Lies — Irony

      Вкус оборотного зелья в действительности отвратителен. Он уже и забыл, какое это тело и что в нем уникального. Ответ на этот вопрос, маг получит очень скоро. Неизменной осталась лишь сила, хозяин которой приобрел огромный опыт с момента того, как ему пришлось распрощаться с этим прекрасным обликом. Признаться честно, Темный Лорд ни о чем не жалел. Он считал, что оболочка не так невинна, как кажется на первый взгляд. Если конечно ты не смотришь на это, с точки зрения магловской философии. Глупцы часто ориентируются лишь на данный фактор... Их можно понять. Поэтому такие изменения были неизбежны в связи с новым планом, который несколько месяцев обхаживал Том Реддл. Ему сразу не понравилась собственная спонтанность, когда идея впервые пришла в его свежую (почти во всех смыслах) голову.       Ему бы хотелось сказать, что даже твои личные мысли, и внезапные задумки могут оказаться глупостью, но будучи честным, Том просто не желал честности того, что он — глупец. И позволяет себе раскрепощенность в этом плане. Однако, время спустя, волшебник переосмыслил данный принцип.       Подобраться как можно ближе к Гарри Поттеру — единственная цель, ради которой Лорд позволит себе выйти за личные рамки и "правила этикета". Волдеморт трезво осознавал, что раз уж такая мысль: "реализации из невозможного в возможное", настигла его сейчас, он, во что бы то ни стало, достигнет желаемого. А именно попасть в состав профессоров Хогвартса, в новом учебном году. Ему не понадобится и капли физической силы, да бы удержать Поттера в еще более страшной клетке, которой является его собственная школа и в то же время "дом".       Над этим стоило поработать достаточно, и на всё про всё у Тома Реддла было максимум 3 месяца. Чего ему, в принципе, хватило.       Ни как иначе, не может быть с любым планом Темного Лорда. Ну разумеется...       Все, что было получено после реализации, в идее плана , можно пересчитать по пальцам. Самое первое что стоило дополнительной концентрации, это стереть своё привычное лицо детдомовца Реддла, в памяти половины Лондона, всех старых профессоров, и, даже взять контроль над разумом великого волшебника Альбуса Дамблдора. Ну и не думал Темный Лорд, что "влезть" в голову кому захочешь, может быть неоднозначным занятием. Ты не понимаешь, когда столкнешься с сопротивлением, а когда тебя пустят в свой собственный мир, как самого дорогого им человека. Волан-де-Морту не понравилась такая стратегия. Это ужасно сильно... Выматывает? Может быть. Поэтому, перебрав еще пару сотен вариантов о том, как сделать это быстро и без лишних вопросов,Темный Лорд пришел к верному ответу примерно за месяц. Но оно того точно стоило.       В процессе, маг задумывался об одной простой вещи — зачем это всё? Такая сложность. Разве не было бы в его стиле, устроить настоящую войну, которая понесёт за собой тысячи смертей, одна из которых — смерть Гарри Поттера. Но почему то мысль о лжи, доставляла ему особое удовольствие. В его руках возможность обмануть сотни студентов, профессоров, могучего Альбуса Дамблдора и Министерство магии. Враг будет ближе, чем они думают. А пока он с ними, ситуация неба и возвращения Темного Лорда, подозрительно стихнет. Создаст слухи. Заголовки в Еженедельном пророке, странное беспокойство тех, кто казалось бы верит Гарри. Верит в то, что "Тот, чье имя нельзя называть", вернулся и он кипит от желания мести.       Это на самом деле так. Том кипит от желания отомстить. Но, что если он не будет давать даже намека на свое присутствие в магическом мире? Можно представить, какая это власть над репутацией Гарри Поттера? Он сможет стать еще большим лжецом, даже в глазах своих, дорогих ему друзей. Может упасть от того, что некоторые пустят слух о том, как на самом деле, сам Гарри Поттер, убил Седрика Диггори. У этих глупых детишек длинные языки. И они боятся. Даже если делают вид, что не верят.       Волдеморт презирал сам концепт своей задумки, и до чего ему пришлось опуститься, что бы реализовать ВСЁ ЭТО. А быть конкретнее, это оборотное зелье. Второе в его плане. Ему не нравилось, для чего его используют: выдавать себя за того, кем ты не являешься, особенно, если это маглы или грязнокровки. Но с другой стороны, данное зелье — идеальная "метафора" видимого обмана. Тóму стоит пересмотреть своё отношение к нему, чтобы принципы не сожрали его заживо. Сложно? Да. Наприятно? Наверное. Для одержимого чистотой крови это было унизительно.       Вспоминая, ему казалось, последний его опыт был с Изумрудным зельем (Напитком отчаяния), что бы защитить один из своих крестражей. Ну уж не думал Лорд об этом. Ему вновь прийдется открыть потрепанный учебник "Продвинутого зельеварения". Лишь в рамках освежения школьной памяти.       Неудачных попыток была уйма. Конечно, все результаты своих опытов, он испытывал на верных ему Пожирателях. Которые совсем не отказывали в том, что бы помочь достопочтенному Темному Лорду, в эксперементах. У них просто не было выбора сказать "нет". После особо провальных составов зелья, многие отправлялись на тот свет, ну что бы не мучались. Весьма благородно со стороны Реддла, не так ли?       Волдеморт хотел бросить всё на пол пути, но вовремя отдернул себя. Кто он такой, что бы ему препятствовала глупая техника школьного предмета? И личное упорство дало достойные плоды.

***

      Стоя перед винтажным зеркалом с узорами из старого серебра на рамке, он не верил своим глазам.       Гладкая кожа, слегка бледная, которая с точностью подчеркивает остроту скул. Волосы с косым пробором, слегка кудрявые завитки падают на лоб, но не скрывая дуговатых бровей. Глаза с красным отливом , если смотреть на них в тени. Ему снова 35. Ощущается чудовищно непривычно. Реддл слышит стук в комнату, немного неуверенный, а за ним же скрип двери. Это Беллатриса, робко заглядывающая в комнату Темного Лорда. — Мой Лорд, я бы хотела доложить...       Женщина замирает в проходе, уставившись на спину юного мужчины, который был даже младше её самой. Конечно, Лестрейндж была в курсе замудренного плана своего господина. Сложно не заметить внезапное сокращение в рядах Пожирателей Смерти. Её глаза загораются, а выражение лица прекрасно отображает неожиданный восторг. Пальцы поднимаются ко рту, слегка прикрывая его, в тот момент, когда она восклицает. — О, Лорд, как же чудесно вы выглядите!! — чуть ли не подпрыгивая, воодушевленно произносит Пожирательница. Быстрым шагом, она приближается к Тóму, разглядывая молодого человека. — Я считаю, вы превзошли самого себя! Это выглядит божественно! Темный Лорд, вы так красивы... Большая честь видеть вас, снова таким. — Каким таким? — возмутился Том, взглянув на Лестрейндж. — О! В расцвете сил того времени! А так я не думаю, что у вас есть определенный возраст, когда вы достигли своего совершенства. — Восхитилась дама.       В припрыжку она обходит Волдеморта, нервно хихикая, от будоражущего её преданность чувства. — Могу ли я прикоснуться к вам, Мой Лорд? Хочу убедиться, что это реальность! — Лепечет Белл, нервно улыбаясь. И все же, получая одобрительный кивок Реддла, Лестрейндж аккуратно очерчивает контур скул мужчины, дрожащими пальцами. Делая это с трепетом и, глядя влюбленными глазами на своего Господина. — Мне показалось, Белла, или ты хотела о чем то доложить? — возвращает её в реальность Волдеморт, вскидывая одну бровь. Он отворачивается от Пожирательницы обратно к зеркалу, поправляя худыми пальцами воротник молочной рубашки.       Напряжение незаметно возрастает и Лестрейндж отдергивает руку, удивлённо моргая. Её взгляд всё ещё был прикован к его лицу. К этому идеальному, холодному и красивому лицу, которого она не видела так много лет. — Я... — её голос слегка дрогнул. Женщина взяла себя в руки. — Да, мой Лорд! Я хотела доложить, что все готово. Письма отправлены. Никто не заподозрит ничего, я обещаю вам! — Ответила Беллатриса, все еще разглядывая отражение в зеркале из за спины Реддла. Слегка наклонив голову, та взволновано лепечет, делая шаг назад. — Но вам не кажется, что это... Рискованно? Мы бы без проблем могли убить мальчишку, вы только прикажите!!! Конечно, ваша идея гениальна: Они никогда не догадаются, особенно старик Дамблдор. — давиться потоком похвалы Лестрейндж, вздергивая подбородок вверх. — Но я так переживаю за вас. Разве оно стоит того? — Том отчетливо слышит сомнения в голосе женщины, и преданные нотки ревности. Все эти многоходовые эксперементы были продуманы исключительно ради Поттера? Смысла врать самому себе нет,раз уж это правда. И подтверждения своей гениальности, конечно. — Ты свободна, Белла. Дальнейшие решения я предпочту принимать сам. — Он одергивает пиджак, а после натягивает черные кожаные перчатки повыше. Разминает пальцы, размашисто раскрывая руку, и вытягивает ладонь перед собой, словно оценивая мелкие детали нового облика.       Разочарованная Лестрейндж, покорно поклоняется и, официально попрощавшись с Темным Лордом, быстро покидает комнату, оставляя Тома одного разглядывать самого себя в зеркало.

***

      Огонь в камине Атриума загорается зеленным пламенем, откуда уверенно выходит Волан-де-Морт поглядывая на свои наручные часы. Ноги в дорогих туфлях ступают на черный пол из дерева. На потолке размашистый узор, напоминающий звезды и павлиньи перья. Где то можно разглядеть золотую ляпнину, арки и прочий архитектурный хлам. Том не изменяет своей 35-ти летней манере. Походка не плавная, а скорее "рванная" и настойчивая, взгляд исподлобья, нахмуренные брови устремленны к переносице, а плащевидное пальто добавляет еще большего уважения и антуража. Посетители и редкие сотрудники министерства с любопытством оглядываются на эпатажный вид мужчины, но быть откровенными — лишь легкий интерес, к такому "самоуверенному" по их мению, кадру.       Как Том и думал. Люди готовы делать мгновенные выводы опираясь лишь на твою оболочку. Они могут дать мгновенную характеристику, считая себя умнее всех, еще и не догадываясь, как же сильно ошибаются на самом деле. — Имя и палочку, Сэр. — его останавливает охранник у золотых ворот Атриума. — В целях безопасности, вы должны пройти регистрацию и подтвердить свою личность. — Разумеется. Будущий профессор — Том Реддл. — Палочку, профессор. — настойчиво требует охранник, протягивая руку. — Прошу. — мужчина достаёт тисовую палочку из за пазухи и по особенному плавно протягивает сотруднику Министерства. Однако, в его руки она не попадает. — КонфУндо... — шепчет Том, легко взмахивая ей перед лицом надзирателя. Их скромная компания погружается в неловкое молчание. Смотря в никуда, охранник медленно кивает, и отходит в сторону. — Профессор Том Реддл. Пожалуйста, проходите.       Гордо подняв голову, Темный Лорд легко улыбается и шагает дальше. Никто из остальных на посту, не придал этому значения.       Волан-де-Морт и не собирался учитывать такие детали, он без стеснения и с абсолютной наглостью, будет использовать заклинания на всех ему неугодных.       Продвигаясь дальше, взгляд Волдеморта перехватывает Долорес Амбридж. Она со своей напарницей идет прямиком к лифтам, куда и он сам, вероятно, направляется в Зал Суда, куда совсем скоро прибудет Гарри Поттер. Ну разве можно упустить такую замечательную возможность? Сегодня будто весь мир ради одного Темного Лорда. Вперед за женщинами, идет и он, заходя с ними в один подъемник.       Лифты выглядят сдержанно. Деревянные стенки, с легкими декоративными выступами и черной решеткой, которая отображает двери. Слегка золотые поручни из потолка лифта, за которые следовало бы держаться во избежании неудачной остановки.       Движутся они прямиком на 4-й уровень, Отдел регулирования магических популяций и контроля над ними. Лифт покидают двое других пассажиров. Затем, 2-й. Том слушает диалог Амбридж и её коллеги Хелен, которые суетятся о чем то своём. Звонкий женский голос объявляет в момент, когда двери открываются: — „Отдел обеспечения магического правопорядка.” — И обязательно загляните ко мне позже, лучше всего после суда. — наставляет Долорес спешащую из лифта коллегу. Когда двери закрываются и они двигаются дальше. Оставшись один на один, Реддл вступает в свою игру. — Прошу прощения, Мисс Амбридж, вы на слушание Гарри Поттера, если не ошибаюсь? Я слышал, сегодня этот день. Не могу поверить, как Хогвартс держит под своим крылом таких недисциплинированных студентов? — непринужденно интересуется Том, складывая руки внизу, в замок. — Весьма деликатный вопрос, да именно на слушание. Как вас зовут молодой человек? — Извините, не представился. Я — Том Реддл, будущий профессор Хогвартса. — вежливо улыбается мужчина. — Министерство давно обеспокоено положением дел в этой школе. И Дамблдор... ну, вы знаете, слишком либерален в своих взглядах. — Сэр Том...не могу с вами несогласиться, вы совершенно правы. Боюсь, школе нужен строгий контроль.       Лифт останавливается на 10-ом уровне. — Залы Суда. — оповещают их двоих. — Тогда желаю вам удачи на слушании. — Как приятно встретить человека с правильными взглядами. Возможно, мы еще встретимся в Хогвартсе.       Оба расходятся на этаже. Хоть завершения суда прийдется ждать довольно долго, но время никогда не проблема.

***

— Не отставай, Поттер. Опаздывать ни в коем случае нельзя. — Поторапливает его шагающий вперед, Артур Уизли. Вдоль мраморных коридоров, может показаться, что Гарри просто устал, поэтому немного рассеян, однако, мальчишка чувствует. Это совсем другое. Он оглядывается на каждый мимолетный коридор, который они проходят.

Что то не так.

      Поттер идет дальше, тяжело выдыхая, как вдруг его взгляд хватает неожиданую фигуру у стены в том самом коридоре, разглядывающей портреты с краткой информацией о магических артефактах. Волшебник вдруг замирает, глядя на это непринужденный профиль. Сердце начало биться быстрее, по всему телу пробежал ток, словно выбивающий из него всю жизнь. Оцепеняющий страх погружает Гарри в глубокую диссоциацию. Он не слышит ничего. Эта Слизеринская физиономия, немного старше той, что он видел года 3 назад, в Тайной Комнате. — Ну чего ты встал как столб, Поттер!! — хватая Гарри за шиворот, Артур ведёт его дальше, и мальчик моментально теряет из виду Тома Реддла.

***

      Не сказать, что час прошел скучно. Том успел прогуляться по всем коридорам, осматривая каждую трещинку на стене. Изучить карту этажей , на всякий случай. Даже не отказался от кофе с тыквенным сиропом, в бумажном стаканчике с эмблемой Министерства. Такое решение он принял под собственным предлогом: "ему нужно привыкать" к факту о том, что еда это больше не декорации для стола. Явно ни один месяц ему прийдется сидеть в Большом Зале, рядом с другими профессорами и просто не пропускать приемы пищи. Иначе могут возникнуть вопросы. Вкус был терпким и ярко насыщенным. К такой приторности Темный Лорд не привык, но сделав еще пару глотков, всё же дал этому напитку шанс.       Том ожидал Фаджа по пути к лифтам, в скоре чего наконец-то увидел долгожданную цель. Он стоял у них за спиной, чуть дальше по коридору, и выдвинувшись за двумя персонами, в тот же момент достал палочку. Легкий взмах, и он заставил охранника рядом с Корнелиусом притормозить с помощью Конфундуса. Еще одно движение, а за ним следует Империо, четко направленное в сторону Министра. — Министр! Я очень долго вас ждал. — восклицает Том, пряча палочку за пазухой. Он догоняет их, и становится рука об руку с мужчиной. — Да... Том Реддл. Рад вас видеть. — слегка заторможенно с глупой улыбкой отвечает Фадж, и даже не смотря в сторону охранника дает ему буквальную "отмашку", резким движением руки в сторону. Хоть и под заклинанием, сотрудник послушно выпрямляется, меняя наравление.       Спустя минуты 3, они выходят их лифта на 1-й уровень. Кабинеты Министра магии и вспомогательного персонала. Двигаясь по коридору, Волдеморт умело контролирует мысль Фаджа, да с таким непринужденным профессионализмом, что они уверенно, и без лишнего косого взгляда проходят мимо охраны.       Войдя в пустой кабинет, взгляд Тома цепляется на интерьер комнаты. Толстые ковры с золотистым арнаментом, декоративная ляпнина на потолке, старинная резная мебель из темного дуба, покрытая лаком. Эти высокие шкафы, забитые книгами и с небольшой передвижной лестницой, добавляли вкуса. Вероятно, всё это — архивы, с чем то довольно личным, что их не отправили в библиотеку министерства. Один диван, и два кресла из бордово-коричневой кожи вокруг небольшого столика, на котором покоится кружевная дойли, а на ней прозрачный графин с водой и двумя стаканами. На стене он замечает пару картин и сам портрет Корнелиуса Фаджа. Но все таки интерьер это не совсем то, что интересует его больше всего.       Ох, Лорду кажется, от предвкушения у него дрожат руки, хотя он не позволял себе таких приземленных чувств раньше. Считается ли это прогрессом в его временной "новой жизни"? Усадив Фаджа за стол в его кресло, придерживая министра крепкой хваткой за плечо, Корнелиус без лишнего коллебания достает официальный бланк Министерства магии и хватается за перо на своем столе.       На всякий случай, Волдеморт достаёт палочку, и водя ей вокруг макушки Министра, почти убаюкивающе шепчет. — Я буду диктовать, а вы напишете замечательную рекомендацию нового профессора для Хогвартса. — Мужчина отходит в сторону. — «На основании Декрета об образовании №22... — уверенно диктует Темный Лорд, слыша, как за спиной раздается шелест пера по бумаге. —...и принимая во внимание, что должность профессора Защиты от Темных Искусств в Хогвартсе остается вакантной... — в ритм своим словам, Волан-де-Морт мечтательнл рисует узоры в воздухе кончиком волшебной палочки. — Министерство магии… назначает мистера Томаса Марволо Реддла. — резко повышает тон Лорд, разворачиваясь в тот же момент к Фаджу.       Взмахивая палочкой, он заставляет министра поставить свою роспить, а затем схватится за конверт с сургучом. Осторожно сложить письмо, под точными и молчаливыми указаниями Тома. Положить в него лист с рекомендацией, а затем вылить растопленную золотую каплю на чуть пожелтевшую бумагу конверта, поставив сверху печать с офиицальным гербом Министерства Магии.       Взмахнув рукой, письмо взлетает над столом и врезается меж пальцев Реддла. Рассматривая его, и чувствуя трепечущее нетерпение в своей груди, тело предательски вздрагивает. Ему казалось...он потерял такую чувствительность уже давным давно. Летящим шагом, чуть ли не вприпрыжку, мужчина подходит к окну. С его появлением в здании Министерства , погода на "улице" ухудшилась. Небо заволокло тучами, и поднялся довольно сильный ветер.       Волдеморт вручает письмо коричневой сове, которая все это время отдыхала вне клетки на подоконнике. И шепчет ей. — Директору Хогвартса. Лично в руки.