Месть за прошлое.

Весна 1992 года принесла в замок новые тревоги. Благодаря глубокому анализу ситуации, Даниэла шаг за шагом распутывала клубок заговора вокруг Философского камня. Она знала, что заикающийся, вечно напуганный Квиррелл — лишь марионетка, на затылке которой паразитирует ослабленный дух Лорда Волдеморта. Подозрения Гарри и Рона, разумеется, упорно сходились на Северусе Снейпе — мальчики видели его поврежденную ногу и суровый нрав, принимая строгость за злой умысел. Дэнни не спешила разуверять брата слишком резко, позволяя событиям развиваться в нужном русле, но всегда держала руку на пульсе. Наказание, полученное Гарри, Роном, Гермионой и Драко Малфоем из-за глупой ночной вылазки к Хагриду (где Даниэла умышленно осталась в стороне, чтобы контролировать ситуацию из гостиной Слизерина), привело их в самое мрачное место школы — Запретный лес. Из-за важности момента Дэнни вызвалась пойти вместе с ними в качестве добровольного сопровождающего от Слизерина, убедив старосту, что присмотрит за Малфоем. Ночной Запретный лес встретил их первобытной, пугающей тишиной. Вековые, исполинские деревья сплетались своими черными ветвями высоко над головой, полностью закрывая бледный свет луны. Повсюду висел плотный, холодный туман, а под ногами хрустели сухие ветки и шуршал влажный мох. — Так, ребята, разделимся, — хмуро произнес Хагрид, держа в руке заряженный арбалет. Рядом с ним нервно переминался с лапы на лапу гигантский волкодав Клык. — Кто-то ранил прекрасное, чистое существо. В лесу лежит раненый единорог, его кровь светится серебром. Мы должны найти его. Гарри, Дэнни, Малфой — идите по правой тропинке вместе с Клыком. Гермиона, Рон и я идем налево. Чуть что — пускайте в небо красные искры! Их небольшая группа двинулась вглубь черной чащи. Драко Малфой шел, вздрагивая от каждого шороха и крепче сжимая палочку. — Мой отец узнает об этом, — трусливо шептал он, оглядываясь по сторонам. — Студентам не место в этом проклятом лесу! Здесь водятся оборотни, я уверен! — Малфой, замолчи, — холодно оборвала его Даниэла. Её ментальное восприятие было обострено до предела. Она чувствовала, как окружающий воздух буквально пропитывается тяжелой, гнилостной магией смерти. — Мы здесь не для твоих жалоб. Смотри под ноги. Впереди, на небольшой заросшей папоротником поляне, туман стал тоньше. И там, среди вековых корней древнего дуба, они увидели его. Это было зрелище одновременно прекрасное и бесконечно трагичное. Великолепный, белоснежный единорог лежал на боку, его гордая голова была безжизненна, а из глубокой раны на шее на темную траву медленно вытекала густая, мерцающая потусторонним серебряным светом кровь. Она светилась в темноте, словно расплавленные звезды. Внезапно Клык глухо зарычал и попятился назад, поджимая хвост. Из густой тени деревьев, плавно скользя над землей, словно черное ядовитое облако, выползло существо в длинном темном плаще с капюшоном, полностью скрывающим лицо. Существо двигалось бесшумно, источая ауру абсолютного, первобытного зла. Оно приблизилось к телу единорога, наклонилось и начало жадно, с отвратительным хлюпаньем пить светящуюся серебряную кровь из раны. — А-а-а-а-а! — дико, истошно закричал Малфой. Потеряв всякое самообладание, наследник рода Малфой развернулся и со всех ног бросился назад по тропинке. Клык, скуля от ужаса, устремился вслед за ним. Гарри и Даниэла остались стоять на месте. Существо в капюшоне медленно подняло голову. На его скрытом тьмой лице серебряными каплями поблескивала чужая священная кровь. Оно зашипело, словно гигантская змея, и стремительно, с невероятной скоростью двинулось прямо на близнецов. В ту же секунду Гарри схватился за лоб. Его знаменитый шрам в виде молнии пронзила дикая, невыносимая, ослепляющая боль, от которой мальчик упал на колени, тяжело дыша и теряя сознание. *«Гарри! Держись!»* — мысленно крикнула Даниэла. Её взрослый разум не знал страха перед этой тенью. Она шагнула вперед, закрывая брата своим телом. В её руке мгновенно оказалась волшебная палочка. Дэнни активировала всю мощь своей внутренней энергии, соединяя её со слизеринским стержнем. — *ЛУМОС СОЛЕМ!* — выкрикнула она заклинание, вкладывая в него колоссальный волевой импульс. Из конца её палочки вырвался ослепительный, яростный, невероятно мощный сноп чистого солнечного света, который буквально разрезал ночную тьму Запретного леса. Этот свет обладал очищающей силой, непереносимой для созданий тьмы. Существо в капюшоне яростно зашипело, прикрывая лицо длинными рукавами плаща, и отшатнулось назад в тени деревьев, не ожидав такого мощного отпора от одиннадцатилетней девочки. В этот же миг из чащи леса с громким топотом копыт выскочил могучий кентавр Флоренц. Его человеческое торс был силен, а конское тело имело красивый гнедой окрас. Он грозно взвился на дыбы, готовый атаковать тень своими мощными копытами. Существо в плаще, поняв, что эффект неожиданности утерян, растворилось в ночном тумане с тихим, зловещим шелестом. Pain во лбу Гарри мгновенно утихла. Мальчик, тяжело дыша, поднялся с земли, опираясь на руку сестры. — Вы целы, молодые люди? — спросил Флоренц, опускаясь на все четыре ноги и внимательно осматривая близнецов своими глубокими, синими глазами волшебника-астролога. — Вы не должны были быть здесь. Этот лес сейчас слишком опасен для детей. — Мы в порядке, спасибо вам, — ответила Даниэла, убирая палочку. Её дыхание было ровным, а взгляд — твердым. — Вы знаете, кто это был? — тихо спросил Гарри, всё еще слегка дрожа. — Это был тот, кто потерял всё и теперь влачит жалкое, проклятое существование, — мрачно ответил кентавр, глядя на тело единорога. — Убийство единорога — это страшный грех. Тот, кто выпьет его кровь, спасет свою жизнь, даже если находится на волосок от смерти. Но с этого момента его жизнь будет проклята, ибо он осквернил чистейшее существо волшебного мира. Вы понимаете, кто прячется в этих стенах, Гарри и Даниэла Поттер? Кто ждет возможности вернуть себе былую силу с помощью Философского камня? — Волдеморт, — выдохнул Гарри, и это имя тяжелым эхом разнеслось под сводами векового леса. Даниэла лишь молча кивнула, подтверждая его догадку. Время решительных действий стремительно приближалось. . . . Конец мая принес в Хогвартс изнуряющую жару и начало финальных экзаменов. Но для близнецов Поттер главная битва должна была развернуться не на пергаментных листах с тестами. Когда Альбус Дамблдор был срочно вызван фальшивым письмом в Министерство магии в Лондон, Даниэла поняла: Квиррелл пойдет за Камнем именно сегодня ночью. Гарри, Гермиона и Рон были настроены решительно. Дэнни присоединилась к ним без колебаний — её присутствие было гарантом того, что ребята пройдут все ловушки преподавателей без каноничных потерь и травм. Их путь через подземные залы школы стал настоящим испытанием командной работы. Благодаря четким, холодным указаниям Даниэлы, они миновали Пушка, усыпив его игрой на флейте. В ловушке из Дьявольских силков Дэнни скомандовала Гермионе: *«Зажги огонь, они боятся тепла и света!»*, и растения мгновенно отпустили ребят. На гигантской шахматной доске, созданной профессором Макгонагалл, Рон Уизли проявил себя как гениальный гроссмейстер. Даниэла с помощью своей палочки точечно усилила защиту его фигуры, благодаря чему, когда белый ферзь нанес удар по коню Рона, мальчик получил лишь легкий ушиб, избежав тяжелого каноничного обморока и сотрясения. Зал с загадкой Снейпа на логику встретил их стеной яростного, фиолетового и черного пламени. Гермиона быстро разгадала пергамент с подсказкой, указав на нужные флаконы. — Здесь остался глоток только для одного человека, чтобы пройти вперед! — взволнованно произнесла девочка, держа маленький флакон. — Гермиона, бери Рона и возвращайтесь назад, отправьте сову Дамблдору, — скомандовал Гарри, его глаза за стеклами очков горели решимостью. — Мы с Дэнни пойдем вдвоем. Мы близнецы, наша магия едина, мы разделим это пламя. Даниэла улыбнулась. Она достала свою палочку и применила продвинутые чары расширения объема жидкостей, совмещенные со слизеринской скрытностью. Маленького глотка Напитка защиты от огня хватило им обоим. Сделав по глотку, брат и сестра вместе шагнули сквозь яростное черное пламя, входя в последний, самый главный зал. Помещение было огромным, мрачным, высеченным из цельного куска гранита. В самом центре, залитое тусклым светом факелов, стояло величественное, старинное Зеркало Еиналеж. А перед ним, спиной к вошедшим, замер человек. Но это был не Северус Снейп. Человек медленно повернулся, и Гарри потрясенно ахнул. Перед ними стоял профессор Квиррелл. На его лице больше не было и следа привычной робкой застенчивости или заикания. Его взгляд был холодным, расчетливым и наполненным безумным торжеством. — Вы?! — выкрикнул Гарри. — Но... я думал Снейп... — Снейп? — Квиррелл громко, неприятно расхохотался, и этот смех эхом разнесся по залу. — Да, Северус выглядел так убедительно в роли злодея, не правда ли? С его вечно развевающейся мантией и скверным характером. Он так отчаянно пытался спасти твою шкуру на том матче по квиддичу, когда я пытался сбросить тебя с метлы! Если бы Снейп не бормотал свое контрзаклинание, я бы убил тебя еще в октябре! *«Я же говорила тебе, Гарри,* — раздался в сознании мальчика спокойный голос сестры. — * Он не такой монстр как ты думаешь»*. — Но он ненавидит меня! — выкрикнул Гарри вслух, пытаясь потянуть время. — О, он ненавидит твоего отца, Поттер! Они учились вместе, если ты не знал, — Квиррелл повернулся обратно к зеркалу, яростно ударив по нему рукой. — Но это не важно! Как работает это проклятое зеркало?! Я вижу себя, держащим Камень... Но как мне достать его оттуда?! Наш повелитель теряет терпение! — Позволь мне поговорить с ними... — раздался внезапно совершенно посторонний, леденящий душу, тихий шипящий голос, который, казалось, исходил из самого тела Квиррелла. Профессор вздрогнул, послушно кивнул и начал медленно разматывать свой огромный фиолетовый тюрбан. Ткань слоями падала на каменный пол. Когда Квиррелл повернулся к близнецам затылком, Гарри едва не вскрикнул от ужаса, а Даниэла лишь крепче сжала палочку, активируя окклюменцию. Там, где должен был быть затылок Квиррелла, находилось уродливое, расплющенное нечеловеческое лицо. Его кожа была бледной, словно мел, глаза горели яростным, рубиново-красным огнем, а вместо носа виднелись узкие змеиные щели. Это был Лорд Волдеморт в своем самом жалком, паразитическом обличии. — Гарри Поттер... И его сестра...— прошипело лицо волшебника. — Вот мы и встретились снова. Видите, чем я стал? Лишь тенью, чистым духом, вынужденным делить чужое тело... Но всегда находились те, кто готов впустить меня в свою жизнь... Кровь единорога вернула мне силы, но лишь Философский камень способен вернуть мне мое истинное тело... Ну же, один из вас! Подойдите к зеркалу! Посмотрите в него и скажите, что вы видите! *«Гарри, иди вперед,* — мысленно скомандовала Даниэла, её воля была твердой, как алмаз. — *Посмотри в зеркало. Твои намерения чисты — ты хочешь найти Камень, но не использовать его. Зеркало отдаст его тебе. Где бы оно не было, молчи.»*. Гарри, чувствуя колоссальную поддержку сестры, сделал несколько уверенных шагов вперед и остановился прямо перед зеркальной гладью. Он заглянул в полированное стекло. На секунду его отражение улыбнулось ему, запустило руку в карман мантии и вытащило оттуда тяжелый, кроваво-красный рубин, после чего положило его обратно. В ту же секунду Гарри почувствовал, как его собственный правый карман мантии ощутимо потяжелел. — Ну?! Что ты там видишь?! — яростно потребовал Квиррелл, снова поворачиваясь лицом. — Я... я вижу, как я жму руку Дамблдору, — соврал Гарри, стараясь держать лицо. — Мы выиграли Кубок школы. — Он лжет! — взревело змеиное лицо на затылке. — Камень у него! Убейте мальчишку! Хватайте девчонку! Квиррелл с диким воплем бросился вперед. Его длинные пальцы целились прямо в шею Гарри. Но Даниэла среагировала с быстротой молнии. — *ИНСЕНДИО!* — выкрикнула она, создавая между братом и профессором мощную стену бушующего огня. Квиррелл перепрыгнул пламя, его лицо было искажено безумной яростью. Он схватил Гарри за запястье. И в ту же секунду произошло то, чего Квиррелл никак не ожидал. Раздался ужасный, шипящий звук, напоминающий соприкосновение раскаленного железа с ледяной водой. Кожа на руках Квиррелла мгновенно пошла жуткими, черными волдырями, начав обугливаться и превращаться в пепел. Древняя магия материнской жертвы Лили Эванс, струившаяся в крови Гарри, была чистейшим ядом для существа, одержимого Волдемортом. — А-а-а-а-а! Магия! Какая боль! — дико закричал Квиррелл, отпрянув назад и глядя на свои разрушающиеся, дымящиеся ладони. — Гарри, хватай его за лицо! Жги его! — скомандовала Даниэла, подбегая к брату и направляя свою палочку на ноги Квиррелла, связывая их невидимыми путами. Гарри, превозмогая вспыхнувшую боль в шраме, сделал решительный шаг вперед и со всей силы вцепился обеими руками прямо в бледное лицо профессора. Зал наполнился нечеловеческим, истошным криком боли. Тело Квиррелла буквально на глазах начало превращаться в серый, безжизненный пепел, рассыпаясь под воздействием древней защитной магии любви. Через мгновение всё было кончено. Оболочка Квиррелла полностью разрушилась, оставив на полу лишь кучку пепла и пустую мантию. Но в ту же секунду из этой кучи с громоподобным, яростным ревом взмыл огромный, сотканный из черного дыма и тумана силуэт Лорда Волдеморта. Призрачный дух с огромной скоростью пронесся прямо сквозь Гарри, заставив мальчика от этого ментального удара потерять сознание и рухнуть на каменные плиты пола. Даниэла успела подхватить брата, закрывая его своей мантией. Черная тень Волдеморта сделала круг под потолком, издала бессильный шипящий возглас ненависти и пулей устремилась вверх, исчезая в вентиляционных шахтах подземелий Хогвартса. В зале воцарилась тишина. Даниэла сидела на полу, бережно удерживая голову Гарри на своих коленях. Из её правого кармана она достала Философский камень — тяжелый, граненый рубин, который мерно светился в темноте. Она знала, что через минуту сюда ворвется Альбус Дамблдор, который уже летел на метле над Шотландией, осознав обман. Но сейчас, в эти последние секунды тишины, перед тем как спрятать Камень обратно в карман брата, Дэнни перевела взгляд на стоящее рядом Зеркало Еиналеж...