Все меняется

КРУГОМ КРОВЬ. Одежда солдата покрыта ею, тело под броней пропитано потом. Из-за адреналина его руки оставались твардыми, даже когда внутри бушевали страх и ярость. Он проморгался от пыли, попытался высморкать ее из пересохших ноздрей. Проклятая пыль. Она проникла в каждый уголок его тела, въелась в кожу так глубоко, что он, казалось, никогда снова не будет чистым. Умирающий человек, над которым он склонился, издал какой-то хрипящий звук, ярко-красная пенистая кровь хлынула сквозь обмякшие губи, когда его израненные пулями легкие полностью наполнились кровью и утопили в ней последние остатки жизни. Солдат почувствовал, как горе от потери товарища разрывает его на части, но затем его внимание привлек болезненный крик и топот ног на тропе чуть выше по склону. Ног, которых там быть не должно. Какого хрена? Этот хребет разнесли вдребезги всего час назад; где же прятались все эти ублюдки? Он поднялся, чтобы подстрелить их задницы, но они открыли огонь первыми, впечатав его лицом в грязь и камни. Выше по тропе, мужчину оторвали от земли, не обращая внимания на его раны. Пара испуганных чёрных глаз встретилась со взглядом солдата, тюрбан мужчины съехал, когда цепкие руки дернули его и потащили вперёд. Пока солдат беспомощно наблюдал за происходящим, отчаянные глаза пленника снова встретились с его взглядом, но на этот раз они были ярко-голубыми, пронзительно-голубыми, а волосы, жестоко сжатые в кулаке врага, стали пышными и шелковисто-чёрными. — НЕТ! — взревел солдат, вставая, чтобы бежать к группе мужчин, спасти своего друга, но труп, над которым он стоял на коленях, внезапно зашевелился, когтистые руки схватили его за ноги и удержали. Он изо всех сил боролся, пытаясь освободиться. Если бы только он мог добраться до них, прежде чем они исчезнут за поворотом, прежде чем мачете выскользнут и распилят плоть, кости, артерии и сухожилия. Прежде чем любимая голова укатится в пыль. Солдат закричал от ужаса и боли, когда крики о помощи над ним оборвались, варварские мачете сделали свое дело. Он не смог помочь, он рванулся слишком поздно… всегда слишком поздно.