Стажировка Паркера

Питер погрузился в работу с головой, и время для него перестало существовать. Он сидел за столом, склонившись над новым прототипом стабилизатора, и его пальцы ловко двигались, подкручивая винты и проверяя соединения. Тони стоял рядом, засунув руки в карманы, и молча наблюдал, изредка бросая короткие замечания: «не туда крутишь», «этот провод лучше заизолировать», «у тебя руки дрожат, не волнуйся». Питер слушал, кивал и исправлял ошибки, чувствуя, как внутри него разрастается тепло от того, что они работают вместе — не как наставник и ученик, а как равные партнёры, которые понимают друг друга с полуслова. Когда в мастерской появился Хэппи с двумя большими коробками пиццы, Питер даже не сразу заметил его — он был слишком сосредоточен на том, чтобы соединить два крошечных контакта, которые никак не хотели соприкасаться. Тони, заметив, что Хэппи стоит у входа и вздыхает, громко кашлянул: — Паркер, оторвись от своего стабилизатора. Пришла еда. Если ты не поешь, твоя тётя Мэй позвонит мне и устроит разнос, а я не хочу ссориться с женщиной, которая умеет обращаться с оружием не хуже меня. Питер поднял голову, моргая, будто только что очнулся от сна. Он увидел коробки с пиццей, и его желудок предательски заурчал, напоминая, что он не ел с самого утра, если не считать тех оладий, которые Мэй сунула ему на завтрак. — Ого, пицца, — сказал он, откладывая инструменты. — Спасибо, Хэппи. — Не благодари, — проворчал Хэппи, ставя коробки на свободный стол. — Это босс заказал. Я просто доставил. Тони подошёл к столу, открыл одну из коробок и вытащил дымящийся кусок с пепперони. — Ешь, пока горячее. Вечер долгий, и у нас ещё много работы. Кстати, — он взглянул на часы на стене, — уже почти десять вечера. Мэй не будет ругаться, что ты так поздно? Питер взял кусок пиццы и с наслаждением откусил, чувствуя, как вкус расплавленного сыра разливается по языку. — Я позвоню ей через минуту, — сказал он с набитым ртом. — Она знает, что я с тобой, так что не волнуется. Она сказала, что доверяет тебе. Тони фыркнул, хотя в его глазах мелькнула довольная искорка. — Правильно делает. Я лучший наставник из всех, что существуют. Даже ПЯТНИЦА говорит, что я слишком заботливый, хотя я считаю, что она просто завидует. — ПЯТНИЦА не завидует, — возразил Питер, улыбаясь. — Она просто хочет, чтобы ты хотя бы раз в неделю выходил из мастерской на свежий воздух. — Пф, свежий воздух, — Тони взял второй кусок пиццы и откинулся на стуле, закинув ногу на ногу. — Я бы вышел, если бы кто-то перестал подкидывать мне сложные проекты. Вот, например, ты — приходишь, показываешь свои чертежи, и я уже не могу спать спокойно, потому что думаю, как их реализовать. Это ты виноват, Паркер. — Я просто предлагаю идеи, — Питер развёл руками с невинным видом. — А ты их принимаешь. Это твой выбор. — Нахал, — усмехнулся Тони, но в его голосе не было злости. Они поели в тишине, нарушаемой только звуками жующего Хэппи, который стоял у стены и листал что-то в телефоне. Питер чувствовал себя спокойно и уютно, как будто он был частью семьи — странной, немного сумасшедшей, но тёплой. Он посмотрел на Тони, который уставился в голограмму, и подумал о том, как изменилась его жизнь с того момента, как он впервые встретил его в Адской кухне. Тогда он был просто напуганным парнем с паучьими способностями, который не знал, как использовать свою силу. Теперь он был стажёром Stark Industries, другом Тони Старка, и, возможно, кем-то большим, чем просто другом. Когда пицца была съедена, Тони откинулся на стуле и, глядя на Питера, спросил: — Так что там насчёт школы? Ты думал, как они теперь будут к тебе относиться? Я имею в виду, после сегодняшнего дня. Твой рыжий приятель, Флэш, исчез, а остальные, наверное, хотят с тобой дружить. Питер задумался на мгновение, пережёвывая последний кусок. — Не знаю, — признался он. — Я не думал об этом. Наверное, всё изменится. Но я не хочу, чтобы они относились ко мне по-другому только потому, что я знаю тебя. Я хочу оставаться собой. — Это правильно, — Тони кивнул, и его лицо стало серьёзным. — Ты должен оставаться собой. Потому что ты уже классный парень, Паркер. И это не потому, что я сказал. Это потому что ты такой есть. Запомни это. Они ещё некоторое время работали над стабилизатором, обсуждая детали и споря о том, какой материал лучше использовать для корпуса. Питер чувствовал себя живым и полным сил, несмотря на поздний час. Когда Хэппи напомнил, что пора ехать домой, Питер нехотя отложил инструменты. — Завтра увидимся? — спросил он, поворачиваясь к Тони. — Конечно, — ответил Тони, махнув рукой. — Но сначала выспись. Ты выглядишь уставшим. И не переживай из-за школы. Если что-то пойдёт не так, звони мне. Я решу любую проблему. Питер улыбнулся и вышел из мастерской, чувствуя на спине взгляд Тони. Он знал, что его наставник всё ещё смотрит ему вслед, пока двери лифта не закрываются. Это было приятно. По дороге домой он сидел на заднем сиденье машины Хэппи и смотрел на огни Нью-Йорка, проплывающие за окном. В его голове прокручивались события дня: голос ПЯТНИЦЫ, лицо Флэша, аплодисменты одноклассников, объятия Тони. Это был сумасшедший день, но он был его днём. И он знал, что запомнит его навсегда. Когда он вошёл в квартиру, Мэй уже ждала его, стоя на кухне с чашкой чая. — Ну как всё прошло? — спросила она, и её глаза светились любопытством. Питер улыбнулся и обнял её. — Всё прошло идеально, тётя Мэй. Просто идеально.