Вне предела

Найти доктора Торна было легко. Как бы эти существа ни пытались спрятаться с помощью своей магии, они часто забывали, что у смертных есть другие способы их обнаружить. И хотя туман мог помочь обмануть человеческий глаз, он не мог обмануть всех. Записи, камеры, базы данных компаний… Мифология просто не могла угнаться за человечеством. Если кто-то хотел найти монстров, скрывающихся в тени и охотящихся за «подозрительными детьми», то задача была проста – нужно было лишь знать, что искать. Возможно, монстры не чувствовали необходимости защищаться от смертных. Может быть, подобно так называемым богам, они считали, что им не нужна защита от смертных. Но это была их самая большая ошибка. Ошибка, которую Благородный Шесть и тётушка Дот были более чем готовы разоблачить. Первоначальный поиск не занял много времени. В ту эпоху ничто не могло остановить или даже обнаружить тётушку Дот. Вся паутина принадлежала ей. Теперь она была её единственной правительницей. Она видела поток информации. Она видела всю информацию — как открытую, так и зашифрованную, как в стандартной, так и в глубокой сети. Ничто не могло от нее скрыться — теперь она была единственной правительницей сети. Правительницей особого порядка. Доктор Торн — преподавательница в Вестовер-холле в Бар-Харборе, штат Мэн. На поиск этой информации ей потребовалось меньше времени, чем даже современный компьютер мог бы засечь в меру времени. Но это было ожидаемо — в ту эпоху она была выше всего. Если бы она захотела, она могла бы стать единственной правительницей всего мира. Но не сейчас. Ее спартанцу нужна была информация. « Похоже, Дедалу удалось идеально следовать чертежу. У меня нет никаких проблем с доступом ко всему», — сообщила тетя Дот своему спартанцу через нейроканал. «Мне удалось обнаружить Мантикору. Прямо сейчас я передаю координаты на ваш HUD». Благородный Шесть кивнул ей в знак приветствия. Теперь он знал, где находится его цель. Пришло время проверить, как она действует под прикрытием. И если ситуация позволит – он её устранит. « Я также предположил, что существует высокая вероятность еще одной встречи с охотничьей группой Артемиды. Мантикора, похоже, является очень ценной целью. Мы можем встретить и других полубогов. Как вы будете действовать в этой ситуации?» Благородный Шесть уже знал, как это сделать. Он всегда знал. Весь его опыт — будь то в качестве спартанца III класса, одинокого охотника за головами или мрачного жнеца ОНИ — подсказывал ему, что не стоит просто так выставлять себя напоказ. Но если того потребует ситуация, он вступит в открытый конфликт. Это был еще один шанс увидеть своих врагов в действии. Возможность собрать информацию о том, как устроен мифологический мир. Чудовища, охотницы Артемиды и, возможно, даже полубоги из одного из лагерей. Настало его время понаблюдать за ними. « Может, нам стоит поблагодарить Дедала за его работу? В конце концов, он, скорее всего, всё ещё боится нас и ждёт приговора?» — голос тётушки Дот снова раздался в голове Шесть. Если бы Шесть был обычным человеком, он бы понял, что его теперь уже личный ИИ говорит полушутя. «Пока нет. Наш приоритет — Мантикора. Мы сообщим о результатах его работы, как только вернёмся». Как всегда, в голосе Шестого не было ни намёка на эмоции. Тётя Дот могла лишь пожать плечами в ответ — она знала, что ей ещё предстоит много работы со своим спартанцем. Но на данный момент ей нужно было от этого отказаться. Их миссия превыше всего. Когда Нобл Шесть появился из выхода из лабиринта, он уже приступил к подготовке. Сначала он обратил внимание на погоду — сильная метель, темные тучи почти не пропускали солнечный свет к земле. Окрестности уже были покрыты толстым слоем снега, и этот слой продолжал расти. Для Шесть это означало лишь то, что любые возможные следы его самого или кого-либо еще будут очень быстро замечены. Тяжелые темные тучи затемняли местность, затрудняя обзор без источника света. Добавьте к этому сильную метель, и получится место, где любому подразделению было бы трудно действовать. Любому, кроме нашего «Спартанца». Следующим, на что обратил внимание Нобл Сикс, был сам Вестовер-холл. Школа, где скрывалась его цель, больше походила на средневековую крепость, чем на учебное заведение. « Похоже, нам придётся сражаться скорее со злым рыцарем, чем с чудовищем». Тем временем тётя Дот не могла сдержать смех, наблюдая за миром глазами Шести. По её мнению, для Торна прятаться в таком месте было настолько стереотипно, что это просто смешно. По мере приближения к школе Шесть решил, что крыша станет идеальным местом для укрытия. И вот, взбираясь на крепостную стену, он вспомнил свои дни охотника за головами. Ситуация была почти идентична нынешней. Один, в месте, куда никто из UNSC или ONI не мог добраться и помочь ему, прячась и убивая свои цели из тени… Сходство этих двух ситуаций было почти пугающим. Пребывание на Земле прошлого было сродни сочетанию трех задач, к которым должен был готовиться каждый спартанский охотник за головами. Поскольку теоретически этот мир был населен людьми, ему казалось, что он снова сражается с повстанцами, уничтожая их самого могущественного и влиятельного лидера и их военные группировки. В битве с монстрами и другими мифологическими существами это было почти как сражение с Ковенантом. В меньшинстве, с несколькими целями в голове, глубоко на неизведанной территории, в то время как все вокруг пытались тебя убить. А что касается лабиринта… Это было почти как открытие другого места, созданного расой, существовавшей задолго до того, как Ковенант вообще появился. Да, прибытие на Землю из прошлого, безусловно, было самым странным и сложным испытанием, с которым пришлось столкнуться Ноблу Шести и его личному искусственному интеллекту, тёте Дот. Но они победят. Они найдут путь домой. Они снова вступят в борьбу. Это был долг каждого спартанца. Добравшись наконец до крыши, он лег и осмотрел окрестности. Вокруг царила тишина. Все и вся, кроме одного места – спортзала. Оттуда доносились громкие звуки и музыка. Тогда спартанец вытащил снайперскую винтовку и осмотрел спортзал через прицел. Школьный спортзал был полон подростков, которые творили полный хаос – по крайней мере, с точки зрения Шестой. Все они бегали туда-сюда, не ведя никакой логики. Мальчики дрались друг с другом воздушными шариками, девочки были в странных платьях и красили лица мальчиков помадой. И всё это под громкую музыку. Шесть не мог точно понять, что происходит. Ему было трудно понять, что делают подростки. Они дерутся? Это какое-то соревнование? Звук был необходим? Понимая его замешательство, тётя Дот решила вмешаться. « Они просто развлекаются, Шесть. Ничего серьезного. Так проводят время большинство подростков». Шесть всё ещё испытывал трудности с пониманием подобного явления, и Дот это чувствовала. В конце концов, большую часть времени она находилась у него в голове. Она быстро поняла, что Шесть просто не понимает ничего, связанного с нормальным взрослением. Но она не могла его винить. С самых ранних лет его воспитывали как оружие. Оружие, а не как человек. Всякий раз, когда она видела его таким — растерянным, непонимающим — она не могла не чувствовать грусть в своем вновь обретенном сердце. Она знала, что большинство спартанцев — если не все — практически невозможно вернуть в общество. Некоторые были уже слишком сломлены, чтобы даже пытаться. Казалось, что единственной их судьбой была лишь участь стать военной техникой. И всё же тётя Дот верила, что однажды её спартанец сможет сложить оружие и обрести покой. Где-нибудь, где никакая война не сможет его увидеть. Где-нибудь, где он сможет вновь обрести свою человеческую душу. Это была её заветная мечта о нём. И поэтому они оба продолжали наблюдать за тем, что казалось типичной вечеринкой для обычных подростков. Тем, кого не принуждали становиться оружием, было позволено вести нормальное детство. Внезапно тётя Дот заметила приближающийся к школе автомобиль. Это была одна из тех больших моделей, способных вместить целую семью. И, конечно же, она сообщила своему спартанцу о новом госте. В ответ Сикс переместил винтовку и прицелился в машину. Он наблюдал, как автомобиль медленно приближается к входу в школу, а затем останавливается. Из машины вышли трое подростков, а водитель решил остаться внутри. "Точка, разведка." Как всегда, голос Шести был бесстрастен. Он даже не вздрогнул, когда начал целиться в кого-то, кто даже не был взрослым. « Верно. Первая цель — юный мальчик с темными волосами. Персей Джексон. Для такого юного возраста у него уже впечатляющая биография. Два года назад он был объектом межштатного расследования. Его обвиняли в многочисленных террористических актах, но позже оправдали. Могу с уверенностью сказать, что кто-то манипулировал его досье, особенно той частью, которая касается терроризма. В остальном, похоже, у него есть судимость. Простой случай проблемного мальчика с тяжелой формой дислексии и СДВГ. Его уже выгоняли из нескольких школ. Есть также записи о том, что он подвергался насилию со стороны отчима… Хм, похоже, это яркий пример того, как Ликаон описывал полубогов». Шесть лишь слегка кивнул. Казалось, мальчику ужасно не везло в жизни. Но интуиция спартанца подсказывала Шести, что этот Перси — важная персона. И Шесть — как и любой спартанец — научился доверять своей интуиции. Возможно, ему стоит присмотреться к этому мальчику повнимательнее… Позже. « Еще одна цель — молодая девушка с длинными кудрявыми светлыми волосами. Аннабет Чейз, дочь профессора истории Фредерика Чейза. В семь лет она сбежала из дома. О ее исчезновении сообщил отец. Через пять лет она снова появилась, фигурируя в деле о межгосударственном терроризме вместе с Перси Джексоном. После того, как ее данные были очищены от судимости, она вернулась домой. После этого у нее не было официальных судимостей. Ей также диагностировали дислексию и СДВГ. Несмотря на это, она, похоже, обладает высоким уровнем интеллекта. Остается выяснить, находится ли он на уровне спартанца». Ещё один кивок. Похоже, большинство полубогов были зачинщиками неприятностей. И это лишь подтверждало информацию, полученную от Ликаона. Но если всё это правда, то почему никто не проявлял интереса к таким людям? Что мешало всем просто связать все факты воедино? « Еще одна цель еще интереснее. Талия Грейс. Дочь Берил Грейс, которая умерла несколько лет назад. У нее также есть брат на другом конце страны, но она пока с ним не связывалась. Она сбежала от своей матери-алкоголички в двенадцать лет. Интересно, что, согласно ее свидетельству о рождении, ей должно быть двадцать лет. Вспыльчивая, легко раздражается, в основном из-за многолетней жизни в патологической среде». Дело Талии застало Шесть врасплох. Казалось, что эта девушка-подросток — единственное доказательство того, что кто-то вмешивается во время. Существовала вероятность, что либо эта юная девушка вошла в лабиринт так же, как и он, либо, возможно, существовало нечто — или кто-то — способный манипулировать временем. Для Шесть это означало возможный след, указывающий путь домой. « И последняя героиня, та, что в машине. Салли Джексон. Мать Персея Джексона, недавно разведенная с Гейбом Углиано, который, кстати, пропал без вести в 2005 году. Что еще интереснее, она заработала целое состояние, продав скульптуру, которая выглядела точь-в-точь как ее пропавший бывший муж. Теперь она пытается учиться в местном университете». Что-то было не так с этой женщиной – по крайней мере, по мнению Сикса. Она сколотила целое состояние, продав скульптуру своего мужа, который как раз исчез. Это не могло быть простым совпадением. Особенно если кто-то склонен рассматривать мифы. Существовала вероятность, что Салли Джексон каким-то образом раздобыла предмет, способный превращать людей в камни. Теперь Шесть понимал – за всеми этими людьми нужно было наблюдать всеми возможными способами. Жизнь этих людей была слишком странной. И Шесть уже знал, что эти люди каким-то образом связаны с тайным миром за туманом. Когда его новый объект переместился в школу – все, кроме Салли Джексон, – встретились еще с тремя людьми. Двое из них, похоже, были взрослыми. Один, скорее всего, был учителем, второй изо всех сил пытался притвориться учителем, а третий выглядел как нечто среднее между подростком и взрослым. Только одна цель — крупная женщина — казалась полностью человеком. С первого взгляда Шесть поняла, что и странная девушка-подросток, и учителя-мужчины изо всех сил стараются сохранить человекоподобный облик. У подростка были странные, похожие на козьи ноги. У учителя-мужчины была гетерохромия, и казалось, что одежда его душит. Всё это, а также огромный шипастый хвост и частично покрытое шерстью тело, были для Шести более чем достаточным признаком того, что то, что он увидел в прицел, не было человеком. « Эта женщина средних лет — Агата Готтшальк. Она преподает в этой школе с 1994 года. Ее послужной список весьма интересен и говорит о том, что она должна быть кем угодно, только не учителем. Но для нас она совершенно неактуальна». Учительница производила впечатление человека, наслаждающегося своим положением и властью. Было очевидно, что она с готовностью злоупотребляла своим положением. Но она и близко не дотягивала до уровня сотрудников ONI. « Гровер Андервуд. Судя по его внешности, очевидно, что он не человек, а сатир. А из информации, полученной из Ликаона, мы знаем, что сатиры созревают вдвое медленнее, чем люди… Это объясняет, почему он так много лет учился в школе…» Шесть невольно причислял Гровера к числу всех остальных монстров. Он не был человеком. Как и другие монстры, для Шести он мог быть инопланетянином. И Шесть без проблем мог бы выстрелить этому сатиру в голову. Хотя, с другой стороны, у него никогда не было проблем с тем, чтобы выстрелить кому-либо в голову. « Наша последняя цель… У меня есть подтверждение. Эта определенно странно выглядящая учительница с гетерохромией — наша цель. Мистер Торн. Совсем недавно назначенный учитель». И вот, получив подтверждение от своего ИИ, Шесть сосредоточился на Торне, выжидая любой возможности, чтобы сбить его. К сожалению, как бы Шесть ни хотел, он не мог просто уничтожить Торна. Слишком много свидетелей. И, если только Благородный Шесть не был готов убить и их, ему оставалось только ждать и наблюдать за ситуацией. Он был крайне недоволен действиями Гровера Андервуда и Талии Грейс. Они раскрыли всю операцию своей команды в первые же минуты. Сначала сатир выкрикивал их имена в присутствии потенциального врага, затем Талия попыталась что-то сделать с учителями. Что бы Талия ни делала, похоже, это действовало только на учительницу. Сначала она выглядела так, будто находится под воздействием каких-то наркотиков, но потом вернулась в прежнее состояние. Торн же, наоборот, очень старался выглядеть под воздействием наркотиков. «Старался» — вот ключевое слово. Но Шесть уже всё знал. Эти детишки просто сорвали всю их операцию. И что еще хуже, похоже, эти дети даже не знали об этом. К счастью для них, одинокий спартанец наблюдал за всем сверху. Все цели переместились в спортзал, где попытались вписаться в танцующую массу. Еще одно ключевое слово — попытались. Было мучительно очевидно, что они к этому не привыкли. И по их явному движению и быстрым взглядам в определенном направлении Шесть теперь мог понять, какова их цель здесь. «Точка. Две новые цели. Темноволосые братья и сестры, двенадцатилетняя девочка и десятилетний мальчик». « Бьянка и Нико ди Анджело. Они недавно переехали сюда… Сироты, но… В их свидетельстве о рождении… указано, что они родились во время Второй мировой войны…» У Шесть были и другие приоритетные цели. Цели, которые, возможно, могли бы помочь ему вернуться в своё время и снова вступить в войну. Он знал, что не может потерять этих детей. Они были — или, скорее, их потенциальные знания — слишком ценны, чтобы Шесть просто отпустил их. И поэтому он наблюдал. « Шесть, я получаю новый сигнал. Он военный, но, похоже, его отправили не официальные военные. Скорее всего, в этом районе находятся наемники». Это подогрело интерес Шесть. Монстры, боги, полубоги, а теперь еще и наемники… Он был уверен, что происходит нечто большее. И теперь он был как никогда полон решимости выяснить, что это такое. Затем ситуация изменилась. Его главная цель — Мантикора, скрывающаяся под псевдонимом «Шип», — ворвалась в спортзал и силой забрала с собой Бьянку и Нико. Удивительно, но никто, кроме юных полубогов и сатиров, этого не заметил. « Похоже, Ликаон был прав и насчет тумана…» — голос тети Дот, с академическим оттенком, снова появился в голове Шесть. — «Но даже если туман творит чудеса, он мог бы хотя бы притвориться перед этими сиротами, что он действительно учитель…» Шесть мог только согласиться с Дот. У этих монстров не было настоящего военного опыта. Как и у полубогов. Они просто слепо бросились друг на друга, даже не задумываясь о возможных последствиях. Но это лишь дало Шести дополнительное преимущество. Он мог быть на несколько сотен шагов впереди этих детей и монстров. И вот, заметил он. Эти полубоги были худшими дилетантами в истории секретных операций. Любой мог заметить их за много миль. Любой мог за секунду определить цель их миссии. Даже самые отъявленные повстанцы были лучше подготовлены, чем эти мальчишки. Но, с другой стороны, разве можно винить детей в том, что они не стали профессиональными солдатами? « Телефонный сигнал перехвачен. Воспроизводится сейчас». «Посылка готова к отправке». «Отправьте их мне». « Я отследил местонахождение второго человека. Нашей целью был разговор с человеком, скрывающимся в Панамском канале». Наёмники, Панамский канал, монстры… Нобл Сикс постепенно собирал воедино все кусочки общей картины. Казалось, это уже не просто стычка между монстрами и полубогами… Кто-то готовился к более масштабному конфликту. Внимание Благородного Сикса снова переключилось на то, что происходило внизу. Он заметил, что один из полубогов — тот, кого звали Перси Джексон — был захвачен Торном. Его вместе с братьями и сестрами перевозили в большой военный вертолет. Когда их перемещали, он подслушал их разговор. Брат и сестра были в замешательстве и не могли понять, что происходит. Персея ранее ранили ножом, и теперь он хромал. По словам Торна, его отравили чем-то несмертельным. А затем чудовище в обличье также упомянуло что-то о генерале. Всего лишь из нескольких коротких предложений Noble Six собрал невероятное количество информации. Во-первых, генерал. У Благородного Шесть теперь появилась очень ценная цель. Если её устранить, это, скорее всего, разрушит всю организацию и военные действия этих монстров. Во-вторых, он знал, что кто-то помогает чудовищам. Кто-то подкупает наемников и, скорее всего, пытается контролировать всё из тени. Но у спартанца уже был след. Всё, что ему оставалось сделать, это проверить, какие корабли находились рядом с Панамским каналом во время звонка. В-третьих, теперь Шестой знал, что даже если полубоги немного отличаются от остального человеческого населения, их все равно можно, по крайней мере, отравить. Это была ценная информация на случай возможной битвы с любым полубогом. Вскоре к ним присоединились остальные полубоги (и один сатир). Похоже, скрывающемуся чудовищу ничего не оставалось, как сражаться против детей. Он был крайне недоволен схваткой с обеих сторон. Само чудовище — для существа, которое, по идее, должно было обладать хотя бы каким-то интеллектом — сражалось очень инстинктивно. Почти как безмозглое животное. Полубоги, с другой стороны, вели себя ещё хуже. Они без всякого плана бросались прямо на монстра, скорее всего, полагая, что способностей их полубогов более чем достаточно, чтобы одолеть врагов. По мнению Шесть, это была самая ужасная битва, которую он когда-либо видел. Шесть не могли понять многое в их действиях. Почему они использовали такое устаревшее оружие? Зачем кому-то нужен меч или копье, когда можно использовать огнестрельное оружие? Зачем бросаться прямо на врага, когда можно использовать все преимущества окружающей обстановки и убить монстра за несколько движений? Конечно, Шесть знал, что монстров нельзя убить смертоносным оружием — по крайней мере, так считал Ликаон. Но Благородный Шесть много раз доказывал несостоятельность этой теории. Всё это время он использовал оружие, созданное только людьми. Он мог убивать монстров без каких-либо проблем. Возможно, это была какая-то пропаганда? И если да, то кому она служила? Чудовищам? Или богам? Хотя Шесть понимал, почему монстры пытаются убедить людей в невозможности убить их смертоносным оружием, он не мог найти ни одной логической причины, по которой боги и все, кто с ними связан, распространяли бы подобную дезинформацию. Тем временем тётя Дот тоже всё анализировала про себя. Она не могла понять всю глупость этой ситуации. Она не понимала, как можно было научить этих детей просто бросаться на монстра. За считанные секунды она нашла как минимум несколько сотен разных, в десятки раз более эффективных способов уничтожить этого врага. Согласно всей полученной из Ликаона информации, большинство полубогов обучались в своих лагерях. Но то, что она увидела, было худшим проявлением непрофессионализма, когда-либо зафиксированным. Все эти ребята внизу не умели правильно пользоваться оружием. Они не координировали свои движения. Они не сотрудничали. Они были хуже, чем новобранцы-кадеты. И это только против одного монстра. Что они будут делать, когда на них набросится целая орда? Или даже целая армия? Они просто не были готовы. Дот понимала, что была с ними немного слишком сурова. В конце концов, это были всего лишь дети, вынужденные сражаться с ужасающими монстрами. Но тот, кто их сюда отправил, должен был это понимать. Почему бы ему или ей не подготовить их, не обучить как воинские подразделения? Шансы на их выживание тогда бы резко возросли. Пока Шесть и Дот наблюдали за боем и анализировали его, внезапный звук рога возвестил о прибытии еще одной группы. И Спартанец, и его ИИ уже знали, кто приближается. « Очередная встреча с Артемидой и её фан-клубом. Ты собираешься поздороваться или…?» Дот не удержалась и решила пошутить над богиней-охотницей и её последователями. Судя по её тону, было очевидно, что она совсем не фанатка Артемиды. Особенно после того, что они пытались сделать с её спартанцем. «Посмотрим, как они будут сражаться без нашего присутствия». B312 быстро заметил приближающихся охотников. Они быстро двигались по лесу, почти не оставляя следов своего присутствия. Если бы не рог, они, скорее всего, были бы невидимы большую часть времени. Монстр быстро отреагировал, выпустив в сторону цели десятки шипов. В ответ охотники выпустили десятки стрел, которые вскоре перехватили летящие снаряды. И Шесть, и тётушка Дот были вынуждены признать, что это было очень впечатляюще. Только спартанцы и несколько очень талантливых бойцов ODST могли перехватывать снаряды собственными пулями. Вскоре Мантикора была ранена, и несколько девушек вышли из леса и окружили чудовище. Торн что-то крикнул о древних законах, но охотники быстро его проигнорировали. Шесть тоже отвергли бы зверя. На войне нет правил и предписаний. Любой, кто думает иначе, — наивный идиот. Шесть сразу узнала лидера группы, стоявшую перед чудовищем. Артемида, богиня охоты и человек, представлявший интерес для следствия. Она выглядела точно так же, как и во время своей предыдущей встречи со спартанцем, с одним существенным отличием – теперь она выглядела как двенадцатилетняя девочка. « Похоже, они действительно умеют менять свою внешность. Интересно, что еще мы сможем увидеть в их исполнении…» Прежде чем Шесть успела ответить, одна из полубогинь, светловолосая девушка, вскочила на спину чудовища и вонзила нож ему в гриву. Очередное глупое решение, по крайней мере, по мнению Шести. У всех них было огромное превосходство в огневой мощи. Они могли использовать её, чтобы победить Мантикору за считанные секунды. Теперь же из-за этой светловолосой полубогини ситуация из критической превратилась в ситуацию с заложниками. Просто так нельзя отказываться от выгодной позиции. Затем Охотники допустили еще одну тактическую ошибку. Они решили использовать свою огневую мощь и подавить Мантикору. Благородный Шесть уже мог предсказать, чем закончится эта ситуация. Загнанный в угол, Мантикора убежит и заберет заложника с собой. А затем он или его начальство, скорее всего, используют заложника в качестве разменной монеты. И всё произошло именно так, как предсказал Шесть. Один из охотников отдал приказ открыть огонь. Мантикора, несмотря на тяжёлое ранение, схватила девушку и убежала. И Шесть решил воспользоваться этим шансом. Он использовал свою снайперскую винтовку, чтобы отметить блондинку с помощью устройства определения местоположения. Теперь местоположение юного полубога было отмечено в пределах его хаба. Конечно, Благородный Шесть мог бы спасти девушку, но такой поступок не имел бы никакой стратегической ценности. К тому же, он бы подверг себя опасности со стороны охотников. Вместо этого Шесть решил использовать молодую полубогиню в качестве приманки. Синхронизировав сигнал маяка с ней, он мог узнать, куда её везут. А вместе с этим — получить ещё более ценную информацию, например, кто за всем этим стоит, кто сотрудничает с монстрами и кто этот таинственный человек на Панамском канале… Всё это было лишь небольшим следом, но для Шесть это был не первый раз. Он уже знал, что делать. Наблюдая за всей ситуацией, он ждал подходящего момента, чтобы отметить еще несколько целей. В конце концов, все они были ценными источниками информации для Шестой… Хотя, у них самих об этом ничего не было. Он наблюдал, как охотники быстро разбили лагерь. Он заметил напряжение между обычными полубогами и охотниками. Знание того, что охотники не пользуются особой популярностью среди других полубогов и монстров, однажды может оказаться решающим. Вскоре одна из полубогинь – Талия Грейс – отошла достаточно далеко от группы, чтобы ее отметили незаметно для окружающих. И тогда Благородный Шесть отметил еще одного человека. А затем перевел взгляд на другого. В этот момент Персей Джексон, Грувер Андервуд и Нико ди Анджело сидели вместе, обнявшись, пока младший из них объяснял им правила странной карточной игры. Вскоре появилась еще одна цель — одна из охотниц — и забрала Персея с собой, заявив, что ее «Богиня» хочет с ним поговорить. Тётя Дот презрительно смеялась над идеей, что кто-то может называть себя богом. Это был один из самых нелепых титулов, которые только можно было себе представить. Любой, кто, по её мнению, ходит и разгуливает с таким именем, был не более чем умственно отсталым и должен был находиться в психиатрической больнице. Шестой же, напротив, ничего об этом не говорил и не думал. За свою жизнь он уже встречал многих повстанцев, утверждавших, что они не просто «люди». Это могло быть связано с принятыми ими химическими веществами, модификациями их тел или странными и примитивными ритуалами, которые они совершали. Неудивительно, что у всех них кровотечение было таким же, как и у любого другого человека. И тётя Дот надеялась, что с Артемидой будет то же самое. Пока Персей и высокопоставленная охотница двигались к самому большому шатру в лагере, благородный Шесть решил не терять времени и отметил двух входящих. Еще один полубог и первая охотница были отмечены. Затем Шесть быстро направил винтовку на младшего мальчика и одного сатира и отметил их тоже. Информации о враге никогда не бывает слишком много. Затем он таким же образом отметил нескольких охотниц. Когда в его личном кабинете появился список всех отмеченных людей, он решил подождать еще несколько минут. У него снова возникло предчувствие. Инстинкт подсказывал ему остаться еще на несколько минут и понаблюдать. Вскоре он заметил, как охотники быстро расчищают лагерь. Шесть не мог понять, зачем они вообще разбили здесь лагерь, если собирались уйти, не прошло и часа. Это было совершенно нелогично и глупо с точки зрения стратегии. Если бы Шесть — или кто-либо другой — захотел, он бы уничтожил по меньшей мере половину всех охотников, пока они еще были бы заняты сбором вещей. Нобл Сикс просто не мог не задаваться вопросом, как эти девушки до сих пор живы. Пока большинство людей были заняты проверкой и упаковкой своих вещей, двое решили отойти в сторону и поговорить. Этими двумя оказались новоиспеченные брат и сестра – Бьянка и Нико ди Анджело. "Нико… Нам нужно поговорить…" - начала Бьянка, и в ее голосе звучала неуверенность. Казалось, она чего-то боялась. С другой стороны, Нико вел себя так, будто с ним только что произошло что-то невероятно крутое и удивительное. Он почти не обращал внимания на то, что греческие мифы полны чудовищ – как в человеческом, так и в кошмарном обличье. «Я так рада! Перси и Грувер рассказывали мне истории о лагере! Это будет потрясающе! Хотя нам придётся спать в одной хижине с кучей людей, но, думаю, это не так уж и плохо! Ах да, там есть пегасы, и они тренируются с мечами и…» «Нико, я не пойду с тобой туда… Я… я присоединился к охотникам…» Вся радостная атмосфера Нико на мгновение исчезла, сменившись сначала замешательством, а затем грустью. «Но… Зачем? Зачем ты это сделал?» «Это… это к лучшему. Мне нужно найти свой собственный путь в жизни, так же как и тебе. Я не могу оставаться с тобой вечно. Извини, но так должно быть». Глаза юного полубога, широко раскрытые от слез, выражали все эмоции, которые только что испытывал юный Нико: растерянность, печаль, предательство. Но как можно было не чувствовать этого в его ситуации? Любой другой человек отреагировал бы аналогично, зная, что единственный человек в мире бросил тебя ради кучки незнакомцев. Пока Нико был на грани отчаяния, его сестра медленно отвернулась и направилась к остальным охотникам. Единственными свидетелями этой молчаливой трагедии были Нобл Сикс и тетя Дот, наблюдавшие за всем из безопасного места. B312 не знал, что и думать об этой ситуации. И всё же он чувствовал, как в его сердце зарождается гнев. Он всё ещё помнил, как родители пытались защитить его, делали всё возможное, чтобы вывезти его с атакованной планеты. Он всё ещё помнил их смерть. В конце концов, он видел, как они умирали. Они были счастливы, что их сын смог сбежать из ада. Они пожертвовали собой ради него. Ради того, что он может жить. И поэтому он не мог понять, почему Бьянка бросила собственного брата, чтобы присоединиться к группе, о которой она ничего не знает. Это было нелогично для любого человека. Тетя Дот, напротив, была в ярости на девочку. Она не могла понять, как можно совершить такое ужасное поступок по отношению к кому-либо. Как можно было так запросто бросить собственного младшего брата? Десятилетнего мальчика, который едва понимал, что происходит вокруг? Как можно быть таким бессердечным? Искусственный интеллект чувствовал нарастающий гнев в её спартанце. В конце концов, она была у него в голове. И она прекрасно понимала его гнев. То, что сделала эта маленькая девочка, было полной противоположностью тому, чему учили спартанцев. Жертвенности, несгибаемости… всему. Спартанцы III поколения создавались с пониманием того, что их родители отдали свои жизни, чтобы спасти их. Поэтому видеть, как один член семьи так легкомысленно бросает другого… Ни она, ни её спартанец не могли этого по-настоящему понять. Дот, казалось, чувствовала растерянность спартанца. Она не могла понять, откуда взялась эта злость. Она не понимала, почему он так зол и расстроен из-за увиденного. Но тётя Дот знала. Она знала лучше него. Печаль, гнев, одиночество… Все это было внутри каждого спартанца III поколения. Все они знали, каково это – остаться одному. Как внезапно потерять все, что важно для ребенка. И тетя Дот видела трагическое начало Шестой каждый раз, когда пыталась проникнуть в определенную часть его сознания. Счастливое детство. Нападение Ковенанта. Зверства их солдат. Крики боли и отчаяния. Последнее прощание. И затем лишь одиночество. И каждый раз, когда она это видела, она не могла сдержать глубокую печаль. Она была уверена, что если бы она не была просто искусственным интеллектом, то, скорее всего, плакала бы из-за судьбы своего спартанца. Ситуацию усугубляло то, что она знала: он почти ничего не помнил о последних днях. Он едва помнил своих родителей – единственное, что приходило ему на ум, это их трагическая смерть. Он больше не помнил их лиц. Он больше не помнил ничего конкретного из своего детства. В его душе были только боль и печаль. Поэтому она не удивилась тому, какие чувства он начал испытывать к этой девушке. " Шесть…" Она попыталась поговорить с ним об этом, но он тут же прервал её одной мыслью. Спартанцы не были слишком эмоциональными и не отвлекались во время миссии. Тётя Дот знала, что этот разговор придётся отложить. И вот, они снова полностью сосредоточились на группе подростков, ожидая чего-то возле обрыва. Когда закат лениво начал появляться на горизонте, на экране HUD Шесть появился новый объект. На данный момент он был помечен как в основном неопознанный. Из информации на экране Шесть мог лишь сказать, что он размером с гражданский автомобиль и движется быстро. Слишком быстро для любого транспортного средства XXI века. Не говоря уже о том, что оно не двигалось по земле. Оно летело. И оно было таким же мрачным, как солнце. Вскоре странный летающий автомобиль приземлился, оставив после себя поле растаявшего снега. Из машины вышел молодой человек со светлыми волосами и загорелой гвоздикой, одетый в джинсы, лоферы и майку без рукавов. Судя по игривой улыбке, было очевидно, что у нового гостя был слишком уж игривый характер. И всё же Шесть понимал, что за этой улыбкой новая цель что-то скрывает. Словно он пытался убедить всех вокруг в своём счастье. Некоторое время новый подозреваемый и остальные участники группы обсуждали в основном какие-то странные, бессмысленные вещи, за одним заметным исключением – местонахождение лагеря полукровок. Артемида спросила подозреваемого, может ли он подвезти группу. Это была информация, которая была нужна и Благородному Шести, и тётушке Дот. Хотя Ликаон мог назвать приблизительный адрес лагеря, только теперь B312 мог полностью подтвердить свои заявления и получить более точные данные. Теперь ему оставалось лишь следовать по следам, оставленным ничего не подозревающими полубогами. Кроме того, он только что узнал имя нового подозреваемого – Аполло. Прежде чем Нобл Сикс смог вернуться в лабиринт, он увидел нечто, что даже по его меркам считалось невозможным. Летающий автомобиль, доставивший новоприбывшего, внезапно трансформировался в автобусоподобное транспортное средство. «Дот. Ты это записал?» Голос Сикса теперь был полон подозрения. Он хотел знать, как кто-либо мог так трансформировать свой транспорт. Сначала он понятия не имел, что на самом деле произошло. Но тут он вспомнил, как ученые ONI экспериментировали с передовыми устройствами маскировки. « Да. Возможно, вы об этом и подумали. Но с другой стороны, зачем кому-то использовать маскировку таким образом? Эта вспышка всё испортила. Если только это не предел их нынешних технологий…» Похоже, тётушка Дот получила ещё одну проблему. Впрочем, её это нисколько не смущает. По всей видимости, большинство полубогов уже привыкли к тому, что некоторые транспортные средства волшебным образом трансформируются. Вскоре большая часть группы вошла в переоборудованный автобус. Затем новый подозреваемый возглавил группу, а богиня-охотница ушла куда-то в другое место. Шестой Благородный уже собирался переместиться на другую позицию, когда заметил, что новый человек смотрит в его сторону. Большинство неопытных людей вздрогнули бы и запаниковали. Но Шестой Благородный просто стоял неподвижно, пытаясь понять, действительно ли этот человек его видит, или это просто слепая удача, заставившая его посмотреть в его сторону. Видел ли его этот новый человек по имени «Аполлон» или нет, для Благородного Шесть это не имело значения. Он уже получил то, чего хотел. И вот, он наблюдал, как Аполлон просто сел в автобус и быстро улетел из школы. « Странные маскировочные устройства, летающие автомобили, новый подозреваемый, Лагерь Полукровок… Похоже, наша поездка была познавательной. Теперь нам осталось только во всем разобраться…» — сказала тетя Дот, пока ее спартанец входил в лабиринт. И единственным её ответом был медленный и тихий кивок… Аполлон после своего видения стал совсем другим богом. Он просто не мог. И, скорее всего, никто бы и не смог. За свою бессмертную жизнь он видел много ужасов и горя. Это было частью его дара пророчества. Он просто знал, что произойдет с некоторыми людьми. Он видел, что они пытаются скрыть. И это было ужасно. Если бы он мог, он бы просто передал этот дар пророчества кому-нибудь другому. Но он не мог. Он был вынужден наблюдать, не имея возможности что-либо изменить. Порабощен собственной властью. И он не мог забыть то, что видел той ночью. Зверство, совершенное его собственной сестрой. Ужасы, которые пришлось пережить и увидеть её собственному сыну. Если это было слишком тяжело для бога, то как с этим справится один ребёнок? Это была еще одна ужасная правда. Этот ребенок действительно справился с этим. Лучше, чем большинство людей и богов. Но он заплатил за это очень высокую цену. И в представлении Аполлона такая цена была слишком высока, чтобы кто-либо мог даже рассматривать ее. Он знал, что сын её сестры жив. Он был где-то там, потерянный и растерянный. Пытался найти путь обратно. Аполлон уже знал, что это он вышел из портала на странном космическом корабле. После своего видения он сразу же сопоставил факты. Сын его сестры и его новый племянник. Бедный мальчик, его сестра, желал умереть самым ужасным образом. И именно за этим теперь охотилась его сестра. Или, по крайней мере, охотилась до того, как узнала о запахе могущественного древнего чудовища. Но Аполлон знал, что рано или поздно она возобновит охоту на «автомата», как она называла своего сына. Ей просто придётся столкнуться с несколькими серьёзными трудностями. Да, Аполлон уже знал, что произойдет. Он знал, что пророчество о ней сбудется. И снова он был бессилен и не в силах это остановить. Как всегда. Подняв глаза, он почувствовал, что сын Артемиды наблюдает за ним. Он находился в таком месте, откуда мог наблюдать за всей окрестностью, оставаясь незамеченным. И если всё, что он увидел в своём видении, было правдой — а он уже знал, что это так, — то Артемиде придётся очень постараться, чтобы выследить своего сына. В своем видении он увидел, кем стал. Он и его собратья. Аполлон даже не был уверен, сможет ли его сестра получить какое-либо преимущество на этой охоте. В глубине души ему хотелось рассмеяться при такой мысли, ведь она — богиня охоты. Ни один смертный никогда не сможет приблизиться к ее уровню. И все же в тихих шепотах постоянно звучало что-то еще. Они рассказывали историю о мрачном жнеце, о том, кто мог заставить исчезнуть целые батальоны и легионы. О том, кто мог выжить в месте, где всё было против него. О том, кто был создан, чтобы остановить огромную армию монстров. О том, кто обладал гиперсмертельным вектором. Для Артемиды это будет самая сложная охота в её жизни. Потому что ей предстоит преследовать не безмозглого или глупого монстра. В этой охоте ей придётся столкнуться с тем, кто способен ко всему приспособиться. С тем, кто не отступит и обратит любую тактику против неё. Аполлон мог лишь молиться тому, кто его слышал. Он молился о мирном разрешении конфликта. Аполлон устало улыбнулся. Грядут значительные перемены. Нечто за пределами понимания богов и титанов, нечто, чего не могли постичь даже гиганты и первородные существа. Наступает новая славная эпоха. Эпоха, когда смертные наконец покажут, на что они действительно способны. И его племянник был живым примером того, насколько славной она может быть. Ему очень хотелось просто подойти к нему и поговорить об этом. Он хотел расспросить его о многом. Но он знал, что если попытается приблизиться к вечно бдительному сыну Артемиды, то снова исчезнет. Куда-нибудь, куда ни один бог не сможет его догнать. Но сейчас ему снова пришлось играть роль игривого бога. Ему снова придётся надеть маску и притвориться, что всё в порядке. Ради полубогов. Которым он как раз собирался подвезти лагерь полубогов. И он лишь широко улыбнулся и спросил. «Итак. Кто хочет сесть за руль?»