Падение в бездну

Мысли, переданные Танисиэлем, постепенно рассеялись, и Итан был возвращен к реальности все более резким запахом в носу. Он тихо закашлялся и снова устремил взгляд на стену перед собой. Он закрыл глаза, пытаясь выпустить щупальца на затылке. Но привычное чувство распирающей полноты в теле исчезло — будто вся сила ушла в пустоту, не найдя опоры. На его лбу выступил холодный пот, сильная усталость накатывала на него волна за волной. Ему так хотелось прямо сейчас уснуть. В это время Сэмюэл издал стон и медленно пришел в себя. Его густые брови сдвинулись вместе, он словно не совсем понимал, где находится. Итан не удержал его, и они оба повалились на землю. К несчастью, он стал для Сэмюэла «человеческим матрасом» — его придавило так, что едва не стошнило. Услышав под собой друга, чье лицо исказилось от боли, Сэмюэл наконец постепенно вернулся в реальность. Итан выглядел истощенным до предела. — Они используют слезоточивые гранаты, чтобы вытянуть нас отсюда. Если выбраться через эту стену, возможно, удастся этого избежать, — Итан с трудом протянул руку, указывая на цементную стену. Сэмюэл поспешно слез с Итана и шагнул вперед, чтобы осмотреть стену. На самом деле в этот момент в голове Сэмюэла все еще царило некоторое смятение, какое-то время он не был уверен, не была ли смерть Шнайдера его иллюзией — возможно, тот человек все еще жив где-то и служит начальником охраны, а возможно, он просто перепутал сон и реальность. Очевидно, он переживал глубочайшую боль и отчаяние, но все равно должен был изо всех сил цепляться за жизнь, и у него не было времени даже на то, чтобы разобраться в ситуации. — Без инструментов ее не разбить, — Сэмюэл повернулся и подхватил Итана на руки. Он с легкостью ощутил, насколько тело того стало легким, совсем не похожим на то румяное, здоровое и даже немного мускулистое тело, каким оно было год назад. Что-то шаг за шагом пожирало Итана, делая его все более худым и истощенным. Итан уже был на грани потери сознания, он не стал сопротивляться или протестовать против этой немного странной позы, положил голову на плечо Сэмюэла и слегка прикрыл глаза — неизвестно, уснул ли он. Сэмюэл нес его вдоль стены, высматривая возможную брешь, его ноги скользили в зловонной грязной воде, идти было трудно. Вдали уже виднелся валящий дым, омерзительный резкий запах налетел первым, заставив Сэмюэла сильно закашляться. Конец казался близким, но вдруг из стены донесся глухой, неописуемый грохот. В одно мгновение камни обрушились, пыль взлетела вверх, и из-за стены стремительно вырвалось нечто мясистое, розовое, толщиной примерно с человеческую талию, его широко раскрывшаяся передняя часть брызгала кислотой. Сэмюэл в испуге отпрянул назад, всем телом прижавшись к противоположной стене коридора. Он никак не ожидал увидеть здесь гигантского червя, какие водились только на Паллесе. Хотя этот экземпляр выглядел довольно маленьким, эту то сжимающуюся, то разжимающуюся переднюю часть, брызжущую шипящей кислотой, он абсолютно точно не мог перепутать. — Не бойся… — на руках у него Итан вдруг слабо произнес: — Он не причинит нам вреда. Сэмюэл потрясенно посмотрел на человека в руках, а когда снова поднял голову, действительно обнаружил, что червь медленно втягивается обратно в стену, оставив в ней отверстие, через которое как раз мог пролезть человек. Он в нерешительности подошел к черному пролому и заглянул внутрь: в луче фонаря виднелась усыпанная пылью и каменной крошкой земля, а чуть дальше действительно стояла толстая колонна. Похоже, это и была та древняя станция метро, куда Итан ошибочно попал в прошлый раз. Стремительно приближающийся дым не оставлял времени на колебания. Сэмюэлу пришлось протолкнуть Итана внутрь, а затем и самому, согнувшись, пролезть следом. Оказавшись внутри, он тут же снял куртку и заткнул ею дыру. Видя, что этого недостаточно, он стянул и куртку Итана, чтобы забить проем, а также подобрал обломки камней для фиксации. Тонкие струйки дыма просачивались сквозь щели, но им все же удалось заблокировать большую часть зловонного раздражающего газа. Тяжело дыша, Сэмюэл повернулся и увидел, что Итан уже уснул, прислонившись к ближайшей колонне. Он немного растерялся и, прислонившись спиной к стене, медленно сполз вниз. В темноте царила полная тишина, слышалось лишь его собственное тяжелое дыхание, а слабый желтый свет фонарика не мог рассеять мрак дальше нескольких метров. Он поднял голову и посмотрел в пустоту, не зная, где находится, да и, похоже, это его не слишком заботило. Его взгляд упал на Итана, и на душе стало неспокойно. Тот выглядел настолько бледным и исхудавшим, что невозможно было представить, как совсем недавно за его спиной взмывали бесчисленные щупальца, а вокруг летели шмотья плоти и крови. Тогда на его лице играла странная улыбка, словно погибшие были не людьми, а ничтожным скотом. Эта картина заставила похолодеть даже сердце Сэмюэла, на мгновение ему показалось, что Итан убьет и его тоже. Однако Итан, очевидно, все еще узнавал его, а значит, он устроил эту кровавую бойню, находясь в совершенно здравом уме. Если в прошлый раз на Паллесе Итаном управляла чужая сила, то как объяснить случившееся теперь? Неужели Итан действительно перестал быть тем Итаном, которого он знал? Все люди, которыми он дорожил, отдалялись от него, так почему Итан должен стать исключением? Сэмюэл выключил фонарик и открыл в темноте невидящие глаза, словно постепенно растворяясь в небытии.

***

— Твое время почти пришло, — Танисиэль стоял перед Итаном и улыбался, вот только кожа его была темной, и сам он напоминал густую, непроглядную тень. Итан, казалось, стоял перед ним на коленях, он хотел пошевелиться, но не мог сдвинуться с места. Он закинул голову назад и смотрел на черного Танисиэля словно на божество, которому поклонялся. Лицо было до боли знакомым, но почему же оно внушало ему скрытый трепет? Почему ему постоянно казалось, что это лицо, принадлежащее Танисиэлю, вовсе не лицо этого черного человека, а лишь маска, призванная заставить его расслабиться? Темный Танисиэль протянул исхудавшую руку и мягко погладил Итана по волосам, словно с особой жалостью и любовью. — Число наших верующих когда-то охватывало всю галактику, а теперь они угасают день за днем, но час пробуждения близок. Когда порядок рухнет, черви закричат в пустоте земли, а тень поглотит всю галактику, ты станешь проводником бога. Под его ласками Итан весь похолодел, с одной стороны, невыразимое чувство отвращения заставляло его отпрянуть, но с другой — он испытывал странное ощущение причастности и близости. — Кто ты? Пока боги спали, лишь я один ступал по Земле, по этой вселенной на протяжении тысяч и миллионов лет. Ты видел меня и помнишь меня. — Танисиэль слегка приподнял его подбородок, в его белых глазах, смотревших сверху вниз, не было зрачков, и он приказал: — Назови мое имя. В голове Итана словно вращались бесчисленные шестеренки, какое-то имя уже готово было сорваться с языка, но он никак не мог произнести его. Этот «мужчина» раз за разом появлялся в его странных, искаженных снах, иногда без лица, иногда с лицом Танисиэля, и подходил к нему все ближе и ближе. Теперь же он и вовсе стоял прямо перед ним, положив руку ему на макушку. Он вдруг осознал, что спит, и в панике бросился назад, пытаясь отдалиться от этого темного «мужчины». — Ты… ты посланник Бога Хаоса! — громко закричал Итан, но все еще не мог вспомнить то имя. — Чего ты вообще хочешь? Почему ты постоянно преследуешь меня! — Я не преследую тебя, — губы Танисиэля изогнулись в изящной улыбке. В то же мгновение его лицо внезапно размылось. Черты непрерывно менялись, превращаясь в лица разных людей, и в конце концов застыли, приняв облик его отца. Адриан ласково улыбнулся и произнес тревожный ответ:— Ты рожден с этой судьбой — вернуться к истокам, вернуться ко мне.

***

Итан проснулся от холода. Он медленно открыл глаза, чувствуя тяжесть в голове, слабость в теле и сильную дрожь. У него был жар. Стоило ему пошевелиться, как в поле зрения появился Сэмюэл, обеспокоенно смотревший на него. — Тебе холодно? — спросил Сэмюэл. Итан кивнул, свернувшись калачиком на полу, его зубы стучали. Сэмюэл со вздохом приподнял его и устроил у себя на груди. Тепло, исходившее от омеги, немного облегчило состояние Итана, и его напряженные мышцы наконец слегка расслабились. — Где мы… — спросил Итан. — Не знаю, похоже на станцию метро. — А… как долго я спал? — Примерно час или два. — Так долго… — Итан с трудом сглотнул, почувствовав сухую боль в горле. — Нам нужно скорее уходить, они отправят за нами людей… — Бесполезно, — тихо сказал Сэмюэл. — Пока ты спал, я попытался осмотреться. Если идти по тому проходу, можно выйти к другим платформам, но в итоге упрешься в тупик. Тоннель взорван и обрушился, к тому же… — в голосе Сэмюэла послышалась неуверенность. — Когда тебя в прошлый раз спасли с той платформы, ты выглядел испуганным. Ты тоже что-то видел? Итан заметил в словах Сэмюэла это «тоже». Он поднял голову и посмотрел на него. — Ты тоже видел? В слабом свете фонарика лица Сэмюэла было не разглядеть, чувствовалось лишь, как он немного сильнее сжал руки, обнимая Итана. — Я не уверен, не галлюцинация ли это. Мне показалось, что на той платформе я видел человеческие силуэты. Тогда он шел по пути Итана, пробираясь вглубь тоннеля. Он тоже видел заброшенные вагоны, странные отпечатки детских ладоней с пальцами одинаковой длины на окнах и иссохший труп на полу. Эта просторная древняя система метро наводила ужас, здесь повсюду царила жуткая тишина, но в этот момент его уже не слишком заботило, что может встретиться на пути. Пройдя через длинный тоннель, он добрался до другой станции. Все вокруг было покрыто толстым слоем пыли, однако на полу отчетливо виднелось множество беспорядочных следов, будто оставленных совсем недавно. Эти следы выглядели очень странно: с одной стороны отпечаток стопы казался нормальным, но с другой стороны стопа словно росла задом наперед. Судя по размеру и форме, здесь был не один «человек». Что скрывала в себе эта запечатанная тьма? Неужели здесь до сих пор кто-то жил? Итан слушал рассказ Сэмюэла и думал о черном силуэте в конце лестницы, который он увидел в последний момент, когда они сбегали отсюда в прошлый раз. Могло ли такое оскверненное место, как Запретный город, притягивать к себе всякие странные вещи? Черный человек в его сне говорил, что уже миллионы лет в одиночестве бродит по Земле. Значит, в конце бесконечного времени, когда огромные монстры из снов еще не «уснули», на Земле тоже были их последователи? Если на Паллесе существовали такие последователи, как гигантские черви, то как выглядели последователи на Земле? Были ли это гуманоидные существа с пятью ровными пальцами? Можно ли считать его нынешнего таким же уродливым существом, как они? Голову Итана переполняли безумные образы. В этот момент он словно полностью растворился в этой темноте, а свет становился все дальше и дальше. Он чувствовал, что падает, падает в вечность. Огромное чувство одиночества заставило его замерзнуть еще сильнее, и он еще глубже забился в объятия Сэмюэла. Однако тело Сэмюэла вдруг напряглось. Итан услышал его вопрос: — Кто здесь? Глухой стук шагов приближался. Итан хотел посмотреть, кто это, но в размытом зрении мог различить лишь приближающийся силуэт. Он услышал, как в голосе Сэмюэла прозвучали настороженность и враждебность: — Как ты здесь оказался? Когда этот человек наконец подошел ближе, его золотые волосы отразили яркий свет от скипетра в руке, а из тумана постепенно проступили изящные и красивые черты лица. Дыхание Итана участилось. Он открыл рот, но не смог выдавить ни слова. Танисиэль увидел, что Сэмюэл и Итан сидят без рубашек, обнявшись. Уголок его губ незаметно дернулся, а брови мгновенно сошлись на переносице. — Что с ним? — Танисиэль подошел к ним и присел на корточки. Он почти сразу вытянул Итана из объятий Сэмюэла, пересадил его, прислонив к своему плечу, и коснулся рукой лба Итана. Его брови нахмурились еще сильнее, и он опустил глаза, встретившись с немного глуповатым взглядом Итана. — Разве я не говорил тебе не действовать опрометчиво… — вздохнул Танисиэль. В его укоряющем тоне слышалась жалость. — Он сделал это, чтобы спасти нас, — вставил Сэмюэл со стороны, пряча глубокую боль в опущенном взгляде. — Я не знаю, почему он стал таким… Короче говоря, то, что произошло на Паллесе, повторилось снова, и после этого его состояние очень плохое. — Его тело сейчас не может выносить так много силы энтропии, если так пойдет и дальше, организм разрушится… Мне нужно как можно скорее забрать его отсюда. — Танисиэль посмотрел на Итана, нежно поглаживая его неестественно красную щеку, и тихо успокоил: — Ты поправишься. Итан же продолжал моргать и почти с жадностью смотреть на него, словно совсем обезумел от лихорадки. — Уйти? Как уйти? Как ты сюда попал? — спросил Сэмюэл. — Они боятся, что мутация Итана заразительна, и не смеют легкомысленно посылать людей вниз. Поэтому я сказал им, что только я могу вывести его. Взгляд Сэмюэла тут же стал опасным, его рука уже нащупывала лежащий рядом камень, чтобы использовать его как оружие. Танисиэль закатил глаза: — Если бы я так не сказал, как бы они меня сюда впустили? — Зачем ты помогаешь нам? — Сэмюэл пристально посмотрел на его руку, обнимающую Итана, и засыпал вопросами: — Ты — уважаемый жрец Ева, какие будут последствия, если ты совершишь подобное? Зачем тебе так рисковать? Каковы твои намерения насчет Итана? Танисиэль тоже поднял глаза, ничуть не избегая агрессивного взгляда Сэмюэла, и отчетливо произнес каждое слово: — Я спасаю его, потому что хочу. Он для меня важнее всего на свете. Сэмюэл нахмурился, не уверенный, стоит ли верить такой причине. Но Танисиэль уже поднял Итана на руки: — Времени нет, если мы продолжим говорить, они действительно кого-нибудь пришлют. Сэмюэл нехотя поднялся на ноги: — Но очевидно, что мы не можем выйти через тот вход в метро, откуда пришел ты, а туннель заблокирован. Другого выхода нет. — Есть, — вдруг подал голос Итан на руках Танисиэля и указал пальцем на стену поблизости. — Я не убил его… Не знаю, где оно сейчас, но оно растет очень быстро и уже начало рыть норы под землей. Жрец посмотрел на человека с закрытыми глазами на своих руках, но, словно внезапно что-то поняв, на его лице отразилось осознание. — Яйцо гигантского червя… уже вылупилось?