Похищение

      Эсмеральда отбросила сковороду, которую ранее нашла на заброшенной кухне. Посудина со звоном стукнулась о пол. Поп теперь не шевелился и в смутном свете от камина девушке показалось, что по лысому затылку стекает чёрная струйка.       — Вот теперь ты его точно убила! — воскликнул Гренгуар, прикусывая кулак.       Девушка поджала губы, ей не нравилось это дело, в которое они оказались втянуты по милости школяра, но она полагала, что раз уж взялся, то будь добр, доведи до конца.       — Хватит верещать! — строго прикрикнула она на мужа. — Вяжи его и, пока не очухался, надо его наверх отнести!       — Простите меня, мэтр Фролло, — чуть ли не плача воскликнул Гренгуар, неумело орудуя веревкой. — Простите, благодетель, если бы не нужда… Мне предложили напечатать мои стихи… Всего-то и надо, что двадцать ливров! Простите меня!       — Да, да, он тебя прощает! — Эсмеральда нетерпеливо притопнула. — Он не умер, уснул, скоро очнётся.       — Как скоро? — Гренгуар согнулся над телом учителя, пытаясь узлом скрепить верёвку, опутывавшую бесчувственное тело.       — Мне откуда знать? Может, через два часа, может, утром! Мы его должны ещё наверх отнести и в комнате закрыть, что он нас не услышал!       У Пьера дрожали руки и губы, он, кажется, изо всех сил сдерживал плач. Эсмеральда возмутилась: вот она, женщина, не позволяла себе подобной слабости! Хотя, признаться честно, ей понравилось бить наглого попа по голове, она и на дело это согласилась только после того, как узнала, на кого они должны засаду устроить. Уж очень надоедливый этот поп, только и делал, что зло ругал её и пялился! Эсмеральду всякий раз охватывало нехорошее чувство, будто за ней наблюдает волк, самый серый и голодный из всех! Глаза эти чёрные и вечно поджатые губы! Эсмеральда не была злой, но тут и святая бы возненавидела этого человека, который только и делал, что сыпал угрозами!       — Всё, хватит стягивать! — одёрнула она мужа, чьи глаза застилали слёзы. — Ты ему руки перебьёшь!       — Ох, и правда! — Гренгуар немного расслабил узлы. — Бедный мэтр! Я так рад, что мы не взяли крошку Джали, это создание слишком деликатное для подобного зрелища.       — Джали покрепче тебя будет, — отрезала Эсмеральда, проверяя узлы, один посредине бёдер показался ей странно завязанным, она несколько мгновений его ощупывала, потом резко отдёрнула руку.       К щекам прилила кровь. Эсмеральда с гримаской оттёрла сухую руку о юбку, так, на всякий случай. Гренгуар же совершенно расклеился, он рыдал и гладил священника по лысой голове, приговаривая: «Мэтр! Мэтр!»       — Хватит! — девушка поняла, что ей следует взять руководство на себя. — Хватай его за подмышки, а я подхвачу ноги. Живо! Мне кажется, он пошевелился!       Угроза пробуждения священника подействовала на Гренгуара, он живо поднял корпус священника, пока цыганка с трудом держала ноги. Бесчувственное обмякшее тело стало чрезвычайно тяжёлым, поэтому молодые люди изрядно намучились, пока втащили его по винтовой лестнице на второй этаж. Здесь они втащили священника в ближайшую комнату и оставили у порога.       — Может, на кровать его положим? — предложил Гренгуар.       — Вот сам и укладывай! — Эсмеральда вздохнула и тут же повернула обратно к лестнице.       Пьер закрыл дверь в комнату, тихо попросив прощения у молчаливого Клода. Затем поэт сбежал вниз по лестнице. Эсмеральда уже сидела у огня, грея озябшие пальцы.       — Я не думал, что всё пройдёт так ужасно, — признался Гренгуар, присаживаясь с ней рядом.       — Ты думал, что всё пройдёт гладко да сладко? — Эсмеральда усмехнулась.       — Может быть, зря мы согласились, — Гренгуар робко посмотрел на жену.       — Это ты согласился, — произнесла она сурово. — Я просто не возражала.       — Теперь осталось подождать господина Жеана, — Пьер встал и подошёл к столу. — Жаль, мы ничего не захватили пожевать.       — Ты в такое время думаешь о еде? — Эсмеральда с любопытством посмотрела на него.       — В такие минуты особенно, — с улыбкой признался поэт.       

***

      В это время Жеан Фролло пробрался в собор Нотр-Дам и, стоя у дверей в колокольню, обеими кулаками натирал глаза. Светильник предусмотрительно стоял на полу в стороне, чтобы горбун не заметил подозрительного пламени. Сейчас Жеану предстояло разыграть целое представление для горбатого уродца. На что только не пойдёшь ради денег!