Devoured: The Serpent and the Pomegranate // Змея, проглотившая гранат

На самом деле, размеры сада были таковы, что справиться с ним в одиночку было невозможно. Наин планировал изнурять Лан Гвена днями напролет, чтобы сломить его упрямство. Однако не успел даже жрец, приставленный для контроля, дойти до входа в сад, как Гвен вышел навстречу. Он выглядел так, будто не работал вовсе, а отдыхал в тени: мазь на коже блестела, сам он даже не вспотел, а его уверенная поза лишь раздражала. — Ты уже закончил? Все сорняки удалены? Гвен, накинув на плечи льняную ткань, опустился на колени и с легкой улыбкой ответил: — Да, Ша. В саду не осталось ни единого сорняка. Наин резко поднялся. Корзина Гвена была доверху заполнена травой. Жрец, ответственный за сад, в изумлении подбежал к кустам, проверяя работу. Пока он суетился, Наин внимательно разглядывал Гвена: ни следов усталости, ни ссадин на руках. Неужели он в одиночку справился с такой площадью? Через некоторое время вернулся садовод, лицо которого было бледнее полотна: — Ша Наин… в саду… нет ни одного сорняка. Даже самого крошечного. — Ты… всё сделал сам? — Наин в упор смотрел на юношу. — У меня быстрые руки, Ша. И я довольно дотошен, — улыбнулся Гвен. Наину пришлось признать поражение. Он с досадой приказал Гвену убираться восвояси. Позже, когда он спросил садовода, возможно ли такое в принципе, тот, обливаясь потом, признался: «По моему мнению, это почти невозможно». Наин лишь вздохнул. Его мысли занимали слова Иу: «Это значит совершать вещи за пределами здравого смысла». --- На следующий день Наин решил действовать жестче. Чтобы Гвен не мог ни у кого просить помощи, его заперли в пустой комнате без окон, выдав десять толстых книг и приказав переписать их до заката. Это была работа, которую невозможно выполнить за один день. Наин проводил время в соседнем зале, наслаждаясь массажем жрецов и фруктами, ожидая, что дверь останется запертой. Но уже к полудню она распахнулась. Гвен, улыбаясь, подал ему десять новеньких свитков: — Ша Наин, всё готово. Наин в оцепенении проверил записи — почерк был безупречен, всё было переписано слово в слово. Он заставил его переписать отрывок прямо при нем — результат был идентичным. Наин не нашел, к чему придраться, и вынужден был отпустить его. --- На третий день Наин приказал до блеска отчистить огромную залу, полную колонн и декоративных элементов. Он лично наблюдал за процессом, сидя в кресле. Гвен взял метлу и начал двигаться так небрежно и лениво, что Наин не выдержал: — Ты думаешь, так будет чисто? — Конечно, Ша. Это моя особая техника. Вы сами увидите результат. Наин пригрозил, что накажет его за любую пылинку. Гвен продолжил свою «ленивую» уборку, а Наин, попивая вино, вдруг почувствовал нечто странное. — Подождите… мне показалось… будто что-то вроде муравья проползло… — Наин насторожился. Жрецы бросились проверять пол, но он был идеально гладким. Наин мотнул головой, решив, что это наваждение, хотя странное чувство «копошения» не давало покоя. К закату уборка была закончена. Попо и другие жрецы-эксперты, привыкшие к безупречной чистоте, бросились проверять каждый уголок. Результат шокировал: мало того, что не было ни пылинки, так еще и старые сколы на колоннах и трещины в полу оказались магическим образом «заделаны» и отполированы. — Реша Гвен, как ты это сделал? — прошептал пораженный Наин. — Благодаря моей особой технике, — кротко ответил тот. Наин окончательно запутался. На следующее утро он увидел, как жрецы пытаются копировать движения Гвена с метлой, но Попо лишь в гневе отчитала их за «бесполезное размахивание руками». Гвен же ушел, не получив ни единой царапины.