А теперь о погоде…

Понедельник выдался напряжённым, Кларк впервые возвращалась на шоу после того интервью. Они приехали на работу вместе, после выходных, проведённых вдвоём, и быстро разошлись по гримёркам. В студии они встретились снова, съёмочная группа уже собиралась. Они стояли в стороне от зелёного экрана, прислонившись к стене, лицом друг к другу, и говорили тихо, словно вокруг никого не было. Кларк рассказывала о погоде на четверг, но Лекса едва слушала — она просто смотрела на Кларк, заворожённая её красотой. Когда Роан вошел в комнату, Кларк протянула руку и мягко прикоснулась к запястью Лексы. - Роан здесь, - объявила она. Лекса очнулась от своих мыслей и быстро включилась в диалог. Они успели набросать несколько идей для новой темы, прежде чем Линкольн подал сигнал готовиться к эфиру. И в этот короткий миг Лекса украдкой бросила взгляд на Кларк. Та смотрела на неё. Несколько секунд их глаза были прикованы друг к другу, но отсчет Линкольна заставил их отвести взгляды. Шоу прошло гладко, но в нём появилась новая, более серьёзная нота. Исчезли привычные флирт и шутки — Лекса и Роан держались собраннее обычного. За выходные на них обрушился шквал комментариев и писем — в основном о Кларк, Маркусе и Титусе. Они пока не отвечали в соцсетях, но Индра дала Лексе несколько минут в конце эфира, чтобы обратиться к зрителям. - Я хочу завершить сегодняшний эфир продолжением нашей пятничной истории. Мы получили множество комментариев — и мнения самые разные. К сожалению, мы не можем ответить на все ваши вопросы, но я хочу ещё раз подчеркнуть: Титус Эрнандес не был арестован и не осуждён ни за какое преступление. Всё, что вы видели — лишь серия видеороликов и наше мнение. И для тех, кто переживает за нас с Кларк — мы в порядке. Мы рады, что поделились этой историей, и мы рады друг другу. И даже больше…, — Лекса глубоко вздохнула, “...завтра днём мы выйдем в прямой эфир в моём аккаунте LexaG. В два часа по тихоокеанскому времени.” Она окинула студию взглядом и заметила, как Кларк широко распахнула глаза, услышав это. Лекса явно застала её врасплох своим неожиданным заявлением. - Что касается Маркуса — пожалуйста, уважайте его частную жизнь. Я искренне верю, что его приговор нужно пересмотреть, и сейчас он на стадии апелляции. Как только появятся новости, мы поделимся ими. А пока, ни преследований, ни слухов. Просто оставайтесь теми замечательными людьми, какими вы всегда были. Кларк и я безмерно благодарны вам за поддержку, для нас это очень много значит. И отдельно, фанатам Роана: передайте ему немного любви за то, что он терпеливо сидел рядом, пока я превращала это в шоу Лексы и Кларк. Включилась третья камера, и Роан, пораженный не меньше Кларк, выпрямился и нервно улыбнулся в камеру. - Я - Лекса Гримальди. - А я Роан Бернхардт. Спасибо, что присоединились к нам, и хорошего дня. После эфира в студию вернулась привычная оживлённая атмосфера — съёмочная группа сворачивалась, переговариваясь и смеясь. Лекса подошла к Кларк, и они разошлись по гримёркам. Через полчаса они уже сидели в кабинете Индры. - Прямой эфир? - Кларк нервно спросила Лексу. - Да, - усмехнулась Лекса. “Не вижу ничего плохого в том, чтобы выйти и показать, что мы всё ещё обычные люди, которые ходят на свидания.” - Лекса, - строго сказала Индра. “Ты не можешь просто так объявлять о подобных вещах в эфире. Это выглядит как самореклама. У меня тоже есть начальники, если ты забыла.” - О, да ладно, - вздохнула Лекса. “Нас просто завалили вопросами. Я пытаюсь взять часть из них в свои руки. Лучше я разберусь с этим сама, чем позволю студии отмалчиваться.” Индра не высказала своего мнения по этому поводу, и они закрыли тему.

******

В понедельник Лекса осталась у Кларк, и на следующее утро они вместе поехали на работу в её машине. После эфира они немного поработали, перекусили и отправились в Ботанический сад, теперь уже для совместного прямого эфира, который должен был пройти как свидание. Они радостно поприветствовали зрителей и пошли по аллеям, снимая то себя, то окружающую красоту — листвы было в изобилии. Они флиртовали, держались за руки, и Лекса время от времени, сама не замечая, целовала Кларк в макушку. Один из зрителей очень проницательно заметил: В последнее время они стали такими тактильными и так открыто проявляют свои эмоции, вы не заметили? Лекса каким-то чудом выхватила этот комментарий из бесконечного потока сообщений и с трудом сдержала широкую улыбку. В последнее время они действительно стали более открытыми, теперь, когда они перестали притворяться и начали встречаться по-настоящему. Забавно, что люди замечали это, даже не осознавая. Они остановились, чтобы присесть на траву под деревом, выпить остывший кофе, который купили по пути, и перекусить тем, что захватили с собой. - Это спорный вопрос, - сказала Лекса, показывая чашку зрителям. “Мой кофе уже остыл, и пить его невозможно. Но эта шутница считает его идеальным. Для неё это, видимо, самая лучшая температура.” Лекса притянула Кларк к себе, и та рассмеялась, делая вид, что пытается вырваться, но на самом деле она почти не сопротивлялась. - Свежее слишком горячее, чтобы его пить, - заныла Кларк, пытаясь вырваться. - Тогда тебе стоит заказывать что-нибудь холодное. А не горячее. Так ведь, ребята? Комментарии сыпались так быстро, что Лекса не успевала следить за потоком, но она всё же взглянула на телефон в надежде найти хоть одного союзника. Вместо этого она увидела, как одновременно появилось около десяти сообщений в защиту Кларк. - Вы все предатели, - прошипела она в камеру с игривой ноткой, отпуская Кларк. Та поправила футболку и выхватила у Лексы из рук кофе. - Если тебе он так не нравится, то я возьму его. Кларк отпила кофе, а Лекса театрально вздохнула, глядя в камеру — она надеялась, что на её лице отразилось милое сочетание раздражения и нежности. Она уже открыла рот, чтобы продолжить дразнить Кларк, как вдруг сзади раздался чей-то голос. - Вы думаете, что все поняли. Лекса застыла, мгновенно узнав голос. Она взглянула на Кларк, на её лице отразился тот же шок. Обе они слишком хорошо знали этот голос — его интонацию, его тембр. Они медленно обернулись. Перед ними стоял Титус в мешковатых джинсах и толстовке с капюшоном, рукава закатаны до локтей, на голове кепка Маринерс, надвинутая на глаза. Шок от того, что Титус появился среди бела дня, быстро уступил место чему-то более глубокому — ужасу и страху. Лекса медленно поднялась, мысленно уговаривая ноги не дрожать, и сделала несколько шагов в его сторону. - Ты что, следишь за нами? - сказала она, повторяя слова, сказанные в ту ночь, когда он заявился в дом Кларк. “Я же просила тебя оставить нас в покое.” Она перевела взгляд на Кларк и увидела, что та держит её телефон, скрыто снимая происходящее. Лекса снова посмотрела на Титуса и поняла: он не знает, что они в прямом эфире. Он не осознаёт, что за ним наблюдает весь мир. - Ты и сама неплохо справляешься, упрощая это для меня, - процедил он сквозь зубы. “Эта красная машина, ночёвки у Гриффин, парковка в укромном углу сада - ты буквально привлекаешь к себе внимание.” Лекса побледнела. Титус следил за ней, вернее, за её машиной. Должно быть, он снова наведывался к Кларк прошлой ночью и заметил её машину на подъездной дорожке. Возможно, он ждал всю ночь, чтобы проследить за ней. Может, он даже последовал за ними на работу, а потом ждал снаружи, пока они не вышли. Мысль о том, что он был так близко, а она не замечала, вызывала дрожь. Она опустила руки, стараясь выглядеть спокойно, и на секунду задумалась. При ней не было ничего, что могло бы стать оружием. Только руки. У Кларк рюкзак с водой и мюслями. И кофе, как только что отметили зрители, был едва тёплым. Этого хватит, чтобы плеснуть ему в лицо, если он сделает хотя бы движение. - Чего ты хочешь? - ровным голосом спросила Лекса. Титус шагнул вперёд, она заставила себя остаться неподвижной. Титус был из тех, кто питается чужим страхом. И сейчас, ей нужно было показать, что его угрозы не действуют. Даже если внутри она дрожала. - Забавно устроены люди, - прорычал он. “Скажи им не делать чего-то и они сделают это с удвоенным удовольствием.” Лекса непонимающе посмотрела на него. Он разочарованно вздохнул. - «Не преследуйте никого», - процитировал он её слова из эфира. “Они пришли за мной. Меня не оставят в покое. Я уже двое суток не сплю.” Лексе захотелось рассмеяться. Он был расстроен, потому что плохо спал пару дней? “Добро пожаловать в этот мир, приятель”, - подумала она. Титус, видимо, увидел в её лице замешательство и решил, что может напасть, его взгляд стал тяжёлым, как у хищника перед беззащитной добычей. Он сделал шаг. Лекса осталась стоять. - Хочешь узнать секрет? От его притворно-вежливого тона Лексу передёрнуло. Она хотела посмотреть на Кларк, чтобы разделить с ней отвращение, но решила пусть Титус сосредоточится на ней и забывает о Кларк. Так она будет в безопасности. И у неё будет лишних пара секунд, чтобы бежать. Лекса хотела сказать ему, чтобы он пошёл и остудился в озере — у неё это прямо на языке вертелось. Но вместо этого она просто безразлично кивнула. Титус шагнул ближе. - Я и правда ненавидел Джейка. Всё в нём было фальшивым — эта дурацкая улыбка, этот образ славного парня. И его семья, которой он не заслуживал… Голос Титуса неожиданно дрогнул, слова застряли в горле. Лекса посмотрела ему прямо в глаза и это выражение, казалось, взбесило его. Его лицо налилось краской, вены на шее вздулись. - Если бы его не прикончил сердечный приступ, я бы сам это сделал. Лексе потребовалось все ее самообладание, чтобы ничего не сказать или не сделать. “Продолжай”, - мысленно приказала она ему. “Продолжай говорить, идиот.” - Эбби… она не была виновата. Сначала. Но она сделала неправильный выбор — привязалась к другому мужчине, который тоже попал под обаяние Джейка. Она не слушала меня, когда я пытался объяснить ей, что Маркус не лучше Джейка. Я умолял её. Это был единственный способ спасти её. Но она не хотела слушать. Перестала отвечать на мои звонки. Так что мне пришлось поставить её на место, — сказал он низким, хриплым голосом. “А Маркус получил по заслугам. Удачное совпадение.” Сердце Лексы бешено заколотилось. Она заставила себя дышать ровно, чтобы не пропустить ни слова. Титус признавался во всём — на глазах у всего мира. Это был лучший подарок, который они могли получить. Но в этом была и смертельная опасность: Титус не собирался оставлять свидетелей. Лекса и Кларк слышали всё. И теперь были в смертельной опасности. - И теперь я иду за вами. Лекса воспользовалась моментом и взглянула на Кларк, та всё ещё сидела на земле. Их глаза встретились. Лекса широко распахнула их, и Кларк мгновенно поняла, чего она ждёт. Она кивнула в ответ. - Титус, - позвала Кларк сильным и уверенным голосом. Титус перевёл взгляд через плечо Лексы и увидел свою цель — Кларк, сидящую в тени дерева. - Что? - выплюнул он. В этом одном слове выплеснулись годы ненависти к Кларк и её семье. И не нужно было быть гением, чтобы понять - он всегда ненавидел её только за то, что она была дочерью Джейка. - Мы в прямом эфире. Титус уставился на телефон Кларк, сообразив, что тот направлен на него, и его лицо потное, красное застыло в почти комичном выражении. Он не знал, что его уже видели тысячи. Сначала пятьдесят тысяч, потом пятьдесят две, шестьдесят восемь, сто пятьдесят. Цифры росли. Фанаты и любопытные стекались в прямой эфир, друзья пересылали ссылки друг другу, происходило что-то грандиозное. Он знал, что это конец. Назад дороги нет. Дыхание стало прерывистым, глаза метались между девушками и телефоном. Грудь вздымалась и опадала, кулаки сжались так, что побелели костяшки, жилистые руки дрожали от ярости. Лекса почти видела, как у него изо рта вот-вот пойдёт пена. Он рванул к Кларк. Лекса не думала, она просто встала между ними. Титус оттолкнул её с лёгкостью. Она упала, вскрикнув от резкой боли в плече. На секунду мир поплыл перед глазами, но она заставила себя перевернуться. Титус стоял над Кларк, занося руку, чтобы схватить её за горло. И в этот миг Кларк ударила. Лекса видела, как она на мгновение закрыла глаза, сосредоточилась, и нанесла удар, который Лекса никак не ожидала от этой девушки. Нос Титуса хрустнул. Крик боли, и тело тяжело рухнуло на землю. Лекса вытерла слёзы, встала на колени, а затем, пошатываясь, поднялась и бросилась к Кларк. Та стояла над Титусом, который держался за разбитый нос, кровь заливала подбородок и капала на толстовку. Кларк наводила на него телефон, не переставая что-то бормотать. Лекса подошла ближе и услышала её слова. - ...и он напал на нас без предупреждения. Я защищалась. Он признался, что следил за нами, что это он совершил убийство… Кларк продолжала бормотать, но Лекса протянула руку и взяла у неё телефон. Трансляция не прерывалась, но Лексе было всё равно, куда теперь направлена камера. - Ты за это заплатишь, - прошипел Титус с угрозой, начиная перекатываться на бок, чтобы встать. Голова у него, похоже, кружилась, он шатался, и руки плохо слушались, когда он пытался встать. Лекса поставила ногу ему на таз, не давая подняться. Он замер, глядя на неё с удивлением и растерянностью. - На твоем месте я бы дважды подумала, прежде чем вставать. Титус уже собирался снова попытаться встать, когда позади них раздался лай. - Полиция! Никому не двигаться! Лекса и Кларк переглянулись. Полицию вызвали не они — значит, это сделали зрители. Обе медленно подняли руки, Лекса отступила от Титуса. Он остался лежать на земле, постанывая, пока пятеро полицейских окружали их. - Нас вызвали из-за нарушения общественного порядка, - произнёс один из них, высокий, чисто выбритый офицер, подходя к ним и держа руку рядом с кобурой. - Эти девушки напали на меня, - быстро сказал Титус. Лекса тихо выдохнула. - Он угрожал нам, ударил меня и хотел напасть на неё, - сказала Лекса, кивнув на Кларк, которая всё ещё сжимала кулак после удара. Офицер перевёл взгляд с окровавленного лица Титуса на Кларк, которая выглядела совершенно невредимой. Лекса заметила, как в его глазах мелькнуло сомнение, и указала на своё плечо. - У меня, скорее всего, вывих плеча, мне нужна больница. И, к вашему сведению, мы всё записали на камеру. Он только что признался в убийстве и собирался добавить к нему ещё два. Но не стесняйтесь, расскажите мне, что произошло, у вас ведь есть своя версия, верно? Она не сдержала сарказма, хотя видела, что офицер едва сдерживается, чтобы не схватиться за оружие. Она знала таких людей — они не верят словам, доверяют только своим глазам и делают поспешные выводы. Она заметила, как в его взгляде вспыхнул гнев, но в этот момент один из его напарников вмешался, поднимая руку и жестом предлагая Лексе следовать за ним. - У нас тут рядом скорая помощь. Пройдемте, - сказал он. Перед ней стоял пожилой полицейский с усами, он выглядел по-отечески доброжелательным. Она неуверенно перевела взгляд с него на Кларк, которая застыла на месте. - А она? - спросила Лекса. Усатый офицер посмотрел на Кларк. - Она ранена? Лекса попыталась пожать плечами, но зашипела от боли — плечо не слушалось. - Возможно, у неё серьёзно повреждена рука. Офицер жестом подозвал Кларк, и она автоматически пошла за ним и Лексой к машине скорой помощи, которая стояла неподалёку. Позади них уже выкатывали носилки для Титуса. - А теперь, - сказал офицер Усач, обращаясь к ним. “Расскажите мне вашу версию событий?” Лекса перевела дыхание и начала объяснять.

******

В больнице их встретила Индра. Она сидела с Кларк, пока Лексе вправляли вывихнутое плечо. Через несколько часов, когда Лексу наконец отпустили, Индра отвезла их домой. Всю дорогу молчали. Лекса догадывалась, что Кларк уже рассказала Индре о случившемся, возможно, она даже видела прямой эфир. Они не проронили ни слова. Единственные слова, которые они произнесли, были, когда Лекса заметила, что Индра пропустила поворот, чтобы забрать машину из сада. - Моя машина все еще в саду, - запротестовала она, но Индра покачала головой, не отрывая взгляда от дороги. - Я позабочусь о том, чтобы забрать ее. Просто дай мне ключи. Индра протянула руку к Лексе, и та, невнятно пробормотав, достала ключи из кармана и молча передала их. Вскоре они подъехали к дому Лексы, и Лекса вышла, бросив тоскующий взгляд на Кларк, сидевшую на заднем сиденье. - Ты тоже, - сказала Индра, поворачиваясь к Кларк. “Выходи.” - Я не здесь живу, - произнесла Кларк так, будто они только что встретились и она вежливо уточняла маршрут. - Титус не знает этого адреса, и я не хочу, чтобы ты оставалась одна, если его отпустят. Кларк вздохнула, и Лекса вышла из машины, чтобы открыть ей дверь. Кларк просияла, увидев Лексу, словно на мгновение забыла, что та тоже останется здесь. - Ладно, все не так уж и плохо, - пробормотала Кларк, закрывая заднюю дверь. Девушки наклонились к открытому окну со стороны пассажирского сиденья. - Завтра у вас выходной, - сказала им Индра. “Роан и Хоуп будут вести новости, а Джордан заменит Кларк на репортаже о погоде. Никаких разговоров с посторонними. Просто сидите тихо и не высовывайтесь.” Обе девушки попытались возразить, но Индра весело махнула им рукой и подняла стекло, не дав им договорить. Она уехала, оставив их в недоумении. - Как думаешь, Джордан вообще знает, как найти Сан-Диего на карте? - спросила Кларк, наблюдая, как отъезжает машина Индры. - А ты как думаешь, Хоуп вообще умеет читать? - парировала Лекса. Они не могли поверить, что Индра доверит завтрашний день стажёрам, но усталость пересилила. Молча, они направились в дом Лексы. - Будет не так уж плохо, - сказала Лекса с оптимизмом, снимая обувь и включая свет. Она двигалась осторожно, чтобы не потревожить плечо. “Провести выходной с тобой — не самый плохой вариант.” Кларк мягко взяла Лексу за руку, притянула к себе и поцеловала. Отстранившись, она посмотрела на неё, взгляд был серьёзным. - Никогда не делай так больше, - тихо сказала Кларк. “Тебе не нужно было вставать между нами. Я бы сама справилась.” - Кларк… - тихо сказала Лекса, глядя на руку Кларк, на покрасневших костяшках пальцев которой уже появились синяки. “Он хотел причинить тебе боль”. - Да, но в итоге пострадала ты. Это не назовёшь хорошим исходом. - А я думаю, именно так и есть, - настаивала Лекса. - Нет! - голос Кларк дрогнул от гнева, и Лекса замолчала. “Он мог тебя убить. Ты понимаешь? Ты думаешь, я переживу ещё одну потерю?!” Она действительно закричала, и Лекса застыла, глядя на разъярённую Кларк с приоткрытым ртом. - Прости, - сказала Лекса, опуская глаза. - Пожалуйста, будь осторожна, - голос Кларк снова стал тихим. “Я не вынесу этого.” Лекса кивнула и наконец посмотрела на Кларк. Та смотрела на неё широко раскрытыми глазами, гнев, вспыхнувший секунду назад, угас, уступив место восхищению, благодарности и нежности. Лекса протянула руку и накрыла ладонь Кларк, ту самую, которая не так давно с силой ударила Титуса. Она мягко сжала её. - Надеюсь, это не отразится на твоей подаче, - тихо сказала Лекса, ведя пальцами от плеча Кларк к её ушибленной руке, осторожно касаясь распухших костяшек. Кларк мгновенно переменилась: нежность сменилась раздражением. Она закатила глаза, высвободила руку и, развернувшись, направилась на кухню. Лекса пошла за ней. - Почему ты так стесняешься этого? Индра сказала мне… Кларк резко остановилась и развернулась, так что Лекса едва не столкнулась с ней. Лекса замерла, не договорив. - Что Индра сказала обо мне? - спросила Кларк. Лекса не знала, смеяться или хмуриться. Кларк металась от одной эмоции к другой, и Лекса не могла понять — это стресс от случившегося или она просто её раздражает. Она решила быть осторожной. Она и сама сейчас не чувствовала себя достаточно устойчивой. - Ничего особенного, - пожала плечами Лекса. “Просто, что у тебя это всегда отлично получалось.” - Кларк упёрла руки в бока, но тут же поморщилась от боли в костяшках. “И, что кажется, ты когда-то мечтала заниматься этим профессионально.” Кларк покачала головой и устало усмехнулась, затем развернулась и начала открывать кухонные шкафчики, словно жила здесь уже много лет. - Все всегда так думают о детях спортивных героев только потому, что они перекидываются мячами, - пробормотала она, доставая коробку, заметила, что это смесь для блинов, и положила её обратно. Лекса смотрела, как Кларк в раздражении шарила по шкафам, пока наконец не нашла миндаль в йогурте и не высыпала его в миску. Затем она подошла к холодильнику, открыла его, задумчиво уставилась на полки и вытащила кусок сыра. - Ты голодна? - спросила Лекса. Кларк швырнула сыр на стол и посмотрела на Лексу. - Нет, — ответила она тоном, не оставляющим сомнений: вопрос был глупым. - О, - сказала Лекса. Но так же внезапно, как Кларк завелась, она сникла. Она оперлась на стойку и закрыла лицо руками. - Лекса, кажется, я теряю рассудок, - простонала Кларк. Лекса подошла и обняла её сзади. - Это нормально. Я тоже на пределе. Кларк бросила быстрый взгляд на Лексу и опустила руки. - Ты выглядишь так, будто это обычный рабочий день, - сказала она. - Поверь, это далеко не так, - нервно рассмеялась Лекса. “Единственное, что мешает мне развалиться на части, это кодеин, который мне вкололи до того, как вправили плечо.” Кларк поморщилась, переводя взгляд перевязанную руку Лексы. - Это действительно только что случилось? Титус напал на нас? Лекса вздохнула, убрала одну руку и, потянувшись к сыру, попыталась развернуть его одной рукой. - Так и было, - подтвердила Лекса, вытаскивая сыр и кладя его на доску. ”К счастью, у нас есть запись на камеру и аудитория в двести тысяч человек. Жаль, что мы обе пострадали, но как улики это бесценно.” Она вытащила нож из ящика, положила его на доску и, надавив, отрезала длинный ломтик сыра. Разломив его пальцами пополам, одну половину протянула Кларк, а другую отправила в рот и задумчиво пожевала. - Я тоже не хочу есть, - сказала она, взяв горсть миндаля из тарелки, приготовленной Кларк и отправляя горсть в рот. “Но сейчас это единственное, что приходит в голову.” Кларк проглотила сыр и последовала примеру Лексы. Несколько минут они молча бродили по кухне, выуживая из шкафчиков всё, что попадалось под руку: малину, тёмный шоколад. Они ели, пока шок не утих, а потом замерли, глядя друг на друга. - Наверное, пора ложиться, - сказала Кларк, взглянув на часы. Было почти полдесятого. - Завтра можно не вставать рано, - сказала Лекса, но Кларк зевнула так громко, что Лекса с сочувствием улыбнулась. “Ладно, идём спать.” Они прошли в спальню Лексы и начали готовиться ко сну. Кларк помогла Лексе раздеться и надеть спортивные штаны и свободную рубашку, которые нашла в шкафу, а затем переоделась в запасную пижаму из комода Лексы. - Мне нравится, когда ты так делаешь, - улыбнулась Лекса, глядя на то, как штаны Кларк заправлены в носки, которые она тоже взяла из её комода. “Это мило.” Кларк покраснела. - Так штаны не задираются, когда я ворочаюсь во сне. - Вот поэтому я и говорю, - прошептала Лекса, поцеловав Кларк за ухом. “Мило.” Они улеглись в постель, рядом, на спину. Лекса осторожно положила плечо так, чтобы не задеть Кларк, а та вытянула ушибленную руку поверх одеяла, подставляя её прохладе. Лампа всё ещё горела. Они лежали и дышали в такт. Всё казалось словно из другой жизни — будто не было переулка, Сан-Франциско, сада, будто они снова просто притворялись, оказавшись в одной комнате по необходимости. Приятное чувство, но Лексе хотелось повернуться, обнять Кларк и напомнить им обеим, что это не игра. Но боль в плече не давала ей пошевелиться. - Я когда-то правда мечтала стать питчером, - сказала Кларк в прохладную тишину комнаты. Лекса повернула голову, прислушиваясь. Кларк по-прежнему смотрела в потолок. - Трудно не хотеть идти по стопам тех, кем восхищаешься, - сказала она, поворачивая голову к Лексе. “Но это была бы непростая жизнь.” - Зная тебя, я уверена, ты бы справилась. Кларк повернулась на бок, положив ушибленную руку на живот Лексы. - Однажды мы с тобой сходим поиграть. Лекса улыбнулась ей. - Если бы я могла сейчас пошевелить рукой, я бы крепко обняла тебя. Кларк тихо подвинулась ближе и прильнула виском к здоровому плечу Лексы. - Когда твоя рука перестанет болеть, я больше никогда тебя не отпущу. Они замолчали. Это больше не было похоже на обычную ночёвку. Лексе казалось, что время перенеслось вперёд, в мир, где Кларк могла говорить такие вещи, потому что они были вместе уже тысячу лет. Голова кружилась от приятного чувства. А может, это был кодеин, который она приняла перед сном. Кларк протянула руку, выключила свет и снова устроилась рядом. Лекса лежала на спине, и всё, что ей нужно было — просто уснуть. Это не составило труда: лекарства, тепло и рука Кларк, вырисовывающая круги на её животе, быстро унесли её в сон.

******

Проснувшись утром, они не выдержали и включили запись шоу, чтобы посмотреть, как Роан управляется со стажёрами. Шоу вышло на удивление хорошим, и к концу они обе запаниковали от мысли, что их могут заменить. В конце концов, уволить их и платить стажёрам копейки было бы дешевле. - Индра бы нас не предала, - сказала Кларк, хотя в голосе слышалась неуверенность. Они переглянулись и рассмеялись. Их работе ничто не угрожало. - Как рука? - спросила Кларк. - Кажется, мне нужен лёд, - поморщилась Лекса. Кларк мгновенно перешла в режим медсестры — нашла пакет со льдом для плеча Лексы, принесла стакан воды и ещё обезболивающих. - Больше никакого кодеина, - простонала Лекса. Она хотела оставаться ясной головой днём и боялась привыкания, которое могло перевернуть её жизнь. Вместо этого Кларк принесла ибупрофен из ванной. А потом не давала Лексе даже пошевелиться всё утро: сварила кофе, приготовила завтрак и, кажется, была готова кормить её с ложки, если бы Лекса не отодвинулась и не заявила твёрдо, что не нуждается в няньке. На самом деле Лексе это нравилось. Всё, чего она хотела с момента встречи с Кларк, — заботиться о ней, но было приятно ощущать, что её забота возвращается в сто раз сильнее. Поэтому она расслабилась и позволила Кларк заботиться о ней всё утро. Кларк, похоже, была счастлива, и Лекса могла остановить это в любой момент, когда сочтёт нужным. Около полудня зазвонил телефон Кларк. Она ответила, и Лекса сразу узнала голос Индры. Несколько минут они говорили, затем Кларк передала телефон Лексе. Лекса взяла трубку и приложила к уху. - Привет. - Гримальди, - голос Индры прозвучал ровно и деловито, и Лекса мгновенно села. “Титус всё ещё в камере. Его адвокат не появился прошлой ночью — говорят, ему стало нехорошо. А ни с кем другим он связаться не смог.” Лекса прыснула со смеху, но тут же снова стала серьезной. - Прости, - пробормотала она. - Нет-нет, - Индра говорила беззаботно. “У меня была такая же реакция. Но его, скорее всего, выпустят сегодня.” - Серьезно? - удивленно спросила Лекса. “Несмотря на нападение и признание, которое мы получили в прямом эфире?” - Ты же знаешь, всё решает суд, - вздохнула Индра. “Но сейчас мне нужно, чтобы ты присматривала за Кларк.” Лекса мельком взглянула на Кларк, та терпеливо смотрела на неё. Лекса отвела глаза. - Конечно, - торжественно сказала она в трубку. Лекса снова глянула на Кларк — та теперь смотрела на неё с подозрением. - Что-то ещё? - спросила Лекса. - Да нет. Просто держи меня в курсе, хорошо? Дай знать, как она. - Хорошо, - тихо ответила Лекса. “Она будет в безопасности. Пока, Индра.” Она протянула телефон Кларк. Та поднесла его к уху, но Индра уже повесила трубку. Кларк опустила телефон и села рядом с Лексой, глядя на неё с серьёзным лицом. - Я понимаю, что вы обе хотите меня защищать, но хватит. Сейчас пострадала ты, и теперь я буду заботиться о тебе. Лекса вздохнула. Кларк была слишком упрямой. - Поверь, если бы Титус сейчас постучал в дверь, я бы впустила его и предложила чай. У меня просто нет сил на сопротивление. Это была шутка, но Кларк, похоже, расслабилась - откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. - Стоит нам вообще смотреть, что пишут в Интернете? Лекса вздохнула. После того эфира она отключила все уведомления и не заходила в соцсети. Она написала только семье и нескольким близким друзьям, что с ней всё в порядке и она перезвонит позже. Ей было и любопытно, и страшно, что они с Кларк увидят в Интернете. Они не выдержали и открыли аккаунты. Их встретила волна поддержки, беспокойства и любви. Даже те, кто раньше не верил в их историю, теперь, увидев Титуса в деле, приносили извинения. Они переглянулись и улыбнулись. Это была их победа, и они имели право ею наслаждаться. На них напали, но именно они начали этот путь. Они не дрогнули перед непреодолимыми трудностями. С пакетами льда на плече и руке они сидели на диване Лексы, читая бесконечные слова поддержки. И хотя Лекса боялась, что убийца, знавший её машину, скоро снова будет бродить по улицам, она чувствовала только любовь к девушке, сидящей рядом. Она украдкой взглянула на Кларк, пока та читала. Несмотря на все препятствия — стены, возводимые Кларк, нападение Титуса, ужас перед Гайей, Лекса могла честно сказать, что не представляет себе лучшего момента в своей жизни.