***
— Ты можешь остаться, — неожиданно сказала Эбби. — Если хочешь.
Надо ли думать над этим?
— Я хочу, — тут же выпалила ты, посмотрев прямо в её глаза.
— Тебя разве не ждут «друзья»? — тихо усмехнулась Эбби, и ты поняла, кого она имеет в виду.
Пожар между ног было уже не унять, и сейчас ты была готова отдать всё, лишь бы погасить его.
— Они поймут, — ответила ты с трудом, переступая с ноги на ногу.
Ткань возле промежности уже достаточно пропиталась нескончаемой течкой, и новая порция текла по внутренней стороне бедра. Эбби ответила тебе хищной улыбкой и рывком притянула к себе. Твой короткий вздох захлебнулся, когда ты столкнулась с ней вплотную — под тонкой тканью её футболки ты кожей чувствовала каждый твердый узел мышц.
Тебе нравилось ощущать, что ты сидишь на ней верхом в её же вещах и с сочащейся промежностью. Она предчувствовала это и специально подставила свое колено, пока тебе хотелось показать, как сильно ты жаждешь её и хочешь поскорее оказаться обнаженной. Мокрая ткань на шортах плотно соприкасалась с коленом Эбби. Благо, она тоже была в коротких шортах. Ощущение влаги на коже не заставило её ждать.
Она запустила одну руку под шорты и нежно массировала тебе клитор, а вторая рука крепко держала тебя за шею, контролируя каждое вздрагивание.
— Я знаю, что ты бы осталась, — сказала она тихим голосом. — Твоё тело буквально умоляет об этом.
Ты жалобно скулила и закрывала глаза, не в силах сопротивляться. Риск обкончаться прямо на её ногу был слишком велик. Эбби специально покачивала колено, создавая новые трения, помимо интенсивных движений пальцами. Твоя промежность экстренно пульсировала, побуждая просить:
— Ещё, пожалуйста… Эбби.
Ты уже знала, что за эту слабость она отвесит тебе пощёчину. Обжигающая боль помогала вернуться в реальность. Но сейчас тебе не хотелось огорчать её скорым оргазмом.
— Попроси хорошенько, — шепчет она, держа тебя за скулы крепким хватом.
Вторая рука залезла в шорты и неожиданно столкнулась с горячей кожей. Эбби подняла бровь и чуть потянула тебя за волосы, заставив посмотреть на неё:
— Так ты уже и не стесняешься?
— Прости… п-пожалуйста.
Лицо Эбби исказила дьявольская улыбка:
— То есть ты заранее знала, что я возьму тебя сегодня.
Внизу рука замедлилась — она давала тебе возможность ответить без задыхающихся стонов. Но чёртов таз продолжал инстинктивно скользить на толстых пальцах.
— Прости, Эбби, — нежно простонала ты в надежде возобновить ласки клитора.
Она продолжила сверлить тебя тяжёлым взглядом:
— Чем я буду затыкать тебе рот?
Её рука проникла в пучину твоих волос, заставив тебя на мгновение обмякнуть, пока она специально не дернула коленом.
— Чем угодно, — прошептала ты.
Эбби кинула сканирующий взгляд на промежность в твоих шортах:
— Всегда так течешь?
Её указательный и средний пальцы играли с твоими складками, пуская по телу электрический разряд.
— Не знаю… — тяжело выдохнула ты.
Пальцы Эбби с лёгкостью проникли во влагалище. По сравнению с жаром твоего тела они казались прохладными, и ты вздохнула. Пока ты плавилась на ней, Эбби не сводила глаз с твоего искаженного экстазом лица, жадно фиксируя каждую судорогу твоего удовольствия и прикусывая губу до белых пятен. Её тяжёлое дыхание обжигало твою шею — она была так близко, что ты уже была готова молить о поцелуе, заглядывая в её холодные глаза.
Эбби сделала пару издевательских медленных движений внутри тебя, заставляя твой таз инстинктивно поддаваться. А затем, когда ты уже была готова сорваться на крик, она аккуратно вытянула два пальца, лоснящихся от твоих соков. Она не дала тебе опомниться и с упоением протолкнула их тебе в рот.
— Ешь, — приказал её взгляд.
Ты слизывала с пальцев собственную течку, давясь от вожделения. Эбби с хищным оскалом зафиксировала твоё лицо крайними пальцами, лишая возможности шевельнуться. Она с силой вжала пальцы глубоко в горло, заставляя давиться и захлёбываться. Не давала тебе дышать.
Её колено вновь собственнически раздвинуло твои бедра. Ты сидела на ней верхом и чувствовала, насколько она огромная и твердая под тобой. Ты пыталась обсасывать её пальцы, пока она исследовала твой рот.
— Хорошая девочка, — прошептала она. — Теперь между ног будет так же.
Она вытащила мокрые пальцы и аккуратно закатала футболку на тебе.
— Малыш, сделай это для меня… Придержи её, — сказала она, подворачивая ткань до твоего подбородка.
Ты почувствовала, как Эбби жадно накрыла грудь ртом, словно пытаясь поглотить тебя целиком. Внутри всё натянулось, а твои соски, уже ставшие мучительно твёрдыми, отозвались на натиск пронзительной пульсацией. Её ладонь тяжело легла на твою спину, в неверном свете лампы твоя кожа казалась прозрачной и беззащитно белой на фоне её силы. Каждое движение её языка посылало по твоему телу разряды, которые концентрировались где-то низко в животе, превращаясь в тягучее томление.
Ты была настолько одурманена ей, что не сразу осознала, как Эбби завела твои руки за спину. Тихий щелчок застёжки собачьего поводка на твоих запястьях прозвучал как приговор. Твое дыхание прервалось. Насладившись твоей реакцией, Эбби властно обхватила твою голову. Её пальцы зарылись в твои волосы, не оставляя шанса на сопротивление, и она настойчиво потянула тебя вниз к своему паху.
Ты видела, как её большой палец с дразнящей неспешностью отодвигает край резинки шорт, открывая то, чего ты жаждала и боялась одновременно. Ты закрыла глаза и впилась в неё губами. В ответ услышала довольное мычание, мощные кисти водили твою голову в нужном направлении, но ты доказывала, что твоя любовь до беспамятства выше её контроля: ты проводила языком по всей промежности, нарочно слюнявя каждый миллиметр её кожи и едва касаясь возбужденного клитора. Ты делала так ещё и ещё, посасывая её влажные губы. За ними было столько смазки.
Ты жадно вычищала стенки скользким языком, оставляя мокрую дорожку, в то время как Эбби сходила с ума, сжимаясь всем телом.
— Боже! — из неё вырвался животный стон.
Мышцы Эбби то и дело напрягались, дыхание стало рваным. Твой язык порхал на пульсирующем клиторе, влажное прикосновение заставляло Эбби выгибаться навстречу твоему рту, она отдалась тебе, хоть и продолжала насаживать твой рот. Вот она нежно стонет, закинув голову назад. Тело сжато, глаза закрыты. Ты посасываешь клитор, чередуя с ласками языком вокруг промежности.
Стоны стали усиливаться, и вскоре Эбби вскрикнула, прижав твою голову к паху. В момент кульминации ты резко замедлилась, позволяя растянуть её удовольствие: твои губы медленно переминали клитор, заставляя Эбби замирать от наслаждения. Её грудная клетка разрывалась под футболкой. Она кончала на твои чуть онемевшие губы и мокрый язык, а хватка её рук постепенно ослабевала. Ей хотелось снова закричать, но внизу раздались глухие звуки.
Вы замерли.
— Блять! — запыхалась Эбби. — Оуэн, ты чертов гандон!
Ты почувствовала, как она откинула голову на диван, жадно хватая ртом воздух. Ты оторвалась от Эбби и судорожно вытерла следы любви о тыльную сторону ладони.
— Он может нас заметить, — твой голос прозвучал едва слышно, в нем промелькнула дрожь.
— Принцесса, — Эбби ласково притянула тебя к себе. — Спустись к этому болвану. Спроси, что ему надо.
Она заботливо освободила тебя от поводка и шлёпнула по ягодице, когда ты неуверенно направилась в коридор, поправляя слипшуюся ткань между ног.
Оуэн стоял на пороге, небрежно скидывая ботинки. Увидев тебя, он улыбнулся:
— Николь? Не ожидал тебя увидеть. Я думал, ты у себя дома.
— Мне просто захотелось помочь, — выдавила ты, но быстро смолкла, чувствуя, как голос предательски затихает под его прямым взглядом. Пока в висках всё ещё стучал пульс, каждое слово давалось с трудом.
Оуэн озадаченно вскинул бровь:
— С чем помочь? Дети сейчас с Джерри, мне вроде бы никуда не нужно, — он на секунду замолчал, всматриваясь в тишину коридора. — А Эбби здесь?
Ты лишь безмолвно кивнула, не доверяя собственному голосу.
— Вы дома одни? — в его интонации проскользнуло лёгкое смущение.
Тебе стало нехорошо.
— Ну что ты доебался до неё, она делает уборку! — раздался позади голос Эбби. Она медленно спускалась с лестницы, кутаясь в объемный махровый халат и набросив на голову капюшон, чтобы скрыть растрёпанные волосы.
— А ты-то сама что делала? — ехидно усмехнулся Оуэн.
Эбби в ответ лишь обезоруживающе улыбнулась и по-свойски толкнула его локтем в бок:
— Да иди ты, Оуэн!
В груди немного отпустило. Напряжение, сковавшее тело, начало медленно отступать, сменяясь облегчением.
— Слушай, Эбби, — начал он, прислонившись к дверному косяку, — планы на вечер в силе? Мы с Мэнни надеялись, что устроим небольшую тусовку у тебя. Банки пива в холодильнике заждались своего часа. Ты как, не против компании двух оболтусов?
Эбби неопределенно хмыкнула, бросив на тебя короткий взгляд.
— И ещё одно дело, — вспомнил Оуэн, прежде чем она успела ответить. — Можешь одолжить свои инструменты?
Ты стояла чуть в стороне, слушая их обыденный разговор, и чувствовала, как адреналин сменяется тягучим спокойствием. Когда Оуэн ушел и его тяжёлые шаги окончательно стихли за порогом, Эбби подошла ближе и притянула тебя к себе за талию. От этой внезапной нежности по телу снова разлилась томительная сладость, заставляя буквально плавиться в её руках.
— Ты как, живая? — её голос звучал приглушённо и заботливо. — Мне пора отвезти тебя домой. Вряд ли тебе захочется сидеть с этими парнями.
Тебе не хотелось расставаться с ней. Что угодно, только не возвращаться в прежнюю жизнь, где нет этой женщины. Она скользнула взглядом по твоей одежде и лукаво усмехнулась:
— Но я не могу вернуть тебя в таком виде.
Прежде чем ты успела возразить, Эбби легко подхватила тебя на руки. Через минуту вы уже были в ванной. Одежда слетела с тебя так же легко, как и остатки приличия. Шум воды и пар заполнили пространство, горячие струи ударили по плечам, смывая остатки напряжения. Там, прямо под душем, Эбби перешла к делу со всей своей решительностью.
Её руки методично исследовали тебя, пока язык вырисовывал линии на твоём теле. Пальцы Эбби ласкали твой вход, размазывая смазку по влагалищу. Ты тяжело дышала, мечтая поскорее быть использованной этими толстыми пальцами. Наконец Эбби схватила тебя за шею и прижала спиной к своему телу. Два пальца растянули твой вход, и вошёл один палец, наполняя теплотой изнутри.
— Шире, шлюха, — прошептала она и звонкими шлепками раздвинула твои ноги.
— Эбби, пожалуйста… Возьми меня, — скулила ты, пытаясь самостоятельно насаживаться на пальцы, но она предательски уворачивала кисть. Ты подняла голову и увидела, как блестят её глаза в издевательской усмешке.
— Гребаная ты сука, — обессиленно прошептала ты себе под нос, и Эбби тут же больно притянула тебя за волосы, осыпав грудь и бедра жгучими ударами. Она сильно прижала твою голову к кафелю и заломила руки. Ты сжалась всем телом.
— Что ты сказала? — Эбби смотрела сквозь тебя безумными глазами.
— Я сказала, я хочу тебя, — робко ответила ты, пожалев о своей выходке.
Эбби схватила тебя за горло одной рукой.
— Повтори, что ты только что мне сказала, мразь. Слово в слово.
Ты задрожала. Вода продолжала литься сверху, заглушая твои тихие всхлипы. Ты стояла, прижатая к холодной плитке. Рука Эбби на твоём горле сжалась чуть сильнее, контролируя дыхание.
— П-пожалуйста… — прошептала ты, но голос сорвался. Тебе было невыносимо стыдно за свою вспышку. — Я не хотела, Эбби, прости меня…
— Громче! — Эбби резко тряхнула тебя за горло, вынуждая вскрикнуть. Свободная рука Эбби, всё ещё влажная и грубая, снова опустилась на твою ягодицу с хлестким звуком. — Говори, что ты сказала. «Гребаная ты сука». Так ты меня назвала? Повтори это, если у тебя хватит смелости.
Ты зажмурилась. Ты не могла. Этот страх, это ощущение мгновенной беспомощности и наказания сработало как мощнейший афродизиак. Внизу живота горел такой жар, что ты была готова потерять сознание. Ты поняла, что Эбби сломала тебя. И это тебе нравилось.
— Да… — выдохнула ты, открывая глаза, наполненные покорностью. В них не было страха и бунта. Только преданность и бесконечное, рабское желание. — Я сказала… «Гребаная ты сука». Эбби, ты сука… я… я твоя мразь… Твоя… Сделай со мной что-нибудь… пожалуйста…
Эбби долго смотрела тебе в глаза, читая каждую эмоцию. Она видела, что ты сломлена. Агрессия в её взгляде сменилась тёмным удовлетворением. Она медленно ослабила хватку на горле, но не убрала руку совсем. Её пальцы заскользили вниз, по мокрой ключице, к груди.
— Моя мразь, значит? — переспросила она, а в её глазах сверкнул безумный блеск. — Ты даже не представляешь, что это значит.
Эбби резко развернула тебя лицом к стене, заставляя упереться руками в плитку. Вода лилась прямо тебе на спину. Эбби прижалась к тебе сзади, её тело было горячим и твердым. В этот момент ты отчётливо поняла, что Эбби упивается твоей абсолютной беспомощностью. Ты остро чувствовала контраст между жаром собственного тела и холодным кафелем, к которому была прижата твоя грудь, пока Эбби оценивающе рассматривала тебя сзади.
От этого властного взгляда по коже пробежала дрожь. Ради этого оглушительного ощущения собственной сексуальности ты была готова покорно пасть как угодно низко. Вся твоя гордость растворилась — тебе было плевать, лишь бы Эбби вечно видела тебя такой: одержимой, горячей и отчаянно жаждущей её саму.
— Ты просила трахнуть тебя пальцами? — прошептала Эбби прямо тебе в ухо, и дыхание обожгло мокрую кожу. — Ты ползала передо мной на коленях в баре, а потом осмелилась открыть свой грязный рот. Ты заслужила это.
Больше она не дразнила. Её мокрые пальцы резко и глубоко вошли в тебя. Сразу два, без подготовки. Ты вскрикнула, тело выгнулось неестественной дугой, пальцы намертво вцепились в швы между плиткой. Это было больно, животно. Она начала наказывать твоё тело, двигаться внутри тебя резкими толчками до упора, пытаясь растянуть тебя как можно больше.
— Чья ты шлюха? — рычала Эбби, ускоряя темп.
— Твоя! Эбби, я твоя! Глубже… пожалуйста, глубже! — кричала ты, задыхаясь от боли и невыносимого наслаждения.
Её пальцы казались огромными, она долбила тебя без остановки, делая паузы лишь на то, чтобы добавить третий и четвертый палец. Они были такими длинными внутри, будто касались матки. Твоя промежность обволакивала их, провоцируя образование новой порции смазки. Вторая рука зафиксировала тебя, не давая уйти от заслуженного наказания. Ты стояла перед ней в самой унизительной позе, пока твоя промежность жадно поглощала её пальцы.
Когда ты закрывала глаза, Эбби отрезвляла тебя звонкой пощечиной и заставляла обсасывать пальцы после того, как разрешит отдохнуть твоей покрасневшей вагине. Твой голос быстро сошел на нет, когда кричать и биться в истерике уже не было сил. Её пальцы неистово насаживали твою промежность, параллельно лаская клитор и аккуратно перекатывая его меж пальцев. Такие манипуляции уносили тебя далеко из этого мира, а твой пересохший рот мог только неустанно повторять священное имя хриплым голосом. Жест её мощных пальцев дразнил и доводил до исступления. Ты кончала один раз, затем второй, а за ним последовал и сокрушительный третий.
Мокрые пряди волос намертво прилипли к твоей тяжело вздымающейся груди. Соски затвердели от контраста температур и ласк, а ты продолжала течь по её пальцам, смешиваясь с потоками воды, но не теряя своей вязкой сладости. С каждым оргазмом сдерживать себя было всё труднее. Почувствовав новый прилив сил, в тесном пространстве твой голос сорвался на крик. Звук рикошетил от кафельных стен, прорезаясь сквозь шум воды. Твои пальцы впились в плечи Эбби, кости онемели.
В тот самый миг, когда ты захлебывалась собственными стонами, Эбби притянула тебя ещё ближе.
— Смотри на меня, дрянь, — хрипло сказала она.
Внутри тебя полоснуло по сознанию, и следом прилетела звонкая пощёчина. Щека вспыхнула, пронзительная боль раскатилась по телу, обостряя оргазм, превращая его в нечто запредельное. Не давая опомниться, Эбби схватила тебя за горло. Её ладонь сдавила шею, концентрируя всё твоё существование в одной единственной точке между ног. В этой удушливой комнате ты окончательно вознеслась, теряя связь с внешним миром. Ты провалилась в бесконечную темноту, и где-то вдали доносились непонятные шорохи.
Пока ты находилась в пограничном состоянии, она вынесла тебя из ванной и уложила на кровать. Эбби этого показалось мало — сцена в душе подогрела её собственное возбуждение, достигшее предела. Ты пришла в сознание лишь на мгновение, почувствовав под спиной мягкость простыней. Эбби нависла сверху, её глаза неестественно потемнели от ненасытной жажды, а с лица всё ещё стекали капли воды. По её хватке ты понимала, что она не собиралась останавливаться и желала использовать тебя до последнего.
Вместо того чтобы просто лечь рядом, она грубо развела твои колени, устраиваясь между твоих бедер, желая чувствовать твой жар своей кожей. Она была готова вжаться в тебя, соприкасаясь самым нежным местом в ритме, который не оставит шанса на передышку. Ты чувствовала её везде: горячие ладони Эбби тяжёлым грузом поочередно оставляли следы на шее, груди, талии, едва сдавливая кожу.
Эбби прижалась к тебе максимально плотно, её плоть скользила по твоему клитору. Это трение было настолько точным, что искры снова хлынули из глаз, заставляя тебя невольно выгибаться навстречу её напору, окончательно растворяясь в этой влажной близости.
— Блять, я тебя ненавижу за то, как сильно я тебя хочу сейчас, — прошептала она, подавляя рваные стоны.
Это признание, сорвавшееся с её губ, окончательно разрушило остатки самообладания. Эбби больше не сдерживала себя. Каждое её движение стало резким и отчаянным. Она шлифовала твой набухший клитор, её бедра двигались в бешеном темпе, который ты не могла выносить так долго, находясь в сознании. Её сердце колотилось о твои ребра, когда она опускалась. Ты попыталась что-то ответить, но из горла вырвался непонятный сип.
Мир небытия не отпускал тебя: мысли путались, превращаясь в туманный шум, перед глазами плыли цветные вспышки. Ты едва балансировала на самой грани обморока, где реальность смешивалась с чистым инстинктом. Ты открыла глаза и увидела на её лице смесь торжества и затаенной нежности. Ты была намертво вплетена в мощное тело Эбби.
Трение стало настолько горячим и непрерывным, что грань между удовольствием и острой, граничащей с безумием мукой стёрлась окончательно. Пальцы Эбби мертвой хваткой вцепились в твои запястья, прижимая их к подушке с такой силой, что по телу прошлась новая волна дрожи. Твоя пульсирующая точка начала извергаться волнами удовольствия, кислорода отчаянно не хватало, тяжёлое тело Эбби сверху казалось единственной константой, удерживающей тебя от очередного падения в абсолютную темноту.
Разум едва справлялся с перегрузкой. Твоё тело ответило с оглушительной силой. В момент, когда Эбби судорожно выгнулась и излилась горячей волной, её толчок послужил детонатором — оргазм накрыл тебя ослепительным взрывом. Из-за пограничного состояния все рецепторы обнажились до предела, и каждое пульсирующее сокращение плоти Эбби отзывалось в твоём теле электрическим током, выжигая остатки сознания. Это было настолько остро, что граничило с физической болью. Ты поддалась ей навстречу, откинув голову назад и издав немой крик. На долю секунды ты снова отключилась, оказавшись в объятиях блаженной, невесомой пустоты, где существовало только это разрывавшее изнутри удовольствие.
Когда сознание медленно начало возвращаться, ты неохотно открыла глаза и обнаружила себя всё ещё содрогающейся от мелких затухающих спазмов. Ты лежала на большой кровати, полностью скрытая одеялом. Простыни под ним ласкали обнаженную кожу, которая всё еще горела от хватки жестких рук.
Затем вернулась реальность: стоило слегка пошевелиться, как внизу живота отозвалась тупая боль, словно внутри взболтали все твои органы. Тело ныло так, словно по нему прошелся локомотив, и это жгучее ощущение окончательно вернуло тебя в настоящее. Приподнимаясь на локтях, ты осмотрела комнату — это была спальня Эбби. На прикроватной тумбочке горел светильник мягким рассеянным светом.
Опустив взгляд, ты увидела полный стакан воды и две таблетки обезболивающего на чистой салфетке. Чуть дальше лежала небольшая стопка чистой одежды. Мирный, почти домашний уют.
Ты медленно натянула на себя белье и остановилась, увидев на пороге Эбби. Она сделала несколько шагов вперед, её массивная ладонь мягко провела тыльной стороной пальцев по твоей щеке, и от этого контраста безумия и нежности у тебя защипало в глазах… ведь скоро она отвезет тебя домой.
— Как себя чувствуешь? — спросила она.
— Мой вид говорит сам за себя, — усмехнулась ты, намекая на общую слабость.
— Ну да, я постаралась, — Эбби нервно улыбнулась в ответ. Она отвела глаза, а затем снова посмотрела на тебя: — Я не сделала тебе больно?
— Нет, — моментально соврала ты, боясь, что она может закрыться или почувствовать себя монстром. Ты сглотнула подступивший ком и тихо добавила: — Просто ты первая… и я, наверное, не привыкла к таким интенсивным… ситуациям.
Эбби долго смотрела, как ты одеваешься, иногда помогая вытащить волосы из-под майки или застегнуть пуговицы на одежде сзади. С трудом сев на край кровати, ты почувствовала боль между ног.
— До свадьбы заживет, — беззаботно бросила она, и ты была готова разреветься. К ресницам предательски подступали горячие слёзы, но ты нашла в себе силы на слабую улыбку.
Сейчас она отвезет тебя в прежнюю жизнь, где есть подруга и давняя любовь всей жизни. В этот вечер он будет преданно ждать встречи с тобой, несмотря на все твои отговорки об усталости, связанные с работой.
Отныне ты проклята всплывающими фрагментами твоего сознания. Где и с кем бы ты ни была — в голове будет длиться бесконечный процесс сравнения всех последующих партнеров с её существованием. Ты подписала себе приговор собственной слабостью. Никто больше не сможет дать тебе этой укутывающей безопасности, от которой до сих пор кружится голова.
Когда ты вышла из машины, тупая боль внизу живота напоминала тебе о каждом движении Эбби.
Пока нет отзывов.