Клятва на чешуе.

      Утро в Аэтере встретило Тэхена промозглым холодом и запахом серы, который пробивался даже сквозь каменные стены. Он проснулся с тупой головной болью — сказалась бессонная ночь, когда он ворочался на жёсткой кровати и проклинал всё королевство драконьих лордов. Вчерашний день был унизительным: его встретили как бездомного пса, лорды смотрели свысока, а этот наглый альфа Чонгук даже не удосужился нормально представиться.       — Ненавижу, — прошипел Тэхен в подушку, но подушка такой тяжелой, почти каменной, и это только усилило его раздражение. Он встал, умылся ледяной водой из кувшина и начал одеваться. Накинул свою походную рубашку, туго затянул пояс с кинжалом — пусть видят, что он не просто декоративный принц, а мужчина, пусть и омега,  который умеет за себя постоять. Даже если внутри всё дрожит. Выйдя в коридор, чуть не споткнулся о хвост чёрной туши, которая лежала прямо у его двери. Дракон. Тот самый, чёрный, с жёлтыми глазами. Пепел, кажется. Коридор был выстроен квадратом, так, что в середине можно было увидеть небо. открытый двор. От того не удивляет, как дракон тут оказался.  Зверь поднял голову, посмотрел на Тэхена с ленивым любопытством и фыркнул — выпустив струйку дыма, которая пахла не серой, а почему-то углями и мятой.       — Ты что здесь делаешь? — спросил Тэхен, стараясь говорить твёрдо, хотя сердце пропустило удар. Дракон моргнул и положил голову обратно на лапы.       — Я не собираюсь тебя гладить, — сказал Тэхен, скрестив руки на груди. — Если ты ждёшь, что я буду сюсюкаться с тобой, как вчера, — ты ошибаешься. Я просто был вежлив. Пепел приоткрыл один глаз и тихо, с явной насмешкой, выпустил колечко пара. Словно говорил: «Да-да, конечно».       — Ты невыносим, — буркнул Тэхен и решительно обошёл дракона, направляясь в сторону главного зала. За спиной он услышал, как дракон поднялся и почти «бесшумно» двинулся за ним.       — Отвали, — сказал Тэхен не оборачиваясь. Тэхен стиснул зубы. Вчера он был вежлив и дипломатичен. Сегодня он решил, что с него хватит. Если эти драконьи лорды думают, что он будет ползать на коленях, они глубоко ошибаются. Он не игрушка. Он — наследный принц Эрдана. И он не позволит себя унижать. Он вошёл в большой зал, где уже собрались лорды, и сразу заметил Чонгука. Тот сидел во главе стола, попивая что-то из тяжёлого кубка, и выглядел так, будто не спал всю ночь. Тёмные круги под глазами, напряжённые скулы, взгляд исподлобья. Чонгук поднял глаза, когда Тэхен вошёл, и его губы скривились в усмешке.       — А, принц из Эрдана. Ты выжил после первой ночи? Я думал, ты свалишься с утёса от страха.       — Я не боюсь высоты, — ответил Тэхен, подходя к столу и садясь на указанное место — в самом конце, подальше от всех. — Мне страшнее то, что вы называете завтраком. Что это за серая жижа? Лорды переглянулись. Кто-то усмехнулся, кто-то нахмурился.       — Это каша из драконьего овса, — ответил Ынсок с ледяной вежливостью. — Питательная. Не для слабых желудков.       — Я привык к нормальной пище, — сказал Тэхен, отодвигая тарелку. — В Эрдане мы едим мясо. И хлеб. А не пережжённые зёрна. Чонгук хмыкнул:       — В Эрдане, говорят, даже птицы боятся летать. Может, поэтому вы такие бледные и хилые?       — Мы не хилые, — отрезал Тэхен, сверкнув глазами. — Мы просто не тратим силы на то, чтобы выглядеть угрожающе. В отличие от некоторых, кто компенсирует размером дракона то, чего ему не хватает в уме. По залу прокатился шёпот. Лорды затаили дыхание. Чонгук медленно поставил кубок на стол и посмотрел на Тэхена в упор. В его глазах зажглось что-то опасное — не гнев, а интерес. Хищный, холодный интерес.       — Осторожнее, принц, — сказал он тихо. — У меня длинная память. И я не забываю обид.       — А я не боюсь обид, — ответил Тэхен, глядя ему прямо в глаза. — Меня учили, что если кто-то пытается тебя запугать — значит, он сам боится. Чонгук усмехнулся — криво, почти зло:       — И кто же тебя учил такому бреду? Твой папочка-король, который сидит в своём дворце и ждёт, пока драконы решат его проблемы?       — По крайней мере, мой отец не прячется за чешуёй своего зверя, — ответил Тэхен, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Лорды замерли. Ынсок кашлянул, пытаясь разрядить обстановку, но Чонгук уже встал из-за стола. Он медленно обошёл стол и остановился прямо перед Тэхеном. Тот не встал. Он остался сидеть, задрав голову, и смотрел на альфу снизу вверх с вызовом.       — Знаешь, что я делаю с теми, кто смеет мне перечить? — спросил Чонгук, нависая над ним. Его голос был низким, почти шёпотом, но в нём звенела сталь.       — Наверное, корчишь из себя великого и страшного, — ответил Тэхен, чувствуя, как внутри всё дрожит, но не позволяя себе отвести взгляд. — А потом идёшь плакаться к своему дракону, потому что никто не воспринимает тебя всерьёз. Тишина в зале стала абсолютной. Чонгук наклонился ещё ближе — так, что его дыхание коснулось щеки Тэхена. Он не касался его, но напряжение между ними было почти осязаемым.       — Ты очень смелый для человека, омега, который находится в моей власти, — сказал он. — Но смелость — это не всегда умно.       — Я не ищу твоего одобрения, — ответил Тэхен, и его голос не дрогнул. Чонгук смотрел на него несколько секунд. А потом, неожиданно, отстранился и усмехнулся:       — Ты забавный. Я ещё не встречал человека, который осмеливался бы так со мной разговаривать.       — Значит, ты встречаешь слишком мало людей, — парировал Тэхен. Лорды выдохнули, когда Чонгук вернулся на своё место. Ынсок поспешно перевёл разговор на торговые вопросы, но атмосфера осталась напряжённой. Тэхен сидел на своём месте, чувствуя, как дрожат колени, и ненавидел себя за то, что не может успокоиться. Но внутри, где-то глубоко, жило удовлетворение: он не сдался. Он не струсил. А Чонгук, допивая своё вино, украдкой поглядывал на принца и думал о том, что этот человек явно не вписывается в его картину мира. Слишком дерзкий. Слишком гордый. И слишком... живой. «Он бесит меня», — подумал Чонгук. — «Бесит до чёртиков». Но почему тогда он не мог отвести от него взгляд?

***

      После завтрака Тэхен решил, что ему нужно освоиться в Аэтере. Не для того, чтобы понравиться местным, а чтобы знать, где находятся выходы и как можно сбежать в случае опасности. Он бродил по коридорам, стараясь запоминать повороты, и время от времени натыкался на стражников, которые провожали его подозрительными взглядами.       — Что вы на меня смотрите? — спросил он одного из них. — Вы никогда не видели принца?       — Мы видели принцев, — ответил стражник. — Но не таких, которые лазают по чужим замкам без спроса.       — Ваш лорд не запрещал мне гулять, — сказал Тэхен. — Поэтому идите занимайтесь своими делами. Стражник хотел что-то ответить, но в этот момент из-за угла вышел Чонгук.       — Оставьте нас, — сказал он стражнику. Тот поклонился и исчез.       — Что ты здесь делаешь? — спросил Чонгук, скрестив руки на груди. Он выглядел как наказательный дракон — с поджатыми губами и холодным взглядом.       — Гуляю, — ответил Тэхен. — Неужели я должен спрашивать у тебя разрешения каждый раз, когда хочу подышать воздухом?       — Это не Эрдан, — сказал Чонгук, делая шаг вперёд. — Здесь нельзя просто так ходить, где хочешь. Это опасно. — Опасно? — переспросил Тэхен, приподняв бровь. — Для кого? Для меня? Или для тех, кто осмелится тронуть наследного принца Эрдана? Чонгук усмехнулся:       — Ты слишком много о себе думаешь, принц. Здесь ты никто. Просто заложник.       — И тем не менее, — ответил Тэхен, — ты всё ещё здесь. Разговариваешь со мной. Почему бы тебе не уйти и не оставить меня в покое?       — Потому что мне нравится смотреть, как ты злишься, — честно признался Чонгук, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на весёлое бешенство. — Ты краснеешь, когда злишься. Как помидор.       — Я не краснею, — фыркнул Тэхен, хотя чувствовал, как щёки заливает жаром.       — Краснеешь, — подтвердил Чонгук. — И это забавно.       — Ты невыносим, — сказал Тэхен и развернулся, чтобы уйти. Чонгук схватил его за локоть.       — Я не сказал, что ты можешь уйти. Тэхен резко обернулся и вырвал руку.       — Я не твоя собственность, — сказал он, глядя в глаза альфе. — Ты можешь командовать своими драконами и своими подданными, но мной — нет. Запомни это. Чонгук удивлённо моргнул. Его глаза потемнели.       — Ты смеешь мне перечить?       — Я смею говорить правду, — ответил Тэхен. — Если тебе это не нравится — это твоя проблема. Он развернулся и ушёл, оставив Чонгука в коридоре. Альфа не двинулся с места. Он смотрел на удаляющуюся спину принца и чувствовал, как внутри поднимается странная смесь гнева и... уважения? «Это... интересно». Он тряхнул головой, отгоняя непрошенные мысли. «Нет. Он просто наглый мальчишка, который не знает своего места. Я поставлю его на место». Но почему-то в эту секунду Чонгук уже знал, что ему будет трудно это сделать.

***

      Со Юнчжон наблюдал за этой сценой из тени колонны. Его глаза сверкали холодным интересом. — Так-так, — прошептал он. — Кажется, у нашего наследника появилась слабость. Не влюблённость — нет. Пока нет. Но раздражение. Одержимость. Это уже кое-что. Он улыбнулся и направился в свои покои, где его ждал кристалл.       — Лорды не должны знать, — сказал он, обращаясь к тёмному камню. — Но если Чонгук продолжит так отвлекаться, это станет заметно. Нам нужно ускорить события.       — Что ты предлагаешь? — спросил голос из кристалла.       — Мы подтолкнём его. Сделаем так, чтобы принц попал в беду. И посмотрим, как Чонгук отреагирует. Если он бросится спасать человека — значит, он слаб. А слабого альфу легко заменить. Он сжал кристалл в кулаке, и комната наполнилась тёмным светом.       На следующее утро Тэхен проснулся с твёрдым намерением держаться от Чонгука подальше. Он вышел в коридор, завязал волосы в тугой хвост и направился на тренировочную площадку — слышал, что там можно практиковаться с мечом. Если он хочет выжить в этом мире, ему нужно быть сильным. Площадка оказалась открытой, с видом на пропасть. Ветер свистел, но Тэхен не обращал на это внимания. Взял в руки тренировочный меч и начал отрабатывать удары, вкладывая в каждый всю свою злость. Он делал выпады, кружился, рубал воображаемого врага — и в каждом ударе он видел лицо Чонгука.       — Надо было попасть тебе по носу, — пробормотал он, делая очередной выпад.       — Надо было, — раздался голос за спиной. Тэхен резко обернулся и увидел Чонгука. Альфа стоял в проходе, прислонившись к стене, и смотрел на него с ленивым интересом.       — Шпионишь за мной? — спросил Тэхен, опуская меч.       — Просто проходил мимо, — ответил Чонгук. — У тебя неплохая техника. Для человека.       — Для человека? — переспросил Тэхен, почувствовав, как закипает кровь. — Ты думаешь, что только драконьи лорды умеют сражаться?       — Я думаю, — сказал Чонгук, подходя ближе, — что ты слишком много болтаешь и мало делаешь.       — Хочешь проверить? — спросил Тэхен, поднимая меч. Чонгук усмехнулся:       — Ты хочешь драться со мной?       — А ты боишься? Чонгук рассмеялся — искренне, громко, откинув голову назад.       — Ты смешной, — сказал он. — Ладно. Давай проверим, на что ты способен. Он взял второй тренировочный меч и встал в стойку. Они начали поединок. Тэхен атаковал первым, вкладывая в удар всё раздражение, которое накопилось за последние дни. Но Чонгук легко уклонился и парировал его атаку.       — Слишком медленно, — сказал он. Тэхен не ответил. Он атаковал снова и снова, но каждый раз его меч встречал сталь. Чонгук двигался быстро, уверенно, но в его движениях не было жестокости — скорее, он проверял Тэхена, изучал его.       — Ты быстрее, чем я думал, — сказал он после очередной атаки.       — Ты медленнее, чем я ожидал, — парировал Тэхен, пытаясь сбить его с ног. Чонгук легко перепрыгнул через его меч и оказался у него за спиной.       — У тебя слишком много амбиций и слишком мало техники, — сказал он, касаясь мечом его шеи. — Ты мёртв. Тэхен стиснул зубы и резко развернулся, выбив меч из его рук. Чонгук удивлённо моргнул, и Тэхен воспользовался моментом — пнул его по колену, заставляя потерять равновесие. Чонгук не упал, но пошатнулся.       — Неплохо, — сказал он, и в его голосе послышалось что-то похожее на уважение. — Но не достаточно. Он перехватил запястье Тэхена и легко вывернул ему руку. Меч упал на землю. Тэхен оказался прижатым к стене, а Чонгук навис над ним, тяжело дыша.       — Ты проиграл, — сказал он.       — Ты жульничал, — ответил Тэхен, задыхаясь от гнева и почему-то смущения.       — В бою нет правил, — сказал Чонгук, наклоняясь ближе. — Запомни это. Их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Тэхен чувствовал дыхание Чонгука — горячее, с запахом дыма. В тёмных глазах альфы читалось что-то новое, незнакомое.       — Отпусти меня, — сказал Тэхен, и голос его дрогнул. Чонгук медленно отпустил его и отступил на шаг.       — Ты неплохо дерёшься, — сказал он, подбирая свой меч. — Но тебе нужно больше тренироваться.       — Я буду тренироваться, — ответил Тэхен, отряхиваясь. — И в следующий раз я выиграю. Чонгук усмехнулся:       — Посмотрим. Он развернулся и ушёл, а Тэхен остался стоять у стены, чувствуя, как дрожит всё тело. Он ненавидел Чонгука. Он действительно ненавидел его. Но почему тогда его сердце билось так быстро?

***

      Тэхен вернулся в свои покои в состоянии кипящей ярости. Каждая мышца болела после спарринга, но физическая боль была ничем по сравнению с унижением, которое он только что пережил. «Прижал меня к стене, как нашкодившего щенка», — думал он, расхаживая по комнате. — «И ещё смеет говорить, что я "неплохо дерусь". Для человека. Для жалкого человека!» Он с размаху ударил кулаком по каменной стене и тут же зашипел, потирая ушибленные костяшки.       — Идиот, — прошептал он себе под нос. — Ты приехал сюда не для того, чтобы доказывать что-то этому высокомерному альфе. Ты здесь, чтобы спасти своё королевство. Но слова не помогали. Внутри всё горело обидой и злостью. Он сел на кровать, обхватив голову руками, и попытался успокоиться. Он услышал оглушительный удар о землю и тихое, низкое урчание. Тэхен подошёл к двери и приоткрыл её. На пороге сидел Пепел. Дракон смотрел на него своими огромными жёлтыми глазами, и в них не было ни угрозы, ни насмешки. Только любопытство.       — Чего тебе? — буркнул Тэхен. — Хозяин прислал проверить, не сбежал ли я? Пепел выпустив струйку дыма, и ткнулся взглядом в руку Тэхена — ту самую, которую он разбил о стену. Тэхен почувствовал, как внутри разливается странное тепло. Он не хотел признавать этого, но этот дракон был единственным существом в Аэтере, которое относилось к нему без презрения. Даже если он всего лишь зверь.       — Спасибо, — сказал Тэхен тихо, погладив чешую между глаз. Пепел прикрыл глаза и заурчал громче, явно наслаждаясь вниманием.       — Но если твой хозяин узнает, что ты здесь, — добавил Тэхен, — он, наверное, прикажет тебя запереть. Дракон фыркнул с таким видом, будто хотел сказать: «Пусть попробует». Тэхен усмехнулся. Впервые за последние дни он почувствовал что-то похожее на лёгкость.       — Ладно, — сказал он. — иди гуляй уже.          Чонгук стоял в коридоре и смотрел на дверь, за которой скрылся Тэхен. Он не знал, зачем пришёл сюда. После спарринга он должен был забыть о принце, заняться делами, подготовиться к вечернему совету. Но что-то тянуло его обратно — как будто невидимая нить связывала его с этой комнатой. Он услышал тихое урчание и понял, что Пепел снова у дверей Тэхена.       — Ты что, привязался к нему? — прошептал Чонгук, глядя на дракона, который лежал на полу, прижавшись мордой к камню.  Пепел поднял голову, посмотрел на хозяина — коротко, почти презрительно. Чонгук нахмурился.       — Ты не должен там быть. Он — заложник. Не друг. Дракон отвернулся и снова положил голову на лапы, давая понять, что мнение хозяина его не интересует. Чонгук почувствовал, как в груди поднимается глухое раздражение.       — Ты меня слышишь? — сказал он, делая шаг вперёд. — Я запрещаю тебе сидеть у его двери. Пепел в ответ — тихо, едва слышно — зарычал. Не угрожающе, а скорее скучающе. Чонгук стиснул зубы. Он мог бы заставить дракона подчиниться. Он был его хозяином — альфой, который приручил Пепла, когда тот был ещё детёнышем. Но сейчас, глядя на этого упрямого зверя, Чонгук вдруг понял, что ему не хочется применять силу.       — Ладно, — сказал он с досадой. — Оставайся. Но если он попытается сбежать — ты ответишь за это. Пепел даже не повернул головы. Чонгук развернулся и ушёл, чувствуя себя почему-то обделённым. Его дракон выбирал другого человека — и это бесило его больше, чем он готов был признать.        На вечернем совете Тэхен снова сидел в конце стола и молчал, пока лорды обсуждали торговые маршруты и налоги. Он старался не смотреть на Чонгука, но это было трудно — альфа сидел напротив, и его присутствие ощущалось кожей.       — У нас проблема, — сказал вдруг Со Юнчжон, прерывая обсуждение. — Я слышал, что принц Эрдана сегодня бродил по замку без сопровождения. Это нарушение наших правил. Тэхен поднял голову:       — Мне никто не говорил о правилах.       — Правила подразумеваются, — ответил Юнчжон с приторной улыбкой. — Ты — гость. Но гость, которому не доверяют.       — Я не собираюсь никуда бежать, — сказал Тэхен, скрестив руки на груди. — Мне нужны магические воды для моего королевства. Без них я никуда не уйду. Юнчжон усмехнулся:       — О, мы знаем. Но всё же... чтобы избежать недоразумений, я предлагаю ограничить передвижения принца. Только покои и главные залы.       — Это унизительно, — сказал Тэхен, чувствуя, как кровь приливает к лицу.       — Это безопасно, — ответил Юнчжон. Чонгук слушал этот разговор и чувствовал, как внутри закипает раздражение. Не на Тэхена — на Юнчжона. На то, как он улыбается, явно наслаждаясь унижением принца.       — Достаточно, — сказал Чонгук, и голос его прозвучал резче, чем он планировал. — Принц может гулять по замку. Я буду следить за ним лично. Юнчжон удивлённо поднял бровь:       — Ты уверен, что хочешь взять на себя такую ответственность?       — Я уверен, — ответил Чонгук, глядя на него холодным взглядом. — Это моё решение. Тэхен посмотрел на альфу с явным недоверием. Зачем он его защищает? Ведь только сегодня они дрались на мечах и ненавидели друг друга. Но Чонгук не смотрел на него. Его взгляд был прикован к Юнчжону, и в нём читалась скрытая угроза.       — Хорошо, — сказал Юнчжон после паузы, улыбнувшись ещё шире. — Как скажешь, Чонгук. Но надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Он откинулся на спинку кресла и продолжил смотреть на происходящее, но в его глазах зажглась холодная искра. «Игра начинается»       После совета Тэхен догнал Чонгука в коридоре.       — Зачем ты это сделал? — спросил он. — Зачем ты защитил меня? Чонгук остановился, но не обернулся.       — Я не защищал тебя, — ответил он. — Я не хочу, чтобы Юнчжон диктовал мне, что делать в моём собственном замке.       — И всё? — Тэхен не верил ему. Чонгук повернулся и посмотрел на него в упор:       — И всё.       — Ты врёшь, — сказал Тэхен, делая шаг вперёд. Чонгук усмехнулся:       — Ты ничего не видишь, омега. Ты просто мальчишка, который пытается казаться взрослым.       — А ты — мальчишка, который пытается казаться бессердечным, — парировал Тэхен. Чонгук замер. В его глазах мелькнуло что-то — гнев, боль, непонимание.       — Ты ничего не знаешь обо мне, — сказал он тихо.       — Тогда расскажи, — предложил Тэхен. — Я слушаю. Чонгук смотрел на него несколько секунд. В его взгляде было столько всего — от гнева до растерянности.       — Ты не хочешь этого знать, — сказал он наконец и развернулся, уходя. Тэхен смотрел ему вслед и чувствовал, как в груди поднимается что-то тёплое. Он всё ещё ненавидел этого альфу. Но теперь в его ненависти появился оттенок... сомнения. Ночью Тэхен снова не мог уснуть. Он лежал на кровати, глядя в потолок, и ворочался, пытаясь найти удобное положение. За дверью мирно посапывал Пепел, который так и не ушёл. Тэхен вздохнул и начал напевать — тихо, почти беззвучно. Эту колыбельную он пел только тогда, когда чувствовал себя особенно одиноким. Она напоминала ему о матери, о доме, о том, что где-то есть люди, которые его ждут. Альфа пришёл снова — против своей воли, против всякой логики. Он не хотел слушать этот голос. Он не хотел чувствовать, как внутри разливается странное тепло. Но он не мог уйти. Пепел у двери поднял голову, посмотрел на хозяина и тихо вздохнул — так, как вздыхают уставшие взрослые, глядя на несмышлёных детей. Альфа стоял, прижавшись лбом к холодной стене, и слушал. В голосе Тэхена была такая тоска, что сердце сжималось. «Он тоже одинок» И эта мысль ударила его больнее, чем любой клинок. Он не хотел сочувствовать этому человеку. Он должен был ненавидеть его. Но голос Тэхена проникал в душу, заставляя забыть обо всём, и Чонгук вдруг понял, что вот уже несколько минут стоит у его двери, боясь пошевелиться. Он развернулся, уходя за угол. Но в его груди осталось что-то тёплое, что он не мог объяснить.

***

      В башне Со Юнчжона горел тёмный свет.       — Они становятся ближе, — сказал он, глядя в кристалл. — Чонгук снова был у его двери.       — Ты знаешь, что делать, — ответил голос из кристалла. — Ускорь события. Юнчжон улыбнулся — холодно и жестоко.       — Завтра устроим маленькое представление. Проверим, насколько наш благородный наследник готов рискнуть ради человека. Он сжал кристалл в руке, и комната наполнилась зловещим светом. А внизу, у двери Тэхена, Пепел приоткрыл один глаз. Он чувствовал опасность. Но предупредить он мог только рыком.