Падение в бездну

— Как его текущее состояние? — раздался из коммуникатора немолодой женский голос. Роланд, не отрывая взгляда от экрана перед собой, ответил: — У него произошел конфликт с делегацией Евы. В процессе он проявил некоторые признаки мутации. После этого Третья империя запретила нам высадку на Черных Вратах, но сам он против этого никак не протестовал. — Жрец Евы мертв? Это точно? — Точно. Итан Элдридж, похоже, тоже смирился с этим фактом. Сейчас он отказывается с кем-либо разговаривать и сидит один в своей каюте. На мониторе отображались апартаменты Итана. В роскошной каюте повсюду были спрятаны крошечные, размером с булавочную головку, камеры. Каждое движение Итана находилось под круглосуточным наблюдением Роланда. В данный момент Итан неподвижно сидел на краю кровати, устремив взгляд прямо перед собой, словно застывшая статуя. Роланд нахмурился: — Он всё это время не спал. Просто сидит на кровати в одной позе. — Возможно, мы сможем использовать его спутника, — задумчиво произнес женский голос. — Ты ведь слышал, как он говорил, что собирается на Землю? — Вы предлагаете отпустить их? — Не просто отпустить, но и поспособствовать их отбытию, — холодно отрезала женщина. — Раз это опасное существо нельзя ни убить, ни контролировать, пусть с ним разбирается Земля. Мы ни в коем случае не должны везти его в Альянс Змееносца. Теперь у нас есть образцы его ДНК, и, возможно, этого хватит для создания вакцины от чумы. До тех пор нужно быть предельно осторожными в контактах с ним и не допускать ничего, что могло бы его спровоцировать. — Вас понял. Роланд завершил вызов. Сразу после этого он отправил зашифрованное сообщение другому своему информатору, внедренному в Земной Альянс: «Цель №6 в скором времени вернется на Землю. Возможно, удастся организовать его встречу с Целью №4». Отправив сообщение, он поднял взгляд и вдруг заметил, что Итан на экране шевельнулся. Бета медленно снял верхнюю одежду, откинул одеяло и лег в постель. Неужели он действительно собирается спать? С того момента, как Итан покинул медицинскую капсулу, Роланд ни разу не видел его спящим. Он даже начал предполагать, что после мутации потребность во сне у того просто исчезла. Но, похоже, это было не так? Итан натянул одеяло и закрыл глаза. Роланд заварил себе огромную кружку кофе. Он твердо решил не спать этой ночью и внимательно наблюдать за мирно спящим на экране человеком. Сон Итана казался спокойным. Первые два часа он почти не двигался. Однако на исходе третьего часа начало происходить нечто странное. Из-под одеяла выскользнуло множество щупалец разной толщины. Словно потоки черной воды, они стремительно расползлись по всей кровати. Ужасающие щупальца, — одни покрытые шипами, другие чешуйчатые, третьи мягкие, словно гигантские черви, — разрастались во все стороны, подобно черным кровеносным сосудам. Они извивались, взбирались на стены, обволакивая и поглощая все на своем пути. Первоначально белоснежные стены каюты теперь почти полностью скрылись под слоем этой пульсирующей тьмы. Даже скрытые камеры наблюдения едва могли передавать изображение сквозь зазоры между сплетениями. Роланду приходилось постоянно переключаться между разными ракурсами, чтобы хоть как-то видеть происходящее внутри. Эту каюту и весь корабль наверняка придется уничтожить сразу после ухода Итана... Тем временем сон Итана перестал быть безмятежным. Он нахмурился, его тело начала бить мелкая дрожь. Казалось, он чего-то боится. Он свернулся калачиком под одеялом, и вместе с ним щупальца на мгновение сжались к центру. Затем он перевернулся, и несколько черных отростков отбросили одеяло в сторону, обнажив кошмарное зрелище. Роланд больше не мог разглядеть человеческое тело. Все, что он видел, — это сплошное месиво из щупалец, сплетающихся и извивающихся, словно змеи. Похожие на усики органы на них хаотично подрагивали. В этом хаосе пульсирующей черноты лишь бледное лицо Итана оставалось отчетливо узнаваемым. Он лежал посреди этих отвратительных отростков, ничего не замечая, продолжая бороться с чем-то в своем кошмаре. К горлу Роланда подкатила тошнота. Он сделал большой глоток остывшего кофе и на мгновение отвернулся. Это было полным безумием. А ведь когда-то он делил с этим существом жилье... От одной этой мысли тошнота усилилась. Именно в этот момент из динамика прослушки вырвался истошный крик. Кричал Итан. Он по-прежнему лежал с закрытыми глазами, но продолжал кричать. И это был не просто вопль ужаса. Это был язык, которого Роланд никогда прежде не слышал. Будучи агентом Альянса Змееносца, Роланд свободно владел десятками общегалактических языков и мог распознать на слух не менее сотни. Но этот язык был ему абсолютно незнаком. Вслушиваясь, он уловил некоторое сходство в фонетике с языком рогатых с Паллеса, но это сходство было ничтожно малым и никак не помогало понять смысл. Роланд постарался записать эти звуки в максимальном качестве, рассчитывая отправить их лингвистам Альянса Змееносца для глубокого анализа. Вдруг на нескольких экранах, показывающих каюту с разных ракурсов, кое-что изменилось. Сверху медленно опускалось нечто бесформенное. Это было похоже на прозрачную прослойку воздуха, внутри которой свет преломлялся и искажался совершенно неестественно. Но внезапно эта среда начала плавно расступаться, словно раскрывающийся рот. На мониторах казалось, будто само пространство над Итаном завязалось в причудливый узел. Роланд пододвинулся ближе к дисплею и потер глаза, проверяя, не показалось ли ему от усталости. Что это вообще такое? Прозрачная пелена над Итаном раздвинулась в стороны, и возникло ощущение, будто всю комнату вместе с ним затягивает в образовавшуюся брешь — картинка на экранах поплыла и задергалась. В ту же секунду Итан резко открыл глаза. Все его щупальца взметнулись вверх и бешено забились в воздухе в отчаянной попытке защититься. Было видно, как он вскинул руки перед лицом, словно в ужасе от того, что к нему сейчас прикоснутся. Он отбивался так яростно, что весь корпус корабля начал едва заметно дрожать. Роланд заколебался, не зная, стоит ли посылать людей на выручку. Однако он вовремя подумал, что в такой ситуации любое поспешное вмешательство может привести к непредвиденным последствиям. Это было слишком рискованно. К тому же, Итан и сам по себе оставался для них угрозой. Он сразу же отдал приказ заблокировать всю часть коридора возле апартаментов Итана и никого туда не пускать. А на экране в это время из прозрачного вещества как будто высунулось что-то и принялось обвивать щупальца Итана одно за другим. В месте их соприкосновения выделилось огромное количество тепла, мгновенно раздался взрыв и посыпались искры. В каюте вспыхнуло пламя, раздался резкий сигнал тревоги, и противопожарное устройство автоматически опустилось с потолка, распыляя много воды. От силы этого взрыва содрогнулось все судно. Роланд даже отшатнулся на пару шагов от терминала. Он судорожно бросился проверять отчеты бортового компьютера — к счастью, критических повреждений не было, и ремонтные роботы уже выехали на точку. Крик боли Итана был громче звука тревоги. Его щупальца, соприкоснувшиеся с веществом, выглядели обгоревшими, и их длинные части рассыпались в прах, превращаясь в дым. Он поспешно втянул еще не захваченные щупальца. Словно внезапно что-то вспомнив, Итан торопливо распахнул свою пижаму и принялся стирать рукой странный символ на груди. Как только знак исчез, последние щупальца спрятались обратно в тело. Итан замер на кровати, боясь даже вздохнуть, и уставился в потолок. Искривленное пространство продолжало колебаться, а из центра прозрачной массы то и дело высовывались похожие на языки бугорки — они шарили в воздухе, будто вынюхивая что-то конкретное. Прошло около часа, и весь огонь был потушен автоматическим устройством. Внутри апартаментов был полный беспорядок, но то странное прозрачное вещество, похоже, постепенно рассеялось. Оно исчезло, как газ, будто его никогда и не существовало. Итан тяжело вздохнул, поднялся с постели и, немного шатаясь и придерживаясь за мебель, зашел в ванную. Роланд записал всё до последней секунды. Он откинулся на спинку кресла, и в его голове со свистом закрутились мысли. Значит, Итан вовсе не неуязвим. Эта прозрачная дрянь способна причинить ему боль. И еще этот символ, который он так отчаянно пытался стереть… Роланд уже его видел. Кто оставил ему этот знак? Как он связан с прозрачной субстанцией? И не потому ли Итан все это время отказывался спать? Итан сидел в ванне, позволяя ледяной воде литься на себя. Все его тело горело. Дыхание еще не восстановилось, а сердце колотилось так бешено, будто собиралось за секунды сжечь весь остаток его жизни. Дрожащей рукой он убрал со лба мокрые волосы, и лишь от резкой вспышки боли заметил, что на среднем и безымянном пальцах правой руки сошли ногти. Подушечки пальцев почернели и обуглились, и в этот раз плоть не спешила мгновенно затягиваться, как это бывало прежде. Значит, вот что происходит при столкновении Хаоса и Порядка... Он получает тяжелейшие ожоги, а существо из его снов — то огромное чудовище, покрытое множеством глаз — в местах их соприкосновения частично превращается в газ. И ведь он даже не был чистым воплощением Хаоса. Если бы столкнулись сами боги Хаоса и Порядка, мощь этого взрыва превзошла бы энергию от аннигиляции материи и антиматерии. В таком столкновении обе стороны просто уничтожили бы друг друга, а их энергии слились бы воедино. Что случилось бы после этого... он даже не мог себе вообразить. Выходит, если сейчас в него введут раствор из яйца бога Порядка, это будет равносильно тому, как если бы ему в вены залили серную кислоту. Тогда он, скорее всего, умрет. Если он умрет, значит ли это, что ему больше не придется так жить? Значит ли это, что он наконец-то сможет отдохнуть? Может, это лучший выход? Итан прижал ладонь к левой стороне груди, туда, где раньше был нарисован знак. Теперь от того, что оставил ему Танисиэль, не осталось совсем ничего. «Живи. Посмотри на всё вместо меня». Это была последняя просьба Танисиэля. Живи. Итан обнял себя руками в ледяной воде и тяжело, устало вздохнул. Вымывшись и переодевшись, он вышел из каюты. Вооруженные до зубов солдаты при его появлении в страхе попятились, никто не осмелился сделать и шага навстречу. К счастью, в этот момент пришел новый приказ от Роланда: снять оцепление. Сэмюэл, очевидно, тоже почувствовал недавний взрыв, но его не подпускали близко. Увидев Итана, он заметно расслабился, на его лице отразилось облегчение. — Что ты, твою мать, опять устроил? — Сэмюэл окинул его быстрым взглядом и тут же заметил почерневшие средний и безымянный пальцы на правой руке. — Что с рукой? — Ничего страшного, — отозвался Итан. — Кожа до костей обуглилась, и это «ничего страшного»?! Эй! У вас тут врач есть?! — крикнул Сэмюэл солдатам. Но те лишь смотрели на них как на смертельную угрозу. Никто не ответил — вместо этого конвой поспешно ретировался по коридору. Итан успокаивающе сжал плечо Сэмюэла и с мягким, терпеливым участием произнес: — Правда, все нормально, через пару дней заживет. Не поднимай панику из-за пустяковой царапины. — Это по-твоему царапина? Как я могу со спокойной душой уйти, когда ты в таком состоянии? Итан вдруг слегка приподнял уголки губ и, чуть наклонив голову, посмотрел на друга: — Раз ты так за меня переживаешь, я полечу с тобой. Сэмюэл на мгновение лишился дара речи: — Чего? Он внимательно вгляделся в лицо Итана, пытаясь понять, серьезно тот говорит или шутит. — Эй, ты сейчас издеваешься надо мной? Но Итан покачал головой: — Я серьезно. — Да как так-то! Возвращаться на Землю для тебя сейчас это самоубийство! Ты хоть понимаешь, что там тебя считают опаснейшим преступником? Итан совершенно невозмутимо ответил: — Но разве ты сам не планировал все это время забрать меня обратно на Землю? Сэмюэл застыл. Он растерянно нахмурился: — Ты о чем вообще? Зачем мне забирать тебя назад? — Я не знаю, зачем именно тебе нужно чтобы я вернулся, но могу предположить, что все дело в мести, — Итан прошел мимо него в сторону общественной зоны отдыха. Он слегка опустил взгляд, и в момент, когда он оказался спиной к Сэмюэлу, в его глазах промелькнула глубокая печаль. — Пока я находился в коконе, радиус моего восприятия сильно расширился. Я слышал, как ты связывался с Земным Альянсом через сферу, которую тебе дал Танисиэль... Кажется, твоего собеседника звали Дерек? Я знаю, что ты планировал это еще на Еве. Иначе ты просто не смог бы в одиночку пробраться в подземелье поместья и спасти меня. Кроме того, курс нашего корабля изначально лежал к планете Моания, но в итоге мы отклонились от маршрута и оказались на границе Третьей империи и Альянса Змееносца. Я не знаю, как именно ты это провернул, но судя по разговору с Дереком, это определенно твоих рук дело. Он говорил ровным, спокойным тоном, без капли злости, просто перечисляя факты. Итан сел на диван спиной к Сэмюэлу, налил себе стакан простой воды и сделал несколько глотков, так и не увидев, как за его спиной постепенно застывает лицо омеги. — Я не понимаю одного, — Итан обернулся и посмотрел на него. — Зачем обязательно возвращать меня на Землю? Если бы ты просто оставил меня и позволил им провести ритуал нисхождения бога, все те, кого ты так ненавидишь, в конечном итоге все равно были бы уничтожены. — Нет, ты должен вернуться на Землю, — тихо произнес Сэмюэл. — Если бы нисхождение бога завершилось на Еве, яйца бога Порядка, скорее всего, тут же взорвались бы, и это навлекло бы ответный удар Порядка. Но самое главное — тебе суждено явиться именно на Землю, чтобы уничтожить это порочное государство. Сэмюэл посмотрел на Итана: — Ты до сих пор не понял? «Когда порядок рухнет, черви взвоют в пустой земле, а тень поглотит всю галактику, проводник бога откроет врата хаоса». Сейчас порядок сильнее всего рушится именно в Земном Альянсе, где всё погрузилось в хаос из-за чумы, заражения Второй реальности и растущего влияния Ассоциации. К тому же ты принес червей на Землю, так что первые два условия уже выполнены. А последнее, про тень, поглощающую галактику, возможно, связано с расширением заражения Второй реальности — по крайней мере, судя по новостям от Дерека. Итан слегка нахмурился. Он и представить не мог, откуда Сэмюэл узнал так много, включая миссии во Второй реальности, в которых сам омега не участвовал. Неужели все это ему рассказали люди из Земного Альянса? Но ведь те слова, что он сейчас процитировал, были пророчеством, которое Теониэль читал во время Праздника Святого Духа? — После смерти Шнайдера мне начали сниться странные сны, — выражение лица Сэмюэла изменилось, взгляд стал пустым и отсутствующим, начисто растеряв прежнюю живость. — Мне снилась кровь, повсюду была кровь, а я шел по трупам этих людей. Все те, кто погубил Шнайдера, кто издевался над моим отцом, кто свел с ума Джеймса, кто заставлял меня скрывать свой пол, кто назвал меня виновным в убийстве того ублюдка и швырнул в это кошмарное место, в Запретный город... Все они были мертвы. А те, кто еще не сдох окончательно, лежали у меня под ногами. Я топтал их, давил в месиво, пока их лица не превращались в кашу. Мои руки были в крови, но это была не моя кровь. Этот сон казался пугающе реальным. Я до сих пор помню ощущение, с которым раздавливал их черепа, и когда я слышал их предсмертные вопли... Мне было так хорошо... Я чувствовал такое удовлетворение... Когда то, что ты любишь, раз за разом отнимают, когда на твоих глазах любимому человеку перерезают горло, ты неизбежно падаешь в бездну. И в этот раз Сэмюэл сорвался окончательно. От этого его почти благоговейного выражения лица у Итана внутри все сжалось. Он вспомнил то время — ему и тогда казалось, что с Сэмюэлом что-то не так. Но он списывал все на тяжелейший удар от внезапной потери Шнайдера и не стал копать глубже. Однако Сэмюэл еще не закончил свой рассказ: — А потом... появлялся мужчина, полностью сотканный из черноты. Он сказал мне, что если я хочу отомстить и сделать этот сон реальностью, то должен найти способ вернуть тебя на Землю.