«Люди пришли на Запад». Пятнадцать поколений

8. Поколение Берена, Бора и Ульдора. Поколение Дагор Браголлах Дом Беора: дети Арахона и Брегиль – Брандир «старший» (409–?) [и Белдис (411–?)], дети Бреголаса  – дочь Белет (417–?), Барагунд (420–Х460), Белегунд (422–Х460); дети Барахира и Эмельдир – Берен (432–503), дочь Хириль; Горлим (?–Х460) и его жена Эйлинель (?–Х до 460), часть отряда Барахира (Х460) Дом Мараха: дети Хадора – дочь Глоредель (416–472, брак с Халмиром из халадинов), сыновья Галдор (417–Х462, брак с Харет из халадинов) и Гундор (419–Х455), Индор (отец Аэрин, родич Хурина), возможно, Рагнир и Садор (слуги в доме Хурина) Халадины: дети Халмира – дочь Харет (420–?, брак с Халдором из дома Хадора), сыновья Халдир (414–Х472, брак с Глоредель из дома Хадора), Хундар (418–Х472 ), дочь Хириль (422–?, брак с Энтором, возможно, из дома Хадора) Гаурвайт и Земля Лука и Шлема: «старый Алгунд», Андрог (?–Х490, изгнан из Хитлума за убийство женщины) и часть остальной шайки и воинов Дор Куартол (Х490 или раньше) Вастаки: Бор (420–Х472); сыновья Ульфанга – Ульдор (425–Х472), Улфаст (428–Х472), Улварт (430–Х472) Где живут: первая половина жизни – Эстолад, Химринг, Дортонион, Бретиль, Хитлум; после Браголлах – Химринг, юго-восточный Белерианд (условно – Амон Эреб), Бретиль, Хитлум, появляются шайки гаурвайт – и, возможно, первые беженцы в устье Сириона. Вастаки: Эриадор – северо-восточный Белерианд, после Нирнаэт – Хитлум, на восток за горы, возможно – юго-восточный Белерианд. Где умирают: Браголлах, Дортонион, Нирнаэт и более мелкие сражения между ними. Уникальные истории: Берен   Это поколение, жизнь которого Браголлах делит ровно напополам – для тех, кто ее переживет. До нее проходит 30–40 лет, в которые жизнь идет так же, как у отцов и дедов – они родились и выросли там, где их народ живет уже не первое поколение, многие вступили в брак и стали родителями. Их родители, предыдущее поколение, поддерживают связи разных племен, и хотя теперь халадинов и хадорингов разделяют горы, отцы устраивают браки детей: сын и дочь Хадора – с дочерью и сыном Халмира, и потом сыновей из Хитлума «по обычаю» посылают на воспитание родне в Бретиль. Судьбы детей этого перекрестного двойного брака показательны для поколения в целом. Галдор переживет Браголлах и погибнет в битве 462 года, при обороне Эйтель Сирион, Халдир – в Нирнаэт (как и его родной брат), так что домом Халет он правит около года. Его супруга Глоредель умерла от горя, узнав о смерти мужа. Халадины – люди не столь сильных чувств, но о судьбе Харет мы ничего не знаем. Она по-видимому успевает пережить вести о том, что ее дети, оказавшиеся в год Браголлах далеко от дома, на воспитании в Бретиле, пропали в битве, затем – их чудесное возвращение, затем – гибель мужа… Год ее смерти неизвестен, но ко времени событий «Детей Хурина», сразу после Нирнаэт, мы уже не видим ее присутствия в семействе. Кто знает, может, она не пережила, например, того же поветрия, от которого умерла дочь Хурина Лалайт? Тот, кто все это в Хитлуме переживет, получит под старость вастацкую оккупацию – как Рагнир, слепой слуга в доме Хурина – возможно, ослеп он, например, в Браголлах? Садор рассказывает Турину, что сражался не в Браголлах, а через несколько лет после нее, а потом, после гибели Хуринова отца, насытился войной и вернулся в дровосеки, где и охромел ввиду несчастного случая. Так он переживает Нирнаэт – и ему остается нищета в доме Морвен, а затем и в доме Бродды. Перекрестных браков наверняка было больше – потомки еще одной дочери Халмира тоже говорят о своем родстве с хадорингами, так что есть, видимо, еще один брак, в этом или следующем поколении, причем не жена уходит в Хитлум, а муж – в Бретиль. Скорее всего, вне семейств вождей какие-то связи тоже есть. Есть версия, что матери Морвен и Риан – из Хитлума, так что связи хадорингов и беорингов тоже сохраняются. Кажется, особых связей нет у беорингов и халадинов, но тут случается Браголлах, и бегут они из Дортониона именно в Бретиль, потому что туда можно дойти, и связи – у тех, кто не уйдет в Хитлум, поневоле завяжутся. Вообще во второй половине жизни эти люди живут там, где могут, а уж под старость – для тех, кто не погиб, – наступает полное разнообразие. Впрочем, Бретиль по-прежнему стоит на своем месте даже после Нирнаэт, хотя за его границами бродят шайки разбойников-гаурвайт, отчасти пополненные беженцами из битвы и из Хитлума. Самый старший в шайке Турина – «старый Ангунд», бежавший из этой битвы, скорее всего, он не уникален, просто живут гаурвайт плохо и недолго. Видимо, несколько младше него, но скорее всего, из этого же поколения (учитывая возраст его сына) – Андрог, это другая история про мутную жизнь в смутные времена: его изгнали из Хитлума «за убийство женщины». Учитывая, что у него еще и сын есть, истории в голову приходят довольно драматичные. Возможно, отчасти эти шайки пополняют жители тех самых затейглинских хуторов (а кто не пополняет, тот от них страдает). Вастаки этого поколения в возрасте 30-40 лет приходят в Белерианд. Из «именных» в битве падут и верные, и неверные, и, скорее всего, во всех тех местах, где их соплеменники окажутся после, власть будут брать или пытаться забрать уже представители следующего поколения. Интересно, что Бор – на поколение моложе Ульфанга. В 63 года поздно проникаться эльфами (хотя Беор бы поспорил!), а в 43 вполне можно решить, что ты с ними, а не с Морготом, даже если он обещает что-то очень завлекательное.