Дети святого императора [Новелла]

      17-й святой император Делкросса, Натаниэль Клейн или просто Нат. Он - монарх с такой могучей силой, что ни нашлось бы ему равных из предшественников его, лишь Первый святой император мог бы потягаться с ним. Помимо обладания огромной божественной силой, соотвествующей представителю самого Бога, он также является неофициальным самым молодым Мастером меча и сильнейшим мечником на всём континенте. Под его правлением Делкросс дышал процветанием, а отношения с соседними странами укреплялись с каждый днём. Он достоин зваться доныне невиданной звездой и надеждой страны.       Однако, “звезда” не являлось самым известным прозванием, он был более известен под “Доныне невиданный в истории святой император - плейбой”. Молодым сел на трон он, в возрасте 21-го года, при этом имея трёх жён, любовницу и пятеро детей. Традиционно святой император Делкросса, в связи с устоявшемся образом “Представителя Бога”, от поколения к поколению не имел большого количества детей. Известно, что только Первый святой император имел 15 наследников, но, учитывая его, так сказать, полубожественность, правил он более 300 лет, и для такого срока не так уж и много у него было детей. В данной ситуации даже этот молодой и способный святой император не смог бы отмыться от “плейбоя” в своём титуле.       Всё, что существует в мире, - лишь итог незрелой юности. Святой император Нат был нацелен на скромное принятие ответственности в заботе о своих детях своими собственными силами. Так, он приказал обер-камергеру осторожно сообщать о состоянии детей и отложил свои занятые офисные часы, чтобы провести время со своими детьми. Как бы то ни было, родительство никогда не было лёгкой задачей, а подрастающие дети крайне редко прислушиваются к своим родителям. Малыши иногда ведут себя так, как родители от них не ожидают, хотя и сами когда-то были детьми.       Взять, к примеру, первенца, Первого принца Оуэна. Он был ребёнком, обнаруженным уже в отрочестве, и первым, кто был счастлив воссоединиться с отцом после всех сложностей. Но однажды, он ни с того ни с сего начал видеть что-то странное, напоминающее документ в воздухе, и нести какую-то белиберду в духе “Отец, я хочу стать сильнее с помощью этого окна состояния”. Тогда-то он и оставил отца, пойдя по тропе к южной границе. Он ещё многим хотел заняться со своим недавно приобретённым сыном, но куда там, нечестивому и вдохновенному сыну знать о чувствах отца? Увольте.       Первая принцесса Амелия была не лучше. Бедная дочка, потерявшая свою мать, а также законный ребёнок Маркиза, позже обнаружившая себя принцессой со стороны отца, о котором знать не знала. Даже так очаровательная девочка, скрывающая горести за яркой улыбкой, говорила о своих чаяниях с всё-ещё-неловким отцом. Но его дочь, подобная одинокой розе, вдруг стала совсем другой. Однажды, она проснулась вся в слезах, словно после ужаснейшего кошмара, почти перестала есть и стала очень подавленной. Крайне обеспокоенный, он просил всё ему рассказать, поделиться за чашкой чая, и она сорвалась, слёзы потекли из её прекрасных глаз прямо перед ним, и она обрушила громоподобные слова.       — Ваше Величество, я восстала из мёртвых и оказалась в прошлом! Неожиданный поворот событий обрушился на Ната глубокой задумчивостью над жалобами дочки, которые лились ручьем, уподобляясь слёзам.       Короче говоря, дело было так: дивнолиций Второй принц Роханы, Леонард соблазнил его дочь на свадебную церемонию. Не из большой любви, разумеется, разве что к трону, на который взойти помог бы ему статус зятя самого Святого императора. После женитьбы он взял себе ещё несколько наложниц и в целом плохо относился к королеве Амелии. Не прошло и века, как он обрёк её на одиночество в башне, дальше которой она больше ничего и не увидела.       — Ваше Величество, разъярённый сим фактом, предпринял попытку спасти меня, развязывая святую войну, но Леонард всё равно убил меня. Жестокий, он хотел, чтобы я умерла перед глазами Вашего Величества.       — …       — Ах! Ваше Величество с самого начала был против этой свадьбы, но его глупая дочь не послушалась его и всё испортила! Он смотрел на свою снова начавшую плакать дочь пустыми глазами:       “Он взял тебя в жёны, заточил и убил тебя? Но, дочка, разве ты не жива и сейчас прямо передо мной?”       — Поэтому эта девушка отомстит. Я буду гнать его до адского пекла и изнечтожу всё его нутро. Я не пощажу никого на своём пути!       — …       Нат уловил некий всполох света в увлажнённых глазах своей дочери и непроизвольно вдохнул.       Дочь, только вылезшая из пелёнок, о которой заботились как о нежной крошечке, обратилась гордой ядовитой розой, которая заимела украшения в виде шипов.       К этому моменту Нат уже не сомневался: он слишком небрежно подошёл к воспитанию. Все ли родители на этом континенте бьются в агонии, пытаясь вырастить свои детей или только его дети такие эксцентричные? Головой молодого святого императора вконец овладела боль. Вот только это была только верхушка айсберга.       Из всех эксцентричных детей Ната был один, о котором он беспокоился больше всего: его четвертый ребёнок, Третий принц Моррис. Принц Моррис был от буйной королевы Лизабеты, самый посредственный ребёнок, только очень озорной. К сожалению, по сравнению со своими братьями и сестрой, он ничем не выделялся, был всего лишь не удовлетворяющем ожидания своей матери ребёнком. Благодаря этому, Моррису пришлось вынести дрессировку под руководством императрицы, которая пыталась вырастить из него наследного принца. Во времена юности у него не было иного желания, кроме как следовать наказу своей матери. Однако, в какой-то момент он взбунтовался против слуг во дворце и к созреванию стал настоящей неотёсанной свиньёй, на которую не действовала никакая управа.       Ни истеричные угрозы императрицы, ни слезливые упрашивания ему были нипочём.       Нат тоже не смог найти подход и спустил всё на волю небес, игнорируя свои родительские переживания, а тупость принца с каждым годом только росла и росла.       Так он бы и остался неподражаемым позором в императорской семье. Ситуация переменилась неожиданно. Вдруг, после болезни, которая вот-вот бы и унесла его с собой, он вернулся к жизни уже другим человеком. Другими словами, он прекратил брыкаться и посвятил себя оттачиванию базовых навыков на поле для тренировок, сбросил вес до неузнавания, и его навыки владения мечом, которые, казалось, застряли навсегда, стремительно начали прогрессировать. Теперь он научился излучать крайне точную и быструю инерцию, как если бы все его качества мгновенно изменились. Такие перемены в сыне должны радовать, но Нату отчего-то было не по себе. Должно быть, поговорить по душам с Моррисом следовало раньше. Однако, из-за слегка нестабильного состояния ребёнка, у него не было иного выбора, кроме как относится к нему как и раньше, давая больше личного пространства.       Результатом этой нерешительности стал настоящий шторм.

***

      Бам! Неожиданно императорский дворец пошатнулся, словно от землетрясения, снаружи раздался громкий рык, как если бы рычали сами горы. Кардиналы и министр, только что закончившие свою утреннюю совещательную правительственную встречу, в панике поспешали во двор императорского дворца.       Громадные непокрытые слоем кожи крылья и такого же размера тело из рвущейся и разрывающейся плоти. Это ещё не говоря о чёрной магии, вздымающейся как шерсть над всем телом.       — Костяной дракон…       — Это…Что это за чёрт?       Почему демоническое отродье вальяжно разгуливающее в восточном регионе, внезапно решило показаться посреди императорского дворца? Пока кардиналы скованно дёргались и сомневались, Королевская гвардия и Орден святых рыцарей устремились к врагу и окружили Костяного дракона. Несмотря на горечь поражения, он всё ещё время от времени шевелился ящеркой, словно ещё держится, словно ещё дышит. Однако, упомянутые рыцари так и не рискнули подобраться ближе, ведь коварная чёрная магия источалась из его тела.       — Ох, я не хотел спешить…Ну же, посмотрите, — мальчик в лёгких доспехах показался рядом с драконьей головой в сопровождении невинного лепета. Бледно-серо-светло-цвета ржи волосы, яростные глаза и озорное выражение лица.       — …Ваше Высочество Моррис?       Вопреки заданному дрожащим голосом вопросу рыцарского командира Бальтазара, голос мальчишки по имени Моррис был очень чистым:       — Экзорцисты отряда подавления сказали, что этот - не обычный монстр, победив его, призыв не будет отменён полностью, а тело останется. Потому, как я слышал, чтобы очистить его, он должен оказаться в столице. Кстати, где мой отец?       — …       — Но если я поймал бы его далеко на востоке, тогда солдаты и деревни на обратном пути подверглись бы нападкам демонов…       Короче говоря, чтобы минимизировать ущерб, причинённый во время транспортировки тела демонического отродья, его заарканили в это место, прямо на плац дворца святого императора.       — Это безумие…— один из высших священнослужителей неосознанно пробормотал богохульное слово, но никто не посмел попрекнуть его. Да и у всех промелькнула одна мысль.       Этот свинопринц эволюционировал в свихнувшегося психа!       — Кхгхх! — Костяной дракон завыл со всей оставшейся силой и пытался спихнуть принца.       Стоило чёрной демонической энергии растанцеваться во все стороны, окружающие дракона рыцари тут же отшатнулись.       Однако, принц Моррис, находящийся на драконе, обнажил меч с непроницаемым лицом. Вскоре, из его меча Ореходробителя начала исходить тёмная энергия. Воздух сгустился на острие клинка. Учитывая юный возраст принца, это был выдающийся уровень, но природа его кроваво-чёрной ауры была довольно зловещей. К слову говоря, от принца святой империи такой ауры не ожидаешь.       — А теперь поймай его. Осторожно, Маги.       Спокойным голосом.       Тук. Меч принца непременно вонзился в облачённое в кольчугу из чёрной магии сердце дракона. Вскоре, сердце дракона треснуло и тёмная энергия начала выливаться наружу.       У-а-а-а! Тут же тело дракона и принц были окутаны тёмным дымом и исчезли.       — А-а-а-а!       — Ваше Высочество Моррис!       — Ваше Высочество!       Демоническая энергия, которая, казалось, накрывает весь императорский двор, в момент была откинута едва уловимым сиянием, подобным серебрянной занавесью, ограждающей и защищающей рыцарей от неминуемой гибели. Затем, святой император открыл божественный барьер, который вмиг окружил Костяного дракона.       Шаааа. Барьер, вобрав в себя демоническую энергию, тут же стал приглушённо-чёрным полушарием. Вопреки всему, Маги был очищен и стал вялым после соприкосновения с божественным барьером святого императора и, после, барьер стал становиться всё более невидимым, пока совсем не исчез, будто ничего и не было.       В конечном счёте от дракона в барьере остались только белые кости.       — А как же принц?       Неуязвимый демон, который уничтожает и разрушает человеческую плоть при одном касании, был юному без-капельки-святой-энергии принцу, оказавшемуся прямо посреди магического выброса, не под силу.       Вопреки всеобщему беспокойству принц Моррис был, к счастью, жив-здоров. От мальчика, вернувшегося скоро после исчезновения барьера, несло тёмной аурой. Беззаботное появление, словно Маги ничего из себя не представлял. Тёмно-красная аура принца показывалась то здесь, то там. Если бы левый человек увидел его, он бы сомневался в том, кто принадлежал демоническому роду: принц или дракон.       — … Ваше Величество, боюсь, что дерзну если скажу, но, вы говорите, сила принца точно не демоническая? — кардинал Бенитус, стоявший подле святого императора, спросил дрожащим голосом.       Посметь упрекнуть принца Святой империи в свзяи с демоническим отродьем…если такого человека объявят богохульником или изменником - никто не удивится. Кажется, этот долговязый старикашка из-за шока отчасти сошёл с ума, но пока не понял этого.       Нат, наблюдавший эту абсурдную сцену в молчании, ещё долго не шевелился, пока, наконец, не поднял свою руку и накрыл ею лицо, издав при этом тяжёлый вздох:       “Да, Моррис.”       Ребёнок, бывший всего лишь незрелым дурочком, стал глазом бури, который ещё принесёт Делкроссу сильные ветра.