Terion.

      Железный Лес.       16:53.       17°С.       20.06.00.       Стены вокруг — толстые, металлические и глянцевые. Они отражали своей структурой рассеянный свет мерно гудящих электроламп и ослепительный блеск запечатанных в высоком стеклянном резервуаре четырёх Изумрудов Хаоса.       Красный, жёлтый, белый и небесно-голубой, с боем отобранный у двухвостого сайдкика Соника относительно недавно.       Пульсирующие и переливающиеся радугой собственных оттенков, они отбрасывали на серебристые поверхности солнечные зайчики своих завораживающих огней и даже через толстое бронестекло искажали воздух вокруг своей невероятной, совершенно необузданной силой, накаляя атмосферу даже несмотря на работающие без перебоя кондиционеры.       Аномальные реликты неизвестной природы, чья сила была до такой степени абсурдна, что всего один такой камень был способен стереть с лица мироздания весь Млечный Путь и не потерять единого процента своей мощи.       Совершенно безумное могущество, делиться которым в полной мере Изумруды просто отказывались, словно живые.       Они не отдавали всю свою мощь ни его машинам.       Ни пушке «Затмения».       Ни даже самому Хаосу, заставляя довольствоваться одними лишь крошками даже при сборе всех семи.       И только Соник, запертый на этой, его самой последней базе не был обременён этим ограничением.       Роботник нахмурился и поджал губы, спрятав лицо в вороте красного пиджака, который уже давным давно стал для него практически второй кожей.       Если бы только Изумруды благовалели ему также, как они благовалеют Сонику... Тогда у него не было бы нужды собирать все семь: лишь одного реликта хватило бы с головой, чтобы подчинить весь мир в мгновение ока и скорее всего одолеть синего ежа прежде, чем он успеет понять хоть что-то.       Однако к его привеликому сожалению, у реальности был на это свой взгляд, и даже ёж Шедоу — земля ему пухом — не был способен использовать Изумруды в той же мере, в которой их использовал синий ёж.       Что и стало главной причиной его гибели тогда, на «А.Р.К.».       Мужчина рвано выдохнул через нос и прикрыл глаза, отгоняя роившиеся в голове, словно назойливые мухи, мысли. Последнее, что ему сейчас хотелось, так это вспоминать величайшее предательство в своей жизни.       Предательство со стороны кумира.       Со стороны его собственного деда, в честь которого он и прозвал свою трещащую по швам империю.       E.G.G. — Empire of Gerald's Grandson.       Не яйцо, как её смел окрестить этот чёртов синий мусс.       Роботний открыл глаза и вновь вернулся к созерцанию мерно плавающих в условиях нулевой гравитации Изумрудов.       Четыре здесь, один у его нового слуги и ещё два оставалось захватить, чтобы реализовать тот план, которому он осмелился дать шанс.       Запитать его новые боевые единицы, отдалённо похожие, но превосходящие по всем параметрам Хаоса энергией всех семи Изумрудов, и выпустить эту армию божеств в мир.       Совершенный Хаос был практически непобедим, но обладал своей волей и желаниями.       Фейкеры же — создания, сотканные из энергии хаоса и порядка — энергии из другого мира — были покорны лишь ему и ему одному. Он самолично убедился в этом, проведя бесчисленное множество тестов за закрытыми дверями.       Это был шанс, и упускать его он позволить себе не мог. Ведь больше идей и грандиозных планов у него просто не было, как и ресурсов на них.       Как и воли их разрабатывать.       Этот план — последний шанс. Если и он провалится... то всё будет конечно.       Последний план... его ведь он предложил. Старлайн, заявившись на базу без приглашения с такой уверенностью, словно заранее знал, что его не пристрелят на месте за успешную попытку вторжения через Хаос-Контроль, которым он неясно как владел.       Роботник поймал взглядом витающий в искусственно созданном вакууме золотистый Изумруд, и перед его глазами пронеслось воспомининиями о знакомстве с новым слугой.       Железный Лес.       12:35.       6°С.       28.02.00.       Воздух в кабинете — свежий, медленно нагревающийся одним лишь присутствием магических реликтов — циркулировал в тесном металлическом кабинете, словно кровь в человеческих жилах.       Робитник сидел, откинувшись в кресле, и перекатывал между пальцами янтарно-жёлтый Изумруд Хаоса.       — Ты стёр Метрополис в мою честь, передал мне Изумруды, а также поделился способом открыть коридор в другую вселенную... на планету Авалис... — перечислил Роботник, а после взглянул на стоящего перед рабочим столом утконоса, сложившего лапы за своей спиной, словно солдат. — ...если так подумать, то пользы от тебя для меня нет никакой. Точнее... она есть, но риски предатества сильно перевешивают любую пользу, что ты можешь принести... — мужчина звонко подбросил камень ввысь, а после поймал и вернул обратно металлический чемодан, где и находились остальные три Изумруда. — ...но даже зная это ты просишь у меня выделить тебе мои сильнейшие боевые единицы, чтобы ты смог доставить сюда свой маленький научный проект. Так скажи мне, Старлайн. Почему же я должен подыграть тебе в твоей маленькой игре, а не самостоятельно придумать, как использовать всю ту информацию, что ты мне передал, м?       Старлайн — высокий утконос с белой шерстю и чёрным клювом, одетый в малиновый пиджак с чёрными брюками, коричневыми перчатками и тёмными туфлями с загнутым кверху носком — едва заметно ухмыльнулся и поправил сползшие пенсне с рыжими линзами. Когда он это сделал, сильно выделяющийся на фоне его образа серебристый браслет с голубым драгоценным камнем заблестел в рассеянном свету кабинета.       — Всё просто, доктор, — галантно произнёс он, и его голос — голос истинного аристократа — разнёсся по комнате медоывым звучанием. — У вас не осталось ресурсов для того, чтобы воспользоваться силой Изумрудов. Источников для добычи этих самых ресурсов у вас также не осталось, — утконос улыбнулся и линзы его очков блеснули в свете ламп. — А Авалис далеко не дружелюбная реальность, и без проводника любая ваша ошибка может привести к весьма печальным последствиям. Вплоть до летального исхода. Эта планета сильно изменилась за последние восемь лет, и на ней не удасться столь просто обосноваться: слишком уж велик шанс столкнуться с опасным природным явлением, Аномальной Зоной или весьма недружелюбно настроенным населением: разумным и не очень. Я же предлагаю вам шанс переломить вашу ситуацию.       На несколько минут в кабинете повисла долгая, густая тишина. А потом, резко оборвалась, когда Роботник произнёс:       — Я дам тебе шанс. Ты получишь в своё распоряжение Метал Соника, а также Скорджей с первого по третьего, когда все технические приготовления будут завершены. Моим новым созданиям как раз не помешает полевое испытание с пастухом в виде их старшего собрата по предназначению.       Старлайн учтиво поклонился.       — Благодарю вас, доктор.

* * *

      Железный Лес.       16:55.       17°С.       20.06.00       Роботник вынырнул из своих воспоминаний, но вынырнул не по своей воле. Треск: краткий, громкий, повторяющийся и сопровождающийся вспышками фиолетового и голубого цветов заставил мужчину вернуться обратно в реальность и обернуться.       Позади себя — посредине широкой, крупной залы — блестели пурпурные молнии и танцевали небесно-голубые вспышки жидкого пламени. Что-то словно пыталось вырваться наружу и своей силой разрывало саму ткань реальности, словно хрупкую бумагу.       Роботник знал, кто это был.       Раскрылось кольцо: большое, фиолетовое, изрыгающее из себя белоснежные искры и голубой огонь. Из его сердцевины вырывался громкий, оглушительный рёв холодных ветров и мириады снежинок, что кружились в воздухе, словно подхваченные невидимой рукой.       По ту сторону портала бушевала снежная буря.       Кто-то показался в кольце, а после прошёл сквозь него, ногами коснувшись металлического пола. И тогда всё стихло, словно по мановению волшебной палочки: кольцо развеялось, словно его никогда и не было, а залетевшие внутрь клубы снега начали быстро таять под воздействием высокой температуры, пораждаемой Изумрудами.       Роботник отряхнулся от налипшего снега и устремил свой взгляд в сторону прибывшего.       Вообще, это должно было вывести его из себя... оно и вывело бы... произойди это где-то полгода назад. А сейчас... сейчас было как-то совершенно безразлично.       Неизвестный морф — одетый в толстый пуховик малинового цвета, с таким же толстым шарфом, штанами, ботинками и зимними очками — скинул с головы обитый мехом капюшон и стянул очки с ярко-жёлтым шарфом, оказавшись Старлайном, вернувшимся с вылазки на Авалис — планету в другой, совершенно недостижимой вселенной, что была во многом идентична Земле, но одновременно с этим — бесконечно сильно отлична в деталях.       Утконос протёр глаза, а потом окинул быстрым взглядом помещение, оценивая тот беспорядок, что он учинил, а потом, увидев Роботника, учтиво поклонился:       — Мои извинения, доктор, — произнёс он и мгновение спустя продолжил. — В Драконей Долине за последние восемь лет стало сильно больше снега. Как и на всей планете в общем.       Роботник смотрел на кланяющегося утконоса долго. Казалось, целую вечность.       Ему было совершено безразлично на то, что он попал под раздачу, однако образ — это то, что он не мог позволить себе потерять. И поэтому ог раздражённо рыкнул, брезгливо утерев нос:       — Ещё раз подобное случится — и вместо глаз я вставлю тебе лампочки.       — Конечно, доктор. Этого больше не повторится.       Роботкник раздражённо цыкнул языком, отмахнувшись.       — Оставь свою лесть тому, кто её оценит, — он подошёл ближе к выровнявшемуся утконосу. — Ты узнал, что ответственно за уничтожение отправленных мной семерых отрядов?       Старлайн молча вытащил из кармана пуховика личный КПК, а после ответил.       — И да, и нет, — произнёс он, включая прибор. — У меня удалось получить запись уничтожения седьмого отряда бадников второго поколения, однако установить личность нападавшего не удалось.       Роботник погладил свой пышный ус:       — Значит, это всё же не погодные условия.       Старлайн покачал головой:       — Я боюсь, что нет. В Драконей Долине... кто-то есть, и он или... — Старлайн сделал краткую паузу. — ...она невероятно могущественна.       Роботкник хмыкнул:       — Показывай тогда мне нашу зверушку.       — Как прикажете, доктор.       Старлайн провёл несколько быстрых манипуляций с КПК, и на его глянцевом экране запустилась загруженная из памяти бадников видеозапись.       На ней — гудящий ветер, летящие во все стороны, словно рой ярких насекомых, серебристые хлопья, хруст снега под тяжёлыми шагами и рокот сервоприводов вышагивающих бадников.       Снега на записи было много. Очень много. Больше, чем на Ледяных Пиках на Острове Ангелов. А если бы не тепловизор, красящий мир в оттенки синего, чёрного и оранежвого — было бы ещё бильше.       На радаре в углу экрана было видно, что бадник, от чьего лица и велась запись, был не один: десять справа, десять слева и девять позади. Всего тридцать в общем.       В отряде были не только простые белоснежные солдаты с пулемётом вместо манипулятора, но и два гиганта с огромными лапищами, отдалённо похожие на обезьян, а также несколько прытких, похожих на яйца дронов.       Этот отряд шёл, взбираясь на усыпанные белым холмы, отвесные скалы, огибая замёрзшие реки и проходя мимо голых, стометровых дерьев.       Снег и лёд сокрыли собой всё, и невозможно было понять, как это место выглядело ранее.       А потом — запись оборвалась. Без звука. Без предупреждения. Без причины: просто взяла, и оборвалась, словно бадника, что её вёл, незаметно устранили.       Запись вернулась быстро, однако теперь — велась другим роботом. На его собственном радаре было видно, что две трети отряда были помечены, как уничтоженные, а на земле — холодной и сырой — теперь лежали десятки металлических, всё ещё горячих тел. Некоторые ещё стояли, однако быстро падали, лишённые головы или перезанные напополам, словно лезвием элегантного меча.       Прошла ещё одна секунда — быстрая, неуловимая — и запись снова оборвалась, утонув в белом шуме, когда некто добрался до последнего робота.       Две секунды — и отряда из тридцати боевых машин не стало.              Две секунды — и не было произведено ни единого выстрела.       Две секунды — и не было ни единого взрыва.       Только чистая, точная, неуловимая смерть.       В зале с Изумрудами повисла долгая, гнетущая тишина, разбавляемая лишь гудением механики и тихим звоном Изумрудов в контейнере.       Старлайн разорвал её резко, спокойно, профессионально, и перемотал запись назад, остановив на моменте кончины второго оператора.       — Взгляните, — произнёс он, указывая притихшему Роботнику на то, что он увидел.       На застывшем в моменте кадре было много синего и чёрного — холодный ландшафт — и одно смазанное, нечёткое, но всё же различимое рыжее пятно.       — Видите? — спросил он, а после пальцем очертил контуры пятна. — Это похоже на лапы. Это — на голову. А это — на рога, — утконос взглянул на мужчину и подвёл итог. — Это точно живое существо, и... — он сделал паузу, подбирая слова. — ...я провёл расчёты, пока шёл обратно. И если они верны, то это нечто передвигается со скоростью многократно превышающую звук, — он отключил КПК, и убрал его обратно в куртку. — Лишь одно создание способно передвигатся на таких скоростях, и оно...       — Я знаю! — перебил его Роботник, а после сложил руки за спиной, отворачиваясь.       Лишь одно живое существо способно передвигаться на таких скоростях.       Взгляд мужчины метнулся к плавающему в капсуле небесно-голубому Изумруду. Такому же голубому, как и его сила.       Сила Соника.       На Авалисе был кто-то, кто был способен соперничать со скоростью быстрейшего из живых.       — Прошу прощения за то, что я перебиваю ваш мыслительный процесс, доктор. Однако подобные... случаи — это главная причина того, по которой я против немедленного переселения на Авалис, — начал Старлайн. — Эта планета слишком непредсказуема и не изучена. Даже я не знаю, что от неё или её обитателей ожидать. К тому же согласно моей информации феномен носителей на Авалисе куда более распространён, чем на Земле. И, я повторюсь, согласно моей информации их там в лучшем случае пятеро. На Земле же — только двое: захваченный Ёж Соник и Ехидна Наклз. Именно поэтому я настаиваю на полноценном захвате Авалиса только после Земли, а не наоборот, как этого желаете вы. Не сочтите за оскорбление.       Роботкник громко, лживо хмыкнул и пригладил складку на красном пиджаке, а после ответил, не теряя лица:       — Вынужден признать твою правоту, мой слуга, — он выпрямил спину и через плечо бросил на Старлайна взгляд. — Однако на случай падения этой базы у нас должен быть путь отступления и способ быть в относительной безопасности на Авалисе, — Роботик отошёл к капсуле с артефактами и прямо на ходу приказал. — Отправь в Драконюю Долину Скорджей под номерами «001-N» и «002-V», а номера «003-J» и «004-C» оставь здесь для защиты. Мне интересно узнать, на что способна эта таинственная зверушка. Лучше знать возможного врага в лицо, — он потёр подбородок, а после продолжил. — Также отправь девятый и десятый отряды на исследование и захват той заброшенной базы на территории бывшей страны... как ты её там назвал... ах, да! — воскликнул мужчина, вскинув руку с оттопыренным указательным пальцем кверху. — Шанг-Му! Пускай эта зона будет нашим путём для отхода.       Старлайн позади провёл в голове серию быстрых размышлений, а потом, кивнув, ответил:       — Конечно, доктор. Что-то ещё?       — Да, есть кое-что. Чуть не забыл о самом важном, — вспомнил Роботник, опустив руку. — Отправь Фейкеров со второго по пятого в Вестополис. Заберём у неудачников из «G.U.N.»... — мучжина прищурился, гладя на цветные камни в резервуаре. — Последние два Изумруда.       — Принято, доктор. Всё будет выполнено в лучшем виде.       Роботник лишь издал тихое, равнодушное «угу».       — Не забудь вернуть Изумруд с Браслетом Прауэров в резервуар, как закончишь с прыжками из вселенной во вселенную.       — Так точно.       Старлайн молча удалился прочь, и зала погрузилась в безмолвную тишину.       Пришла пора важнейшего шага в плане.