ГривИстория

— Крафт, ну ещё кусочек! — Льдинка смотрела на меня глазами, полными надежды. — Ты уже съела три куска, — я пыталась быть строгой, но получалось плохо. — Лопнешь. — Не лопну! Я растягиваюсь! — Пони не растягиваются, — авторитетно заявила Тростинка, не отрываясь от книги. — А я растянусь! Вот увидишь! Мы сидели на крыльце, провожая закат. Тёплый летний вечер, аромат цветов, где-то вдалеке стрекотали сверчки. Идиллия. — Крафт, — позвала Нитка из дома. — Ты не видела мои спицы? Я их на крыльце оставляла. — Сейчас, — я обернулась, щупальцами нашаривая спицы. И замерла. Потому что увидела их. Две фигуры на опушке леса. Один крупный, серый. Второй поменьше, рыжий, юркий. Они стояли и смотрели на дом. Те самые. — Девочки, — сказала я спокойно, хотя внутри всё сжалось. — Идите в дом. Быстро. — Почему? — Льдинка надулась. — Потому что я сказала. Тростинка, уведи сестру. Тростинка посмотрела в сторону леса и побледнела. Она тоже их узнала — по описаниям, по рисункам, по тому, как отец рассказывал о той ночи у реки. — Идём, Льдинка, — она схватила сестру за гриву и потащила в дом. — Крафт? — Нитка выглянула в окно. — Что случилось? — Сидите внутри, — сказала я, поднимаясь. — Никому не выходить. — Крафт... — Я справлюсь. Я пошла к опушке не спеша. Щупальца покачивались в такт шагам — спокойно, расслабленно. Никакой спешки. Никакой суеты. Они ждали. Когда я подошла достаточно близко, серый усмехнулся: — А ты та самая, что его из реки вытащила? Слышали про тебя. Гривастая чудо-пони. — Допустим, — я остановилась в десяти шагах. — Чего хотите? — Поговорить, — рыжий вышел вперёд, улыбаясь самой дружелюбной улыбкой, которую я когда-либо видела у мошенников. — Мы тогда немного погорячились. Не сошлись во мнениях с вашим кузнецом. Но дело можно уладить миром. — Миром? — я подняла бровь. — Мы пришли с предложением, — продолжил серый. — Ваш Молот отказывался ковать для нас подковы. Мы обиделись. Глупо вышло. Но теперь мы готовы заплатить вдвое. И даже извиниться. — Извиниться, — повторила я. — За попытку убийства? — За недоразумение, — поправил рыжий, и улыбка его стала чуть натянутой. — Никто никого не убивал. Жив же он. Я смотрела на них и чувствовала, как внутри поднимается что-то тёмное. Знакомое. То, что я старалась забыть. — Крафт, — шепнул голос внутри. — Ты знаешь, что делать. Эти двое не отстанут. Они будут пробовать снова и снова. Урок должен быть таким, чтобы запомнили навсегда. — Заткнись, — мысленно ответила я. — Я сама решу. — Знаете, — сказала я вслух, — я ведь была не всегда такой. — Какой — такой? — насторожился рыжий. — Доброй. — я сделала шаг вперёд, и щупальца чуть приподнялись. — Раньше я была... другой. Очень другой. — Нам всё равно, кто ты была, — отмахнулся серый. — Мы по делу пришли. — А мне не всё равно, — я сделала ещё шаг. — Потому что та, другая «Я», знает, как разговаривать с такими, как вы. — С такими? — рыжий попытался ухмыльнуться, но вышло неуверенно. — С теми, кто привык решать вопросы силой, — я остановилась в трёх шагах. — С теми, кто думает, что если угрожать — получишь своё. С теми, кто не понимает доброты. Щупальца медленно поднялись в воздух, расправились веером. Я не делала ничего угрожающего — просто показывала, сколько их. — Мы не хотим проблем, — быстро сказал рыжий. — Проблемы уже есть, — я улыбнулась — той самой улыбкой, которую помнила из прошлой жизни. Не доброй. Спокойной. Уверенной. — Вы пришли к дому, где живёт семья. С детьми. И думаете, что можете просто так предложить деньги и забыть, что пытались убить отца этих детей. — Мы же сказали — недоразумение... — Недоразумение, — перебила я, — это когда наступил на хвост. А когда подрезают берег в темноте, рассчитывая, что пони утонет — это покушение. — И что ты сделаешь? — серый набычился. — Вызовешь стражу? Докажи ещё. — Стражу? — я рассмеялась. — Зачем мне стража? Щупальца качнулись, и одно из них — чисто рефлекторно — обвило ствол молодого дерева рядом. Легко, играючи. Дерево жалобно скрипнуло. — Я сама — стража, — сказала я тихо. — Для таких, как вы. — Красиво, — шепнул голос внутри. — Но они всё ещё не верят. Они думают, что ты блефуешь. Покажи им. Настоящую. Ту, что была «до всего». — Нет, — ответила я. — Не надо. — Почему? Они заслужили. Ты же видишь — они не отстанут. Их надо напугать так, чтобы забыли дорогу сюда навсегда. — Я напугаю. Но без насилия. — Без насилия не бывает, — усмехнулся голос. — Ты же знаешь. — Заткнись, — мысленно рявкнула я. — Ты больше не командуешь. Я решаю. Голос затих, но не исчез. Я чувствовала его там, на границе сознания — ждущего. — Значит, так, — сказала я вслух, глядя на двоих. — Сейчас вы разворачиваетесь и уходите. Вы забываете дорогу к этому дому. Вы забываете, что вообще здесь были. — А если нет? — вызывающе спросил серый. — Если нет, — я медленно подняла одно щупальце и указала на него, — то я вам напомню. Очень подробно. Очень убедительно. И очень долго. Щупальце на кончике чуть заметно засветилось — магия, которую я тренировала последние недели, рвалась наружу. — Ты не посмеешь, — неуверенно сказал рыжий. — Хочешь проверить? — я улыбнулась. — Давай. Только учти: я очень быстро учусь. И очень долго помню обиды. Они ушли. Не побежали — сохранили остатки достоинства, но шли быстро, почти бежали. Рыжий то и дело оглядывался, серый смотрел только вперёд. — Вернутся? — спросил голос внутри. — Нет, — ответила я. — Не вернутся. — Откуда знаешь? — По глазам видела. У страха один цвет — белый. У них глаза были белые. — Ты хорошо поработала. — Я ничего не сделала. — Именно. Ты ничего не сделала, а они ушли. Это и есть сила. Я вздохнула и пошла обратно к дому. — Крафт! — Льдинка вылетела на крыльцо и повисла на моей шее. — Ты живая! — Живая, — я погладила её щупальцем. — Всё хорошо. — Они ушли? — Нитка стояла в дверях, бледная. — Ушли. Больше не придут. — Ты уверена? — Уверена. Молот вышел из кузницы с молотом в копытах — видимо, собирался присоединиться, если что. — Крафт, — сказал он. — Я видел, как они улепётывали. Что ты им сказала? — Ничего особенного, — я пожала плечами. — Просто объяснила, что доброта — это не слабость. — И они поверили? — Им хватило. Молот посмотрел на меня долгим взглядом и кивнул. — Спасибо, Крафт. — Не за что. Я защищаю мою семью. Ночью я не спала. Сидела на крыльце, смотрела на звёзды и слушала тишину. Щупальца тихонько покачивались рядом. — Ты была права, — сказала я в темноту. — Я могла бы их... убрать. Навсегда. И никто бы не узнал. — Но ты не стала, — отозвался голос. На этот раз не внутри, а снаружи — мягкий, знакомый. Луна сидела на перилах крыльца. Настоящая или призрак — я не разбирала. — Не стала, — кивнула я. — Почему? — Потому что они не стоят того. Потому что если я начну — не смогу остановиться. Потому что... потому что Льдинка расстроится, если я приду в плохом настроении. Луна улыбнулась. — Это самый правильный ответ, Крафт. Ты выбрала не потому, что слабая. Ты выбрала потому, что сильная. — Я всё ещё слышу его, — призналась я. — Тот голос. Тёмный. — Он всегда будет с тобой, — кивнула Луна. — Как и мой был со мной. Главное — кто командует. — Я командую, — твёрдо сказала я. — Знаю, — принцесса исчезла, оставив после себя только лёгкое сияние. Я ещё долго сидела на крыльце, а потом пошла спать. Завтра будет новый день. Без теней.