Предел желания

Тэхен провел выходные в полном раздрае.  В пятницу вечером после стычки с Чонгуком он вылетел из туалета с бешено колотящимся сердцем. Он несколько раз глубоко выдохнул, расправил плечи и направился к Джихуну, который терпеливо ожидал за столиком. Когда он увидел Тэхена, тепло улыбнулся легкой и нежной улыбкой. Живот омеги скрутило от чувства вины. – Я уже начал волноваться, – сказал Джихун, поднимаясь и отодвигая для Тэхена стул. Все в порядке?  – Да, – Тэхен сел, избегая прямого взгляда. – Просто голова разболелась. Наверное, переутомление. В последнее время очень много работы.  – Понимаю, – Джихун участливо кивнул. – Может, закажем тебе чай? Или десерт? Ты говорил, что любишь крем-брюле.  – Нет, спасибо. – Тэхен через силу улыбнулся. – Джихун, мне очень жаль, но, наверное, мне лучше поехать домой. Голова действительно раскалывается. Прости, что так вышло. – Конечно, никаких проблем, – Джихун ничем не выдал своего разочарования. – Я вызову тебе такси. Или могу отвезти сам, если хочешь. – Не стоит, я справлюсь. Спасибо за прекрасный вечер.  Этот вечер сложно было назвать прекрасным, потому что был безнадежно испорчен. Причем не Джихуном, а самим Тэхеном. Вернее Чонгуком. Вернее ими обоими. Тэхен уже не знал кто виноват больше.  Он поймал такси и в полной тишине доехал до дома, изменив своей привычке послушать музыку в наушниках. В голове крутились обрывки мыслей и ни одна их них не была приятной.  Он не понимал, что с ним происходит. Стоило им остаться с Чонгуком в одном пространстве и их неумолимо притягивало. Они набрасывались друг на друга как животные. С безумным голодом и желанием.  Тэхен удивлялся тому, как они вообще продержались целых восемь месяцев. Восемь месяцев ежедневного ада. Восемь месяцев колкостей, холодных взглядов и абсолютной ненависти, с его стороны точно. Он бы никогда не подумал, что будет плавиться в руках этого придурка, находясь на свидании с другим альфой. Это было против его принципов, но рядом с Чонгуком все устои рушились в одно мгновенье.  И если кто-то узнает об их горячих приключениях, то его репутации конец.  Никто не скажет, что Чон Чонгук пытался соблазнить своего подчиненного. Никто не поверит, что такой альфа – красивый, богатый, успешный и с кристально чистой репутацией мог опуститься до домогательств. Все скажут, что это Тэхен решил воспользоваться ситуацией в угоду своим амбициям. Что он забрался в постель к начальнику ради продвижения по карьерной лестнице. Что он продал свое тело. По правде говоря, им даже не нужно было соблазнять друг друга. Это происходило само собой. Хватало одного случайного взгляда или прикосновения. Добравшись до дома, Тэхен принял долгий душ и лег в постель, уставившись в потолок. Сон не шел, потому что в голове крутилась одна и та же мысль: это нужно прекращать. Пока никто не узнал, пока все не зашло слишком далеко.  В субботу Тэхен встретился с Миндже.   Это была их традиция: шопинг по выходным. Миндже – омега, с которым Тэхен дружил еще с университета, работал секретарем в окружном суде и знал о юридической кухне все. Они вместе учились на одном факультете, вместе сдавали экзамены, вместе переживали неудавшиеся романы. Миндже знал Тэхена лучше, чем кто-либо. Он мог по одному взгляду определить, что с другом что-то не так. И сегодня Миндже это заметил с первой минуты. Они ходили по торговому центру уже около часа. Миндже успел купить новую рубашку приятного лавандового оттенка и джинсы, которые сидели на нем как влитые. А Тэхен до сих пор не выбрал ничего. Он брел следом за другом, рассеянно глядя на витрины, и постоянно выпадал из реальности. – Тэ, – Миндже остановился посреди прохода и скрестил руки на груди. – Что случилось? – А? – Тэхен моргнул, возвращаясь в реальность. – Ты что-то спросил? – Я спросил, что у тебя случилось. Ты весь день витаешь в облаках. Смотришь на вещи и не видишь их. Я предложил тебе три рубашки, ты сказал «ага, красиво» на все три, даже не взглянув. Что происходит? – Все в порядке, Мими, – Тэхен держался из последних сил. – Просто устал. Дел много. На работе завал. – Твой ужасный босс опять что-то сделал? – Миндже прищурился, его глаза сузились до опасных щелочек. Он знал о Чон Чонгуке все, что можно было знать со слов Тэхена: что тот придурок, козел, порождение преисподней, самовлюбленный тиран и еще дюжина нелестных эпитетов. – Нет, – Тэхен вымученно улыбнулся. – Ничего особенного. Просто устал. – Тэ, – Миндже взял его под руку и потянул в сторону фуд-корта. – Мы дружим уже сто лет, я тебя знаю как облупленного. Ты же знаешь, что когда ты врешь, то у тебя левый глаз дергается? – У меня ничего не дергается! – Дергается, – Миндже усадил его за свободный столик и сел напротив. – Рассказывай. Тэхен замолчал, разглядывая узор на пластиковой столешнице. Он ни за что не стал бы рассказывать Миндже, что трахается с Чонгуком. Не мог признаться даже лучшему другу. Это было непрофессионально. – Это личное, – наконец выдохнул он. – Я пока не готов об этом говорить. Миндже долго смотрел на него, изучая, потом вздохнул и кивнул. Он понимал, что если будет давить, то его друг еще сильнее закроется и вообще ничего не расскажет.  – Ладно. Но если этот козел тебя обидит, я лично приду в вашу фирму и устрою скандал. С использованием ненормативной лексики и, возможно, рукоприкладства. – Ты работаешь в суде, Мими. Тебе нельзя. – Ради тебя я и не такое могу. Тэхен искренне рассмеялся, впервые за все выходные. Миндже улыбнулся в ответ. – Поэтому нужно расслабляться, Тэ, – продолжил он, отпивая свой латте. – Может, в клуб вечером? Найдем тебе кого-нибудь. Когда мы последний раз куда-то выбирались? Ты вообще помнишь, как выглядит танцпол? – Сегодня не в настроении, честно. – Хороший секс – лучшее лекарство от плохого настроения, поверь мне. При этих словах перед мысленным взором Тэхена всплыл образ обнаженного Чонгука. Горячие ладони на его бедрах. Темные глаза, смотрящие на него с неприкрытым голодом и полыхающие огнем. Длинный, толстый член, упирающийся в живот. И низкий, хриплый голос, которым он выдыхает возбужденное «детка». Тэхен тряхнул головой, отгоняя наваждение. – Давай в другой раз, Мими, правда. У меня сейчас столько дел, что не до клубов. – Ладно, – Миндже пожал плечами. – Но я запомнил, что ты мне должен. И на следующих выходных мы идем в клуб. С дресс-кодом, танцами и поиском горячего альфы для тебя. – Договорились, – Тэхен слабо улыбнулся, принимая решение. Пора заканчивать с этими играми. Серьезно. Навсегда. И, возможно, поход в клуб и секс на один раз с каким-нибудь горячим альфой это как раз то, что ему нужно. Чтобы прекратить их с Чонгуком непонятные отношения. Понедельник начался для омеги очень насыщенно. Нужно было срочно подготовить документы для опротестования судебного решения. Тэхен приехал на полчаса раньше и сразу направился к себе в кабинет, не заходя к Чонгуку. Тот, судя по тишине, либо еще не приехал, либо тоже был завален работой.  Спустя два часа Тэхен получил в рабочий мессенджер сообщение от босса: «Господин Ким, зайдите ко мне, как освободитесь. Это срочно».  Он раздраженно закатил глаза. Что могло срочного случиться у этого придурка, что его так официально вызвали?  Он взял ежедневник, поправил волосы и направился в кабинет. Постучал, дождался короткого «Войдите» и толкнул дверь. И замер на пороге. Чонгук сидел за своим столом. Его лицо было мрачным, брови сведены к переносице, губы сжаты в тонкую линию. А напротив него, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, сидел Хван Инсо. С идеальной укладкой, с безупречным макияжем, в очень вызывающей одежде.  – Что-то случилось? – спросил Тэхен, переводя взгляд с Инсо на Чонгука. – Господин Чон? – добавил он, подчеркивая официальный тон. – Господин Ким, – голос Чонгука был ледяным. Таким тоном он разговаривал с оппонентами в суде – вежливо, но убийственно. – Вы отправляли документы в суд по делу господина Хвана? – Конечно, – Тэхен нахмурился. – Как мы и договаривались. Сразу после того, как вы их проверили и подписали. – Неправда! – вскрикнул Инсо, вскакивая с кресла. Его голос сорвался на фальцет. – Я вчера решил удостовериться, что все в порядке, и лично позвонил в приемную суда! Мне сказали, что никакие документы от моего имени не поступали и дело, соответственно, не возбуждено! Никакого дела нет! А срок подачи вот-вот выйдет.  Тэхен перевел взгляд на Чонгука, ожидая какого-нибудь объяснения. Но лицо альфы оставалось непроницаемым. – Господин Ким, вы в этом уверены? – спросил Чонгук. – Может быть, вас по пути в суд что-то отвлекло? Или вы по каким-то другим причинам забыли, что не сдали документы? Человеческий фактор нельзя исключать. Тэхен почувствовал, как внутри все холодеет. Он не мог поверить своим ушам. Чонгук – тот самый Чонгук, который видел как сильно он дорожит работой, который знал как много сделал Тэхен для того, чтобы попасть в его компанию, спрашивал не забыл ли он сдать документы. Как будто Тэхен был каким-то рассеянным практикантом, а не лучшим ассистентом, который за восемь месяцев не допустил ни единой ошибки. – Меня отвозил Джиен, – Тэхен старался говорить спокойно, хотя внутри все кипело. Он прокашлялся, давая себе время успокоиться, чтобы на эмоциях не сорваться и не наговорить лишнего. – Он может подтвердить, что я заходил в здание суда. И что вышел обратно без папки в руках. – Джиен ждал тебя снаружи? – уточнил Чонгук. – Да. Он припарковал машину у входа и ждал меня, пока я ходил в приемную. Чонгук замолчал, обдумывая слова омеги. Инсо торжествующе улыбнулся, явно уверенный в своей победе. Тэхен не стал ждать. Он вытащил телефон и набрал Джиена. – Тэхен? – голос водителя был удивленным. – Что-то случилось? – Джиен, будь добр, зайди, пожалуйста, в кабинет господина Чона. Прямо сейчас. Это срочно. Спустя пару минут в дверь постучали, и Джиен, не дожидаясь приглашения, вошел внутрь. Он выглядел слегка запыхавшимся, скорее всего очень сильно торопился. – Господин Чон, вызывали? – Джиен, – Чонгук подался вперед, опираясь локтями на стол, – ты помнишь тот день, когда отвозил господина Кима в суд?  – Да, конечно помню.  – Господин Ким заходил внутрь здания? – Конечно заходил, – Джиен кивнул с полной уверенностью. – Я припарковал машину и ждал его у входной двери. Он вышел примерно через пятнадцать минут без папки. Я еще спросил, все ли прошло нормально, и он сказал, что да. Кстати, я знаю, что вам будет проблематично без ордера и официального запроса получить видео с камер наблюдения суда, но мы с Тэхеном потом ходили обедать в ресторанчик напротив. Там тоже есть наружные камеры видеонаблюдения, и получить доступ к их записям будет гораздо проще. Частная собственность, достаточно запроса от адвоката. – Ходили с Тэхеном обедать? – бровь Чонгука поползла вверх. Его голос изменился, стал ниже, опаснее. – И часто вы ходите обедать вдвоем? Джиен открыл рот, но Тэхен опередил его: – Господин Чон, – зыркнул он на альфу, давая понять, что сейчас не время и не место обсуждать такие вопросы. – Давайте не сейчас. У нас более срочный вопрос, который нужно решить. Тем более, не думаю, что вас это касается.  Чонгук сжал челюсти, но промолчал. – Господин Хван, – Тэхен обратился к Инсо, который явно собирался устроить очередную истерику, – вы уверены, что в суде все корректно проверили и не нашли ваших документов? – Уверен, – Инсо вздернул подбородок. – Я лично звонил. Мне сказали, что ничего не получали и никакого дела нет. Это ты решил меня подставить. Приревновал к Чонгуки и решил испортить мне дело. Я так и знал, что тебя нельзя вовлекать в это! С самого начала чувствовал! Все вы одинаковые! Джиен дернулся вперед, чтобы защитить Тэхена, но омега мягко коснулся его руки, успокаивая. Он был на удивление спокоен. Даже слишком спокоен. Внутри у него все кипело, но он знал, что правда на его стороне, а значит волноваться не о чем. Он был равнодушно вежлив с Инсо, но тот замахнулся на самое важное в его жизни – на его карьеру и профессиональную репутацию. Потому он сделает все, чтобы поставить этого зарвавшегося истеричку на место.  – Господин Хван, какой у меня мотив портить ваше дело, которое я практически лично веду?   – Говорю же, приревновал к Чонгуки. Я видел какие ты на него бросаешь взгляды, думая, что никто этого не замечает. Нечего на чужих альф засматриваться.  – Господин Хван, – голос Тэхена был ровным, но опасным, – не знаю, в каких дорамах вы этого насмотрелись, но я здесь работаю, а не устраиваю охоту на альфу. Ваш Чонгуки,– он указал рукой в сторону Чонгука, даже не взглянув на него, – мой начальник. И я выполняю свою работу. Мы сейчас все выясним. Если я действительно ошибся, то извинюсь и лично все исправлю. Если вы безосновательно меня обвили, то я буду требовать личных и искренних извинений. А если вы откажетесь, то я подам на вас в суд за клевету. Вы же знаете, что я работаю в фирме, которая оказывает юридические услуги и разбираюсь в законе, верно? Но давайте сначала разберемся. Он снова достал телефон и нажал на кнопку вызова, на этот раз включая громкую связь. – Что ты делаешь? – прошипел Инсо. – Кому ты звонишь? – Видите ли, господин Хван, секретарь суда, принимающий входящую документацию, мой лучший друг, – Тэхен мило улыбнулся, но это было больше похоже на оскал. – Его зовут Миндже. И я очень хорошо помню, когда я видел своего друга и какие именно бумаги ему передавал. Тем более что документы по вашему делу собирал и подшивал я лично.  – Тэхен? – послышался из телефона удивленный голос Миндже. – Что-то случилось? Ты редко звонишь в рабочее время. – Мими, – Тэхен позволил себе легкую улыбку, – помнишь, я передавал тебе документы по делу Хван Инсо? Иск о наследстве, завещание, медицинские заключения? Можешь, пожалуйста, посмотреть в журнале входящей документации зарегистрированы ли документы? – Мне не нужно смотреть в журнал, Тэ, – в голосе Миндже послышалась усмешка. – Я и так все помню. У меня хорошая память. Я не успел дать делу ход. – Почему? – спросил Тэхен, хотя уже догадывался об ответе. – Потому что истец отозвал иск. Лично. На следующий день после того, как ты его подал. В комнате повисла гробовая тишина. Инсо побледнел. Чонгук замер. – Истец? – переспросил Тэхен, хотя прекрасно все расслышал. – Да, – подтвердил Миндже. – Ты же знаешь, что истцу не нужна доверенность представителя, чтобы отозвать собственный иск. Мы только сверяем удостоверение личности. Хван Инсо под личную роспись отозвал дело и забрал все документы. Извини, номер айди сказать не могу, сам понимаешь, личные данные, конфиденциальность. – Спасибо, Миндже, – Тэхен улыбнулся. – Ты меня спас. – Всегда пожалуйста. Увидимся на выходных. Кстати, ты мне торчишь поход в клуб. Найдем тебе горячего альфу, – пропел Миндже, явно наслаждаясь моментом. Тэхен покраснел и быстро нажал отбой. Он забыл предупредить друга, что тот на громкой связи и его слышат еще три человека. – Инсо! – рыкнул Чонгук, поднимаясь из-за стола. Его голос был полон ярости. – Что это значит? – Чонгуки, я... я все объясню... – Инсо сжался в кресле, а лицо покраснело. – Я просто хотел... я подумал... – Ты подумал что? – Чонгук уперся ладонями в стол, нависая над омегой. – Что ты подумал? Ты подал иск, потом отозвал его, а потом обвинил моего ассистента в халатности? Ты думаешь мы тут в игрушки играем? Я взялся за твое дело только по старой дружбе. Ты не понимаешь, что зря потратил наше время?  – Но, Чонгуки!  – Никаких «Чонгуки». Для тебя я господин Чон, обращайся ко мне как положено. Что за представление ты устроил?  – Господин Хван, – влез Тэхен в перепалку, игнорируя виноватый взгляд Чонгука. – Я жду извинений.  – Не собираюсь я извиняться перед каким-то ассистентом, – Инсо гордо поднял голову и фыркнул.  – Ваше право, господин Хван. Но предупреждаю, что я записал весь разговор на диктофон и если не получу от вас официального письменного извинения, то я, как и обещал, дам делу ход. А еще я сделаю это публично и обязательно упомяну ваше имя. Думаю, что все будут очень удивлены, узнав, что вы были не очень заинтересованы в получении наследства.  Инсо начал оправдываться, но Тэхен не стал дослушивать. Он восстановил свое честное имя, поставил Инсо на место и больше не собирался тратить время на этот цирк. Он повернулся к Джиену и улыбнулся, на этот раз искренне и тепло.  – Джиен, пропустим по стакану холодного чая? После такого утра я думаю, что мы заслужили. – Да, конечно, – Джиен просиял. – Господин Чон, мы можем идти? Тэхен сердито посмотрел на альфу, давая понять, что есть только один верный ответ на вопрос Джиена. Чонгук зло кивнул, не обращая внимание на Инсо, который уже начал всхлипывать. Джиен положил руку на талию Тэхена, и они направились к выходу. Омега почувствовал на своей спине тяжелый, прожигающий взгляд Чонгука, но даже не обернулся. Что дальше будет происходить в кабинете и как Чонгук будет разбираться с Инсо Тэхену было неинтересно. Он уже сделал выводы. И понял как будет действовать дальше. Ближе к вечеру Тэхен снова оказался в кабинете Чонгука. Уже по собственной воле. Он не стал стучать. Просто толкнул дверь и вошел. Честно говоря, его не волновало, что там альфа может делать и с кем. К счастью, Чонгук был один. Он сидел за столом, уставившись в одну точку перед собой, и выглядел... потерянным. Опустошенным. Как человек, который только что пережил неприятный разговор и еще не до конца осознал его последствия. Тэхен предполагал, что разговор с Инсо прошел не в приятном ключе. Да и кому будет приятно, когда твои друзья устраивают такое шоу. Тэхен изначально понимал цель, с которой Хван объявился на пороге приемной, но и подумать не мог, что тот так низко и подло поступит. Тем более, в погоне за альфой, который совершенно не воспринимал его как омегу.  Тэхен все-таки получил официальное письменное извинение на электронную почту, а когда вернулся в свой кабинет, то обнаружил такое же письмо, написанное от руки. Он прекрасно понимал, что Инсо не по собственной воле это сделал. Скорее всего, напыщенный индюк заставил и пригрозил чем-нибудь весомым, раз от полного отказа принять свою вину до письменного извинения прошло менее часа.  Тэхен молча положил перед альфой бумагу на стол. Один аккуратно распечатанный лист с его личной подписью внизу. Чонгук опустил взгляд, прочитал заголовок и поднял глаза на Тэхена. – Что это? – спросил он, хотя явно все понял. – Прошение о досрочном прекращении прохождения практики, – голос Тэхена звучал спокойно, даже отстраненно. – Здесь все подробно написано и оформлено согласно форме. Вам осталось только поставить свою подпись. – Я не подпишу, – Чонгук впился взглядом в омегу и склонил голову набок.  – Почему? – Тэхен ожидал сопротивления, но не такого быстрого и категоричного. – Тебе осталось всего два месяца. Будет тяжело найти фирму, которая примет тебя на такой короткий срок, а потом отпустит работать в мою компанию. Ты сам это знаешь. Никто не захочет возиться с практикантом, который уйдет через восемь недель. – Я не собираюсь здесь продолжать работать, – Тэхен смотрел ему прямо в глаза и выгнул бровь. – Ни через два месяца. Никогда. Чонгук моргнул. А потом непонимающе уставился на Тэхена. Омега не мог разгадать его выражение лица, потому что никогда Чонгука таким не видел. На секунду показалось, что в глазах альфы мелькнул страх, но он быстро подавил эту мысль.  – Что ты имеешь в виду? Разве это не твоя мечта? Ты сам говорил, что мечтал здесь работать с первого курса. Тэхен, я признаю, что с Инсо я перегнул. Я признаю, что был не прав. И приношу свои извинения. Но не нужно из-за этого портить себе карьеру. Не позволяй моей ошибке разрушить то, над чем ты работал годами. – Дело не в Инсо, Чонгук, – Тэхен покачал головой. – Дело в тебе. Альфа замер. – Я понимаю, что ты живой человек и тоже можешь действовать на эмоциях, – продолжил омега. – Но ты, не разобравшись в ситуации, обвинил меня в том, чего я даже не делал. Даже не спросил. Даже не дал шанса объясниться. И ладно бы мы были вдвоем, я бы понял. Но ты сделал это перед Инсо, омегой, который считает, что я конкурирую с ним за твое сердце. Ты позволил ему обвинить меня в ревности и в непрофессионализме. Ты так легко поверил в то, что я могу намеренно кого-то подставить. Чонгук открыл рот, но Тэхен не дал ему перебить, прерывая его жестом. – Ты как никто другой знаешь, сколько я пахал на этой должности. Скольким я пожертвовал, чтобы работать в твоем темпе. У нас абсолютно разный опыт. Я выпускник университета, с большим количеством часов практики, но все же. Ты уже состоявшийся адвокат и чуть ли не с детства варишься в этой кухне. Но я тянулся за тобой, учился у тебя, делал все, чтобы соответствовать твоему уровню. И ты это знаешь. Но ты не удосужился даже открыть рот, чтобы остановить грязные слова Инсо. Даже слова не сказал в мою защиту. Ты позволил ему поливать меня грязью. Я не беззащитный омега, которому нужно, чтобы альфа за него заступался, но ты – мой босс. Ты позволил нашему клиенту усомниться в моей экспертности. Если ты мне не доверяешь, если сомневаешься в моей компетенции и моей честности, то, наверное, нам действительно лучше перестать работать вместе. На лице Чонгука отразились разные эмоции – боль, вина, раскаяние.  «Уже поздно», – подумал омега. – «Надо было раньше думать над последствиями».  – Тэхен, прости меня, – прошептал Чонгук. – Я правда подумал, что ты мог забыть отнести документы. В нашей работе слишком много нюансов. Упустить любую деталь очень легко.  – Или ты предположил, – Тэхен прищурился, – что я приревновал тебя к Инсо и сделал это специально? Что я решил отомстить непонятно за что, испортив дело твоего друга? Чонгук отвел взгляд. Тэхен понял все без слов. – Знаешь, Чонгук, – голос омеги стал тише, но в нем отчетливо зазвенела боль, – нам пора остановиться. Пора прекратить все, что между нами. Что бы это ни было. Это может стоить карьеры нам обоим. Я даже представлять не хочу, что обо мне могут подумать, если кто-то узнает. Раз даже ты – ты! – подумал, что я способен бороться за член альфы и рискнуть всем, чего добился, ради какой-то мелочной мести. Если даже ты так думаешь, то что скажут остальные? – Я так не думаю, – быстро сказал Чонгук. – Я не должен был... – Подпиши прошение, – перебил его Тэхен. – И все станет проще. Для нас обоих. – Я не могу, – прошептал альфа. – Я знаю, как сильно ты старался. Ты не найдешь другую фирму для практики за оставшиеся два месяца. Это бюрократически невозможно. – Окей, – Тэхен скрестил руки на груди, – тогда оформи документы на практику задним числом. На два месяца раньше. Будто я ее закончил сегодня. – Не могу, – повторил Чонгук, качая головой. – Ты же знаешь, я представитель закона. Мне нельзя его нарушать. Подделка документов – это уголовное преступление. – Ты издеваешься? – прошипел Тэхен, его глаза вспыхнули яростью. – Ты в прошлом месяце подделал даты командировочных, чтобы отмазать нас от скучного приема!  – Я осознал свою ошибку, раскаялся и пообещал себе, что больше не буду так делать, – Чонгук посмотрел на него почти жалобно. – Честное слово. Тэхен прикрыл глаза и глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. С этим альфой невозможно было договориться, если тот этого не хочет. А на угрозы и манипуляции у Тэхена уже просто не было сил. – Ладно, – сказал он наконец, открывая глаза. – Я тебя понял. Но хочу предупредить: через два месяца, когда срок практики закончится, я уйду. Так или иначе. Поэтому начни заранее искать себе нового ассистента, чтобы он успел влиться в рабочий процесс. – Не принимай поспешных решений, – Чонгук подался вперед, сжимая руками край стола. – У тебя еще есть время подумать. – Я уже все обдумал, – ответил Тэхен. – В последнее время только этим и занимался. Думаю, что так будет лучше. Для нас обоих. – Не нужно принимать решения за меня, – жестко отрезал Чонгук. – Ты не знаешь, что будет лучше для меня. Ты не можешь этого знать. – Я знаю, что не могу контролировать себя рядом с тобой, – тихо сказал Тэхен. – Мы оба не можем. Нам срывает башню, Чонгук. Мы как животные, которые не могут контролировать свои инстинкты. Если это продолжится, кто-нибудь обязательно узнает. И тогда пострадают все. А я пострадаю больше всех, потому что нет никаких гарантий, что сегодняшняя ситуация не повторится. Я не хочу. Я больше так не могу. – Ты не изменишь своего решения? – спросил Чонгук обреченно после долгой паузы. – Думаю, что нет, – Тэхен покачал головой. – Я понял, – Чонгук медленно поднялся из-за стола. – Пойдем, я отвезу тебя домой. – Не нужно, – Тэхен отступил на шаг. – Я сам доберусь.  Чонгук хотел сказать, чтобы Тэхен попросил Джиена отвезти его, но проглотил эти слова. Он просто не мог позволить этим двоим снова остаться вместе. Не сейчас. Не сегодня. Весь день ревность скручивала его внутренности и вызывала тошноту, после того, как Тэхен с его водителем ушли вместе. Тэхен вышел из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь. Прошение о досрочном прекращении практики осталось лежать на столе Чонгука. Неподписанное, но неумолимое, как приговор. Чонгук опустился в кресло и уставился на этот лист бумаги. Затем взял его в руки и перечитал содержимое. Он со злостью смял бумагу в руках и отправил его в мусорку.  Он не подпишет это прошение, ни за что. Дело даже не в том, что он хотел удержать Тэхена рядом, хотя это само собой разумеющееся. Но, помимо прочего, это навредило бы карьере омеги. А этого он допустить не мог.  Но он знал, что через два месяца Тэхен уйдет, и он ничего не сможет с этим сделать. Ему нужно было найти способ. Любой способ переубедить омегу. Пока не стало слишком поздно.