Деймон Сноу

      Рождение — это ужасный опыт. Неудивительно, что никто этого не помнит, иначе дети от рождения были бы безумными. Это громко и ошеломляюще. Тебя сдавливает и выталкивает из тепла на холодный, резкий свет. Твои глаза еще не видят, а звуки бьют по ушам настолько, что ты не осознаёшь их смысла.       Ощущать это, имея за спиной опыт взрослого человека, который прожил жизнь, полную богатства, сражений и жертв, было крайне обескураживающим.       Деймон Таргариен не понимал до конца, насколько абсурдна ситуация, в которую он попал. Поначалу нет. Он никогда не верил в богов по-настоящему. Он часто насмехался над теми, кто крепко держался за идею о Семерых, и не только потому, что ненавидел стерву Хайтауэр, на которой женился его брат, и ее самодовольное благочестие. Так что он начинал думать, что это всё происходящее было наказанием, на которое он был обречен в ответ на то, что он делал в своей жизни.       Когда он понял, что родился заново, получил новую жизнь, он не был уверен, что и думать. Кроме как злиться на то, что, несмотря на разум взрослого человека, он оказался заперт в крошечном теле, которому не хватает ни сил, ни координации, чтобы что-либо сделать.       Со временем он смог разобраться в некоторых вещах. Женщина, которая его кормила, была кормилицей, а не его матерью. Его мать умерла, и какие-то люди везли ее кости с собой. Спустя месяц их путешествия он смог разглядеть вещи вблизи себя, поэтому он узнал длинное, немного скорбное лицо человека, который их вел. Он слышал, как другие называли его лордом Старком. Для его детского зрения было немного сложно сказать наверняка, но Деймон подумал, что он похож на Старка. Мрачный и стоический. Могло быть и хуже. По крайней мере, Старкам можно было доверять, и они не были жестокими ублюдками, как некоторые.       Был еще один человек, который иногда держал его. Он казался маленьким и странным. Лорд Старк называл его «Хоуленд», а тот называл его «Нед». Другие называли его «Лорд Рид», и Деймон решил, что он, должно быть, один из тех краногменов с Перешейка и его болот. Крошечный народец, они не становятся великими войнами, чьи подвиги на поле боя превозносят в песнях, но они отлично умеют разведывать, красться и скрываться.       Мать, чьи кости они везли с собой, была сестрой Старка, так что иногда его нежно держал дядя. Он слышал слова о Таргариене, который украл ее, так что он все еще был драконом. Мужчины, казалось, не очень были склонны сплетничать о таких вещах, так что он узнал немного. У Старка была жена, он уже знал и это, как и то, что она родила ему сына и наследника.       Формы, лица и цвета. Всё это еще было нелегко различить, поскольку он был мал, но разум Деймона всё ещё работал отлично. Этот Старк, который держал его и пел какую-то северную песню грубым, хриплым голосом, не был его отцом. Не в этой новой жизни. Но он был готов объявить его своим ребенком. Поскольку в своем нынешнем теле он не мог делать ничего, кроме как есть, испражняться и спать, Деймон слушал и учился.       Они защитили его от холода Севера, завернув в свои меха. На Перешейке Старк попрощался с Хоулендом. Он обнял его, говоря с ним тише обычного. Рид сказал, что сохранит что-то в безопасности. Что-то, что они нашли у него и его матери. Житель болот предложил взять с собой и Деймона, сказав, что он сможет уберечь его от посторонних глаз. Старк отказался, сказав, что если он когда-нибудь станет слишком похож на своего отца, то, возможно, передумает, но пока он сможет сойти за Старка, и он будет жить в Винтерфелле, как и положено Старкам. Это было хорошо. Деймону не нравилась идея расти на болоте.       Однажды он найдет дорогу обратно в Королевскую Гавань. Он не был уверен, почему Старк решил сбежать с ребенком Таргариенов, но он ничего не мог с этим поделать, будучи младенцем. Он вырастет и восстановит свои умения и силу, и снова станет принцем. Возможно, даже королем.