Принцесса в башне

Её присутствия в отряде никто не ожидал. Взялась девушка из ниоткуда, и как ей позже рассказали единственная выжившая из прошлого отряда. Криптограф. Это было смешно, учитывая, что она совсем ничего не помнила о своей прошлой работе. Только лишь всякие фрагменты отдаленно всплывали в голове. Дмитрий дал ей задание перевести книгу, и вот она уже с Каином стояла в библиотеке. Библиотека пахла пылью и временем. Высокие стеллажи уходили в полумрак, где свет почти не проникал. Лэйн провела пальцами по корешкам, чувствуя под подушечками шершавую ткань старых переплётов. Где-то в глубине скрипнула половица. — Там карты, — сказал Каин, кивнув в сторону дальнего ряда. — Если, конечно, их не сожрали. Она усмехнулась и пошла в указанном направлении. За углом, между стеллажами с географией, она присела на корточки, начала перебирать потрёпанные тома. Пыль забивалась в нос, от чего она чихнула. И в тот же миг услышала шаги. Тихие, почти беззвучные, но она уловила их краем уха. Лэйн замерла. Автомат висел на плече она медленно, плавно сняла его с предохранителя. Повернула голову. Между стеллажами стоял мужчина. В чёрной маске, закрывающей нижнюю часть лица. Руки расслабленно висели вдоль тела. Он не шевелился, просто смотрел на неё в упор. Карие глаза, внимательные, почти изучающие. Лэйн вскинула автомат. — Ты кто? — Я тот, кто знает тебя, — голос низкий, чуть хриплый. — И тот, кого ты искала. Сердце пропустило удар. Что-то внутри дрогнуло. Она сделала шаг назад, упёршись спиной в книжный стеллаж. — Я никого не искала. — Ищешь, — сказал он спокойно. — Каждую ночь. Во сне. Ты не помнишь лица, но помнишь голос. Помнишь тень. Она сжала автомат крепче. — Откуда ты знаешь? — Я тебя ждал, — ответил он, не двигаясь с места. — Долго. Ты пришла в библиотеку и я пришёл. Но не бойся. Я не трону тебя. Она смотрела в его глаза. В них не было угрозы. Только странная, тихая нежность. Это пугало больше, чем оружие. Она хотела спросить ещё что-то, но он вдруг сделал шаг назад, в тень между стеллажами. — Стой! — крикнула она. — Не уходи! Но он уже исчез. Беззвучно. Будто его и не было. Только покачивалась книга на полке рядом. Только пыль медленно оседала на полу. Лэйн бросилась вперёд, заглянула за стеллаж пусто. Никого. Только старые карты на полу, серый свет из окна и её собственное дыхание. Она обернулась. Каин стоял у входа и смотрел на неё настороженно. — Ты с кем говорила? — Мне показалось, — ответила она быстро. — Просто показалось. Она вернулась к картам, но руки дрожали. Она не сказала Каину правду. Она не сказала никому. Но всю дорогу до лагеря она чувствовала он смотрит. Он рядом. И он вернётся. Ночью она лежала на спальнике, глядя в потрескавшийся потолок, и прокручивала в голове его голос. «Я тот, кто знает тебя. Тот, кого ты искала». Она не помнила его. Но тело помнило. Пульс учащался, когда она думала о его глазах. Кожа покрывалась мурашками от его голоса. Что-то важное было в нём. Что-то, что она потеряла, когда стёрлась её память. Она закрыла глаза. И в темноте снова услышала его голос тихий, почти шёпот: — Ты вспомнишь, Лэй-Лэйн. Я подожду. Она резко села, оглянулась по сторонам. Рядом никого. Только Каин спал в углу, только ветер гудел за стеной. Лэйн обхватила колени руками и прошептала в пустоту: — Кто ты? Но ответа не было. Только тени плясали на стенах. Только сердце стучало где-то в горле. Только ощущение что она снова рядом с ним. Что он всё ещё здесь. И что эта встреча не случайность. Длительные поиски книги не дали никаких результатов. Лэйн перерыла все стеллажи в библиотеке, обошла каждый угол, проверила даже те полки, где уже сто лет никто не бывал. Книга, которую дал ей Дмитрий старый потрёпанный том в кожаном переплёте исчезла. Будто сквозь землю провалилась. Или будто её никогда и не было. Она вернулась в лагерь уставшая, злая, с чёрной пылью под ногтями и странным осадком на душе. Что-то было не так. Она чувствовала это нутром, но не могла понять, что именно. На следующий день она решила зайти в церковь. Местные говорили, что там иногда находят полезные вещи старые книги, записи, даже оружие. Лэйн толкнула тяжёлую деревянную дверь, и та открылась с протяжным скрипом. Внутри пахло воском, сыростью и чем-то горелым. Она сделала несколько шагов по каменному полу, и сердце ухнуло в пятки. За алтарём, у старой металлической печи, стоял Каин. Он держал в руках книгу. Ту самую. Её книгу. И в тот момент, когда Лэйн открыла рот, чтобы окликнуть его, он разжал пальцы и книга упала в огонь. Языки пламени жадно лизнули кожаную обложку, бумага вспыхнула, завывая, как живое существо. Каин стоял и спокойно смотрел, как тает на его глазах единственная зацепка к её прошлому. — Что ты делаешь? — голос Лэйн сорвался на крик. Он обернулся медленно, без удивления. Будто знал, что она придёт. Будто ждал. — Это приказ, — сказал он ровно. — Книги не должны попадать в чужие руки. Ты новенькая, Лэйн. Никто не знает, кто ты на самом деле. — Я криптограф! — выкрикнула она, чувствуя, как внутри всё закипает. — Мне нужна была эта книга! — А мне нужна безопасность отряда, — ответил Каин, и в его голосе не было ни тени сомнения. — Я не могу рисковать. Он прошёл мимо неё, даже не взглянув, и вышел из церкви, оставив её одну в полумраке. Лэйн стояла, глядя на догорающие страницы, чувствуя, как пепел оседает на её одежде. Как что-то важное сгорает вместе с этой книгой. Она не знала, что там было написано. Но знала Каин уничтожил это намеренно. Чтобы она не нашла. Чтобы она осталась в неведении. Всю ночь её мучали кошмары. Она видела огонь, который пожирал бумагу, слышала треск страниц, чувствовала запах гари. Потом снился пустой коридор, длинный и тёмный, по которому она бежала босиком. И чей-то голос звал её по имени далеко, тихо, но настойчиво. Лэйн просыпалась в холодном поту несколько раз, но снова проваливалась в сон, где реальность смешивалась с липким страхом. Где Каин смотрел на неё с ледяным спокойствием, а она не могла пошевелиться. И только под утро сон сменился. Она оказалась в тёплой тишине, где не было дыма и пепла. Кто-то стоял за спиной. Кто-то высокий, с сильными руками, которые обвили её плечи и прижали к груди. Она не видела лица, но чувствовала, как его ладони гладят её волосы, как он касается губами её виска. Тихий, обволакивающий голос шептал рядом с ухом: «Тихо, Лэй-Лэйн. Я здесь. Я с тобой. Никто тебя не тронет. Спи, моя хорошая. Я рядом». Она вдохнула его запах дым, кофе, что-то родное, забытое, и почувствовала, как страх отступает. Впервые за эту ночь ей стало спокойно. Она не видела его лица. Но знала это он. Тот, кто ждал её в библиотеке. Тот, кто назвался Яном. Она проснулась с лёгкой улыбкой на губах. Но сердце билось быстро. И в груди было тепло от его рук, от его голоса, от его обещания быть рядом. Было ещё темно, за окном выла метель, но Лэйн уже не могла лежать. Тело горело, голова раскалывалась, и внутри всё дрожало от необъяснимого напряжения. Она поднялась, натянула куртку на голое тело и вышла из комнаты. Ноги сами понесли её через двор к бане. Пар валил из трубы, дверь была приоткрыта кто-то уже топил её раньше. Лэйн вошла внутрь. Влажный жар ударил в лицо, обжёг кожу. Она скинула куртку, стянула остатки одежды и шагнула в клубы пара, оставляя всё на пороге: злость на Каина, горечь от сожжённой книги, страх перед забытым прошлым. Она закрыла глаза и позволила теплу окутать её с головы до пят. Горячий пар проникал в лёгкие, смывал усталость, разгонял пепел из снов. Она стояла, прислонившись спиной к деревянной стене, и слушала, как капли воды стекают по плечам. Как сердце стучит в тишине. И вдруг скрип половицы у входа. Она резко обернулась. В щели между досок мелькнула тень. Чья-то фигура в маске замерла снаружи, не переступая порог. Лэйн замерла, прикрываясь руками. Пар клубился между ними, делая его силуэт почти призрачным. — Ты не спишь, — его голос раздался тихо, беззлобно. — Что тебе нужно? — её голос дрогнул. Он не шагнул внутрь. Просто стоял там, в темноте, и смотрел на неё сквозь пар так же, как в библиотеке. Но теперь в нём не было холода. Было что-то другое. Тёплое, почти нежное. — Я видел, как ты бежала, — сказал он, и в голосе послышалась улыбка. — Я пришёл убедиться, что с тобой всё хорошо. — Со мной всё хорошо, — соврала она. — Мне не нужна твоя помощь. — Твои сны говорят иначе, — тихо сказал он. — Ты звала меня. Во сне. Слышишь ли? Ты звала, и я пришёл. Лэйн не ответила. Она стояла в пару, мокрая, дрожащая, сбитая с толку. И чувствовала, что он говорит правду. В глубине души она знала он был там. В её сне. Он обнимал её. Шептал. Он был настоящим. — Кто ты? — прошептала она снова, хотя знала ответ. — Ян, — он повторил так же мягко. — Твой Ян. Тот, кто будет тебя искать, даже если ты перестанешь себя помнить. Тот, кто сожжёт весь мир, чтобы ты была в безопасности. Спи, Лэйн. Я посторожу. Тень исчезла так же бесшумно, как и появилась. Только скрипнула дверь. Только на полу остался мокрый след от сапог. Лэйн стояла в пустой бане, прижимая руки к груди, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Она не видела его лица. Но помнила руки. Тёплые, сильные, которые держали её так бережно, будто она была самым хрупким сокровищем. Она вышла из бани уже на рассвете. Небо серело, снег хрустел под ногами. Она пошла к своей комнате, но перед тем как войти, обернулась. Вдалеке, у церкви, мелькнула чёрная фигура. И исчезла. Лэйн улыбнулась. Она знала он рядом. Что бы ни случилось, он не уйдёт. И она верила ему. Даже не зная, почему. С каждым днём в отряде её настроение становилось подавленнее. Лэйн замечала, как люди отводили взгляды, когда она проходила мимо. Как умолкали разговоры при её приближении. Как Дмитрий смотрел на неё с холодной настороженностью, а Каин и вовсе делал вид, что её не существует. Она была чужой среди своих. Не потому что сделала что-то плохое. А потому что никто не знал, кто она на самом деле. Она сама не знала. Она перестала искать общения с отрядом. Вставала раньше всех, уходила в библиотеку и возвращалась, когда уже темнело. Там, среди пыльных стеллажей и выцветших страниц, ей было спокойнее. Она перебирала книги одну за другой, ища хоть какую-то зацепку слово, дату, имя, которое могло бы вернуть ей память. Но всё было тщетно. Бумага рассыпалась в руках, буквы расплывались, как в тумане. Она чувствовала, что что-то важное ускользает от неё, что она кружит по одному и тому же кругу, но не может ухватить нить. Только одна девушка в отряде не отворачивалась от неё. Анна. Тихоня с добрыми глазами и редкой улыбкой, которая появлялась только тогда, когда никто не смотрел. Она всегда находила минутку, чтобы подойти, спросить, как дела, оставить в библиотеке узелок с едой, когда Лэйн забывала поесть. Она не лезла с вопросами, не пыталась вытянуть её прошлое. Просто была рядом. Тихо. Надёжно. Как тёплый свет в холодном коридоре. — Ты опять не ела, — сказала Анна одним вечером, появляясь на пороге библиотеки с миской в руках. — Я принесла кашу. И хлеб. Ещё немного сушёных яблок, если хочешь. Лэйн подняла голову от книги. Глаза слипались, в висках стучало, но она улыбнулась слабо, почти неуверенно. — Спасибо, Анна. Ты не обязана. — А я и не обязана, — спокойно ответила та, ставя миску на край стола. — Я хочу. Кто-то же должен о тебе заботиться. Ты сама о себе не думаешь. — Я думаю, — сказала Лэйн, но голос её дрогнул. — Просто я не могу остановиться. Я чувствую… я почти вспомнила что-то. Сегодня. В одной книге были записи на полях. Почерк. Мужской. Он показался мне знакомым, но я не могу… Она замолчала, проведя пальцами по строчкам, которые уже начала забывать. Анна подошла ближе, заглянула через плечо. — Это может быть кто угодно, Лэйн. Ты себя изводишь. — Это важно, — твёрдо сказала Лэйн, и в голосе её впервые за долгое время появилась сталь. — Кто-то писал это специально. Возможно, для меня. Я должна понять, кто. Анна помолчала. Положила руку ей на плечо — лёгкую, тёплую. — Ты найдёшь. Я верю. А пока поешь. Я оставлю тебе ещё свечи, чтобы ты не сидела в темноте. И обещай, что вернёшься до полуночи, хорошо? Лэйн кивнула, хотя знала, что не сможет обещать. Она останется здесь, в этой библиотеке, пока не найдёт ответ. Хотя бы один. Хотя бы маленький кусочек мозаики, которая рассыпалась в её голове. Она сидела за столом до глубокой ночи. Свечи догорали одна за другой, бросая на стены дрожащие тени. Лэйн перелистывала страницы, вглядывалась в записи на полях, пытаясь уловить ритм почерка. «Всё повторяется», «Там, где свет не проникает», «Она вернётся». Она не понимала смысла этих слов, но они отдавались внутри глухим эхом, как будто она уже слышала их раньше. В другой жизни. В другом мире. Где-то за окном ухнула сова. Лэйн подняла голову и вздрогнула. На подоконнике, в проёме открытой форточки, лежала сухая белая роза. Одна. Без записки. Без следов. Она медленно подошла к окну, взяла цветок в руки. Лепестки были ломкими, почти рассыпались от прикосновения, но они пахли сладко, свежо, как тогда. Она не знала откуда. Но знала это он. Ян. Он был здесь. И он снова оставил ей знак. Она прижала розу к груди и прошептала в темноту: — Ты меня слышишь? Я хочу знать, кто ты. Почему ты не подходишь ко мне? Тишина. Но где-то в глубине коридора скрипнула половица. Лэйн обернулась на звук, но никого не увидела. Только тень мелькнула у входа и исчезла. И голос или показалось? прошептал из темноты: — Ты уже знаешь, Лэйн. Ты просто боишься поверить. Она выбежала в коридор, но он был пуст. Только ветер гулял по полу, гоняя пыль и сухие листья. Только свеча догорала на столе, оставляя после себя восковую лужицу. Только белая роза лежала на ладони, и сердце её билось так громко, что заглушало все звуки. Она вернулась в библиотеку, села за стол и посмотрела на книгу. И вдруг увидела на той странице, где были записи на полях, появилась новая строчка. Раньше её не было. Она вгляделась в знакомый почерк, и прочитала вслух: — «Ты та, кого я искал. Я ждал тебя. Помнишь ли ты тот день?» Она перевернула книгу в поисках даты, года, но ничего не было. Только эти слова, выведенные чётким, уверенным почерком. И внизу, почти неразборчиво: «Ян». Лэйн закрыла глаза. Слёзы покатились по щекам она не знала, отчего, но они текли. Она чувствовала, как внутри что-то оживает. Как туман в её голове начинает рассеиваться, оставляя одну единственную картинку он. В маске. Стоит в переулке. Смотрит на неё. И в руках у него белые розы. Она открыла глаза, посмотрела на цветок. Он рассыпался у неё в ладони, оставляя горстку сухих лепестков и один чёткий образ, который застрял в памяти. Она не знала, было ли это воспоминанием или просто яркой фантазией. Но она знала это важно. И она найдёт его. Вытащит из темноты. И вспомнит всё. Даже если для этого придётся сжечь всю библиотеку дотла. Ночью отряд спал тяжелым, тревожным сном. Только ветер гулял по коридорам базы, завывая в щелях и гоняя по полу сухую пыль. Лэйн не спала. Она лежала на своей койке, смотрела в темный потолок и чувствовала, как внутри разрастается что-то липкое, тревожное. Сон не шел. Мысли о сожженной книге, о холодных взглядах Каина, о белой розе на подоконнике всё это сплеталось в тугой узел. И главное она знала, что ответы есть. Где-то здесь. Прямо под носом. Но ей их не давали. Она поднялась с койки бесшумно, как тень. Босая, в легкой рубашке, она скользнула по коридору, держась ближе к стенам. В груди колотилось сердце, но руки были тверды. Она знала, куда идет. Кабинет генерала. Место, куда никому из отряда не разрешалось заходить без вызова. Место, где хранились папки, документы, тайны, которые могли стоить жизни. Она остановилась у тяжелой двери, прислушалась. Тишина. Замок был старым, но надежным она видела такие раньше. Лэйн вытащила из кармана тонкую проволоку, которую припасла еще днем. Пальцы двигались быстро, почти на автомате тело помнило то, что разум отказывался принимать. Щелчок. Дверь поддалась. Она скользнула внутрь, прикрыв за собой створку. Кабинет утопал в полумраке только луна светила в высокое окно, заливая комнату бледным, мертвенным светом. Стол, заваленный бумагами. Карты на стенах. Сейф в углу открытый. Лэйн подошла ближе, заглянула внутрь. Папки лежали ровными стопками, на каждой имя. Чужие имена. Чужие судьбы. И вдруг она увидела свою. На обложке было выведено черным маркером: «Лэйн. Криптограф. Выжившая». Рука дрогнула, когда она взяла папку. Внутри лежали документы, фотографии, какие-то рапорты. Она перелистывала страницы, вглядываясь в строчки, и с каждым мгновением сердце билось все быстрее. Даты. Места. Приказы. Она действительно была криптографом. Но это она знала. А вот то, что она увидела дальше, заставило её замереть. Отчет. Под грифом «секретно». В нем говорилось, что при крушении предыдущего отряда выживших было двое. Она. И еще один. Имя было зачеркнуто, но она разобрала мужское. Второй выживший. Почему ей никто не сказал? Почему Дмитрий скрыл это? Почему Каин сжег книгу, которая могла бы пролить свет на прошлое? Лэйн сжала бумаги так, что они помялись на сгибах. Что-то здесь было не так. Что-то важное, от чего у неё внутри всё холодело. Она хотела отложить папку, как вдруг заметила на дне сейфа, припрятанная между другими бумагами, лежала фотография. Маленькая, потертая на углах. Она взяла её, поднесла к свету. И сердце пропустило удар. На фотографии был парень в чёрной маске, закрывающей нижнюю часть лица. Тот же самый, что стоял в библиотеке. Тот же самый, что оставил розу на подоконнике. Тот же, чей голос шептал ей во сне. Она перевернула снимок. На обратной стороне было написано от руки, размашистым почерком: «Ян. Охотник на демонов. Ликвидировать при обнаружении». Лэйн смотрела на эти слова и не могла дышать. Охотник на демонов. Ликвидировать. Так вот кто он? Не просто сталкер-одиночка. Не просто тень. Не просто маска. Он был целью. Враг, которого нужно уничтожить. Она стояла в кабинете генерала, сжимая фотографию в дрожащих руках, и чувствовала, как мир трещит по швам. Тот, кто прижимал её к себе во сне, кто оставлял ей белые розы, кто знал её имя был преступником. Или тем, кого сделали преступником. Она не знала правды. Она не знала ничего. Но теперь у неё был ключ. Ян. Выживший. Охотник на демонов. Человек, которого приказано уничтожить. Она сунула фотографию в карман, закрыла папку, поставила сейф на место. И выскользнула из кабинета так же тихо, как и вошла. Но всю ночь она не спала. Смотрела на снимок, водила пальцем по его контуру по маске, по глазам, которые смотрели на неё с бумаги с той же теплотой, что и в библиотеке. И не знала, кому верить. Дмитрию, который скрыл правду? Каину, который сжёг книгу? Или ему тому, кто ждал её в темноте. Она закрыла глаза и прошептала в пустоту: — Кто ты на самом деле, Ян? Ответа не было. Только ветер за окном выл тоскливо и протяжно, как голос из сна. Но внутри неё что-то шевельнулось. Что-то, что шептало: «Он не враг. Он тебя искал». И она решила. Она найдёт его. Спросит сама. А там будь что будет. Даже если весь мир будет против. Она сидела на крыше заброшенного склада, глядя, как утреннее солнце пробивается сквозь пелену серых облаков. В руках фотография. Потертая, согнутая на углах. Он смотрел на неё с бумаги чёрная маска, глаза, которые она видела в библиотеке, в бане, в своих снах. Ян. Выживший. Охотник на демонов. Человек, которого приказано уничтожить. Лэйн провела пальцем по его лицу, скрытому тканью. — Зачем ты это делаешь? — прошептала она в пустоту. — Зачем ты приходишь ко мне? Зачем ждёшь? Что тебе нужно? Ветер трепал её волосы, срывал с крыши сухие листья, но ответа не было. Только гул пустоты и тишина, в которой она чувствовала его присутствие. Он был где-то рядом. Она знала. Она перевернула фотографию. Надпись, сделанная рукой генерала: «Ян. Охотник на демонов. Ликвидировать при обнаружении». Холодные, чёткие буквы, которые стирали из него человека. Делали его целью. Враг. Угроза. Но Лэйн смотрела на снимок и не ви