Благословение Силы

Окружающая Хуа Чэна темная аура на мгновение сжалась, прежде чем снова заполнить помещение, будто он инстинктивно попытался скрыть себя в Силе, но вовремя опомнился. Казино усеивало множество любопытных глаз, включая двух джедаев, и лучшее, что они могли сделать — это играть свои роли до последнего. — Принято, — огласил Хуа Чэн. Крупье подвинулся, позволяя градоначальнику занять его место, и достал из-под столешницы вторую пару костей. Хуа Чэн сразу сгреб их в кулак. На пальцах сверкали перстни с рубинами в серебряной огранке, почти такие же яркие, как кайбер-кристалл. — Что?! — завопил под потолком Лан Цяньцю, разглядев, кто именно выступил из толпы. — Пусть лучше меня хатты заберут! Се Лянь молился, чтобы его глупый ученик во всеуслышание не раскрыл их маскировку. Мастера и падавана связывали особые узы, которые нередко сохранялись до конца жизни. Будь на его месте Бань Юэ, Се Лянь подал бы мысленный сигнал с просьбой помолчать, но Лан Цяньцю разорвал даже мельчайшие нити их связи четыре года назад. — Заткните ему пасть, — приказал Хуа Чэн, спасая положение. Преступники всех мастей только и ждали момента, что выслужиться перед градоначальником. Чей-то бластер натужно прогудел в режиме оглушения, прежде чем полупрозрачный лазер угодил в челюсть рыцаря. Русоволосая голова безвольно повисла. Се Лянь проследил глазами за сгустком крови, который скатился с губ ученика и упал в центр толпы. — Че встал, олень?! — выкрикнули с балкона. — Это он вам, — шепнула Ши Цинсюань, когда Се Лянь не сдвинулся с места, и подтолкнула его к столу. Несмотря на видимое беспокойство, как только они встали напротив друг друга, вокруг глаза Хуа Чэна появились морщинки: он сдерживал улыбку. «О Сила, я ведь в его одежде», — вспомнил Се Лянь. Они выглядели так, будто в спешке похватали вещи из одного шкафа. — Назови ставку, — сказал Хуа Чэн, перебирая пальцами стеклянные кости. Се Лянь скосил глаза, вспоминая, сколько кредитов осталось на его счету (он еще не успел перевести деньги за хлам, собранный в Юйцзюньшань), когда за спиной проревел угольно-черный вуки. Его долговязый дружок в пестром шлеме тут же перевел: — Он говорит, ставь свою шлюху. — Меня?! — вскрикнула Ши Цинсюань, когда вокруг нее загоготали пьяные мужланы. — Вообще-то, я его… жена! Кости в руке Хуа Чэн омерзительно скрипнули то ли друг об друга, то ли об его перстни. Се Лянь почувствовал себя виноватым, хотя они не попали бы в эту неловкую ситуацию, если бы Сань Лан не врал ему десять лет кряду. Он, безусловно, догадывался, что его возлюбленный — не просто «успешный контрабандист», но слава Хуа Чэна простиралась за пределы Республики, и с трудом верилось, что такой могущественный человек был, во-первых, так молод, а во-вторых, тратил полжизни, ошиваясь на задворках миров с джедаем-неудачником. Се Лянь отлично преуспел в искусстве самообмана. Вспомнив, что деньги в качестве ставки не принимаются, он провел руками по карманам. Комм ничего не стоит. Скиф — отличный корабль, но толпа взбеснуется, если поставить его на кон после недавнего скандала. Можно было соврать, что его меч — трофей, снятый с убитого джедая, но какая в нем ценность, если казино выставляет целого рыцаря вместе с оружием? Се Лянь уже собрался от безысходности предложить себя самого на продажу в рабство, когда нащупал в кармане прохладный предмет и сразу протянул его ситху, не оставляя себе времени на раздумья. — Что там у него? — забормотали зрители. — Нова-кристалл? — предположил кто-то. — Это бриллиант! Сила застрекотала вокруг ситха — Хуа Чэн догадался, что ему протягивают, еще до того, как вырезанное из цельного алмаза кольцо коснулось его ладони. Выражение лица не изменилось, но голос был печальным и тихим, когда он сказал: — Принято. Се Лянь прикусил щеку изнутри. Он отдал кольцо без всякого умысла, от безысходности, но Хуа Чэн неправильно его понял. Как бы ни хотелось объясниться, чувства ситха не стоят жизни Лан Цяньцю и неизвестного джедая, отправившего просьбу о помощи. Миссия должна быть закончена любой ценой. — Кто первый? — поторопил Се Лянь. Хуа Чэн молча бросил кости в середину стола. Известная на всю галактику удача ему изменила, и крупье боязливо озвучил: — Две тройки. — Никак джедайская мразь постаралась, — тут же нашли объяснение зрители. Толпа зажужжала, как улей, игнорируя тот факт, что Лан Цяньцю все еще висел без сознания, капая изо рта кровью. Хуа Чэн удержал тяжелый объект Силой, даже не глядя на него и думая о другом. Удивительная мощь, но даже ситхи не всесильны. Се Лянь посмотрел на вторую пару костей. Тройки несложно побить, но в их ситуации риск — неслыханная роскошь. Протянув руку к стеклянным кубикам, он в последний момент дернулся вправо, хватая всеми забытую колбу коаксиума, и поднял ее над головой. — За Республику! — крикнул Се Лянь и, дождавшись, пока присутствующие осмыслят происходящее, дернул рукой вниз. С помощью Силы он сорвал с потолка Лан Цяньцю вместе с лампами. Тонкий пластик задребезжал, как вывалившаяся из серванта посуда; свет потух, погружая игорный зал в темно-красный сумрак. Подпившие зрители даже не поняли, что взрыва не было. В суматохе они ломанулись к выходу, сшибая столы и наступая на тех, кому не повезло споткнуться. Казино затопил крик. Се Лянь увидел, что падение привело Лан Цяньцю в чувство. Он завозился на полу, и Ши Цинсюань шустро подскочила к нему, вздергивая на ноги за шкирку. — Где запасной выход? — спросил Се Лянь, и Хуа Чэн безразлично указал влево. Они молча смотрели друг друга несколько секунд, прежде чем с потолка рухнула еще одна лампа. Около центральных дверей образовалась давка, и кто-то с перепугу выстрелил, поджигая плазмой алые ковры. Помещение быстро заволокло дымом. Ковролин тлел без огня, но глаза резало, и ситуация становилась все более опасной. Молясь, чтобы его выходка обошлась без человеческих жертв, Се Лянь обратился к Силе. Ши Цинсюань сливалась с массой остальных живых существ, но он без труда нашел бывшего ученика, и, подхватив обоих под руки, вытащил их на улицу через узкий коридорчик для слуг. Ветра в Призрачном городе не было. Пресный искусственный воздух, тяжелей обычного, не наполнял легкие до конца, но сейчас и он был в радость. Первый же вдох заставил Лан Цяньцю залиться кашлем. Юнъаньский принц, как никогда помятый и грязный, привалился к стене. — Нам нужно идти, — потянул его Се Лянь за плечо. Подняв на бывшего учителя расфокусированный взгляд, Лан Цяньцю плюнул ему кровью в лицо. — Вы что, обезумели? — Ши Цинсюань встала между двумя мужчинами, упрев руки в боки. — Никуда я с ним не пойду! — Лан Цяньцю снова закашлял. — А я и не настаиваю. Вы вообще, уважаемый, что здесь забыли? Се Лянь хорошо знал бывшего падавана. Он подергивал плечами и морщился, набираясь сил для нового всплеска эмоций, но Ши Цинсюань нетерпеливо стучала ноготками по металлическому поясу. Хотя они были сверстниками, издалека могло показаться, что она — мать, отчитывающая нерадивого сына. — Пролетал мимо, когда засек сигнал тревоги, — сдался Лан Цяньцю. — Откуда конкретно. — Отсюда, — он развел руками. — Я думал, из-под земли, но здесь нет нижних уровней. Се Лянь вытер лицо рукавом, радуясь, что сегодня надел красное, а не белое. Чтобы не обращаться к Лан Цяньцю напрямую, он незаметно показал Ши Цинсюань ключи. — Вы сможете вернуться на корабль? — спросила девушка, поняв, чего он хочет. — Да, — сплюнув на землю последний раз, Лан Цяньцю выпрямился. — Тогда идите, а мы продолжим поиски. Если я не свяжусь с вами через два часа, сообщите в Совет. Хотя запах дыма просочился на улицу, серые клубы уже не валили из окон, да и крики сменились нервным кудахтаньям. Понимая, что охрана вот-вот бросится на поиски, они разошлись. Как только Лан Цяньцю скрылся из виду, Се Лянь сказал: — Благодарю. — Не стоит, Ваше Превосходительство. Лучше найдите моего Мин-сюна. Улицы в Призрачном городе не пересекались, и в узкий просвет между домами не протиснулась бы и кошка. У них было два варианта: двигаться в сторону купола или к резиденции Хуа Чэна. Се Лянь выбрал второй. Они двигались не спеша, притворяясь, что рассматривают витрины. Бег привлек бы внимание, да и Лан Цяньцю не зря пришел именно сюда. До Небесной столицы сигнал дошел в искаженном виде, но пролетающий мимо корабль должен был засечь его в точности. Джедай где-то здесь, но город возводился наспех, стены почти всех зданий — картон да дощечки, какой там подвал. Присматриваясь, нет у какого-то из домов мощного фундамента, Се Лянь заметил какое-то другое, и подошел к низенькому бордюру. Ши Цинсюань последовала за ним и спросила: — На что мы смотрим? — На решетку, — сказал Се Лянь, заглядывая между металлических перемычек. — Это просто ливневка. — Часто, думаете, здесь дожди? — А действительно… Он прислушался к Силе. Недавняя близость с ситхом повлияла на восприятие, но Се Лянь почувствовал, что воздушные массы движутся. Не сильно, но и это странно по сравнению со стоячим воздухом в остальных частях города. Понятно, как Сань Лан обнаружил тоннели под Ямой Грешников: он и сам построил такие. Его ошибка в том, что он сэкономил на дополнительном генераторе. Камеру выдала примитивная вентиляционная система. — Видите люк? Раз Хуа Чэн замаскировал воздуховод под что-то обыденное, то по логике должен был поступить с дверью также. Конечно, спуск мог находиться во дворце или, наоборот, за пределами купола, но им повезло: старомодная круглая крышка обнаружилась в нише между двумя ломбардами в окруженнии десятка мусорных баков. Ши Цинсюань отодвинула туфлей пустую баночку энергетика и сказала: — Не похоже на парадный ход. — Нам это только на руку. Се Лянь огляделся, убеждаясь, что никому нет дела до мусорки, и попробовал сдвинуть крышку Силой. Дернувшись, как от пинка, люк остался на месте, но на мгновение из-под него вырвался неоново-голубой блик. — Электронный замок, — пояснил Се Лянь, и осмотрел стену. Учитывая, кто именно населяет Призрачный город, не удивительно, что местные кидали мусор мимо, а нишу периодически использовали в качестве уборной. Стальной щиток покрывали остатки лапши, воняло кислым молоком и биологическими отходами. Для полноты картины не хватало только крысиного писка, но на астероиде вредители не водились. «Хорошо, что я не в белом», — снова подумал Се Лянь и залез в промежуток между стеной и баком. Из пакета, венчающего одну из гор мусора, торчал металлический обломок боевого дроида. Вытащив эту палку, Се Лянь бил ей по щитку, двигаясь слева-направо, пока не заслышал глухой стук. Удар посильнее заставил небольшую пластинку выдвинуться и отъехать в сторону, обнажая цифровое табло для ключ-карты. В скифе валялось немало удостоверений, которые за годы путешествий одалживал ему Сань Лан. Возможно, какое-то из них сработало бы сейчас, но Се Лянь специально не взял их, лелея надежду, что любовь всей его жизни — не олицетворение галактического зла. — Попробуйте это, — предложила Ши Цинсюань, протягивая карточку. Прозрачный кусок пластика без каких-либо надписей или картинок не походил на пропуск, но Се Лянь доверился сестре по Ордену. Как только карточка коснулась ячейки, на экране дождем посыпались ряды мигающих символов. Цифры, буквы на общегале и других языках молниеносно сменяли друг друга, пока дисплей не очистился, сохранив в центре лишь короткое «Инь Юй». Люк отъехал в сторону. — Откуда у вас эта вещь? — поразился Се Лянь. — Брат дал. Если Мин-сюн внизу, можете оставить ее себе, — сказала Ши Цинсюань и резко перекинула ногу, начиная спуск. Се Лянь не успел сказать, что невооруженной женщине лучше держаться позади. Надеясь, что в случае опасности она вытащит из бюстгальтера еще что-нибудь полезное, Се Лянь последовал за Ши Цинсюань. Лампы находились только самым люком, и чем ниже уходила лестница, тем темней становилась. Выключателей Се Лянь не нашел. Верхняя часть шахты была отделана изнутри дюрасталью, но ниже их ждали бугристые серые стены, будто строители работу на середине. Спускаясь, джедаи поднимали белесую взвесь. В пострадавшем от дыма горле першило с удвоенной силой. Ход был длиной метров в тридцать, не больше, но под конец спуска кожа на ладонях пылала. Вентиляции явно было недостаточно. Се Ляня отделяла от обморока только Сила, а Ши Цинсюань, видимо, держалась на силе воли. Шахта привела их на перекресток длинных тоннелей. Ши Цинсюань уверенно повернула направо. Се Лянь последовал за ней, решив, что если женщина мчится на выручку своему «Мин-сюну», джедайская интуиция ей ни к чему. Вскоре его ожидания оправдались. Выбранный ими путь вел в тупик, но в нескольких метрах от криво выдолбленной стены разместили решетку, превращая конец коридора в тюремную камеру. Привыкшие к темноте глаза обожгла одинокая лампочка. — Мин-сюн! — взвизгнула Ши Цинсюань и бросилась к двери. Разумеется, она была заперта. Се Лянь бережно отодвинул спутницу в сторону и срезал замок лазерным мечом. Скрюченный на полу узник тут же пошевелился. — Я так и знала, что ты в беде! — продолжала Ши Цинсюань. — Пусть попробуют еще хоть раз мне перечить! Рыцарь Мин был целиком облачен в черное. Бледное лицо казалось желтоватым на фоне каменной стены; скулы запали, выдавая легкое истощение, а глаза покраснели от грязного воздуха, но видимых повреждений не было. В углу камеры валялась миска каши, ссохшейся, будто ее подали несколько дней назад. Ши Цинсюань бормотала несвязные милости, ощупывая пленника с ног до головы. Се Лянь заметил, что аура у рыцаря Мин такая же слабенькая, как у его подруги, но странно трепещет: как огонек свечи, недалеко от которого дышит и движется человек. Се Лянь не видел ничего подобного, но не успел проанализировать — он отвернулся, когда эти двое слились в глубоком поцелуе. Слушая недвусмысленные причмокивая и шорох, он задумался, найдется ли десятитысячном Ордене хотя бы несколько человек, следующих Кодексу без отступлений и оговорок. На ум пришла только Юйши Хуан, но Се Лянь как-то слышал, что Пэй Су — вовсе не племянник Пэй Мина, а внебрачный ребенок двух магистров. Он принципиально не верил сплетням, но Бань Юэ много общалась с мальчиком, и его светло-зеленые глаза действительно кое-кого напоминали… — Не хочу вас отвлекать, но нам пора, — напомнил Се Лянь. — Да, конечно, — с небольшой задержкой отозвалась Ши Цинсюань. — Идти сможешь? — Более менее, — голос рыцаря Мин хрустел, как сухие листья. Оказалось, он переоценил свои возможности и опирался на Ши Цинсюань всем телом. У Се Ляня сердце кровью обливалось при виде того, как тонкие шпильки шатаются под весом двух взрослых людей, но в узком коридоре он не мог поддержать ослабленного джедая за вторую руку, а попытка отобрать «Мин-сюна» у Ши Цинсюань была опасна для жизни. Когда Се Лянь снова взглянул на ее сапожки у подножия лестницы, его посетила идея. — Разувайтесь. — Зачем? — удивилась Ши Цинсюань. — Это безумие, — на удивление ясно для полутрупа возразил Мин И. — Здесь гравитация в шесть раз меньше, чем на планетах. — Мы что, улетим, как воздушные шарики? Ши Цинсюань заговорила «девчачьим» голосом, какого Се Лянь от нее еще не слышал. Видимо, она хотела казаться перед своим парнем глупенькой и милой, но это выглядело убедительно, пока она буквально несла его на себе. — Просто сломаем ноги или во что-нибудь врежемся. — Нет, если будем осторожны, — прервал их Се Лянь и первым скинул позаимствованные у Сань Лана ботинки. Подъем по лестнице превратился в аттракцион. Се Лянь перебирал руками плоские металлические перекладины, почти не используя ноги. Меньше двух минут спустя он уже стоял между мусорных баков, помогая коллегам выбраться. Лицо Мин И так искривилось в отвращении и шоке, что Се Лянь не удержался от вопроса: — Вы, видимо, не здесь спускались? — Нет, — буркнул рыцарь и прикрыл нос рукавом. — Как нам сбежать? На всех пропускных пунктах охрана. — Не беспокойтесь. Мы пройдем через стену. — Как это? — не понял Мин И, зато взгляд Ши Цинсюань понятливо метнулся к его карману, через который просвечивалась колба с коаксиумом. — Тогда нам придется опять пройти мимо казино, — сказала она. — Не обязательно, — ответил Се Лянь и подпрыгнул, без труда забираясь на крышу трехэтажного здания. — Переберемся у них над головами. Кирпичная крошка колола босые ступни, но ему пришлось ждать, пока рыцари не закончат препираться. Узнав про взрывчатку, Мин И завозмущался, что дыра в куполе потенциально может привести к мучительной гибели тысяч проживающих здесь существ. Поистине джедайская забота о собственных похитителях, в которую Се Лянь не верил ни на грош. Он не вмешивался разговор только потому, что если Ши Цинсюань решила спасти своего парня, у него нет другого выбора, кроме как быть спасенным. Разумеется, вскоре эти двое присоединились к нему на крыше. — Мне кажется, — восхитился Се Лянь, — вы одна из лучших джедаев, каких я когда-либо встречал. — Я то же самое хотела сказать о вас. — Мы идем или нет? — рявкнул Мин И. Его аура преисполнилась ревностью. Се Лянь испытал облегчение, осознавая, что в каких бы грязных делишках не был замешан этот подозрительный тип, хотя бы его чувства к Ши Цинсюань были искренними.