Наследие из пепла и хвои

Косой переулок оглушал. После уединенной, размеренной жизни в Поместье Принцев Гарри казалось, будто он попал внутрь гигантского волшебного механизма, где всё одновременно звенело, взрывалось, кричало и двигалось. Сквозь прорези капюшона мальчик во все глаза разглядывал витрины. В аптеке Малпеппера пахло тухлыми яйцами и сушеной травой, а у входа стояли бочки с жабьей икрой. В магазине «Все для квиддича» толпа мальчишек, прижавшись носами к стеклу, восторженно обсуждала новейшую метлу «Нимбус-2000». В лавке мадам Малкин Гарри пришлось отстоять на подставке добрых полчаса, пока ведьма в лиловой мантии скалывала булавками подол его новой школьной формы. Книжный магазин «Флориш и Блоттс» поразил его стеллажами до самого потолка, где книги едва ли не дрались между собой. Снейп лично и очень придирчиво отбирал учебники, заменяя стандартные пособия по зельеварению на более точные, старые издания, одобренные им самим. Но самое главное ждало их впереди. Маленькая, покосившаяся лавка с облупившимися золотыми буквами над дверью: «Олливандер. Изготовитель волшебных палочек». Когда они переступили порог, зазвенел колокольчик. Внутри стояла звенящая тишина, а воздух казался густым от скопившейся здесь вековой магии. Тысячи узких коробок плотными рядами уходили под самый потолок. — Ах, Северус, — раздался тихий, шелестящий голос из глубины лавки. Старик с огромными, бледными, как луна, глазами словно соткался из полумрака. — Помню вашу палочку. Черное дерево и сердечная жила дракона, тринадцать дюймов... Жесткая. Прекрасный инструмент для мастера. Снейп лишь едва заметно склонил голову, оставаясь у двери, словно живое черное изваяние. — А теперь... мистер Поттер-Принц, — Олливандер повернулся к Гарри, и его взгляд заставил мальчика затаить дыхание. — Настало ваше время. Какой рукой вы колдуете? — Правой, сэр, — тихо ответил Гарри. Начался самый удивительный процесс в его жизни. Серебряная лента сама собой измеряла рост Гарри, расстояние между глазами и длину предплечья. Олливандер то и дело подносил ему коробки: — Попробуйте эту. Бук и сердцевина из пера феникса. Девять дюймов. Возьмите и взмахните! Гарри взял палочку, но стоило ему взмахнуть, как Олливандер тут же вырвал её из рук: «Нет, нет, не то!». Следующая палочка — из клёна и волоса единорога — едва не разбила вазу на столе. Мальчик начал волноваться, но старик, казалось, становился только счастливее с каждой неудачей. — Необычный покупатель, сложный случай... — бормотал мастер, уходя в самые дальние стеллажи. Наконец, он вынес потертую коробку. — Попробуем эту. Твердая древесина, остролист, одиннадцать дюймов. Внутри — перо феникса, который отдал всего два пера. Одно из них... впрочем, просто попробуйте. Гарри протянул руку и взял палочку. В ту же секунду его пальцы пронзило невероятное, покалывающее тепло. Из кончика палочки, словно салют, вырвался сноп ярких, золотых и красных искр, которые мягко опустились на пол, не причиняя вреда. Воздух вокруг задрожал от чистой, созвучной ему энергии. — О, браво! — захлопал в ладоши Олливандер, хотя в его глазах промелькнула тень задумчивости. — Да, остролист и феникс. Палочка сама выбирает волшебника, мистер Поттер. Помните это. Северус молча расплатился, и они вышли на улицу. Гарри бережно сжимал коробку, чувствуя, как внутри него всё поет от восторга. Теперь он был настоящим волшебником. Август пролетел как один день, и вот наступило первое сентября. Лондонский вокзал Кингс-Кросс встретил их шумом поездов, свистом пара и толпами спешащих магглов, которые даже не замечали странную пару. Гарри толкал перед собой тележку с тяжелым кованым сундуком, на котором величественно восседала его новая белоснежная полярная сова Букля — подарок отца на день рождения. Снейп шел рядом, его высокая фигура в черном пальто притягивала взгляды, но никто из обычных людей не решался подойти ближе. Они остановились между третьей и четвертой платформами — точнее, между девятой и десятой. — Тебе нужно просто уверенно идти прямо на разделительный барьер между платформами, — тихо проинструктировал Снейп, положив тяжелую ладонь на плечо Гарри. — Не останавливайся и не бойся, что врежешься. Если нервничаешь — лучше пробегись. Гарри глубоко вздохнул, поправил очки и покрепче перехватил ручку тележки. Разбежавшись, он устремился прямо в кирпичную стену. Он зажмурился, ожидая удара... Но вместо грохота кирпича его обдало облаком прохладного, пахнущего углем и магией воздуха. Гарри открыл глаза. Надпись на чугунном указателе гласила: «Платформа 9 и 3/4». Рядом стоял багровый, дымящийся паровоз с табличкой «Хогвартс-экспресс». Платформа была забита волшебниками: везде сновали кошки, ухали совы, старшекурсники громко переговаривались, а первокурсники испуганно жались к родителям. Через секунду рядом с ним бесшумно соткался Снейп. Он окинул платформу холодным взглядом, и многие родители, узнав декана Слизерина, поспешили увести своих детей подальше. — Гарри! — раздался звонкий, до боли знакомый голос. Из толпы к ним быстрыми шагами шел Драко Малфой в безупречном черном костюме, а за его спиной чинно шествовали Люциус и Нарцисса. Драко широко улыбался, позабыв про малфоевскую спесь. —Крестный, добрый день, — Драко вежливо поклонился Снейпу, а затем порывисто схватил Гарри за руку. — Наконец-то! Идем скорее, я уже занял для нас лучшее купе в начале поезда! Гарри оглянулся на Снейпа. Северус смотрел на него сверху вниз. В его черных глазах, обычно таких непроницаемых, сейчас читалась гордость и... легкая грусть расставания. Он протянул руку и в последний раз аккуратно поправил воротник дорожной мантии сына. — Твой сундук уже в багажном отделении, Гарри. Веди себя достойно. И помни: что бы ни решила Распределяющая шляпа, Поместье Принцев — это твой дом. Я буду ждать тебя в Большом зале. — Да, папа. До встречи, — Гарри крепко, на секунду прижался к отцу, чувствуя его родной запах, а затем повернулся к Драко. Два мальчика подхватили свои сумки и побежали к дверям вагона. Гарри Поттер-Принц отправлялся навстречу своей новой жизни, и впервые в жизни он точно знал, что за его спиной стоит надежная, несокрушимая стена.