Я не хочу следовать судьбе

Поместье Певереллов встретило Гарри тяжелым, застоявшимся молчанием, которое веками царило в этих стенах. Когда его призрачный силуэт плавно опустился перед главным входом, он на секунду замер, разглядывая родовое гнездо. ​Замок выглядел величественно, несмотря на разруху. Время не пощадило готические шпили: некоторые из них обвалились, засыпав каменным крошевом подъездную аллею, а массивные стены из темного гранита густо заросли диким плющом и серым мхом. Но стоило Гарри сделать шаг вперед и просочиться сквозь кованые, покрытые ржавчиной ворота, как магия рода тут же отозвалась. Воздух вокруг него едва заметно задрожал, а кольцо на пальце обдало призрачную кожу приятным, узнаваемым теплом. Древняя защита поместья, настроенная против чужаков, безоговорочно пропустила своего хозяина. ​Гарри пролетел сквозь массивные дубовые двери центрального входа и оказался в главном холле. ​Внутри царил полумрак. Потолок уходил высоко вверх, теряясь в густой тени, откуда свисали остатки огромных хрустальных люстр. По углам громоздились завалы из обрушившейся кладки, а на стенах в пустых рамах висели истлевшие холсты — портреты предков давно покинули свои полотна. На полу лежал толстый слой вековой пыли, на которой не было ни единого следа. Здесь никого не было сотни лет. ​Гарри медленно поплыл по коридорам, внимательно осматривая поместье. Несмотря на разрушения, он кожей чувствовал, какая колоссальная сила заперта под этими половицами. Магия здесь буквально сочилась из самих камней, лениво перекатываясь по пустым залам. ​«Где-то здесь должен быть спуск в подземелья или алтарный зал», — подумал Поттер, активируя свое призрачное зрение. ​Мир вокруг тут же окрасился в глубокие серо-синие тона, и Гарри увидел скрытые от глаз обычных магов энергетические потоки. Все они, словно корни гигантского дерева, сходились в одной точке — глубоко под замком, уходя прямиком в подвалы. Именно туда вела едва заметная черно-зеленая пульсация, указывающая путь к заветным кристаллам чистой магии. ​Гарри заложил крутой вираж над разрушенной парадной лестницей и камнем бросился вниз, проходя насквозь через каменные плиты пола, стремясь к источнику этой силы. Пройдя сквозь толщу гранитных плит пола, Гарри опустился в глубокие, сырые подвалы. Активированное призрачное зрение не обмануло: алтарный зал поместья дышал первозданной, нетронутой силой. ​В самом центре подземелья, на массивном каменном постаменте, покоился гигантский Родовой камень. Он лениво пульсировал густым черно-зеленым светом, расходясь мириадами тонких магических нитей по стенам и фундаменту замка. Гарри сразу понял: этот артефакт брать нельзя. Именно Родовой камень веками удерживал поместье от полного разрушения и не давал стенам окончательно превратиться в прах. Оставив его на месте, Поттер переключил внимание на ниши в стенах. Там, на бархатных подушечках, покрытых слоем вековой пыли, лежали другие накопители — кристаллы чистой магии, мерцающие холодным внутренним светом, и древние защитные амулеты. Вот они-то как раз и были идеальными хранителями магической энергии, необходимыми для ритуалов. Поттер широко развел руки, и все кристаллы вместе с амулетами послушно растаяли в его внутреннем пространстве. ​Очистив подвал, Гарри вернулся наверх, чтобы осмотреть жилые помещения. Он медленно летел по коридорам, заглядывая в пустые комнаты, пока не почувствовал особо плотную, величественную ауру. Это была главная спальня, где когда-то жил сам глава рода Певереллов. ​Гарри зашел внутрь. Посреди просторной комнаты высилась огромная кровать под балдахином из полуистлевшего бархата. Гарри плавно опустился на край матраса, осматривая величественное, но заброшенное убранство. В голове невольно зароились вопросы. ​«Что же с ними всеми случилось? Как такой могущественный род просто взял и исчез? — думал Гарри, вспоминая прочитанное из книг которые он взял Гринготтсе. — Это ведь была ветвь третьего, младшего брата, который владел Мантией-невидимкой. Потом они как-то переключились на Поттеров, и во мне тоже есть их кровь... А Мраксы, которые от Слизерина, вроде владели Кольцом и Камнем. Но как вышло, что чистокровная линия оборвалась? Может, из-за каких-то темных ритуалов все погибли? Не смогли оплатить свои долги перед Смертью?» ​Поттер цинично усмехнулся. В чем-то он явно был прав, хотя всей правды пока не знал. ​Решив проверить комнату до конца, Гарри заглянул под массивную кровать и заметил, что одна из дубовых половиц лежит как-то неестественно, чуть накренившись. Силой концентрации он сдвинул тяжелую кровать в сторону, приподнял доску и замер. В тайнике лежала небольшая стеклянная коробка, внутри которой покоились старинное ожерелье и толстая книга в кожаном переплете. ​Гарри не стал возиться со стеклом. Сосредоточив магию на кончиках пальцев, он сделал саму коробку и её содержимое временно полупрозрачными, призрачными, и легко вытащил вещи наружу, даже не разбив стекла. ​На обложке книги стояла выцветшая дата. Судя по всему, её написал последний прямой, чистокровный глава рода Певереллов, живший примерно 500–600 лет назад — до того, как фамилия окончательно растворилась в других кровных линиях. ​Гарри устроился поудобнее на кровати и перелистнул первую страницу. Первые главы оказались описанием детства автора, его первых шагов в магии и семейных будней. «Дневник… — Гарри закатил глаза, разочарованно вздохнув. — Зачем мне знать, как он провел детство?» Впрочем, в некоторых местах он всё же останавливался, с легкой улыбкой читая забавные по сегодняшним меркам моменты из жизни магов средневековья. Параллельно Гарри взял ожерелье из тайника и просто надел его на свою призрачную шею — артефакт послушно закрепился на его сути. ​Закрыв дневник, Гарри спрятал его во внутреннее хранилище. Пора было возвращаться к первоначальному плану. Теперь, когда у него были кристаллы чистой магии, можно было не опасаться магического истощения. Гарри уже догадался, что он — необычный призрак, но истощение в таком бесплотном состоянии всё равно ощущалось на удивление остро и болезненно. Кристаллы должны были стать его батарейками при поднятии мертвеца. ​И медлить было нельзя. Прямо сейчас, посреди мертвой тишины поместья, Гарри вдруг почувствовал, как его ментальная связь с тем, другим миром, где он счастливо прожил последние 12 лет, стала стремительно истончаться. Нить, связывающая его с прошлой спокойной жизнью, таяла. Похоже, его тамошнее тело окончательно сдохло. Гарри не знал точно, было ли это то же самое тело, перерождался ли он там или это была иная шутка магии, но теперь мост назад был сожжен. Путь остался один — завершить ритуал изгнания здесь, используя Волан-де-Морта. ​Поттер резко взмыл в воздух, пробивая крышу поместья, и на бешеной скорости полетел обратно к Хогвартсу. На этот раз он был предельно осторожен. Он намеренно оставил во внутреннем пространстве все найденные сферы и призмы, сочащиеся огромной, тяжелой негативной энергией. Вываливать такое количество некромантской силы в Выручай-комнате прямо сейчас было опасно — защитные барьеры Хогвартса или Снейп могли мигом засечь аномалию. Сначала нужно скрытно подготовить место и выставить собственные глушащие чары. ​Спрятав артефакты поглубже в ментальное хранилище, призрачный Гарри бесшумно скользнул сквозь стену замка и вернулся в Выручай-комнату. Теперь у него было всё, чтобы запустить поисковую сферу и найти могилу ближайшего чистокровного предка. Вернувшись в Выручай-комнату, Гарри первым делом выставил вокруг себя плотный купол невидимых защитных чар. Теперь, когда он стал «необычным» призраком, его магия приобрела странный, тягучий оттенок, который, если не скрыть, мог привлечь внимание кого угодно — от Дамблдора до вездесущих призраков замка. ​Гарри достал из хранилища поисковую сферу и, наполнив её кристаллами чистой магии из поместья Певереллов, активировал артефакт. Сфера завибрировала, пространство перед ним подернулось рябью, и на стене проступила карта мира. ​— Ну же, где ты прячешься, мой дорогой предок? — прошептал Гарри, направляя энергию поиска. ​Артефакт начал сканировать отдаленные уголки Европы. Гарри отметал густонаселенные города, кладбища с сильной магической защитой и места, где кипела жизнь. Ему нужно было тихое, забытое Богом место. Сфера внезапно вспыхнула холодным белым светом и остановилась. Карта увеличилась, показывая отдаленный, почти непроходимый лесной массив в Карпатах, на территории другой страны. ​Гарри присмотрелся: глубокая лощина, поросшая колючим кустарником, и одинокий, продуваемый всеми ветрами холм, где не было ни одной живой души на многие мили вокруг. Сфера транслировала призрачное изображение: небольшая, почти сровнявшаяся с землей насыпь. Там, глубоко в корнях старого дуба, покоились останки. Это был последний из ветви, не смешавшейся с другими родами. Судя по «эху» смерти, этот человек погиб от магического истощения много веков назад, и его второпях закопали случайные путники, даже не догадываясь, чьи кости они предали земле. ​— Нашел, — Гарри удовлетворенно хмыкнул. ​Он начал мысленно выстраивать план действий. ​Некромантия: Путешествие в Карпаты. Поднятие останков, чтобы извлечь чистую кровь и эссенцию рода для активации зеркала. ​Активация Зеркала: Возвращение в Хогвартс, вливание крови и энергии кристаллов для пробуждения артефакта, чтобы найти Волан-де-Морта. ​Охота за Реликвиями: Поиск Дамблдора (или его могилы), чтобы забрать Бузинную палочку, и поиск Воскрешающего камня. ​Ритуал Повелителя Смерти: Финальный аккорд. ​Гарри замер, глядя на свои призрачные руки. «А что, если в финале придет Она? Богиня Смерти, Хель?» — этот вопрос пульсировал в голове с самого момента, как он начал изучать некромантию. Он знал, что такие сущности не любят, когда смертные (или, в его случае, полусмертные) играют с их порядком. ​«Если она появится, то я не могу просто спрятаться, — решил Гарри, настраиваясь на философский лад. — Нужно быть готовым к диалогу». ​Он начал мысленно репетировать речь, перебирая варианты: «Я не пришел забрать твою власть, я пришел за своим правом на иной путь» или «Мир, который меня породил, вышвырнул меня, я лишь возвращаю долги». ​— «Госпожа Смерть, — начал он вслух, голос в пустой комнате звучал неестественно глухо. — Ты знаешь лучше других, что правила созданы лишь для того, чтобы их нарушали те, у кого достаточно воли. Я не просто призрак. Я — тот, кто отказался исчезнуть. Я пришел не просить разрешения, а заявить о своих правах на существование там, где я был счастлив». ​Гарри горько усмехнулся. Звучало пафосно, но для диалога с божеством — в самый раз. Он понимал, что даже если она явится, его ярость и решимость вернуться домой сильнее, чем любой страх. ​«Сначала — кристаллы, потом — зеркало, потом — Лорд. Все остальное — после», — отрезал он. ​Гарри снова убрал сферу, собрался с духом и, не теряя ни секунды, начал готовиться к своему первому настоящему некромантическому путешествию. Пути назад больше не было: он собирался переписать законы жизни и смерти, даже если придется лично договариваться с самой Хозяйкой теней. «И проводить активацию зеркала здесь, в Хогвартсе, точно нельзя», — резко осек себя Гарри, прервав репетицию речи. ​Он вспомнил, какое колоссальное количество энергии требует этот артефакт Певереллов. Если он попытается влить в зеркало силу магических кристаллов и кровь предка прямо в Выручай-комнате, мощнейший выброс некромантической магии мгновенно прошьет весь замок. Защитные чары школы взвыли бы от такой аномалии, а Снейп и портреты Дамблдора на уши встанут. Ему бы просто не дали закончить. ​«Раз уж я всё равно лечу в Карпаты за телом предка, там, на месте, всё и сделаю, — логично рассудил Поттер. — Тот глухой холм в чужой стране, среди непроходимых лесов, где никто не живет — идеальная площадка. Там эта вспышка энергии никого не привлечет. Я подниму плоть, заберу кровь, сразу на месте активирую зеркало, а уже потом вернусь в школу абсолютно готовым к охоте». ​Гарри еще раз проверил ментальное хранилище, убедившись, что кристаллы чистой магии, поисковая сфера и ритуальные амулеты надежно скрыты внутри его призрачной сути. Выручай-комнату он оставил в идеальном порядке, убрав все следы своего пребывания. ​Просочившись сквозь стену замка, Гарри взмыл высоко в ночное небо. Холодный октябрьский ветер больше не имел над ним власти. Сориентировавшись по координатам, которые запечатлелись в его разуме после вспышки хрустальной сферы, призрачный Поттер на бешеной скорости взял курс на Карпаты. Предстояло пересечь границу, провести свой первый ритуал высшей некромантии и пробудить артефакт, способный открыть ему двери к любой цели — и к Дамблдору, и к Волан-де-Морту. Гарри стремительно мчался на восток. Оставив позади туманные берега Британии, он пересек пролив и взял курс на Карпаты — огромную горную систему, раскинувшуюся на территории нескольких стран, включая Румынию и Украину. ​По пути его взгляд привлек раскинувшийся внизу крупный европейский город. Сверху он выглядел невероятно красиво: старинная готическая архитектура переплеталась с современными проспектами, а улицы уже начинали зажигаться первыми вечерними огнями. На часах было около пяти вечера. Гарри почувствовал, что бесконечная гонка последних дней и постоянное внутреннее напряжение начинают его истощать. ​«Надо немного отвлечься и отдохнуть, — подумал Поттер, плавно снижая высоту. — Ничего за пару часов не случится. Не стоит так сильно нервировать себя, постоянный стресс — это плохо, очень плохо для контроля магии». ​Он спустился к самым крышам и устроил себе небольшую прогулку. Гарри летел над оживленными улочками, с любопытством рассматривая прохожих. Здесь, вдали от британской гражданской войны, кипела обычная, мирная жизнь. Обычные маглы спешили по домам, смеялись, сидели в уютных кафе. Иногда Гарри замечал и замаскированные магические лавки, где переговаривались местные волшебники. Поттер не знал местного языка, вокруг звучала чужая, непонятная речь, но это даже помогало — ему не нужно было вникать в чужие проблемы. Он просто наслаждался моментом покоя, и на душе действительно стало чуточку легче. ​Однако идеальное время для некромантии — это глубокая ночь. Как только сумерки окончательно сгустились над городом, Гарри закончил свою прогулку и на бешеной скорости направился к конечной цели — к тому самому отдаленному лесистому холму, который указала сфера. ​Вскоре он был на месте. Вокруг высились мрачные, вековые карпатские леса. Здесь не было ни единого жилья на многие мили вокруг. Едва призрачные стопы Гарри коснулись земли на вершине холма, как дикая природа вокруг мгновенно среагировала на его тяжелую ауру. Лес замер. Поттер заметил, как с веток деревьев, испуганно хлопая крыльями, начали улетать птицы, стремясь подальше от незваного гостя. ​«Чувствуют энергию смерти», — хмыкнул Гарри. ​Пора было приступать. Для начала нужно было достать кости. Гарри прошел сквозь землю холма, опускаясь вглубь, прямо к старым корням дуба. Там действительно покоились древние, иссохшие останки его чистокровного предка. Но копать землю вручную или взрывать холм заклинаниями Поттер не собирался — это привлекло бы ненужное внимание, если бы кто-то из местных магов решил проверить территорию. ​Сконцентрировавшись, Гарри окутал кости своей плотной черно-зеленой магией. Он заставил древний скелет стать точно таким же полупрозрачным и бесплотным, как и он сам. Подняв руки вверх, Гарри плавно потащил останки за собой прямо сквозь толщу земли. Кости легко прошли сквозь грунт и корни, не потревожив ни единой травинки. Земля осталась абсолютно целой. Ни обычные люди, ни проходящие мимо колдуны никогда бы не заметили, что из этой могилы что-то исчезло. ​Оказавшись на поверхности, Гарри разложил останки в центре поляны и достал из своего внутреннего хранилища ту самую хрустальную сферу, доверху наполненную огромным количеством концентрированной темной энергии, а также редкие некромантические зелья Певереллов и накопленные кристаллы чистой магии, чтобы защитить себя от призрачного истощения. ​Гарри начал чертить ритуальные знаки, и в его мыслях невольно всплыли воспоминания о том самом другом мире, где он прожил счастливые 12 лет. Там он никогда не прикасался к подобной черной магии. В том мире не было глупого деления на маглов и магов — магия и технологии развивались рука об руку, все могли колдовать, а сами люди жили спокойной, мирной жизнью. В своем маленьком городке Гарри вместе со своей любимой девушкой использовал только самые обычные, бытовые чары. Он мысленно в очередной раз поблагодарил тот мир за то, что там его научили колдовать без палочки — именно благодаря этому навыку беспалочной магии у него сейчас всё получалось так идеально. ​Поттер сделал глубокий вдох, отгоняя ностальгию, и запустил ритуал высшей некромантии. ​Все прошло невероятно успешно, но масштаб чар был колоссальным. В воздух взметнулись колоссальные потоки энергии. Магия смерти мертвой хваткой сжала пространство в радиусе нескольких километров. Звери в панике бежали из этого сектора леса. На самой поляне воцарилась звенящая, гробовая тишина. Все мелкие насекомые — комары, ночные сверчки и жуки — моментально упали замертво, не выдержав плотности некромантического фона. При этом трава и деревья внешне ничуть не изменились, оставаясь зелеными, что создавало жуткий контраст: живой на вид лес, ставший абсолютно мертвым и беззвучным. ​Темная энергия закружилась вихрем, кристаллы Певереллов ярко вспыхнули, отдавая свою силу, и на глазах у Гарри кости предка начали стремительно обрастать плотью, жилами и кожей. Ритуал завершился — перед ним лежало временно восстановленное, полноценное тело чистокровного мага. ​Гарри, сосредоточенный на своей цели, тут же склонился над телом, чтобы собрать необходимую для активации зеркала кровь. Из-за сильной концентрации он совершено не заметил, как в этот самый момент кардинально изменилась его собственная призрачная аура. К привычным черно-зеленым призрачным потокам с белым блеском добавилась новая, зловеще пульсирующая красная энергия. Она тонкими жгутами обвивала его силуэт, слегка просвечивая сквозь окружающую тьму, знаменуя необратимые изменения в его магии. Но Гарри был слишком занят. ​Быстро наполнив ритуальный сосуд чистокровной кровью, Гарри взмахнул рукой. Он сработал молниеносно: пока магия не успела призвать душу покойного обратно из чертогов Смерти (а некромантия часто имеет побочный эффект в виде насильственного возвращения призрака в плоть), Поттер оборвал подпитывающие чары. ​— Уф, хорошо, что я сделал это достаточно быстро, — с облегчением выдохнул Гарри, вытирая воображаемый пот со лбу. — Душа не успела вернуться в тело. ​Он окутал плоть предка своей энергией, вернул её в первозданный, бесплотный вид костей и аккуратно опустил обратно сквозь землю на прежнее место, под корни старого дуба. ​В руках у Гарри была чистокровная кровь предка и кристаллы чистой магии. Все было готово для того, чтобы наконец пробудить зеркало Певереллов и начать грандиозную охоту сквозь отражения. Гарри опустился на колени посреди мертвой, оглушительно тихой поляны. Перед ним на вытоптанной траве покоилось массивное зеркало Певереллов, а рядом стоял сосуд с драгоценной чистокровной кровью предка и мерцали кристаллы чистой магии. ​Поскольку у самого Гарри, как у призрака, физической крови не было, ритуал активации предполагал хитрую подмену. Он собирался смешать кровь предка со своей черно-зеленой призрачной магией. Родовая защита зеркала, настроенная на чистокровных, была мощной, но магия и кровь Певереллов в этом коктейле были настолько родственны и похожи, что артефакт не должен был заметить подвоха и подмены. ​Гарри глубоко вздохнул, настраивая фокус, и влил первую порцию энергии, направляя струю крови на руническую вязь по контуру рамы. Зеркало глухо звякнуло. Руны на секунду вспыхнули тусклым багровым светом и... погасли, отторгнув чужеродный призрачный поток. Первая попытка провалилась. ​— Черт, — процедил Гарри, чувствуя, как внутри закипает раздражение. ​Он сосредоточился сильнее, заставил свою черно-зеленую ауру пульсировать ровнее, пытаясь буквально вбить магию в древние символы, и плеснул вторую порцию крови. Зеркало задрожало, по стеклу пошла рябь, но руны внезапно вспыхнули ядовито-фиолетовым и с треском выплюнули его силу обратно. Гарри едва успел уклониться от ментальной отдачи. Вторая попытка — мимо. ​Поттер начал по-настоящему злиться, но тут же осадил себя, понимая, что в склянке осталась последняя треть крови. Это был его единственный шанс. Проводить ритуал некромантии второй раз на том же месте было смертельно рискованно: повторный призыв магии смерти гарантированно выдернул бы душу предка из чертогов Хель прямо в восстановленное тело. А возиться с ожившим родственником, прятать его от чужих глаз или, чего доброго, убивать его заново у Гарри не было ни малейшего желания. ​Гарри закрыл глаза, усмиряя гордыню. Он буквально взмолился внутреннему родовому источнику: «Пожалуйста... Прими меня. Я наследник. Это нужно для возвращения домой». ​На этот раз он действовал ювелирно. Вылив последнюю кровь, он мягко, но неодолимо окутал зеркало накопленной мощью кристаллов. На третий раз магия вошла в пазы, как влитая. ​Руны на раме бешено закружились, вспыхнув ослепительным, яростным белым сиянием. Этот свет был настолько колоссальным и резким, что мощная взрывная волна чистой магии буквально швырнула призрачного Гарри назад — он со свистом пролетел через поляну и жестко врезался в ствол векового дерева. ​Свет от зеркала, пробивший ночное небо Карпат, был такой силы, что его отчетливо видели с далеких обитаемых гор. Время шло к часу ночи (в Карпатах было на два часа больше, чем в Британии, где сейчас было около одиннадцати вечера), и те редкие люди и местные маги, кто еще не спал, в недоумении протирали глаза, глядя на внезапную призрачную зарницу над лесом. ​Через пару минут свет успокоился, втянувшись обратно в стекло. По гладкой поверхности зеркала поползла вязь светящихся букв: ​«Что вы, мой Хозяин, хотите от меня?» ​Гарри, потирая призрачную спину, подлетел к артефакту и взял его в руки. Кольцо на пальце пульсировало в унисон с зеркалом. — Я хочу найти Альбуса Дамблдора, — твердо приказал Гарри. — Покажи мне, где он сейчас и в каком состоянии. ​Поверхность зеркала подернулась дымкой, и вскоре Гарри увидел четкое отражение просторной, мрачноватой комнаты. К его величайшему удивлению, за длинным столом сидело множество людей. Там был сам Дамблдор — живой, серьезный, без намека на предсмертную немощь. Рядом сидели Сириус, Римус, безумный Аластор Грюм, семейство Уизли, включая старших братьев Рона, и... даже Северус Снейп! В Британии был одиннадцатый час вечера, и Орден Феникса, очевидно, собрался на экстренное заседание. Они бурно о чем-то спорили, но звука не было. ​— Я хочу слышать их, — приказал Гарри, коснувшись стекла. ​Зеркало мгновенно приняло приказ. До ушей Поттера донесся хриплый, параноидальный голос Грюма: — ...в Министерство проник кто-то чужой! Отдел тайн разгромлен, сферы пророчеств уничтожены, а призма сгущенной тьмы бесследно исчезла! Пожиратели смерти сами перепуганы насмерть, они на ушах стоят. Кто это мог быть, Альбус? Появилась третья сторона? ​За столом воцарился гул. Сириус мрачно качал головой,а Молли Уизли испуганно прижимала руки к груди. В этот момент вперед подался Снейп. Его лицо в свете волшебных ламп казалось бледной маской. — Перед тем как строить глупые догадки, послушайте меня, — ледяным тоном произнес Снейп. — Сегодня ко мне в Хогвартсе подошли мистер Уизли и мисс Грейнджер. Эти недоумки признались, что на Хэллоуин провели ритуал и... вызвали дух Гарри Поттера. ​— Что?! — Сириус вскочил с места, опрокинув стул. — Они вызвали дух Гарри?! Римус, ты слышал это?! Как они вообще посмели, как у них получилось?! — Успокойся, Сириус, — осадил его Дамблдор, хотя его глаза за стеклами очков блеснули крайним беспокойством. — Получилось, — криво усмехнулся Снейп. — Правда, после этого они едва не отправились на тот свет от истощения. Судя по всему, они без спроса взяли несколько опаснейших зелий из личных запасов Горация Слизнорта. Но дело в другом. По их словам, Поттер был в ярости. И он пообещал «помочь» Дамблдору. Я более чем уверен, что налет на Отдел тайн, кража сфер и призмы — это его рук дело. ​Один из магов Ордена на конце стола недоверчиво хмыкнул: — Позволь, Северус. Если это Поттер, то почему Пожиратели смерти уже ищут вора и требуют от тебя сварить поисковые зелья? Они явно не знают, кто это. Значит, Поттер действует сам по себе и он сто процентов не у Волан-де-Морта. Но зачем призраку сферы и темная призма? ​Дамблдор задумчиво соединил кончики пальцев, внимательно выслушав Снейпа. — Северус... ты сказал, что Гарри явился им как призрак? Абсолютно бесплотный дух? — Да, Альбус. — В таком случае... — старик тяжело вздохнул. — Мои опасения подтверждаются. В Отделе тайн хранились артефакты, способные влиять на материальный мир. Гарри украл их, чтобы... сотворить себе новое тело. Он пытается воскреснуть. ​Большинство членов Ордена согласно закивали, пораженные логикой директора. ​Слушая это через зеркало, Гарри на Карпатском холме не выдержал и тихо, цинично рассмеялся: — Ну, ты не совсем прав, старик... Точнее, абсолютно не прав. Тело я себе, может, когда-нибудь и верну, но точно не сейчас. В призрачном состоянии у меня куча преимуществ: я неуязвим, невидим, и моя новая беспалочная магия идеальна. Если я сейчас залезу в человеческое тело, оно просто не выдержит такой колоссальной призрачной мощи и взорвется изнутри. Да и потерять беспалочное колдовство я не хочу. Так что нет, Альбус, слизняшка ты этакая, тело мне пока не нужно. И уж точно я не подставлюсь под аваду Волан-де-Морта сразу после возрождения. ​Поттер постучал пальцем по раме: — Ладно, зеркало. Мне не нужно это изображение изнутри комнаты. Мне нужно знать, где находится само это здание. Покажи мне вид снаружи. Где они прячутся? ​Картинка в зеркале смазалась, взмыла вверх и показала угрюмые, зажатые между магловскими домами фасады. — Площадь Гриммо, 12... — узнал Гарри старый дом Сириуса. ​Тут он заметил, что всё здание на призрачном плане окутано мощным, переливающимся защитным куполом древней магии. — Что это за барьер вокруг дома? — спросил Гарри у зеркала. ​На стекле тут же проступили светящиеся буквы: ​«Это Чары Доверия (Фиделиус), усиленные древней родовой защитой Блэков. Но структура зеркала Певереллов способна обойти эту маглию. Вы сможете физически пройти сквозь это зеркало и выйти из любого зеркала внутри этого дома». ​Гарри хищно, мстительно улыбнулся. Это было именно то, что нужно. План в его голове окончательно кристаллизовался. ​«Идеально. Лучше всего отправиться туда прямо сейчас, ночью, — подумал Поттер. — Когда они закончат собрание и все уснут, я проникну через зеркало внутрь. Мне нужно забрать Бузинную палочку, которую Дамблдор наверняка носит с собой, и Воскрешающий камень. Я заберу оригиналы, сделаю их идеальные клоны с помощью своей черно-зеленой энергии и подменю их. Мои иллюзорные копии продержатся два дня — этого более чем достаточно, никто ничего не поймет». ​Гарри аккуратно опустил зеркало на траву. На этой карпатской поляне, защищенной мертвой тишиной и отдалением от мира, он решил сначала начертить и подготовить ритуальный круг для становления Повелителя Смерти. Как только он добудет палочку и камень из карманов спящего Дамблдора, он мгновенно вернется сюда через зеркальный коридор, замкнет пентаграмму, сожжет связь с Волан-де-Мортом и уйдет в свой мир, оставив Орден и Пожирателей разбираться своими проблемами. ​Пока в Лондоне на площади Гриммо тянулись долгие часы ночного заседания Ордена, Гарри на своей Карпатской поляне не терял времени даром. Оставив зеркало настроенным на отражение дома Блэков, он вернулся к начерченной пентаграмме. ​Магическая энергия, которую он потратил на ритуал некромантии и активацию зеркала, благодаря поглощению силы из кристаллов Певереллов, уже полностью восстановилась. Призрачная суть Гарри больше не ощущала той болезненной, тягучей слабости. Напротив, черно-зеленые потоки его ауры, теперь уже с заметными зловещими искрами пульсирующей красной энергии, стали еще плотнее. ​Поттер встал в центр ритуального круга. В один из лучей он снова поместил Мантию-невидимку, которая тускло мерцала, словно приветствуя скорое восноединение со своими «братьями» — Дарами. Гарри еще раз проверил расположение министерских сфер, зелий и призмы сгущенной тьмы. Все элементы высшей некромантии были выстроены идеально для того, чтобы принять силу Бузинной палочки и Воскрешающего камня и сделать его Повелителем Смерти. ​Что касается крестража в шраме, связь от которого становилась всё крепче, Гарри решил пока его не трогать. Спешка в таком деле могла всё испортить. «С крестражем я разберусь позже, — рассуждал Гарри, глядя на линии пентаграммы. — Когда я соберу все Дары и стану Повелителем Смерти, Хель точно явится ко мне. Такие ритуалы не проходят мимо Хозяйки теней. Она придет, и вот тогда я прямо спрошу у нее, как аккуратно избавиться от этой дряни Волдеморт, чтобы она не держала меня здесь как якорь». ​Раз уж встреча с богиней была неизбежна, Гарри решил использовать оставшееся время, чтобы отрепетировать свою речь. Он должен был звучать твердо, уверенно и без тени страха перед лицом самой Смерти. ​Поттер медленно зашагал по поляне, вслух произнося слова, оттачивая интонации, чтобы они разносились над мертвым, беззвучным лесом Карпат: ​— Госпожа Смерть... Ты знаешь лучше других, что правила созданы лишь для того, чтобы их нарушали те, у кого достаточно воли. Я не просто призрак, застрявший между мирами. Я — тот, кто отказался исчезнуть. Мои так называемые друзья выдернули мою душу из мира, где я был по-настоящему счастлив, разрувив всё, что я строил двенадцать лет. Я пришел сюда не просить твоего разрешения и не отбирать твою власть. По праву крови Певереллов я собрал Дары, чтобы заявить о своем законном праве — забрать то, что принадлежит мне, и вернуться обратно. Но прежде чем я уйду... осколок чужой души в моем шраме сковывает меня. Как Повелитель Смерти, я требую ответа: как мне уничтожить этот якорь Реддла, не разрушив себя? ​Голос Гарри звучал ледяным, неодолимым металлом. В нем не было трепета — только чистая ярость человека, у которого отняли покой, и холодный расчет мага, готового к торгу со сверхсуществом. Если Хель решит преградить ему путь, она выслушает эту речь и даст ему способ избавиться от крестража. ​Время близилось к двум часам ночи по местному времени. Гарри подошел к парящему зеркалу и заглянул в него. Картинка внутри дома Блэков изменилась: свет в гостиной наконец-то погас, члены Ордена трансгрессировали, а Альбус Дамблдор и остальные разошлись по комнатам. Дом на площади Гриммо погрузился в сон. ​«Пора», — хищно улыбнулся Гарри. ​Он поправил родовое ожерелье на шее, проверил готовность своей беспалочной магии и уверенно шагнул прямо внутрь серебристой глади зеркала Певереллов, отправляясь за палочкой и камнем.