Сломанный курс

Громкий свист разрезал небывало спокойно текущий небосвод. Послышался громкий хлопок удара крупного мешка о землю. Крохотные точки — люди, кои были видны с высот птичьего полета, как один по очереди задрали головы, завидев что-то падающее с неба с таким громким звуком. Облака, в которых образовались зияющие дыры, недобро смотрели на виновника, посмевшись прервать их идиллию методичного транзита с одного конца света на другой. Тело, чьи одежды сливались своей белизной с небесной ватой, с треском прошило густые кроны мангровых деревьев. Короткий вскрик, харк кровью и новый полёт, предвещая удар о толстую ветвь древа, отозвавшийся в позвоночнике электрическим импульсом чистой боли. Парень лишь злобно зашипел, чувствуя, как гравитация неумолимо тянет вниз, обещая превратить в тончайший блин, раскатанный поваром-садистом. Чуда не произошло. Потому он с глухим рокотом врезался в грубую почву. Земля просела под весом героя, оказавшись с серьёзной вмятиной, оставив после себя лишь лёгкое дрожание корней. В центре свежевырытого кратера неподвижно лежало тело. Его белая толстовка теперь едва ли подлежала восстановлению, пятна грязи и багровые разводы превратили её в лохмотья. Тёмные штаны пострадали меньше, но в целом вид у парня был как у бойца, чудом вырвавшегося из мясорубки, или как у последнего бомжа на районе. С дрожащих губ сорвался сиплый стон. Постаравшись подняться, парень потерпел поражение, ломкие руки подкосились на полпути. Кожа на ладонях содралась о жёсткие корни, заставив стиснуть зубы до хруста. Лололошка разлепил тяжёлые веки. Мир вокруг размывался и плыл. В ушах стоял невыносимый звон, казалось, вот-вот перепонки лопнут. Но оценка обстановки сейчас нужна как никогда, беглый осмотр окружения ещё никому не вредил. Вокруг слышался гул толпы, добивающий какофонию в голове, от чего он тихо взвыл, желая схватится за голову. Вокруг ничего не было, лишь корнистая узловая система в земле, что означало он либо на кронах дерева, либо в его корнях, ни один вариант не был притягательным. На подушечках пальцев появилась лёгкая боль, видимо занозы — сущие пустяки по сравнению с тем, как горело в груди при каждом вдохе. Длани сжались в кулаки, зубы скрипнули. Медленно подтянув ладони снова, он с громким шипением поднялся на половину, опершись кулаками в корневища, он зажмуриться, пытаясь схватить ртом воздух, как рыбка. Каждый вздох отдавался жуткой болью. Оказываясь в позе алмаза, он быстро размял ушибленные колени и стопы лёгким массажем. Проведя небольшую оценку урона по возможным гематомам или внутренним кровотечениям, он пришёл к выводу, что пару рёбер покинули его, попутно проткнув лёгкое, авось и ещё несколько органов поранились. Хотя сейчас не до этого, он начал дохать, в грязную ладонь попало пару капель. Сдвинул брови он помрачнел. С лица стекла капля пота. Расценив риски как приемлемые для его шаткого здоровья, он начал подъём, неуклюже шатаясь с трудом, но он смог подняться, чувствуя, как ноги готовы бросить его в любой момент. Дрожаще выдохнув, он разочаровано посмотрел на очки. Они были разбиты, оставив на тёмном стекле пустую проплешину, осколок нашёлся проблеском рядом. Удивительно, что он не упал среди корней, в коих находился мироходец. Поправив шарф на шее, дабы не спал, парень начал разминать плечи, всё болело от жёсткого столкновения. Пожалуй, он будет проклинать потенциал и это не разовое обещание. Сглотнув, похрустел всем чем смог. Разочаровано смотрел на ноги, которые налились свинцом. Выдержать-то он выдержит, но последствия никто не отменял. Со вздохом рука потянулась к лицу, он почувствовал что-то липкое. Скривившись осознал, что разбил нос и вероятно половину лица. — Снова за аборигена примут… — тихо прохрипел он, разочаровано осознавая новые факты. — Надо быстрее вернуться к Джону… Но сначала. Он осёкся, здраво решив убрать разбитые очки в карман. Тяжело вздохнув и посмотрев вниз, осматривал евроремонт, что он устроил местным жителям. Параллельно клетчатый рыскал в кармане в поисках бутылька, найдя который, сразу сделал глоток. Мысленно оценивая, как сильно его теперь ненавидят местные поселенцы. Остановившись на том, что извинится позже, он убрал бутыль и сунул руку в волосы. После чего осознал ажиотаж вокруг. Да это целая фан-встреча с как минимум автоматонов из университета Лаки Чармс, которые первый раз увидели живого человека. И всё это внимание было уделено лишь ему, словно он ребёнок с дефицитом внимания и наконец-то выдумавший то, что поможет привлечь его как можно больше. До этого как-то состояние не особо помогало в обращении внимания на окружение, он и не заметил, как за ним следила огромная толпа, то ли с ужасом, то ли с нескрываемым скептицизмом. Все взгляды устремлены к окровавленному, грязному парню в лохмотьях. Ему стало неловко от столь большого количества немых зрителей, которые, как чайки, нагло стояли толпой вокруг и оценивали его, словно товар редкого эндемика. Невольно он помялся на месте, медленно доходя до мяния пальцев. — Привет? — выдавил он, надеясь как-то заполнить пустоту, выставляя руки вперёд в примирительном жесте. — Я с миром. Неловко осматривая не верящих жителей, те сменились уже недовольными гримасами, некоторые кидали агрессивные взгляды. Медленно начиная рассасываться, сходка была закончена, толком не начавшись. Он постарался криво улыбнуться, прежде чем послышались выстрелы откуда-то сбоку. Взгляд сузился, пронзая своей остротой точку, откуда шёл грубый выстрел, мгновенье он подобрался, невольно кисти сжались в крепкие кулаки. Боль отступила на второй план, уступая место боевому адреналину. Что-то приближалось. И Лололошка отнюдь не уверен, что это что-то дружелюбное. Зато сделал пометку, что это не промышленный мир, звук выстрела был как от старых моделей лёгкого производства. Меч в ножнах уже дрожал от восторга, искря зелёными частицами, с готовностью выйти в бой, создавать кровавую баню из врагов. Что заставило Лололошку отдёрнуть руку от рукояти, так и не успев обнажить клинок. Так это то, что люди вокруг пали на колени и, как страусы, вжимали голову в мох, дрожа от нескрываемого страха. Это заставило Лололошку впасть в недоумение и отодвинуть руку от рукоятки и помяться на месте, не до конца осознавая, что делать. Сглотнув помесь железа со слюной во рту, он посмотрел вперёд, во все глаза глядя на приближающуюся процессию. Впереди на четвереньках полз человек, изможденный парень, на спине которого, как на вьючном скоте, восседал заплывший жиром мужчина в нелепом белом скафандре. Наездник то и дело охаживал своего «коня» хлыстом, выкрикивая что-то нечленораздельное, полное злобы. Что-то внутри передёрнуло в Лололошке, и он скрипнул зубами, кулаки сжались сами собой. Он видел рабство, сам был в нём, видел жестокость, но такая будничная низость заставляла кровь закипать, а страх люда вокруг возбуждал бурлящую кровь в венах всё сильней. Позади «всадника» тянулась вереница девушек в кандалах и ошейниках. Он стиснул зубы, решив промолчать. Это может быть нормальное состояние для мира, и сейчас он закопает себе жизнь, если скажет что-то по поводу садистских наклонностей местных. Но даже так зубы скрежетать не перестали, костяшки не сменяли белый окрас, а испарина на лбу не исчезла. Он все ещё гневно поглядывал, стараясь не задерживать взгляд слишком долго. Знает, проходил, опыт не маленький в адаптации. Этого парня и девиц было безоговорочно жалко, но мысли о беззаботном исчезновении где-нибудь позже были сильнее желания защитить. Он подставит такой отвагой и самопожертвованием не только себя, тем что в таком состоянии попытается что-либо предпринять, но и этих людей, на которых без жалости и не взглянешь. Снизу послышался шёпот, который уши Лололошки могли бы проигнорировать, но спавшее ухо заставило в мгновенье услышать шёпотки:

Что за придурок?!

Какого черта он стоит перед Тенрьюбито? Захотел умереть…

Лишь бы этого с неба забрали, а не меня или мою семью…

Внимать это всё казалось странно, по спине пробежал холодок. Лололошка напрягся, не совсем понимая, происходящее здесь и среди кого он нажил врагов тем, что не преклонился. Решив не искать проблем слишком много, он аккуратно начал опускаться сначала на одно колено. Да вот только закряхтел, и с громким кашлем из рта прыснула красная плотная субстанция, испачкавшая руку, кофту и газон снизу. Скрипнув челюстью, он зажмурился, упал на колени и ударился головой о мох, чувствуя, как с губ стекает плотная струя, слегка булькая, пока во рту медленно накапливается жидкость. Ему нужно было оказать себе первую помощь и желательно быстро. Бутыль помог, конечно, но он не давал полное излечение ран, просто ускорял регенерацию внутренних клеток. Спустя звуки кашля кровью и неловкости повисла тишина, гнетущая, словно была материальна настолько, что имела возможность давить на них своим давлением. Тяжёлые шаги охраны, звон цепей и хрипы раба становились всё ближе. В ушах всё сильнее звенело от адреналина. Всё больше Лололошка чувствовал, как мышцы болезненно сжимаются, перед глазами плыло, а значит, по мозгам ударит совсем скоро. — Эй! Ты! — крикнул кто-то неприятным тоном. Лололошка благополучно проигнорировал, понадеявшись, что это не ему, но удача явно была не на его стороне, нервно прикуривая не первую в своей длинной жизни сигарету. Судьба была дурно настроена, неожиданный удар в спину заставил инстинктивно сгруппироваться. В следующий момент он сделал подсечку, прижав нападавшего к земле. Он посмотрел удивлённо, а потом раздражённо. — Ты чего делаешь? Страха перед охраной великих Тенрьюбито совсем нет?! — Воскликнул он, постаравшись скинуть клетчатого, но тот лишь сузил глаза, внимательно рассматривая парня напротив. Ничем не примечательный, но форма была интересная, стоило её запомнить, как решил Первый. Кепка с надписью «Дозор» и соответствующая одежда морских пехотинцев. Поглазев ещё секунду, он почувствовал, как его грубо оттолкнули, и он повалился, почувствовав слабость в теле, сиплый стон сорвался с сухих губ от такой грубости. — Эй. Скажи ему встать и подойти. Я хочу его рассмотреть! — Взвизгнул недовольный Тенрьюбито, как понял Лололошка из недавних выпадов. Полуэльфа схватили в захват, заломив руки за спину, и грубо начали толкать к «человеку на троне», это всё вызвало диссонанс и недовольство у мироходца. Хотя ничего сделать он не мог. Поэтому кое-как, но ступил вперёд к уродцу на «коне», конечно, не без грубых пинков, на которые он отвечал свирепым взглядом, полный ярости, перемешанный с сквернословной лексикой в адрес морпеха одними губами. Его фактически прижали к парню на коленях, пытаясь дать рассмотреть его лицо тенрьюбито напротив. Вблизи он был ещё уродливее, но сейчас было важно только то, что он, кажется, ещё и недоразвит, ведь глупо смотрел на уши и глаза Лололошки с невероятно тупым лицом, по которому было мало что понятно. Но и понимать не хотелось, зрачки сами старались бежать от одного лишь вынужденного просмотра за тем, как с сального прыщавого лица текли сопли. — Что с ним? Он из какой-то крутой расы или что это? — Начал мерзко хихикать он, что аж сопли разлетались по скафандру. Междумирец брезгливо хотел поморщиться, прежде чем его схватили за уши и начали дёргать, а потом раскрывать глазницы, пытаясь что-то высмотреть. — Эй! Урод, не трогай мое лицо! — Шипел Лололошка, начиная брыкаться, словно открылось второе дыхание. Серьёзных увечий он вряд ли бы нанес, но сильный дискомфорт с головой устроил. За что получил по почке, согнувшись с кряхтением и искрами в глазах. Он хотел было осесть, но сделали это за него быстрее, точечно вдарив в колени, чтобы тот пал ниц, начиная внимательнее рассматривать глазницы. Мироходец с такого рода наглости лишь как рыбка открывал рот, шокировано дозволяя трогать себя, но быстро пришёл в себя, стискивая челюсти и принимая свой прежний сурово недовольный вид. — Раса? — Угрожающе прошипел он. — Человек, — Процедил Ло, ничуть не задумываясь. Выдавав ответ так быстро, что прикопаться не до чего. Ещё один удар, по печени. Вкус железа во рту и кашель с кровью, которая всё это время хранилась где-то внутри. Микс ферума неприятно просачивался по всем вкусовым сосочкам. Зашипев, он скрипнул зубами. Разгневанно посмотрел на дозорного, медленно думая над тем, как прибьёт этого ублюдка. — Чего вы так долго? — Недовольно пробурчал Теньрюбито, доставая пистолет. Дозорный сразу зашевелился, начиная оправдываться перед этим созданием. Лололошка же пытался отдышаться, хватая ртом воздух, чтобы иметь силы дать отпор. Осознавая, что морпех, видимо, не получил должного образования в том, как вести себя, когда поймал жертву. Раз ударил по печени, значит освободил одну руку. Если из двух рук минимальный шанс выбраться, то из одной, отрицательные показатели резко подлетали, до вполне себе осуществимых. — А-ну, быстро сказал расу! — Прорычал уже в лицо дозорный. Лололошка, ничуть не смущаясь, взял в рот побольше слюны, смачным харчком плюнул в лицо дозорного. Тот, кажется, взъелся, но остановился, чтобы не убить. Ведь рядом Теньрюбито и они могли дать и ему проблем. Поэтому он, согревая своим дыханием ухо пленника, зашипел: — Когда окажешься в ошейнике, тебе несдобровать. Мироходец сообразил, где тут у кого ошейники. Он лишь ухмыльнулся. Ну конечно. Даст он сделать себя рабом. Ни за что. Ему хватило. Чувствовал, как захват сжимает кисти. Ощущал давление пальцев морпеха на запястья. Вся сила парня была сосредоточена в одной руке, и этого достаточно, чтобы удерживать, но слишком мало, чтобы полностью его сковать. Это не могло не вызвать самую гадкую ухмылку, которую мог выдать герой. Резко наклонившись вперёд, тело скрутилось. Плечи вывернулись. Хватка ослабла и руки выскользнули почти мгновенно. Он свернул корпус, смахнув кисть и плечо назад. Одновременно поворачивая колени. Мгновенный толчок и руки уже свободны. Дозорный свирепо посмотрел на него. Только одновременно с этим локоть Лололошки взлетел в сторону. Прямой удар в бок противника, заставил того согнуться пополам. Его глаза широко открыты, дыхание сбилось. На мгновение пространство освободилось. Идеальный момент для побега. Особенно когда тут неадекват с пушкой в руках и другие дозорные. Но Мироходца могли остановить, поэтому, нахмурившись, он грубо ударил в солнышко. Прежде чем почувствовал дуновения ветра сзади, намёком, что хотят ударить. Не успев среагировать, Лололошка исчез в зелёных частицах, разлетевшихся с хлопком. Словно расщепился на атомы у всех на глазах. Только есть проблема, он появился совсем рядом. Другой пехотинец прокричал: — Фруктовик! Он фруктовик! — указывая на пустое место, где названный до этого был. Все сразу напряглись. Тенрьюбито начал что-то кричать рабам, вперемешку с воплями о виновнике шума. Хотя, космонавт — это последнее, что интересует Междумирца в данный момент. Лололошка выставил руки вперёд в напряжённой позе, осматриваясь. Он и не ожидал, что испарится. Забегав глазами, опознал место телепортации. Это кратер, который он вырыл своим телом. Обречённо осознав точку прибывания, ретировался в противоположную сторону от прошлой позиции. С которой на него уже бежала толпа. Нужно было драпать, ведь он уже успел нажить себе врагов. За спиной топотала целая армия, а впереди маячили мангровые заросли и летающие пузыри. Оставалось лишь злиться, что рядом нет Джона. Лололошка не может никуда переместиться, поэтому, сжав челюсти и взяв яйца в кулак, он сепарировал от весьма дружелюбных жителей прочь. Пытаясь скрыться от преследователей, что было глупой надеждой в этом месте. Ведь на хвосте почти армия, ещё и просят подкрепление. Не новый мир, а сказка. Да что уж там, приключенческий роман. Жаль, что не авторства Шекспира, так бы хоть имелось понимание, как завершить. А пока оставалось уносить ноги дальше, чем он умеет видеть. Погоня слишком быстрая, похоже в первый раз за столько путешествий посадят в тюрьму. Ну или на гильотину. Никогда не было, и вот опять. — Туда! Кто-то крикнул сзади. Лололошка обречённо выдохнул. Со лба стекла капля пота. Выравнивание дыхания со сломанными ребрами — это отнюдь не плёвое дело. Раздумывая куда сигануть, вокург только высокие деревья и летающие пузыри. Можно попробовать забраться на них, но гарантии прочности не было. Мироходец мог потерять короткую фору побега. А при худшем исходе заработать себе ранение, которое не готов сейчас перетерпеть. Кинув короткий взгляд, заметил, как за ним бегут буквально в паре метров. Неуклюже размахивая мечами или просто пытаясь догнать. Дыхание стало походить на хриплый свист. Словно насмехалось над дозорными, пока они пытались его поймать. Поведение морпехов вызвало скепсис. Он решил проигнорировать это, заострив долю внимания на другой точке, поодаль в слепой зоне. На него бежал довольно крупный мужчина с большим пистолетом. Скрипнув зубами, Лололошка решил сделать ещё один прыжок. Со свистящими звуками позади, глазницы расширились в удивлении. Из, казалось, обычного пистолета, вылетела сетка. Она с искрами приземлилась позади Междумирца. Вероятно, ударив током, если бы он остался на прежнем месте. Схватив воздух ртом, с новыми силами он побежал прочь. Брови свелись, а губы вытянулись в тонкую линию. Деваться некуда, только деревья, которые могли замедлить побег в случае не лучшего качества. Мысли гаечным ключом вбивались в нерадивую голову, пытаясь найти путь спасения или надеясь на очередную телепортацию. Как обычно, удача покуривала сигареты рядом с совестью. Он, сам не ожидая, запрыгнул на пузырь, чуть не упав с него. Покачавшись, как тростка при шторме, он понял, что пузырь вполне способен его удержать. Враги уже были на хвосте. Он глянул вперёд, сплошь воды. Видимо, это остров или прибрежное государство. Раз ещё и морская полиция имелась, но не суть важна, вода сейчас не друг. Стоило бежать в другую сторону, с надеждой, что там что-нибудь будет. Весь побег ощущался как игра в чехарду, причём больных с высокой температурой. Сзади дышали в затылок. Рни поднимались на пузыри, некоторые снизу хитро улыбались, смотря как Лололошка преодолевал высоту выше небоскреба. Это вызвало подозрения, но нечего думать о бесполезных вещах. Нужно спасать свою шкуру. Он рванул вперёд быстрее, каждый шаг поднимаясь выше. Прыгать на пузыри слегка страшно. При каждом прыжке терялось равновесие. Он продолжал, услышав, как прекратилась погоня. Резко остановившись на пузыре, Лололошка посмотрел вниз, сглотнув от высоты. Снизу виднелись белые точки, они что-то оживлённо делали. Что именно, Мироходец не понимал. Под ногами пропал пузырь. Они подстрелили его, выводя из равновесия. При падении, Лололошка напрягая мозги, пытался придумать способ спасения, но он упал на ещё один пузырь. Он понял, что погони больше не будет. Будет обстрел по ногам. Поняв это, он больше не останавливался. Стремясь вверх. Из носа снова потекла кровь, слегка мутя взгляд багрянцем. С каждым прыжком дышать становилось тяжелее. Падение на грудь давало свои плоды. Сквозь зубы сделав вдох, он допрыгал до начала верхушек. Поразмыслив, понял, что сюда пули вряд ли дотянутся. Он ухмылялся своему побегу. Глядя на дозорных, которые как маленькие головёшки, толпились внизу. Лололошка осознал, как свистяще дышит. Это не хороший знак, ему может стать хуже, но растрачивать сейчас последние глотки бутыля нельзя. Он аккуратно прыгнул на соседний пузырь, чтобы добраться до дерева. Затем перепрыгнул на следующий. На третьем он почувствовал пустоту под ногами. Сознание очистилось, не проанализировав то, что случилось. Даже вздохнуть не успев, Лололошка быстро уразумил, что сейчас летит примерно тридцать метров в секунду. Ему нужно срочно сгруппироваться. Его ждёт фактическая смерть. Или инвалидность, если он упадёт с своими-то ранениями. Ему нужно, чтобы искра снова вспомнила, что она должна хотя бы иногда помогать при опасной ситуации. Рядом нет водоёма для падения. Точнее, он есть. Но Лололошка не уверен, что не встретит свою кончину от подводных корней мангрового дерева. Он пытался воззвать к искре, всё равно больше ничего не оставалось. Чем ниже падал – тем меньше надежд. Но других вариантов нет, потому пытался вновь. В десятке метров, когда снизу уже с распростёртыми объятиями ждали морпехи, ОМП решило вспомнить о своём долге. Прищурившись, мироходец понял. Группируясь он падает уже не на морских пехотинцев, а на человека в скафандре. Он встал на место, где до этого появился Лололошка. Мироходец влетел в него с огромной отдачей, от чего они вместе проехались по земле небольшое расстояние. Лололошка услышал как лопнул пузырь мужчины. Виновато глянув, он прошептал: — Я глубоко извиняюсь… Все в округе выглядели ошарашенными такой картиной. Лололошка, решив не терять время, снова достаёт бутыль и, пока ещё может двигать рукой, делает спасительный глоток, быстро закидывая обратно в карман. Ему снова следует драпать, да подальше. Грудь стала тяжелее. Свистящий вдох показался хлюпающим, и Междумирец, решив, что решит проблему позже, вскочил, рванув прочь. В этот раз на эти пузырьки было лучше не залезать, хуже себе сделает. Они снова и снова появлялись под ногами, но Лололошка лишь перепрыгивал их, игнорируя как препятствие на пути. Ему стреляли в спину. Это явно косые статисты, раз не могли попасть. Но это даже на руку. Давало небольшую передышку, когда грудь предательски тяжело поднималась. Он кашлянув кровью, заляпал свою кофту ещё сильнее. Теперь её уж точно вряд ли когда-нибудь отстирает. При прыжке вперёд, что-то ударило перед его лицом. Жёлтый луч испепелил землю очертив линию. Отмерев от шока. Начал оглядываться по сторонам. Он ничего не нашёл. Значит, это атака с воздуха. Он посмотрел на небо и увидел приближающееся тело. Инстинкты кричали, что следует бежать. Далеко и надолго. Зубы заскрежетали, брови свелись. Лололошка заметил лишь скопление воды. Шансы выжить малы. За время беготни он видел лишь воду и мангровые деревья. Выбора нет. Нужно валить туда. Ведь по крайней мере, он умеет дышать под водой. Главное — вспомнить, что делал Джон. Остальное не важно. Выроятность на выживание у него имеется всегда. На крайняк, искра вспомнит о долге. Набрав воздуха в лёгкие, он, устремился к цели. Сердце забилось в ушах. Из носа пошла кровь от перенапряжения. Выплюнув сгусток крови по пути, он спиной чувствовал опасность. Кто-то в жёлтом сзади. Заставлял выть все семь чувств об опасности, словно за ним двигалась смерть. Пульс участился. Дыхание прерывистое. С лёгкой дрожью он уловил звук. Кто-то уже близко. Послышался лёгкий свист ветра, совсем тихий. Лололошка судорожно вздохнул, чувствуя, как мышцы натянуты до предела. Он ведь только с поля боя с отцом. Недавно бежал по пустоши. Попал в новый мир, пробил себе лёгкие. Повредил всё тело несколько раз. А теперь бежит от погони. Конечно, он пропотел, и ноги наливались свинцом с каждым шагом. Размывающееся зрение завидело берег. От этой новости проснулось второе дыхание. Сделал глубокий хлюпающий вдох и стремглав помчался с новой силой. За несколько шагов до прыжка в воду, он почувствовал что-то приближающееся позади. Развернувшись корпусом. В мгновенье вытащил меч из ножен и постарался использовать как щит. Яркая вспышка встретилась с искусным мечем, разлетелись цветастые искры. С лба Лололошки стекла капля пота, а спина стала слишком липкой. Меч раскололся в центре удара. Кусочки лезвия засияли на свету, разлетевшись во все стороны. Оставив хозяина лишь с рукояткой в ладони. Разинув рот, Междумирец осознал свое фатальное состояние. Оно прямо сейчас зависло от того, успеет ли он уклониться от линии сияющего света. Склеры покраснели, а свет разлетелся приятным тёплым свечением. Луч прилетел в бок. Мироходец с колоссальной отдачей покатился кубарем по земле в направлении инерции. Из рта прыснула кровь, оставляя вкус железа. На душе было гадко. Грудь сдавило тяжёлым дыханием, отдавая более громким свистом. Свободная рука потянулась к боку. Сжав его, Лололошка зашипел. С лба начал стекать пот. Ему необходимо выпить последнюю каплю бутыля, иначе прыгнув в воду, его ждёт лишь добровольное самоубийство. Забив на то, что ему могут оторвать пальцы или застрелить, он пытался найти в кармане бутыль. Найденная вещь оказалась соразмерна благословению. Но к этому моменту к нему подошли. Ухмыльнувшись, он нагло начал пить. Как и ожидалось, на пальцы ему начали нажимать, да только чтобы удержать, а не пустить на корм рыбам. Это показалось Лололошке странным, но он решил не акцентировать внимание. Простонав от боли, он зашипел на виновника. Про себя проклиная всю его семью и род. Опустошив бутыль, мироходец пожал плечами, теперь он был бесполезен. Потому был выкинут в воду без зазрения совести перед экологами. Он же сам один из них. Вторая рука тоже схватилась за берег и с раздражением ударила по ноге дозорного, который гадко ему улыбался. Увидев, как на него пялятся, зрачок зацепился за мужчину в жёлтом, который с ленью рассматривал его. Он смотрел скучающе неприятно, словно источал собой «не хочу здесь находится». Это даже вызвало лёгкий смешок, который был подавлен ещё одним кряхтением кровью. — Смелый самоубийца, — произнёс мужчина в жёлтом костюме. Лололошка хмыкнул. Подняв ноги выше, опёрся о твёрдые корни и с размаху сиганул переворотом в воду. Дозорные шокировано окружили корневой берег, смотря на фруктовика, что добровольно-принудительно плюхнулся в водную гладь. Всплеск от воды потянул за собой колонный брызг, разлетались по сторонам, слегка задев неуклюжих морских пехотинцев. — Фруктовик снова прыгнул в воду. Ну. Тут уже сами. — растянутые слова адмирала раздавались эхом в ушах новичков, а для бывалых звучали как обычное задание перед обедом. Отдав честь, большая часть побежала на корабли. Лололошка врезался в воду без особых болей, но скованность в теле была. Нужно скорее как-то повысить гемоглобин в теле. За секунду ему необходимо вспомнить всё об возможности, которую когда-то показал Джон. Напрягая мозги, Лололошка вспомнил старый диалог: Всплеск падения тела в воду запачкал лицо альтер-эго, который недовольно побурчал на «нерадивую» версию себя. — А дальше-то что? — спросил Лололошка, искоса поглядывая на большое углубление, заполненое донельзя грязной водой. — Мироходцы много чего умеют, но только не дышать под водой.! Голос стал обеспокоенный, словно сейчас же все планы резко разрушаться. Джон лишь недоуменно посмотрел на Первого и ответил упрекающим тоном: — Оо. А это ты зря. Лололошка изогнул бровь, ожидая чего угодно после таких слов. — Ты нас очень недооцениваешь, — хмыкнул он, начиная использование магии. Красные частицы окутывали кисти Харриса, лёгкое свечение контрастом заливалось на руках и лице. Круговое движение руками, поднятие рук и выставление их вперёд для подачи Лололошке, а после смахивание на себя. Междумирец лишь шокировано начал чувствовать ватность и лёгкость в теле. — Я как-то странно себя... Дальнейшее воспоминание Мироходцу сейчас было совершено ни к чему. Он обязан был повторить это свечение и эти движения с полной точностью. Если он смог повторить заклинание Невера, то повторить столько простое заклинание не должно вызвать никаких проблем для такого существа, как Лололошка. Сжав губы, он сдвинул брови и, слегка выплыв, завидев сзади корабль. Восприняв в штыки то, что за спиной в очередной раз смерть. Он начал пытаться повторить заклинание. К удивлению, руки сами собой двинулись, повторяя все движения с грубоватой точностью, но всё ещё создавая то самое ощущение лёгкости. Голова начала слегка кружится от перенасыщения кислородом, и он опустился под воду. Перестав дышать носом Лололошка удивился качеству зрения в солёной воде. Спасибо за это он может сказать биологии местных жителей. Он начал грести, видя перед собой корабль, который должен оплыть Но была проблема. Он совершенно не смыслит, куда и почём ему нужно двигаться. Впереди его могли ждать километры плаванья, за время которого он с огромной вероятностью банально умрёт, либо же уснет где-нибудь на дне и потом фиг выплывет обратно. Был вариант залезть на корабль, но сейчас слишком рано, он видел как к месту где он был скопились дозорные, что прыгали и искали его тушку по морскому дну. Пока он беспечно наблюдал за ними неподалеку. Но вопрос о том, что же ему делать так и остался открытым. Над чем он и раздумывал. Лениво барахтаясь из стороны в сторону, чувствуя на губах привкус металла он вёл активную мозговую деятельность. Внезапно рефлексы засекли опасность, только он успел повернуться в сторону, как в него влетел луч. Сжав губы, чтобы вода не попала в рот, он отплыл, хмурясь. Как он его видел? Засмотревшись в небо, на сияющий свет, который бил по нему, он быстро отплывал в стороны, не замечая, как со стороны к нему уже плыли морпехи. Когда он понял это, те уже были максимально близко. Расширив глаза, Лололошка почувствовал, как мышцы напрягаются. Он опять ищет пути отступления. Не много думая, Лололошка разгребал воду с поразительной скоростью. Уплывая от ошарашенных пехотинцев. Они разинув рты, смотрели за ним. Но очнувшись, ринулись в погоню. Кроме проблемы хвоста в виде людей в форме, Междумирца сильно напрягал мужик в жёлтом. Тот сейчас находился где-то в небе или на суше, стреляя в него, словно играючи, специально не попадая. Посматривая назад, не сильно беспокоился о том, догоняли ли его статисты. Даже если учитывать количество, им постоянно приходилось подниматься, чтобы набрать воздуха. Ему же это было ни к чему, он был как рыба в воде. Внезапно остановившись, он вдруг понял, что за ним не гонятся. Непонимающе осматриваясь, он снова увидел луч, который изрядно уже раздражал. Отплыв снова в сторону, он завидел, как корабль отплывает. Удивившись этому, он не сразу заметил, как на него ложится тень, а вода позади становится холоднее. Резко повернувшись корпусом, он понял, что к нему подплыл другой корабль. Сжав от удивления челюсть, он снова чудом успел избежать луча, целящегося ему в руку. Эти пехотинцы повторяли участь прошлых, бесполезно барахтаясь и пытаясь догнать Лололошку. Тому начинало это наскучивать, но держаться ему было просто необходимо. К тому же, исцеление медленно, но действовало, особенно когда доставлялось столько кислорода и кровообращение било ключом. Но был и минус. Ему хотелось уже просто осесть на дне и отдохнуть. Но чувство опасности било гаечным ключом по голове, приказывая даже не думать спускаться в ниц. Здравомыслие победило, потому решил находиться на средней глубине. Усталость всё равно не уходила. Оставаясь осадком в костях и вызывая ломкость. Пальцы сморщились, а одежда занималась самостиркой от неожиданной ванны. Со временем он заметил, что корабль сменился снова на первый, уже второй раз за все четыре подхода, что был к нему на дно. Лучи так же редко стреляли, не особо пытаясь даже ранить. Видимость становилась хуже оттого, что наступала ночь. Гладь становилась спокойней, ну, где-то подальше от «Мироходца» и морпехов уж точно. И чем дольше он грёб, тем больше ощущал сонливость и небольшую слабость в руках, он был слишком измотан за всё время. В обычном состоянии он бы ещё долго так смог, но уж точно не сегодня. Хотелось спать. Чувствовал себя сейчас он гораздо лучше, чем в самом начале. Но, возможно, это потому, что он в холодной воде и она снижает ощущения. Но он точно не знает, как мог упустить из виду внезапную атаку. Он собирался просто-напросто снова дать дёру, когда перед ним оказалось множество дозорных, но, только успев задуматься повернуться, он понял, как всё его чутьё кричит о полной жопе. Повернувшись корпусом, он увидел хилого морского пехотинца, который держал какую-то пушку за несколько метров от него. Только попытавшись сбежать, со всех сторон начался обстрел свечением. Из пушки на него накинули сетку, из которой он попытался вырваться, схватившись за верёвку. Он был в состоянии её порвать, он мог. Но к нему подплыли остальные статисты, которые с силой ударили уколом по шее Зашипев, Лололошка в бешенстве посмотрел на них, снова попытавшись порвать сетку Дозорные шокировано отпрянули, но быстро среагировали, вкачав в него ещё два шприца, на которые мироходец, стиснув зубы, сквернословил. Медленно руки слабели, больше не имея сил порвать веревки, сознание покидало его, отключая от мира.

***

— Рыбочеловек? — с лёгкой насмешкой растянул Кизару, рассматривая лицо напротив. Лололошка безмятежно лежал на моховой земле. Дозорный рядом обеспокоено слушал слова врача, шокировано посматривая на лежачего. Дослушав монолог лекаря, он подбежал к другому человеку с серьёзным выражением лица. Адмирал скучающе решил и сам узнать, что это за диковинка перед ним. — Нет, Адмирал Кизару. Он фруктовик, это не рыбокаратэ. — серьёзно сказала дамочка, вызвав у названого лёгкое удивление. — К тому же. Согласно данным дозорных, что здесь были ещё раньше, он пережил два падения с невероятной высоты. После ваш выстрел и при всех этих ранениях находился в солёной воде, и его состояние, наоборот, приемлемое, хотя долечить надо многое. Растянув изумлённое мычание, Кизару пожал плечами. — Понятно, — растянул он. — Бывайте.