С возвращением, Грейнджер

8 июня 2005-го. Всю ночь пытались выстроить причинно-следственные связи. Грейнджер была ранена. Грейнджер укусила его. Моя девочка. Моя храбрая девочка. Я злюсь, я в бешенстве, я блядски горд, сколько силы в ней. Перечитываю ее показания, перечитываю действия авроров, хочу знать, кто это сделал, хочу наказать его. Хочу объяснить своими бывшепожирательскими способами, что нельзя брать чужое. 11 июня 2005-го. Лекси написала пару писем. Бессмысленных, как впрочем и все, что она говорила когда-либо. Мать зла, но я зол больше. И она делает шаг конем, прощупывая почву. «Мисс Греймджшер в опасности? Как ее здоровье? Нарцисса М.» Лиса. *** Я люблю свою мать, но ненавижу ее заносчивость. Хочу подарить ей огромную картину, выложить розами в саду, сделать гравировку на семейной посуде с правильной фамилией Гермионы. *** Нарцисса не сдается, пытается выведать факты. Я не знаю, я владею лишь тем, что есть в отчетах. Я не говорил с Грейнджер, и я не дам тебе понять, что все это так. *** Я должен найти ее, разузнать под теорией следствия. Я хочу видеть, что она в порядке, что ни один завиток не стал прямым, седым, не исчез. Ворвался в Министерство быстрым шагом, не должен был подавать вида, не хотел увидеть удивленного Блейза. К черту, если через секунду он начал улыбаться. Она — моя, и я хочу знать, что с моей Грейнджер все в порядке. Искал ее по этажам, нервничал, забыл, где она может быть в это время. Ее нет. Нигде и в моей жизни тоже. Славно. — Драко. — Забини, я занят. — Она в Мунго. Я думал, что умер, что в этот момент, я правда выстрелю непростительным, разрушу Атриум. — Не она, Драко, успокойся. — Быстрее. — Салазар, ты превращаешься в психа, а еще собрался жениться на другой, совсем… — Быстрее! — Джинни родила. Она с ней. Джинни. Джинни. Я понял. Всего лишь Джинни. Блядь. 14 июня 2005-го. — Уизлетта. — Малфой, у меня другая фамилия. Она же понимает, что мне похуй? — Как дела? — Ты серьезно приперся спросить, как мои дела? Истеричный смех на весь этаж меня подбешивает. — Поговорим о сложностях родовой деятельности или скажешь, какого черта ты тут забыл? — Расскажи мне. — Что? — Расскажи мне все. Что было во Франции, завтракает ли она, что она сейчас читает, как сильно ее ранили. — Годрик, заканчивали бы вы бегать друг от друга. Достали всех. — Я не могу. — Я тоже не могу, Малфой! Мне тоже сложно жить, как и всем другим людям. Представляешь себе? Вдох-выдох. — Ладно. Она в порядке. — Хорошо. — Физически. Гермиона — девочка сильная, храбрая, постоять за себя умеет. — Хорошо. — Но не морально. Уехал к Блейзу, не хочу больше скрывать, как мне хуево. — Снова просто решил, что давно не виделись, а потом попросишь не заливать? — Нет. — Отлично. — Мне хуево. — Я знаю, брат. — И мне хуево, что теперь мои друзья рядом с ней больше, чем со мной. — Ну… она нам нравится. — Мне тоже, Блейз! Но блядь. Я хочу обратно своих друзей. Я хочу все эти вечеринки и просто знать, что могу прийти в поместья друзей, где мне не будет больно. — Я понял. Ты просишь их отвернуться от нее? Ох, какой же ты пидорас. — Если это необходимо. — Да, Забини. Необходимо. Мы всегда знали, что друзей делят. Так почему решили отсрочить сейчас? Потому что я питаю к тебе нежные чувства? Чушь. Я эгоист, я хочу друзей обратно. — Я понял тебя, Драко. Если тебе это угодно. Ты — мой брат, ты — мой ближайший человек. — Спасибо. Шепотом, все виноватым шепотом. — Но не проси не звать ее на свадьбу. Я этого не сделаю. В остатках дружеской любви к ней. Салазар. Как копить, а не терять? 16 июня 2005-го. Нотт встал в оппозицию. — Да срать мне на твои чувства, Драко. Срать на твою ревность. — Нотт, лучше… — Лучше ты заткнись, Малфой. Люди — не твоя собственность, уясни уже. — Нотт… — Дело не в моем желании, да не нужна мне твоя Грейнджер. Все эти подспорья для шуток, что я ее хочу, они… Они правда, конечно, но я же не полный кретин, чтобы действовать за твоей спиной. — И ты все-таки делаешь это. — Нет, друг, я прямо заявляю, что не стану отворачиваться от человека, которого хочу называть другом. Немного ненавижу за позицию, сильно уважаю за позицию. В глубине души я хотел, чтобы Забини заступился за нее. Но это сделал Нотт. Ревную, но скорее рад. Ревную и злюсь, но… рад. Рад, что он воспринимает Грейнджер всерьез. — Ты не имеешь права указывать, с кем я могу общаться. И с кем нет. Вынеси урок. — Она написала, что любит. — Конечно любит, кусок ты дерьма. И ей нужны люди сейчас, чтобы пережить тебя. — Это она виновата. — Я не буду это слушать. Она, ты — так похуй. Я просто хочу быть хорошим другом. — Пожалуйста. Ему не нужно было мое разрешение. Какой идиот вообще пошел бы на то, чтобы ограничивать друзей? А, ну да, точно. *** Все влюбились в Гермиону Грейнджер как в друга, которого я пытаюсь отобрать. Блейз прячет глаза, но я знаю, что ему жаль тоже. Она что-то дала важное им. Может быть, гриффиндорскую точку зрения. Наверно ее. Точно ее. Знаю наверняка, потому что ее дала мне она. 18 июня 2005-го. Совой пришло приглашение на свадьбу Блейза. Что ж, он позовет ее. Тогда я позову ее тоже. Имею право? — Зачем? Ты собрался изменить что-то? Изменилось ли что-то? — Всегда нужны причины, Паркинсон? — Просто любопытствую. — Так вот, не стоит. — И как кто вы пойдете? 20 июня 2005-го. Я не могу сказать, что Блейз прям предал меня. Но увидев, что она снова в его компании, даже если эта компания насчитывала больше десяти человек… На работу. Ты просто идешь на работу, тебя не должно волновать это. Не должно. — Малфой, на смену? — Ага. Хочу прикоснуться к ней. Просто случайно задеть кисти рук, поправить волосы, прижать за талию. Как раньше. Показать, насколько она моя. Вокруг Блейза люди, которых я никогда не знал. Поэтому даже смешно, что я уделил такое внимание персоне Грейнджер. — О, Драко Малфой, слышала, ты тоже скоро женишься. — Занятные слухи. — Слухи? Значит, мистер Малфой, завидный холостяк, свободен? — Считай, что так. И я вижу, как глаза Грейнджер снова горят. Надеждой и уверенностью. Да, это из-за тебя. Нет, я еще не решил все вернуть. Только пригласить тебя вместе появиться на свадьбе теперь нашего общего друга. — О, как все невовремя. Сожалею, если нужно. — Не нужно. Поэтому выдаем Блейза, потом Грейнджер. В шутку, сказал в шутку. Я слышу, как она затаила дыхание, и это бесподобно. Так нервно смеюсь, что эта бутафория выдает меня с потрохами. — Да, Грейнджер обязательно выдадим. — Но не сейчас. Я не помолвлена. И все наблюдают за нашей историей. Кажется, она подумала, что я думаю, что она выходит за кого-то замуж. Дорогая, он был бы давно проклят. Блейз перехватил на себя все внимание, и я приблизился. Я должен узнать, что она в безопасности. — Да, я не особо была ранена. Несколько режущих. В основном, пролетели мимо. Храбрая, всегда такая храбрая. Ты так не умеешь. Я пересказал отчет, чтобы убедиться в каждом пункте ее понимания бедствия. Она удивлена, я впечатлен. — Я рад, что ты цела. — Ты злишься. — Какой придурок решил, что может покушаться на твою жизнь? Она улыбается, я сражен. — Я правда в порядке. — Я волновался. Она стесняется, я мешкаюсь. — Несколько дней назад перепутал тебя с другой ведьмой. — Любопытно. — Но это была не ты. — Сожалеешь? Она надеется, я теряюсь. Я еще долго смотрел на нее впритык, и мне похуй на сопутствующие взгляды. Я слишком долго не делал этого. Она распадается на части, млеет, дрожит. Шепчет, пытается встать ближе, чем это доступно. Я хочу ее взять в охапку и утащить отсюда. Но я киваю и прощаюсь. Чувствую, как она смотрит в спину. Черт, я так люблю тебя. *** Я больше не уверен, что хочу ее прощения. Я хочу сам просить прощения за то, что так долго отсутствовал. *** Еще день без тебя в моей постели. Прожил и не сдох. Так держать.