильно из-за учебы. То, что ты прочитала учебники — это великолепно. У тебя отличная память. Но в Хогвартсе важна не только зубрежка, но и практика. Если хочешь, мы можем сесть вместе на каком-нибудь предмете. Гермиона вспыхнула от удовольствия. Ей, привыкшей к одиночеству и непониманию со стороны сверстников, было безумно приятно услышать похвалу, да еще и от сестры самого Гарри Поттера. — Спасибо! — уже гораздо тише и дружелюбнее сказала она. — Ладно, пойдем, Невилл, нужно продолжить поиски. И вам правда пора переодеваться. Когда дверь за ними закрылась, Рон со стоном откинулся на спину. — Какая же она зануда... На каком бы факультете она ни оказалась, надеюсь, я туда не попаду. — Она просто волнуется, Рон, — рассудительно заметил Гарри, снимая куртку и доставая свою новую, отглаженную хогвартскую мантию. — Быть первой волшебницей в семье — это, должно быть, очень страшно. Вот она и пытается доказать всем, что достойна. Рон лишь покачал головй, удивляясь тому, какими понимающими и спокойными были эти близнецы Поттер. В них совершенно не было того пафоса, который он ожидал увидеть в героях сказок. Они были настоящими, надежными и удивительно приземленным. За окном окончательно стемнело. Поезд, издав долгий, пронзительный гудок, начал сбавлять скорость. Школьники в коридорах зашумели, послышался топот сотен ног, шуршание сумок и взволнованные голоса. Экспресс плавно остановился у крошечной, слабо освещенной платформы затерянной среди лесов станции Хогсмид. Холодный ночной воздух ударил в лицо, едва близнецы вышли из вагона. Гарри поежился, но новая шерстяная мантия отлично защищала от сырости шотландских нагорий. Повсюду висели масляные фонари, выхватывая из темноты испуганные лица первокурсников. — Первокурсники! Первокурсники, все сюда! — раздался над толпой громоподобный, знакомый голос. — Гарри, Дэнни, ко мне, малыши! Огромная фигура Рубеуса Хагрида возвышалась над морем голов. В руке он держал массивный фонарь, освещавший его доброе лицо. Близнюки с Роном быстро пробрались к лесничему. — Привет, Хагрид! — весело крикнул Гарри. — Привет, привет! Так, все собрались? Никто не потерялся? Отлично. Шагайте за мной, под ноги смотрите! К лодкам идем! Толпа самых маленьких студентов послушно потянулась за великаном по узкой, крутой тропинке, уходящей вниз, сквозь густую чащу черного леса. Было скользко, под ногами шуршала галька и прелая листва. Невилл пару раз споткнулся, но Рон вовремя придержал его за локоть. — Сейчас за поворотом будет первый вид, — обернувшись, подмигнул им Хагрид. И действительно, тропинка внезапно оборвалась на берегу огромного, гладкого, словно черное стекло, озера. А на противоположной стороне, высоко на скалистой вершине, взмывая в звездное небо бесчисленными башнями и шпилями, высился величественный замок Хогвартс. Его огромные окна светились теплым, янтарным светом, отражаясь в темной воде озера. По толпе одиннадцатилетних детей пронесся вздох искреннего, благоговейного восторга. — По четыре человека в лодку, не больше! — скомандовал Хагрид, указывая на целую флотилию маленьких челноков, покачивающихся у деревянного причала. Гарри, Даниэла и Рон быстро заняли одну из лодок. К ним поспешно подсела Гермиона, бережно прижимая к себе найденную в тамбуре жабу Тревора, которую она наконец вернула счастливому Невиллу. — Все сели? — крикнул Хагрид, занимая отдельную, самую большую лодку. — Тогда... Вперед! Лодки сами по себе, без единого взмаха весел, плавно отчалили от берега и скользнули по зеркальной глади озера. Вокруг стояла звенящая тишина, нарушаемая лишь тихим журчанием воды у бортов. Замок приближался, вырастая над ними колоссальной, древней каменной громадой. Дэнни смотрела на эти стены и чувствовала, как её магия, подпитанная родовой нитью Певереллов, радостно отзывается на древние чары, которыми был пропитан каждый камень этого места. Это был дом. Настоящий, магический дом. Лодки скользнули под тяжелую завесу плюща, скрывавшую широкий проем в скале, и побежали по темному подземному туннелю, который привел их к подземной пристани. Волшебники выбрались на сырые камни, и Хагрид, проверив, все ли на месте, повел их вверх по каменной лестнице, выходя прямо к огромным, дубовым парадным дверям замка. Великан трижды стукнул своим огромным кулаком в массивную дверь. Она тут же бесшумно отворилась.