ГривИстория

— К нам едут гости! К нам едут гости! — Льдинка влетела в мыловарню, размахивая копытами. — Крафт, там такие смешные пони! Они поют! — Поют? — я отвлеклась от помешивания очередной партии яблочного мыла. — Кто поёт? — Двое! В полосатых рубашках! И у них тележка с блестящей штукой! У меня внутри шевельнулось нехорошее предчувствие. — Нитка? — позвала я. — Уже смотрю, — донёсся с крыльца голос Нитки. — Крафт, выйди-ка. Я вытерла щупальца, сняла фартук и вышла на улицу. У калитки действительно стояли двое. Единороги, ярко-жёлтые, в сине-белых полосатых рубашках и соломенных шляпах. За ними — огромная телега с каким-то сложным агрегатом, сверкающим медными боками. — Доброе утро, уважаемые! — запели они дуэтом. — Мы слышали, в этих краях варят чудесное мыло! Мы пришли с предложением, от которого невозможно отказаться! — Флим и Флэм, — выдохнула я, и это прозвучало как ругательство. — О, нас знают! — обрадовался тот, что с усами (Флэм, кажется). — Наша слава бежит впереди нас! — Или наша репутация, — усмехнулся второй (Флим). — Но неважно! Мы здесь с деловым предложением! Вскоре мы сидели в кухне. Флим и Флэм сами, без приглашения, наливали себе чай и разворачивали перед нами свои планы. — Ваше мыло, — начал Флэм, — мы пробовали. Превосходно! Нежно! Ароматно! Шерсть после него — шёлк! — Но продаёте вы его слишком дёшево, — подхватил Флим. — И слишком мало! Мы можем это исправить! — Как именно? — настороженно спросила Нитка. — Мы берём на себя рекламу! — Флэм взмахнул шляпой. — Песни, танцы, представления! Ваше мыло узнает вся Эквестрия! — Мы ставим оборудование! — Флим указал на телегу за окном. — Наша чудо-мыловарня 2000 производит сто кусков в час! — Сто кусков в час? — ахнула Тростинка. — И больше! — братья снова запели дуэтом. — А вы, уважаемая Крафт, будете нашим главным технологом! Получать проценты! Славу! Признание! — А рецепт? — тихо спросила я. — О, рецепт вы, конечно, передадите нам, — беспечно махнул копытом Флэм. — Для производства. В общий котёл! — И доля? — Нитка прищурилась. — Десять процентов от прибыли! — торжественно объявил Флим. — Первый год. А потом, когда бизнес встанет на ноги, обсудим новые условия! Я посмотрела на них. Посмотрела на Нитку. Посмотрела на девочек, которые слушали раскрыв рты. — Нам нужно подумать, — сказала я. — Думайте, думайте! — братья вскочили. — Мы остановились в Понивилле, в гостинице. Завтра зайдём за ответом! Они ушли, напевая весёлую песенку. — Крафт, — Льдинка дёрнула меня за щупальце. — Это же хорошо, да? Мы станем знаменитыми? — Не знаю, малышка, — я погладила её по голове. — Не знаю. *** Ночью я не могла уснуть. Щупальца нервно подёргивались, перебирая варианты. А варианты были... разнообразные. Вариант первый. Проследить за ними до гостиницы. Ночью пробраться в номер, спеленать, вытрясти из них правду — наверняка это не первая их афера. Припугнуть, заставить убраться из Понивилля и забыть дорогу. Вариант второй. Подкараулить на дороге, когда поедут дальше. Устроить «несчастный случай» — ничего серьёзного, просто сломать телегу. Чтобы поняли: здесь нечего ловить. Вариант третий. Выведать, кто их нанял - наверняка есть заказчик. Добраться до заказчика и объяснить, что связываться с нами — плохая идея. Вариант четвёртый. Просто пригрозить. Я умею быть убедительной, когда хочу. Одно появление в полный рост, щупальца веером, светящиеся глаза в темноте — и они убегут сами, даже без угроз. — Крафт, — тихий голос Нитки вырвал меня из тёмных мыслей. — Ты не спишь? — Нет, — призналась я. — Я так и думала, — она присела на край раскладушки. — О чём думаешь? — О том, как бы их... нейтрализовать. — Убрать? — спокойно спросила Нитка. — Не убить, — быстро сказала я. — Просто... напугать. Заставить уйти. — Злодейские методы? — Работают, — буркнула я. — Проверено. — Крафт, — Нитка взяла моё копыто в свои. — Ты теперь не злодейка. Ты — мыловар. Бизнеспони. Почти член нашей семьи. Ты не можешь решать проблемы по-старому. — А как тогда? — я почти крикнула. — Они же мошенники! Я их знаю — я сама была такой! Они выпьют все соки, а потом бросят! Рецепт выманят, производство наладят, а нас — в сторону! — Значит, надо их переиграть, — спокойно сказала Нитка. — Как? — По-честному. По-нашему. По-деревенски. *** Утром за завтраком мы разрабатывали план. — Первое, — Нитка развернула блокнот. — Мы не отдаём рецепт. Ни под каким видом. — А как же производство? — спросила Тростинка. — Мы можем продавать им готовое мыло оптом, — предложила я, и щупальца одобрительно заколыхались. — Пусть занимаются продажами, а мы — производством. — Умно, — кивнул Молот. — Тогда рецепт при нас. — Второе, — продолжила Нитка. — Доля. Не десять процентов, а пятьдесят. Мы делаем товар, они продают. Пятьдесят на пятьдесят. — А не много? — усомнилась Тростинка. — Они запросят тридцать, — усмехнулась я. — Старые трюки. Надо начинать с пятидесяти, чтобы торговаться. — Откуда ты знаешь? — Я же говорю — я была такой. — Третье, — Нитка глянула в блокнот. — Контракт. Письменный. У нотариуса. С чёткими условиями и сроками. — Они согласятся? — спросил Молот. — Если увидят выгоду, — кивнула я. — А выгода есть. Мыло реально хорошее. — Четвёртое, — добавила Нитка. — Если откажутся — значит, не нужны нам такие партнёры. Сами справимся. — Сами, — хором сказали девочки. *** Флим и Флэм явились ровно в полдень, с песнями и улыбками. — Ну как, уважаемая Крафт? — Флэм распахнул объятия. — Созрели для великих свершений? — Созрели, — я жестом пригласила их за стол. — Но на наших условиях. — Ваших? — братья переглянулись. — Каких? Я развернула блокнот Нитки. — Первое. Рецепт остаётся у нас. Вы покупаете у нас готовое мыло оптом по фиксированной цене. Лица братьев слегка вытянулись. — Но наша чудо-мыловарня... — Не нужна, — отрезала я. — Мои щупальца справляются быстрее и качественнее. Если не верите — устроим соревнование. — Второе, — Нитка подхватила. — Пятьдесят процентов от прибыли с продаж нам. Пятьдесят — вам. — Пятьдесят?! — Флим аж подскочил. — Но это же грабёж! — Это честно, — спокойно сказала я. — Мы делаем товар. Вы его продаёте. Поровну. — Третье, — Молот встал в дверях, загораживая выход - разумеется, совершенно случайно. — Контракт у нотариуса. С подписями и печатями. — И четвёртое, — добавила Тростинка, выглядывая из-за спины отца. — Если нарушите — мы вас найдём. — А мы умеем находить, — пискнула Льдинка, и моё щупальце для убедительности обвило её за плечи. Братья переглянулись. Потом посмотрели на меня, на мои щупальца, на серьёзные морды семьи. — А вы... — начал Флэм. — Вы не так просты, как кажетесь. — Я очень проста, — улыбнулась я. — Просто ценю честность. И свою семью. — И своё мыло, — добавила Льдинка. — Ладно, — вздохнул Флим. — Сорок процентов. — Пятьдесят, — отрезала я. — Сорок пять. — Пятьдесят. — И рецепт всё-таки можно посмотреть? — Нельзя. — А если мы покажем вам нашу чудо-мыловарню в действии? — Не интересует. Братья переглянулись ещё раз. Потом Флэм вздохнул и протянул копыто: — Пятьдесят. Но вы делаете первую партию бесплатно, для рекламы. — Идёт, — я пожала его копыто щупальцем. *** Следующую неделю мы работали как завод. Я варила мыло в две смены, щупальца трудились без отдыха. Нитка упаковывала готовую продукцию в крафтовую бумагу с этикетками Тростинки. Молот сколотил специальные ящики для транспортировки. Девочки клеили наклейки и считали готовые куски. — Сто пятьдесят, — объявила Тростинка к вечеру пятого дня. — Сто пятьдесят кусков мыла. — На пятьдесят серебряных, — присвистнул Молот. — Если продадут. — Продадут, — уверенно сказала я. — Они умеют продавать. Это я помню. На шестой день приехали Флим и Флэм с телегой. — Ого, — присвистнул Флэм, увидев горы ящиков. — Вы серьёзно поработали. — А вы сомневались? — я подняла бровь. — Никогда! — заверил Флим. — Грузим! Когда телега была полна, Флэм протянул мне мешочек с монетами. — Задаток, — сказал он. — Двадцать пять серебряных. Остальное — после продажи. — Договорились. Братья уже собрались уезжать, но Флим вдруг обернулся: — Слушайте, Крафт... А вы случайно не из наших? — Из каких «ваших»? — не поняла я. — Ну, из тех, кто... — он покрутил копытом. — Понимает, как устроен мир. Кто умеет видеть выгоду. Кто... — Кто раньше был «по ту сторону»? — закончила я. — Ну... да. Я посмотрела на него долгим взглядом. Потом на щупальца. Потом на дом, на мыловарню, на семью, собравшуюся на крыльце. — Была, — тихо сказала я. — Очень давно. В другой жизни. Теперь я здесь. Флим кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение. — Тогда удачи, — сказал он. — Честно. — Честно, — согласилась я. И они уехали, напевая весёлую песенку. *** Вечером мы сидели на крыльце, пили чай и смотрели на закат. — Крафт, — Льдинка прижалась к моему боку. — А почему ты им не рассказала про своё прошлое? — Зачем? — Ну, чтобы поняли, что ты не просто так... умеешь договариваться. — Они и так поняли, — я погладила её по голове. — Флим догадался. Это такие, как он, всегда чуют своих. — Своих? — Бывших, — поправила я. — Тех, кто жил «по ту сторону» правил. — А теперь? — А теперь я живу по эту, — я улыбнулась и обняла её. — И мне здесь нравится. — Нам тоже, — сказала Нитка, присаживаясь рядом. — И нам! — подхватили Тростинка с Молотом. — И щупальцам, — добавила Льдинка, и щупальца согласно заколыхались. Мы сидели и смотрели, как солнце садится за новую мыловарню, за новую кузницу, за новый дом, и думали о том, что честная торговля — это, оказывается, совсем неплохо. Даже когда имеешь дело с мошенниками.