Золотой Бешеный Зверь Конохи

      Дни превращались в недели, недели — в месяцы. Наруто больше не считал время. Он просто жил. Тренировался. Падал. Вставал. Учился доверять. Он уже знал, что такое дом. Не стены — люди. Сегодня Гай сказал: — Наруто. Сегодня я научу тебя открывать Врата. — Врата? — переспросил Наруто. — Как те, о которых вы говорили? — Да, — ответил Гай. — Первые Врата. Врата Начала. Они не дают тебе чакру. Они дают тебе контроль над телом. Ты перестаёшь сдерживать себя. — А что, если я не смогу? — Ты сможешь, — сказал Гай. — Ты всегда можешь больше, чем думаешь. --- Тренировка началась. Гай объяснил, как найти Врата внутри себя. «Закрой глаза, — сказал он. — Почувствуй тело. Найди точку в голове. Это Первые Врата. Открой их». Наруто закрыл глаза. Он искал внутри себя точку, о которой говорил Гай. Ничего не чувствовал. — Я не могу, — сказал он. — Попробуй снова, — ответил Гай. — Не торопись. Наруто снова закрыл глаза. Он чувствовал своё дыхание, сердцебиение, напряжение в мышцах. Но Врата не открывались. — У меня ничего не получается, — сказал он. — Ты боишься, — сказал Гай. — Нет. — Боишься. Ты боишься, что у тебя не получится. Что ты подведёшь. Наруто промолчал. — Страх — это не враг, Наруто, — сказал Гай. — Ты должен принять его. И двигаться дальше. Наруто закрыл глаза. Он позволил себе почувствовать страх — тот, который всегда был внутри. Страх, что он никогда не станет сильным. Страх, что он останется один. Страх, что он подведёт Гая и Ли. Потом он сделал шаг вперёд. — Первые Врата, — сказал он. Внутри что-то щёлкнуло. Он почувствовал, как тело наполняется силой — не чужой, своей. Он ударил по деревянному столбу, и тот треснул. Гай улыбнулся. — Ты сделал это. — Я сделал это, — прошептал Наруто, чувствуя, как внутри разливается гордость. --- Вечером Гай позвал Ли на ужин. Они сидели за маленьким столом в доме Гая. Наруто смотрел на две миски перед собой. Одну поставил Гай, другую — Ли. — Ты чего не ешь? — спросил Ли. — Я… — начал Наруто. Он никогда не ел за столом. В щелях между домами он ел один. Украдкой. Быстро. Чтобы никто не увидел. Ли пододвинул к нему свою миску. — Добавки хочешь? — Я не знаю, — ответил Наруто. — Тогда просто ешь, — сказал Гай. — Мы никуда не спешим. Наруто взял палочки. Рис был горячим. Пар шёл в лицо. Он поднёс ложку ко рту и съел. — Вкусно, — сказал он. — Мы ещё научим тебя готовить, — сказал Гай. — Я не умею. — Научишься. Они ели втроём. Гай громко обсуждал тренировки, Ли поддакивал. Наруто молчал, но внутри него разливалось странное тепло. Он не знал, как это называется. Но ему нравилось. --- После ужина Гай сказал: — Теперь — растяжка. — Я не люблю растяжку, — сказал Наруто. — Она тебе понравится, — ответил Гай. Они сели на пол. Гай подошёл к Наруто и протянул руку. — Ложись, — сказал он. Наруто напрягся. Прикосновения всегда означали боль. Удары. Толчки. — Я не… — Я не причиню тебе боли, — сказал Гай. — Доверься мне. Наруто лёг на спину. Гай взял его за руку, осторожно потянул. — Не напрягайся. — Я не могу. — Можешь. Дыши. Наруто сделал глубокий вдох и выдохнул. Рука расслабилась. — Хорошо, — сказал Гай. — Ещё раз. Они повторили упражнение. Наруто чувствовал, как его тело расслабляется. Это было странно — кто-то прикасался к нему без боли. — Ты молодец, — сказал Гай. — Ты справляешься. Наруто не ответил. Но внутри он чувствовал что-то новое — доверие. --- После растяжки они снова сели за стол. Гай и Ли что-то обсуждали, но Наруто не слушал. Он смотрел на свои руки. На шрамы, которые начали заживать. — Наруто, — сказал Ли. — Что? — Ты сегодня улыбнулся. Наруто поднял голову. Ли смотрел на него с широкой улыбкой. Гай тоже улыбался. — Я улыбнулся? — спросил Наруто. — Да. На несколько секунд. Наруто не знал, что сказать. Он не замечал этого. — Это хорошо, — сказал Гай. — Ты становишься счастливым. Наруто смотрел на свои руки. — Может быть, — сказал он. И впервые за долгое время он поверил, что это правда. --- Ночью Ли остался ночевать. Они лежали на циновках, смотрели в потолок. — Наруто, — сказал Ли. — Да? — Я хочу тебе кое-что рассказать. — О чём? — О себе. Ли замолчал на мгновение. — Меня дразнили в Академии. «Кукла без чакры», «бесполезный Ли», «зелёный идиот». Меня били на переменах. Однажды старшекурсники засунули меня в мусорный бак и скатили с холма. Я сломал руку. — Я знаю, — сказал Наруто. — Ты рассказывал. — Но я не рассказывал, что я плакал, — сказал Ли. — Каждый день. Прятался за школой и ревел, пока не кончались слёзы. А потом приходил домой и делал отжимания. Наруто слушал. Ли никогда не говорил об этом. — Я боялся, что никогда не стану сильным, — продолжил Ли. — Что я умру никем. Что меня не запомнят. — А сейчас? — спросил Наруто. — Сейчас я знаю, что я сильный, — сказал Ли. — Не потому, что я могу победить кого-то. А потому, что я не сдаюсь. — Я тоже боялся, — сказал Наруто. — Я до сих пор боюсь. — Чего? — Что всё это закончится. Что Гай-сан уйдёт. Что ты уйдёшь. Что я снова останусь один. Ли повернул голову и посмотрел на него. — Не закончится, — сказал он. — Мы братья. Братья не уходят. Наруто закрыл глаза. Внутри него разливалось тепло. — Спасибо, — сказал он. — Не за что, — ответил Ли. --- Этой ночью Наруто снова провалился в сон. Но этот сон был другим. Он стоял не в воде. Он стоял в лесу. Свет просачивался сквозь листву, и где-то вдалеке бежал огромный рыжий лис. Свободный. — Курама, — позвал Наруто. Лис остановился. Он повернул голову, и его глаза — красные, горячие — встретились с глазами Наруто. — Что ты видишь? — спросил Курама. — Лес, — ответил Наруто. — Ты свободен. — Это было давно, — сказал Курама. — Я почти забыл, каково это. — Ты скучаешь, — сказал Наруто. Курама не ответил. — Ты скучаешь по свободе, — повторил Наруто. — Да, — сказал Курама. — Я скучаю. Наруто подошёл ближе. — Может быть, когда-нибудь ты снова почувствуешь это, — сказал он. Курама смотрел на него. — Ты странный, — сказал он. — Знаю. Наруто проснулся. Лёжа на циновке, он смотрел в потолок и чувствовал, как внутри него разливается что-то новое. Не сила. Понимание. — Я узнаю тебя, — прошептал он в темноту. — И я помогу тебе вспомнить. Он не знал, услышал ли его Курама. Но где-то глубоко внутри, за решёткой, лис улыбнулся.