У меня тоже есть крылья

AURORA — Running with the Wolves

Элис

      Элис ёрзала в седле, ощущая давящий дискомфорт внизу живота — ужасно хотелось по малой нужде. И это при том, что она как минимум три раза посетила нужник на базе в Каранесе и не пила ничего со вчерашнего вечера. Нервное напряжение перед миссией скручивало внутренности спазмом, а рассказы старших товарищей об их первых экспедициях не добавляли хладнокровия. Звёздочка чувствовала её состояние и также беспокойно переступала копытами по мостовой. Впереди уже вовсю звонил колокол, а ворота ползли наверх, как и мучительные секунды перед началом миссии.       Голос командующего Эрвина принёс желанное облегчение — началось! Конец томительному ожиданию: Элис сжала бока лошади и двинулась вслед за повозками через шлюз. Преодолев несколько метров внутри стены Роза, она невольно задержала дыхание, когда они со Звёздочкой вынырнули по другую сторону ворот — впервые на территории Марии. Повозки тут же перестроились, и их отряд перешёл на галоп. Сердце также пустилось вскачь, разгоняя кровь и напряжение в мышцах — тело точно знало, что делать. Задышав полной грудью, Элис поспешила сосредоточиться на окружающей обстановке.       Командующий Эрвин, словно одержимый, скакал впереди построения, зелёный плащ хлопал за его спиной. Прямо за ним виднелись макушки капитана Захариуса и капитана Зое. Спецотряд брата, с Эреном в самой гуще, новобранцы под руководством ветеранов, Хистория, Имир, Микаса… Строй длинной гусеницей растянулся по городскому проспекту. Даже на ходу Элис отмечала разрушения той или иной степени в застройке: пробитые крыши, обвалившиеся заборы, заросшие дикой растительностью дворы. Если придётся маневрировать в черте города, то определённо с осторожностью — подгнившие постройки могут сыграть злую шутку при попытке загарпуниться. Сделав себе мысленную пометку, Элис сконцентрировалась на продвижении вперёд. Ритмичный галоп Звёздочки и её фыркающее дыхание успокаивали нервы.       Элис не запомнила, сколько прошло минут, прежде чем появились первые титаны. Как и во время учений, время шло неравномерно. Где-то неподалёку вскрикнула от ужаса Саша. Впрочем, сейчас от них ничего не требовалось: группа поддержки, состоявшая из опытных бойцов разведкорпуса, взяла гигантов на себя.       Пригород стены Роза они проскочили без потерь, а как только оказались на открытой местности, командующий Эрвин выбросил в сторону левую руку и скомандовал (его голос перекрыл топот копыт):       — Всем в боевое построение! Выполнять!       Словно в сложном танце, разведчики разъехались по своим позициям, занимая обширное пространство. Элис со снабженцами и повозками продолжала скакать в центре.       — Удачи! — успела крикнуть ей Криста, прежде чем податься на положенное место в строю.       — Не считай ворон, розочка! — пожелала Имир и рванула карьером на свою сторону.       Обе подруги теперь оказались далеко, и Элис снова ощутила укол беспокойства. Сама она находилась в защищённом центре, в то время как большинство однокурсников скакали если не в первых рядах, то гораздо ближе к краям построения и потенциальному врагу. Она бы предпочла находиться с друзьями и узнавать об атаках вместе с ними, особенно плечом к плечу с Кристой и братом. Но вместо этого перед ней виднелась широкая спина Эрвина Смита.       Первые столбы красного дыма, сообщающие о появлении титанов, выстрелили справа. Строй изогнулся точно живая змея, избегая вступать в бой с врагом, и грузно сменил курс. Ещё несколько раз они меняли направление, чтобы объехать естественные препятствия на пути. Из-за грохота телег, казалось, закладывало уши, но даже в этой скачке ощущалась лёгкая дрожь земли от тяжёлой поступи титанов где-то справа. Всё больше и больше красных сигналов поступало с того крыла, а самым тревожным стало то, что начали появляться чёрные — сигнал о нападении девиантов. Элис сжала зубы и машинально оглянулась, ища глазами отряд брата — в самом тылу центральной части. Леви скакал позади, впереди командующий Эрвин, и она — ровно между ними. Уверенность и ощущение собственной силы заструились по венам: при таком конвое никакие титаны не страшны!       Однако, судя по всему, с правым крылом творилось нечто страшное. После красных и чёрных сигнальных огней появились жёлтые, а это означало только одно — крыло разбито и частично не функционирует. Время от времени появлялись связисты, чтобы доложить обстановку командирам или лично Эрвину Смиту, и снова ускакать к своим отрядам. Ближайшей к Элис повозкой правил снабженец Нико Шюльц, которому она так бесславно попалась за курением пару недель назад. Он хмурил свои чёрные брови и весь подался вперёд, немилосердно стегая лошадей. Центр построения ускорялся и ускорялся, в безумной гонке от титанов. Какую цель они преследовали? Куда их гнал командующий Эрвин? Складывалось впечатление, что они знали о целях миссии не больше коней в упряжи.       — Слышь, малая, не прижимайся! — рявкнул Шюльц Элис. — Держи дистанцию!       — Есть! — она поспешно вдавила пятку в правый бок Звёздочки и вернулась на нужный квадрат построения.       — Повнимательнее, Элис, — немного добрее крикнул ей военврач, также скакавший с центром.       А дальше для них началась работа: наконец-то подвезли первых раненых, опять же с правого крыла. Элис и господин Лукас практически одновременно перескочили в медицинскую повозку, куда на ходу перекинули двух пострадавших бойцов медики-штурмовики. Торопливо полив руки из бутылочки карболкой, они с господином Лукасом преступили к своим обязанностям. Военврач из отряда капитана Захариуса славился способностями работать при самой жёсткой тряске в полевых условиях. Элис была об этом наслышана за месяц пребывания в разведкорпусе, и теперь имела возможность наблюдать за его отточенными действиями воочию. У него даже пальцы не дрожали, пока он накладывал повязки или затягивал жгуты над пострадавшими конечностями солдат. Зашивать их раны они будут, когда остановятся на привал, если таковой случится, либо уже внутри стен — на ходу это сделать проблематично. Ассистировать господину Лукасу было полезно: она старалась запоминать каждое действие врача — поди пригодится. К тому же, привычные с детства манипуляции отвлекали от безумной скачки через земли Марии, в которой титаны безжалостно теснили формацию разведкорпуса.       Построение неумолимо разваливалось. Раненые продолжали поступать, и Элис с господином Лукасом укладывали их ровными штабелями прямо в обозе после обработки ран. По совпадению или намеренной стратегии, но смертельно покалеченных разведчиков пока не наблюдалось.       Остатки строя продолжали нестись вперёд. Элис подняла голову и утёрла пот со лба рукавом. Впереди высился лес размером со стену Роза, если не выше.       — Лес гигантских деревьев, — пробормотал военврач, также отрываясь от последнего пациента, которому он тампонировал рваную рану. — Элис, смешай ещё солевого раствора.       — Мы так стремились попасть сюда? — они неумолимо приближались к величественным и одновременно пугающим своими размерами соснам. — Это и есть цель экспедиции?       — В лесу удобнее всего маневрировать, — пожал плечами господин Лукас, снова склоняясь над белым как полотно парнем с прокушенным боком. — Сомневаюсь, что командующий неправильно прочёл карту.       — Кажется, к нам кто-то скачет с новостями, — донёсся голос солдата, сопровождавшего повозку справа.       И правда, со стороны первого ряда центра, где находилось командование, к ним приближалась фигура очередного связиста. Мужчина средних лет, кажется, его звали Сэм, обогнул их повозки и крикнул хорошо поставленным голосом:       — В лес отправится лишь конвой обоза из центра! Приказ командующего! — и устремился дальше к арьергарду.       — Полный вперёд! — Шюльц подстегнул лошадей.       Ещё несколько связистов разносили приказы для левого и правого флангов. Элис видела краем глаза, как на ходу меняется построение. Сработанность солдат разведкорпуса поражала. Невыносимо хотелось узнать, всё ли в порядке с Кристой, Имир и остальными однокурсниками. Хорошо, что подруги были с лейтенантом Нанабой — очень опытным солдатом, несмотря на юный возраст.       На полном ходу центральный ряд въехал в лес гигантских деревьев и практически сразу они все оказались в полутьме. Раскидистые ветки сосен-гигантов надёжно перекрывали солнечный свет, жидкие пятна от лучей еле проступали на старой мощёной желтоватым кирпичом дороге. От размеров деревьев по спине прокатился озноб — Элис во всю крутила головой, рассматривая небывалый пейзаж. Стволы сосен немного напоминали колонны-колоссы Подземного города, поддерживающие свод над головами жителей катакомб. Знакомый страх темноты и неизвестности прокатился ледяными мурашками по спине, захотелось сжаться в комочек и закрыть глаза, пережидая приступ паники. Ни девочек, ни брата рядом, опять она одна в окружении лишь суровых снабженцев да раненых, тихонько постанывающих солдат. Кожу рук пекло от карболки. Она оглянулась — отряда брата видно не было, зато впереди, сквозь зелень сосен, по-прежнему можно было различить огромную фигуру командующего Эрвина, а также капитана Майка и Ханджи Зое. Очень не хотелось в очередной раз позориться в такой близости от командования, поэтому Элис от души пощипала себя за уши, проверила закреплённую в узел косу, привод УПМ, и вся обратилась во внимание. Титаны могли появиться в любой момент — толстые стволы деревьев не только хорошо прятали построение, но и служили укрытием для врага.       — Где наши товарищи? — окликнула она господина Лукаса, который в это время поил из фляги совсем юную девушку с перевязанной головой. — Что сейчас делают фланги?       — Полагаю, задерживают титанов, которые идут в лес, — рассеянно ответил военврач, вглядываясь в лицо юной разведчицы.       — Но зачем нам этот лес? Разве мы не должны были укрепить наши позиции за стеной? Ведь это было нашей целью — проложить маршрут до Сигансины!       — Кто знает, — философски протянул мужчина, явно преисполнившийся за годы службы в разведке. — Наша цель: не дать пострадавшим солдатам испустить дух. Думай об этом, розочка, а многоходовые умозаключения оставь командованию.       — Есть!       И они продолжали скакать уже сквозь титанический лес. В какой-то момент снабженцы практически вплотную прижались к первой линии командования, и теперь всё, что осталось от их формации, — горстка телег и несколько отрядов во главе с командующим Эрвином — упорно двигались по лесному тракту.       Закончив со всеми ранеными, Элис свистнула, подзывая Звёздочку — обученная лошадь всё это время скакала за повозкой. Перескочив в седло, Элис сразу вздохнула с облегчением — тряска телеги успела порядком надоесть. Монотонный стук копыт и движение мускулов животного были приятнее дребезжащего обоза передвижного госпиталя. Где-то в арьергарде построения справа бахнула ракетница. Все оглянулись, но цвет дыма различить не было возможности из-за деревьев. А ещё через пару минут раздался узнаваемый взрыв шумовой гранаты.       — Сигнал Леви! — расслышала Элис впереди низкий голос Эрвина Смита. — Приготовиться к остановке!       Возницы громко зацокали и засвистели, останавливая лошадей; обозы начали грузно затормаживаться; всадники также натянули поводья, переходя на шаг. Элис огладила взмыленную Звёздочку по шее. К ним подъехал капитан Захариус.       — Повозки с ранеными едут дальше, впереди вижу просеку — телеги вполне пройдут, — начал он отрывисто раздавать приказы. — Снабженцы, выкатить орудия! Лошадей спрятать поглубже в лес! Чтобы через пять минут на тракте никого не было! Шевелитесь! — Его ноздри раздувались, а на виске проступила вена.       Конвой снабжения начал суетливо расчехлять повозки, но у Элис уже не было возможности посмотреть на это — все медики и санитары зарысили вперёд, а потом и вовсе съехали с главной дороги, рассредоточившись по ближайшим зарослям.       — Всем привести УПМ в боевую готовность!       — Билл, ты из этой колеи не выедешь потом, ставь ровнее!       Отовсюду летели указания, лошади то и дело упирались или вставали на дыбы, разгорячённые после скачки и не желавшие успокаиваться. Только они заняли свои позиции в лесу, как земля явственно задрожала: к ним приближался титан. И, судя по всему, бежал он со всех ног.       — Уже скоро, — мрачно сплюнул пожилой санитар.       — Что скоро? — раздражённо прошипела Элис. Она ничего не понимала: вокруг творилось нечто странное, и теперь ей казалось, все знали, что надо делать, кроме неё, и это бесило до невозможного.       Над их засадой быстро пролетел капитан Майк, осматривая расположение, и за считанные секунды вернулся обратно к загадочным обозам со «снабжением». Многие догадывались, что в них находилось оборудование для поимки титанов: старшие офицеры со своими отрядами ветеранов несколько раз за прошедший месяц уезжали в лес на учения с этими повозками. Вот только кого они собирались ловить? Вряд ли безмозглого титана. Тогда, может быть, это капитан Ханджи решила изловить девианта для своих опытов?       Додумать мысль Элис не успела, так как земля уже просто гудела: очевидно, гнавшийся за ними в лесу титан был огромен. «Мы ловим Бронированного!» — вдруг осенило Элис. От чьей поступи ещё могло так сотрясаться всё вокруг? «Только хватит ли у нас мощности пробить его панцирь?»       — Ускорился, — прошептал господин Лукас, теребя хвост из длинных собранных волос.       — Что это? — ахнула Элис. Помимо титанического топота, она стала различать лёгкие удары копыт по тракту. Кто-то скакал прямо сюда, заманивая титана. Всё ближе и ближе. От напряжения потряхивало, а пот предательски пропитал рубашку на спине.       В этот момент по дороге мимо них стрелой пролетели шесть всадников, и Элис скорее почувствовала, чем разглядела, что это отряд Леви. Кто бы ещё мог нестись с такой скоростью? А потом она увидела её. Огромная женщина-титан! Это определённо была женщина: выдающаяся грудь, округлые бёдра и талия — никогда Элис не видела подобной твари ни в Тросте, ни в учебниках кадетского училища. Её можно было даже назвать красивой, если бы не мясного цвета мышцы, покрывающие в некоторых местах тело без кожи. Это всё, что успела подумать Элис за те пару секунд — чудовище вдруг сбилось с бега, застыло, точно почувствовало засаду, и тут же донёсся приказ командующего Эрвина:       — Огонь!!!       Раздавшийся взрыв был такой силы, что у всех заложило уши. Точнее, это было множество взрывов, которые палили, палили и палили на протяжении секунд десяти. Всё в округе заволокло порохом и дымом. Элис закашлялась и потёрла заложенные уши.       — Ну что там? Поймали? — азартно прокричал молодой санитар, прятавшийся неподалёку. Потом он не выдержал и активировал УПМ, чтобы подлететь поближе. Голоса людей вокруг звучали приглушённо, как из колодца. Элис несколько раз с усилием сглотнула, возвращая слух, и тоже подрагивающими пальцами выпустила приводы, чтобы подняться повыше и рассмотреть поближе добычу разведкорпуса.       Дым рассеивался. Женщина-титан стояла посреди тракта, пронизанная стальными тросами от гарпунов из системы захвата. Буквально все её суставы были пробиты и надёжно зафиксированы. Она мелко-мелко дрожала, а голубые глаза широко распахнулись в ужасе. Элис подлетела ещё ближе. Справа от титанши, на толстой ветке стоял командующий Эрвин, на соседних ветвях неподалёку старшие офицеры. Свист тросов — и рядом с командором, по-кошачьи мягко, приземлился брат. Двое мужчин о чём-то заговорили.       — Это не безмозглый титан, — на ближайшую к Элис ветку загарпунился и подтянулся Кемаль, новобранец из отряда капитана Захариуса, который тоже оказался в центре построения.       — Не безмозглый?..       — Взгляни на её глаза. И какое пропорциональное тело. Готов поставить всё жалование, что эта бабища такое же чудо-юдо, как и наш Эрен! — Парень смачно сплюнул на землю прямо с сосны, на которой они стояли. Элис задумчиво проследила за траекторией плевка. Сколько же на самом деле в их мире разумных титанов, способных возвращаться к человеческому облику? И почему не все титаны такие? Или все?..       Всё больше разведчиков осторожно выбирались из укрытий и подлетали поближе, чтобы подивиться на пойманную титаншу. Это был успех! Такую крупную особь ещё ни разу не удавалось поймать и обездвижить. Капитан Ханджи даже побледнела, с восторгом осматривая чудовище.       — Отойди-ка подальше, — окликнул Элис Кемаль. — Кажется, это ещё не конец.       И правда, командующий Эрвин поднял руку с клинком в руке, привлекая внимание снабженцев, и крикнул:       — Используйте запасные снаряды! Огонь!       И снова загрохотали орудия, заставляя разведчиков попятиться назад и прижать руки к ушам. Тело титанши исходило паром, раны затягивались на глазах, но вместе с тем пробитые тросами суставы теряли остатки подвижности. Ловко придумано, ничего не скажешь!       Когда дым от орудий рассеялся, капитан Захариус и Леви синхронно с двух сторон слетели к загривку твари. Замахнулись, и… клинки противно звякнули и обломались о каменную поверхность. Кемаль и Элис почти одновременно стрельнули тросами и переместились к правой стороне, чтобы самим заглянуть за спину гигантской женщине. Она прикрывала шею двумя руками, а кисти этих рук утратили живую плоть, превратившись в подобие кристаллов. На лице Леви было написано отвращение и разочарование, а командующий Эрвин будто бы и не удивился даже. Он спокойно отдал приказ одному из снабженцев, и внизу тут же принялись вытаскивать взрывчатку.       — Уоллроуз, ты разве не должна быть с ранеными? — прикрикнул на неё капитан Майк, слетая ниже к телегам. — Брысь к обозу! Кемаль, тебя это тоже касается!       Недовольно бурча, они с Кемалем отступили вглубь зарослей, откуда также выглядывали любопытные медики: каждому хотелось посмотреть на женщину-титана, даже несколько не слишком сильно раненых солдат приковыляли поближе. Господин Лукас курил, прислонившись к толстому стволу сосны.       — Капитан Леви как обычно… — задумчиво произнёс военврач, выпуская сизый дым сквозь зубы.       Элис резко обернулась, и у неё похолодели конечности: брат стоял прямо на голове у чудовища. Его миниатюрная фигура темнела на фоне золотисто-светлых волос титанши.       — Что они задумали? — прошептала она и невольно отшагнула обратно к дороге, на которой в распорке стояла гигантская женщина с её братом на башке. — Он что, решил в одиночку её достать?       И тут она раскрыла пасть и зашлась истошным криком, от которого послетали птицы с верхушек сосен. Не человеческим криком, но животным. От ужаса разведчики вздрогнули и отпрянули назад, затыкая уши, а титанша продолжала издавать эти жуткие звуки. Господин Лукас выронил сигарету.       Дальше всё происходило очень быстро. Земля задрожала, будто сотни титанов в едином порыве устремились прямо к ним, в центр леса.       — Быстрее приготовить взрывчатку! — сразу же скомандовал Эрвин Смит. К нему подлетел Захариус и что-то сообщил. — Первые титаны идут с востока! Повозочный конвой, встретьте их!       Передовой отряд метнулся на восток, откуда уже отчётливо грохотали шаги титанов. Эвакуировать телеги с ранеными было некуда, можно только постараться защитить их. Господин Лукас с лязгом вытащил клинки.       — Кемаль! Элис! Сэм! Работаете в тройке как обычно! Элис и Сэм — сухожилия, Кемаль — твой загривок, — он моментально сбросил с себя роль врача, превратился в солдата и принялся отдавать приказы.       — Есть! — хором ответили ребята, разлетаясь по позициям.       Но битва не продлилась и пяти минут: титаны мчались через лес, начисто игнорируя разведчиков. Некоторые из них падали, подкошенные клинками передового отряда, но большинство моментально достигло тела распятой титанши. Они принялись с самым мерзостным звуком на свете рвать её плоть и пожирать дымящиеся куски мяса. Это было уже слишком. Желудок Элис сделал кульбит, желчь подкатила к горлу, и её позорно вывернуло на изнанку прямо с высоты дерева, на котором она закрепилась тросами. «Повезло, что Кемаль закрепился правее», — отрешённо подумала она, откашливаясь и стараясь глубоко вдыхать и выдыхать. Стошнить во время миссии на товарища было бы слишком даже для неё. Где-то в глубине солнечного сплетения зарождалась истерика и рвалась наружу неуместным смехом.       В бой вступили офицеры разведкорпуса, яростно защищая добычу от безмозглых титанов. Но всё без толку: уже были видны белые кости твари, а ошмётки мышц и кожи летели во все стороны, шипя и испаряясь.       — Всем отступить! — приказ командующего Эрвина подействовал отрезвляюще. Элис с трудом сфокусировалась и отвела глаза от невиданного акта каннибализма. — Восстановить строй! Возвращаемся в Каранес!       — Быстрее, — заорал капитан Захариус, — пока они заняты женской особью!       Снабженцы и медики лихорадочно выкатывали телеги на тракт и наскоро формировали строй, чтобы отступить из леса. Солдаты прямо с деревьев слетали на своих лошадей, тревожно оглядываясь на пировавших своим сородичем титанов.       — Давай-давай-давай, — тараторил Шюльц, выправляя повозку. — Отступаем!       Вскоре они уже галопом мчались по тракту.       — Всё закончилось? — тупо спросила Элис Кемаля, взволнованно вцепившись в гриву Звёздочки.       — Закончится, когда будем внутри стен! — гаркнул из повозки господин Лукас. — Не терять бдительность, молодёжь!       «Скорей бы выбраться из этого леса и соединиться с остальными отрядами», — все мысли Элис крутились вокруг товарищей из 104-го. Ей категорически не нравилось находиться в разрозненном строю и не знать, где Криста и брат. Взгляд снова, как магнитом, притянуло к командованию впереди: «крылья свободы» хлопали зелёными плащами за спинами у офицеров. От фигуры Эрвина Смита по центру исходила такая сила и хладнокровие, что Элис снова невольно устыдилась своих страхов и недавней тошноты. Она выпустила гриву Звёздочки из пальцев и расслабила поясницу. Всё будет хорошо, они выберутся!       В тот же миг грянул взрыв такой силы, что Элис чуть не вывалилась из седла. Лошади, запряжённые в повозки, принялись «козлить» в страхе, а Кемаль грязно выругался. Вслед за взрывом над лесом зазвучал надсадный вопль, преисполненный боли и ярости. Кажется, так звучал Эрен в Тросте.       — Это Эрен превратился в титана? — спрашивали друг друга солдаты. Все оглянулись назад, строй невольно замедлился, а земля меж тем снова задрожала под ногами бегущего гиганта. Разъярённый крик вновь и вновь звучал из чащи леса, теперь к нему ещё и добавились звуки сокрушительных ударов, словно титаны разносили лес вокруг, вырывая гигантские сосны с корнем. Над трактом взметнулась испуганная стая птиц, а в чаще пронеслось мимо несколько оленей.       — Конвой повозки с ранеными продолжает двигаться из леса, — приказал командующий Эрвин. — Отряд поддержки и все офицеры за мной! — он на ходу развернул своего серого коня. — Мы должны защитить Эрена любой ценой! Вперёд!       — Если мы сейчас и Йегера потеряем… — Покачал головой господин Лукас, глядя, как командиры штурмовых отрядов последовали за Эрвином Смитом вглубь леса.       — Не потеряем! — уверенно заявила Элис. — Капитан Леви и командующий Эрвин такого не допустят, — и толкнулась пятками в бока Звёздочки, практически переходя на карьер*.       То тут, то там доносились взрывы шумовых гранат и свист ракетниц. Конвой повозки не мог различить сигнальный дым из-за деревьев, но ребята с флангов, скорее всего, уже были на границе Леса гигантских деревьев. За грохотом повозок по тракту их отряд не сразу заметил, что рёв титана прекратился.       Элис скакала, приподнявшись над седлом и подав корпус вперёд. За эту сравнительно недолгую вылазку она, пожалуй, раз десять пережила то ужас, то временное облегчение, то прилив силы неясного происхождения — её тело и разум были вымотаны такими «качелями». Чутьё подсказывало, что им с товарищами ещё предстоит последний рывок, чтобы вернуться в Каранес, ведь вряд ли это будет просто.       Лес казался бесконечным. Сосны плыли перед глазами, от скорости сливаясь в сплошное зелёное пятно. Продолжать двигаться во что бы то ни стало! И не думать о том, что где-то в глубине брат со своим отрядом и офицеры сражаются с кошмарной женской особью титана. Вечные сумерки гигантских деревьев никак не хотели расступаться.       Краем глаза она уловила движение слева от тракта — несколько бурых пятен двигались параллельно конвою с обозами. Проморгавшись и чуть придержав поводья, чтобы замедлить Звёздочку, Элис всмотрелась в подлесок, окружающий большак, и открыла рот от удивления: по невидимой лесной тропинке бежали волки. Хоть она раньше и видела этих зверей лишь на картинках в книгах, ошибиться было невозможно. Кисти рук ещё больше натянули поводья, переводя лошадь на ровный галоп. Элис завороженно всматривалась в их неожиданных спутников по бегству из леса: стая из четырёх особей, двое из них были буровато-палевого окраса, ещё один зверь был полностью чёрный, и самая маленькая, по всей видимости, волчица, являлась обладательницей красивейшей рыжей шерсти. Что они здесь делали? Тоже убегали от титанов в более безопасные земли? Мощные лапы словно двигались в едином ритме с галопом лошадей разведчиков. От этого возникало ощущение, что волки являлись частью конвоя разведкорпуса. Или отрядом наблюдения, если точнее.       Разум Элис по-прежнему ощущал страх, но сердце забилось ритмичнее, и она выровняла дыхание, позволяя воздуху циркулировать в лёгких свободно. Когда впереди показался просвет, с ближайших деревьев принялись слетать разведчики, заскакивая на ходу в сёдла и вливаясь в ровный строй конвоя.       — Долго же вы там возились! — послышался справа насмешливый голос.       — Имир! — радостно воскликнула Элис. Ещё никогда она не была так счастлива слышать эту стерву. А с другой стороны, уже грациозно, словно птичка, опустилась в седло Криста и пришпорила свою рыжую лошадь. Строй немного замедлился, вбирая в себя фланги, и наконец-то покинул злосчастную «местную достопримечательность». В последний раз бросив взгляд назад, Элис убедилась, что волки не стали оставлять свои владения, забрав левее и устремившись вдоль кромки леса.       — Останавливаемся! — отдал приказ командир конвоя через метров двести. — Дозор по периметру с шагом десять метров. Выполнять!       Короткая передышка в ожидании командования позволила медикам наскоро, но хотя бы без тряски, зашить раненых бойцов. Вокруг их стоянки уже рассредоточились солдаты с подзорными трубами. Господин Лукас раздал медикам и санитарам указания, и Элис переместилась в одну из телег передвижного госпиталя. Практически сразу к ней подъехали подруги.       — Как мало! А где остальные? — растерянно пискнула Криста, оглядывая всё, что осталось от их формации. — Где же командующий и капитан? — её голубые глаза потемнели от самых худших предположений.       — Спасают Эрена из лап разумной титанши, — пояснила Элис, немного нервно орудуя держателем с иглой над рядовым с раной на бедре. Времени было в обрез: в любой момент могли появиться титаны, и в таком случае полевой госпиталь должен был сразу же гнать лошадей что есть силы. В воздухе резко пахло спиртом и карболкой, а также зазвучали стоны и вскрики раненых.       — Титанши? — переспросила с интересом Имир.       — Некогда объяснять, потом, всё потом! Надеюсь, они всё же справятся с ней, — испытав секундное облегчение от того, что обе подруги целы, Элис теперь косила краем глаза в сторону леса, молясь про себя, чтобы и отряд брата, и офицеры во главе с Эрвином Смитом уже выехали из этой чёртовой глуши.       Узелки в спешке получались грубоватыми, однако боец, которого зашивала Элис, вполне мог считать себя везунчиком: важные сосуды были не задеты, а кровь остановилась. Во всяком случае, по сравнению с девушкой, над которой склонился господин Лукас: титан полностью откусил ей ступню, и военврач перетягивал обрубок плотными жгутами. В строй она больше не вернётся.       В целом, было от чего потерять рассудок: повозки с ранеными переполнены, а от всей роты разведкорпуса, что покидала утром Каранес, трети как ни бывало. Фактически все, кто находился в правом крыле, пали. Неужели вот так проходила каждая экспедиция? Брат предупреждал её об этом, пытаясь запугать и отбить всякое желание идти на военную службу, но увидеть подобное своими глазами… И это она ещё не была в битве, попав в самое безопасное место построения. «Хорошо, что Лен не пошёл в разведку», — мелькнула непрошенная мысль.       — Вон они, — господин Лукас первым заметил выехавших из леса людей и теперь приближавшихся к конвою.       — Живы, — выдохнула Элис, сразу же находя вдалеке фигуру брата. Эрвина Смита она узнала по его серому коню в центре. — Живы! — заорала она всему миру. С души будто камень свалился.       — Не все, — хмуро поправила Имир. — Не шуми, розочка.       Когда последний отряд поравнялся со стоянкой, Элис увидела, что кроме бессознательного тела Эрена, которое тут же сгрузили в соседний медицинский обоз, никого из команды Леви с ними нет. На секунду её глаза встретились с хмурым взглядом брата, и взаимный выдох облегчения пронёсся между ними.       К центру строевой рысью подъехал командующий Эрвин.       — Собрать тела убитых. Тридцать минут на остановку и выдвигаемся в сторону Каранеса.

***

      Часть тяжелораненых солдат сразу направили в госпиталь Каранеса, более стабильных, с лёгкими порезами и вывихами, было принято решение лечить непосредственно на военной базе, где разведчики временно расквартировались после миссии. В итоге получилось так, что практически до глубокой ночи Элис была занята: под руководством военврача раздавала лекарства и обрабатывала йодом мелкие раны. Она совершала привычные действия механически, в то время как мысли её были далеко. Из головы не шло их возвращение из-за стены в город. Её не удивили и не поразили разочарованные выкрики толпы о том, что разведкорпус кормит титанов на налоги горожан — она была к такому готова. Но перед глазами стоял командующий Эрвин Смит, ведущий под уздцы коня. И как в спину ему неслись упрёки:       «Командующий Эрвин! Ответьте!»       «Эта разведмиссия оправдывала такие жертвы?!»       «Как думаете, мёртвые ни о чём не жалеют?»       В какой-то момент толпа совершенно раздухарилась, злые слова раздавались в адрес Эрвина Смита, но болезненно жалили почему-то саму Элис. Он просто шёл вперёд с напряжённо-ровной спиной, а ей хотелось, подобно брату, командиру Захариусу и капитану Зое, идти прямо за ним, выражая поддержку своим молчаливым присутствием.       Закончив раскладывать по местам пузырьки с лекарствами, Элис тяжело прислонилась к стене и стянула с головы белую косынку. Часы в больничном крыле штаба пробили полночь. Несколько её товарищей, медбратьев и медсестёр, как по команде, подняли усталые глаза на часы.       — Что ж, пора бы уже расходиться, — протянул господин Лукас и захлопнул журнал, в котором последний час делал записи о пациентах, пока его помощники наводили порядок после приёма.       — Да уж, два часа как пора было, — пробурчал санитар Кира. — Неужто эти записи не могли подождать до завтра? — Он выразительно зыркнул на журнал отчётов на столе военврача. — Мы только сегодня вернулись с миссии, а отдыха не заслужили? Даже оплакать павших товарищей нам не дали! — в его голосе явственно слышался упрёк.       Господин Лукас вздохнул, провёл пальцами по длинным волосам и откинулся на спинку кресла.       — Нас вызывают в столицу.       Повисла тишина.       — Нас, в смысле, весь разведкорпус, что ли? — удивлённо уточнил Сэм.       — Миссия провалена, власти, скорее всего, потребуют отдать Йегера военной полиции, — господин Лукас сложил пальцы домиком. — Всё, что мы можем сейчас сделать, это подготовить бумаги по итогам миссии для столичных чиновников так, чтобы комар носа подточить не смог.       — Все нераненые офицеры сегодня тоже продолжают трудиться, — тихо произнесла Кэти, также снимая с себя косынку и белоснежный передник. — Несмотря на поздний час.       — Полагаю, это так, — кивнул военврач. — И это меньшее, что мы можем сделать для нашего подразделения. Однако на сегодня действительно хватит, — он решительно поднялся и принялся стягивать с себя халат. — Продолжим работу завтра. А там посмотрим, как всё для нас сложится.       «Господин Лукас всегда живёт сегодняшним днём, моментом!» — подумала Элис, покидая больничное крыло. Всё тело гудело от усталости, но спать не хотелось. А хотелось сесть и поговорить по душам. С кем угодно. Она вообще не была уверена, что кто-то сегодня из тех, кто был за стеной, способен заснуть. За исключением раненых. После Троста, например, большинство кадетов мучились бессонницей и неконтролируемыми приступами паники. Возможно ли к этому привыкнуть со временем? Командующему Эрвину, к слову, ещё снятся сны, или он видит только кошмары?       Погружённая в свои невесёлые мысли, Элис побрела в сторону офицерских кабинетов, в поисках Леви. База Каранеса казалась незнакомой и слишком тесной, в сравнении с замком рядом с Тростом, к которому все новобранцы уже успели привыкнуть. После высоких каменных сводов, гуляющих сквозняков и старинных интерьеров, обшарпанные низкие стены с довольно затрапезной обстановкой казённого штаба выглядели слишком уныло.       Элис мельком взглянула в окно, заворачивая в очередной коридор: была глубокая ночь, но она точно знала, что брат не спал в этот час. Полная луна освещала город своим серебристым сиянием.       До неё не сразу дошло, что из кабинета впереди доносятся нетипичные для военного штаба звуки. Она нахмурилась, замедлила шаги и вся обратилась в слух: через дверь офицерского кабинета приглушённо раздавались скрипы, женские вскрики и… хлопки? Элис уже на цыпочках подошла к кабинету, боясь, что какая-нибудь старая половица выдаст её присутствие, и замерла.       — Мой командир… Мой командир… — Как-то жалобно умолял женский голос.       — Чёрт, Нанаба, повтори! Чёрт! — цедил сквозь зубы мужской.       «Нанаба? Эти стоны принадлежат лейтенанту?» — Элис прижала ладони к губам и замерла на месте, не в силах пошевелиться, двинуться, сбежать из этого коридора. Она словно зверёк, оцепенела, испытывая целую гамму незнакомых чувств. Ей хотелось скорее уйти, но она просто не могла не слушать эти завораживающие звуки двух людей, занимавшихся любовью. Её познания в теории были достаточно обширными, благодаря сначала мадам Лаванде, а затем рассказам старших девушек из кадетского. Но, проживя десять лет в Подземном городе, славным своими борделями, она впервые приблизилась к этому процессу так близко, не считая нескольких визитов в «Морфей» в детстве, после которых мадам Лаванде крепко влетело от брата. Ритм хлопков ускорялся, как и стенания лейтенанта Нанабы, мужской голос чертыхался всё сильнее, складывалось впечатление, что этим двоим было мучительно хорошо. Сердце рухнуло в пятки.       «Это что, капитан Захариус?» — с ужасом поняла наконец Элис. «У него отношения с подчинённой?» — от всей абсурдности ситуации у неё побежали мурашки по позвоночнику, а губы помимо воли растянулись в глупой улыбке. Элис сдавленно хихикнула. Это было так странно: ещё днём они вернулись с вылазки за стену, разгромленные, разбитые, и вот чем занимаются офицеры? А такие строгие командиры! Нашли время!       Какое-то внутреннее волнение и трепет овладели ею, внизу живота одновременно сладко и томительно прихватило.       — Да что со мной? — одними губами произнесла Элис и снова на цыпочках прокралась дальше по коридору. Стоны и скрип из кабинета капитана Захариуса затихли позади. Несколько раз размеренно вдохнув и выдохнув, Элис наконец-то достигла комнаты, где предположительно работал её брат. Она постучала и с облегчением услышала его холодное «войдите». Возвращаться обратно, через тот коридор, в ближайшее время совершенно не хотелось. Хотя интересно, а сколько по времени люди занимаются любовью? В некоторых книгах целыми ночами… Элис постаралась выбросить все эти непотребства из головы и решительно потянула на себя дверь кабинета, чувствуя, как предательски пылают щёки.       — Брат!       — Чего не спится, мелкая?       — Леви, ужас! — выдохнула Элис, решив, что всё равно не сможет скрыть от него ни красного лица, ни подрагивающих рук. — Каждая миссия так проходит? — Она сделала вид, что её до сих пор не отпустило после вылазки за стену. Хотя почему «сделала вид»? Перед глазами, как по команде, встали трупы павших солдат, завёрнутые в светлую холщовую ткань.       — Садись, — коротко бросил Леви, а сам поднялся из-за стола и, прихрамывая, двинулся к небольшой тумбочке с чайными принадлежностями и маленькой газовой горелкой, стоявшей в углу кабинета. Вскоре брат загремел посудой и жестяной банкой с чаем.       Находиться в кабинете брата было приятно. Иногда ей казалось, что ради таких вот моментов она и пошла в разведкорпус — чтобы пить поздним вечером чай со своим самым близким человеком. Между ними установилась комфортная, даже уютная тишина, пока не закипел чайник.       — Есть мёд? — без особой надежды спросила Элис. Брат нахмурился, заливая крутым кипятком заварку.       — Что за привычка портить напиток?       — В монастыре я ещё и мяту добавляла, — добила его Элис, мечтательно вспоминая чай из кипрея и смородиновых листов, который заваривала Криста, а она уже сама дополняла напиток листьями мяты и местным тростским мёдом.       — Мерзость, — скривился Леви, будто уксуса хлебнул, и сунул ей чашку с самым простым чёрным чаем. Справедливости ради, запах, исходящий от кружки, был великолепен: сразу чувствовалось — из офицерских запасов, наверняка остатки дорогого сорта из ныне потерянных восточных земель Марии.       — Ну, рассказывай, — брат уселся обратно за стол с дымящейся чашкой, которую он держал своим странным хватом. По его левую руку стояла свеча, а прямо перед ней небольшая жестяная коробочка размером с табакерку. Внутри были аккуратной стопкой сложены шевроны «крылья свободы». Элис немного отхлебнула горького чая.       — Я видела волков в лесу, — брякнула она первое, что пришло в голову. Мысли разбегались, и она уже, и сама не знала, о чём хотела поговорить с братом. Капитан Захариус с лейтенантом Нанабой совершенно сбили её с толку: интересно, брат тоже после миссий занимался этим? Вот уж действительно мерзость, в которую даже поверить сложно!       — Волки, как ни странно, не представляют для нас угрозы, — задумчиво, глядя на огонь свечи, проговорил Леви. — Сколько я ни был на миссиях, ни разу эти звери не нападали на людей и лошадей. За стенами у нас есть только один враг.       — Брат, как можно одновременно чувствовать себя и несчастной, и счастливой? — снова невпопад спросила Элис. Ей так о многом хотелось поговорить и рассказать Леви, что она не знала, за что ухватиться. Брат удивлённо поднял брови.       — О чём ты, мелкая?       — Ты ведь поэтому остался в разведкорпусе? Тоже чувствуешь это? — слова неловко толкались и не желали складываться в осмысленные предложения. — Когда чувствуешь боль от неудач и потери товарищей, но с другой стороны — счастье, что сам остался жив, и… близкие люди остались живы. А ещё — восторг от того, что мы можем выбираться наружу и какое-то время бежать по земле в стае, словно волки, и ещё летать, как птицы!       Леви фыркнул, но не зло, как обычно, а даже как-то по-доброму.       — Ну и фантазии у тебя. Волки, птицы…       — Скажи, ты чувствуешь то же самое? — продолжала настаивать Элис, словно это было самым важным на свете. — Ты понимаешь, о чём я?       Брат, казалось, крепко задумался, потягивая чай.       — Пожалуй, да, — наконец медленно проговорил он. — Есть в нашей службе какое-то пакостное счастье: возвращаться назад и двигаться вперёд.       Под его узкими глазами пролегли тени, уголки губ будто навечно опустились вниз. Захотелось снова обнять брата, как тогда, в карцере, да только кому это больше надо: ему или ей? Элис уже была достаточно женщиной, чтобы уметь понять боль Леви, возможно, даже больше, чем он сам. Вопрос вертелся на языке, но она стеснялась задать его.       — Почему командующий Эрвин поставил меня в центре построения? — спросила она не то, что хотела, хотя и эта тема волновала её в какой-то мере.       Брат с непроницаемым выражением лица беззвучно цедил чай.       — Сама-то как думаешь?       Некоторые мысли по этому поводу у Элис имелись.       — Чтобы ты не отвлекался на меня? — это прозвучало как-то жалко. Хотя, если мыслить шире, это имело куда больший смысл: она помнила, что после смерти Изабель и Фарлана брат хоть и горевал, но остался в разведкорпусе, и как будто бы гибель верных товарищей сделала его ещё жёстче, чем он был. Сестра Алексис любила повторять юным розочкам: «Что нас не убивает, то делает сильнее». А вдруг (Элис даже не смела надеяться на это) она важнее всех на свете для брата? Смерть Изабель и Фарлана сделала его сильнее, но что, если смерть Элис убила бы его? Она невольно содрогнулась от собственных мыслей. — Командующий Эрвин поставил меня в центре построения, чтобы сохранить «сильнейшего воина человечества», — она склонила голову.       — Занятная теория. Только не думай, что ты теперь какая-то принцесса разведкорпуса. Поверь, Эрвин найдёт тебе применение, — Леви напротив, казалось, развеселился от её слов. — Если рубка шей титанам не твоя сильная сторона, это ещё не значит, что ты бесполезна.       — Сам ведь называл меня балластом, — буркнула она, взглянув на брата исподлобья.       — Ты и есть балласт! И к слову, балласт используют в нашем речном судоходстве для улучшения балансирных качеств кораблей. Полезная, в общем-то, штука.       Элис даже рот открыла.       — Откуда такие познания?       — Чего только не нахватаешься, общаясь с Ханджи, — невозмутимо ответил брат. — У неё в башке куча ненужных фактов. — Он допил чай и подтянул к себе многочисленные бумаги со стола. — Так что иди спать, мелкая, — подытожил он. — Тебе ещё улучшать и улучшать свой баланс.       Возразить было нечего. Поморщившись, Элис одним глотком прикончила дорогущий чай со вкусом печной золы, и неохотно покинула уютное кресло. Оглянувшись через плечо, она снова притянулась взглядом к коробочке с шевронами павших разведчиков. Здесь их было не очень много, всего несколько штук. Отряд Леви? Оруо, Гюнтер, Элд и Петра. И на всех теперь необходимо написать похоронки для родных — невесёлая обязанность командиров отрядов. От мысли, чем брат будет сейчас заниматься в одиночестве, у Элис сжалось сердце.       — Брат, тебе нравилась Петра, верно? — решилась она у самого порога. Леви быстро поднял на неё глаза и тут же снова уткнулся в бумаги. Но Элис успела уловить в его взгляде что-то пронзительное.       — Марш в казарму.       — Доброй ночи, — она бесшумно выскользнула в коридор — предлагать свою помощь было бесполезно. Забавно, что брат даже не попенял ей за поздний приход после отбоя. Очевидно, по окончании миссий существовало негласное правило ослабить дисциплину. «И придаваться человеческим порокам», — улыбнулась про себя Элис, в очередной раз помянув сестру Алексис и Санта-Розу. Впереди, из уже знакомого коридора, по-прежнему доносилось мужское рычание и теперь отнюдь не жалобные стоны лейтенанта, сопровождаемые занятными звуками шлепков. Элис зажала уши руками и поспешила миновать кабинет капитана Захариуса.       После торжества смерти на их разведмиссии пришёл черёд жизни заявлять свои права.       * Карьер (полевой галоп) — самый быстрый аллюр при верховой езде на лошади.