ГривИстория

Я проснулась от собственного внутреннего будильника. За окном было ещё темно — только-только начинал сереть горизонт. Петух Петька, наученный горьким опытом, молчал как партизан. В доме тихо, только печка потрескивает да дети посапывают в своей комнате. — Не спится, — прошептала я. Щупальца, которые всю ночь мирно обвивали меня со всех сторон, зашевелились — проснулись, заинтересовались. — Работать надо, — объяснила я им. — Мыло варить. Заворачивать. К ярмарке готовиться. Щупальца одобрительно заколыхались и поползли по кухне в поисках ингредиентов. — Тихо, тихо, — зашипела я. — Все спят ещё. Давайте сначала сами подготовим, а шуметь будем, когда Нитка встанет. Щупальца понятливо замерли и принялись за работу бесшумно — открывали шкафчики, доставали мешочки с травами, банки с жиром, бутылки со щёлоком. Через полчаса всё необходимое было разложено на столе в идеальном порядке. Я сидела и любовалась результатом. — Хорошо, — прошептала я. — Теперь подождём. *** Нитка вышла из спальни, когда уже совсем рассвело. Увидела меня, сидящую за столом, окружённую ингредиентами, и замерла. — Ты чего не спишь? — Работаю, — пожала я плечами. — Мысленно. Всё подготовила, жду, когда можно начинать варить. — С ума сойти, — покачала головой Нитка. — И когда ты только успела? — Щупальца, — улыбнулась я. — Они бесшумные и быстрые, когда не балуются. Одно из щупалец, которое как раз в этот момент пыталось стащить печенье со шкафа, виновато вздрогнуло и спряталось за спину. — Вижу, — усмехнулась Нитка. — Ладно, давай завтракать и за работу. Детей пока не буди, пусть поспят. Им сегодня в школе быть. — Кстати о школе, — спохватилась я. — Тростинке надо дать мыла с собой. Для рекламы. — Ой, точно! — Нитка хлопнула себя по лбу копытом. — Я и забыла. Хорошо, что напомнила. *** За завтраком Тростинка получила ответственное задание. — Вот, — я протянула ей пять маленьких кусочков мыла, каждый завёрнутый в красивую бумажку и перевязанный ленточкой. — Это для подружек. Или для учительницы. Кому хочешь. Скажешь, что это наше, домашнее, яблочное. И спросишь, понравилось ли. — Ух ты! — Тростинка бережно приняла подарки. — А можно одну штуку мисс Дейзи дать? У неё на днях день рождения. — Конечно, — кивнула я. — Мисс Дейзи — это учительница? — Да, она самая добрая. Она нас читать учит. — Тогда ей обязательно надо дать, — согласилась Нитка. — И скажешь, что на ярмарке мы будем продавать. Если понравится, пусть приходит. — А я? — обиженно протянула Льдинка. — Мне что, ничего не дали? — Тебе другое задание, — я погладила её по голове щупальцем. — Ты будешь помогать заворачивать мыло. У тебя копытца маленькие, ленточки лучше завязываются. — Буду! — засияла девочка. *** Весь день мы варили мыло. Нитка топила жир и готовила щёлок. Я колдовала над пропорциями, добавляла травы и яблочные выжимки, помешивала щупальцами сразу в двух котлах. Льдинка сидела рядом и, высунув язык от старания, завязывала бантики на уже готовых, вчерашних кусочках. — Красиво получается, — хвалила я. — Ты настоящий дизайнер. — А кто это? — не поняла девочка. — Тот, кто делает красиво. — А-а, — Льдинка задумалась, потом выдала: — Тогда ты тоже дизайнер. Ты мыло красивое делаешь. — Спасибо, — улыбнулась я. К обеду наварили ещё три десятка кусков. Нитка разложила их на досках — сохнуть. — Завтра ещё наварим, — прикинула она. — И послезавтра. К субботе будет штук сто, не меньше. — Сто? — я даже поперхнулась. — Это же... десять серебряных? — Если всё продадим, — кивнула Нитка. — А если нет — не страшно. Мыло долго хранится, никуда не денется. *** Тростинка прилетела из школы в прямом смысле — она пыталась лететь, но крылья пока слушались плохо, так что получилось что-то среднее между полётом и подскоками, и с порога затараторила: — Мисс Дейзи сказала спасибо! Она такое мыло в детстве любила, у её бабушки было похожее! Она сказала, что обязательно придёт на ярмарку и купит сразу пять кусков! А Спиногрызка сказала, что у неё от моего мыла шерсть стала мягче, и она хочет ещё! А Пушинка сказала, что её мама тоже хочет попробовать! А... — Тростинка, дыши! — засмеялась Нитка. — А ещё! — девочка набрала воздуха. — Мисс Дейзи сказала, что можно после уроков рассказывать про мыло, если я буду делать это тихо и не мешать другим! Я уже договорилась с подружками — они всем расскажут! — Ты гений маркетинга, — выдохнула я. — Чего? — Молодец, — перевела я. — Большая умница. Тростинка расплылась в улыбке и пошла ужинать, по дороге хватая Льдинку и кружа её по комнате. *** Вечером, когда дети наконец угомонились, мы с Молотом и Ниткой сидели на кухне и обсуждали главное. — Так, — я достала грифельную доску (ту самую, на которой Молот считал подковы). — Когда едем? — В субботу с утра, — ответил Молот. — Выезжать надо затемно, чтоб к открытию успеть. — На чём? — На телеге. Я её уже подготовил, колёса смазал, борта укрепил. — А сколько ехать? — Часов пять, если без приключений. Дорога хорошая, вдоль реки, так что должно быть быстро. — А возвращаться когда? — В воскресенье вечером, если всё продадим. Или в понедельник утром — там видно будет. Ночевать будем в гостинице, я уже договорился. Я записывала всё на доске, щупальцами придерживая грифель. Получалось коряво, но разобрать можно. — Что брать с собой? — спросила я. — Всё мыло, — начала перечислять Нитка. — Подковы, инструмент мелкий, если Молот заказы возьмёт. Соленья, варенья. Еду в дорогу. Тёплые попоны — ночью холодно. Деньги на сдачу. — Деньги есть? — уточнила я. — Немного есть, — кивнул Молот. — Разменять надо будет в городе, до отъезда. — Я схожу завтра, — вызвалась я. — Заодно узнаю, нет ли новостей про тех двоих. — Крафт, — Нитка посмотрела на меня с тревогой. — Может, не надо? Вдруг они там? — Если они там, я должна знать, — твёрдо сказала я. — Чтобы вы были в безопасности. Я осторожно, просто посмотрю. Молот хотел возразить, но я остановила его взглядом. — Я справлюсь, — сказала я. — Обещаю. Часть 7. Подсчёты Перед сном я сидела и считала на доске. — Сто кусков мыла по медному — сто медных. Десять серебряных. Плюс подковы — Молот сказал, двадцать серебряных минимум. Плюс соленья-варенья — ещё пять-семь. Итого... Я уставилась на цифры. — Тридцать пять — сорок серебряных, — прошептала я. — За одни выходные. Щупальца восхищённо заколыхались. — Это больше, чем я вообще видела в том мире. Там деньги были просто реквизитом, для сцены. А здесь — настоящие. Я отложила доску и уставилась в потолок. — Если так пойдёт и дальше... если мыло понравится... если будут заказы... Мысли путались, переплетались, как мои щупальца в минуты волнения. — Я смогу, — сказала я твёрдо. — Мы сможем. И заснула с улыбкой, впервые за долгое время не думая о засадах и врагах, а только о мыле, ярмарке и будущем.