Я кувыркался в постели с главным героем

Он чувствовал, как от чистейшего унижения хочется в кровь искусать собственные губы, но ради высшей цели приходилось терпеть. — Ха-ха-ха-ха! Император снова разразился громким, раскатистым смехом. — Это чертовски дерзко. Но интересно… Император постучал кончиком пальца по подлокотнику своего кресла. Когда этот звук эхом разнесся по тронному залу, воздух вокруг стал ледяным. — Однако. В одно мгновение взгляд его алых глаз полностью изменился. — Молодой лорд Фридрих, ты вообще осознаешь, насколько губительна твоя просьба? Он легко пожал широкими плечами и медленно продолжил: — Брак с кронпринцем — это не просто союз. Это грандиозное событие, способное перевернуть судьбу всей Империи и перекроить потоки власти. За внезапно понизившимся голосом скрывалось маниакальное предвкушение. — Хмм… Давно я не видел столь безумных попыток, так что мое сердце даже забилось быстрее, но это слишком щедрая плата за твое спасение наследника. «Плата» за такую прихоть… превзойдет любые твои фантазии. Император медленно посмотрел на Ричарда сверху вниз, а на его губах застыла холодная улыбка. — Сможешь ли ты вынести её? Что будет, если ответить здесь «Да»? «Хмм… Ты и вправду думаешь, что справишься?» Император сузит глаза в любопытстве. А затем… «Тогда отправляйся на смерть». Взмах! Голова Ричарда покатится по полу. Конец сорок девятой регрессии. Тогда что, если ответить «Нет»? «Хмм… У тебя даже на это не хватает духу?» Улыбка императора тут же исказится. А затем… «Скучно». Взмах! Голова Ричарда снова покатится по полу. Конец сорок девятой регрессии. Снова. Ричард чуть изогнул губы в улыбке. «Я не могу умереть здесь». Это только начало; всё не могло закончиться столь жалко. — Я дерзну задать Вашему Величеству лишь один вопрос. Ричард аккуратно сложил руки перед собой, гордо поднял голову и заговорил — вежливо, но без малейшей тени раболепия: — Вы действительно считаете, что «плата» вообще необходима? Легкая искра промелькнула в алых глазах императора. Его взгляд сверкнул так, будто он услышал нечто совершенно неожиданное. — Разве это не очевидно? Он не стал перерезать Ричарду горло, предпочитая парировать: — Муж-кронпринцесса? Полный абсурд. За всю тысячелетнюю историю Империи подобного не случалось ни разу. — … — Разумеется, за это потребуется соответствующая «плата». Однако Ричард не дрогнул под этим напором и лучезарно улыбнулся: — Что ж. Если Ваше Величество позволит мне высказать свои соображения… Он смело шагнул вперед, приближаясь к трону. Преодолевая чудовищное давление, казавшееся способным раздавить кости, Ричард звонко произнес: — Разве этот брак на самом деле не выгоден Вашему Величеству? Император скептически скривил губы. — И с чего ты взял? — Потому что… Ричард посмотрел прямо ему в глаза, чеканя каждое слово: — Вы не любите кронпринца. На мгновение алые глаза похолодели, словно свинец. Ричард не упустил этот момент. — Вы ненавидите кронпринца. Вы вовсе не желаете передавать ему трон. — … — Если репутация кронпринца будет уничтожена из-за брака с таким человеком, как я, в обществе неизбежно возникнут сомнения в том, достоин ли он вообще носить корону. Разве может представиться более идеальная возможность для Вашего Величества? Ледяная тяжесть повисла под сводами зала. — …Хмм. Улыбка императора стала ледяной. — В твоих словах есть резон, но в них таится фатальный изъян. — Какой же? — С чего ты решил, будто я ненавижу кронпринца? Император тоже поднялся с места. Он сделал шаг навстречу Ричарду. Топ. Раздался резкий стук тяжелого сапога, и морщинистая рука внезапно сжала подбородок Ричарда. — Каэлус — мой единственный кровный сын, рожденный моей возлюбленной императрицей. Император приблизил свое лицо вплотную к лицу юноши, не отпуская его подбородок. — У меня нет ни единой причины ненавидеть его. Это походило на игру хищника, загнавшего мышь в угол. Однако… — Вы сказали — «единственный»? Даже с запрокинутой назад головой Ричард продолжал смотреть на императора абсолютно непоколебимым взглядом. — Верно. Он — мой «единственный» кровный ребенок. Он не собирался поддаваться чужому темпу. — Разве у меня мог быть кто-то еще? — … — Когда Ее Величество императрица скончалась родами, произведя на свет кронпринца. — …! Алые глаза, до этого не дрогнувшие ни на миллиметр, впервые отразили смятение. Ричард чуть заметно улыбнулся уголками губ. — Кронпринц появился на свет, поглотив собственную мать. В конце концов, именно из-за него погибла императрица, которую вы так горячо любили… Он изначально не был безумцем. Мудрый правитель. Он правил Империей железной рукой и вошел в историю как первый монарх, не бравший себе ни единой наложницы. Причина, по которой он сошел с ума, заключалась в другом… В том, что из-за кронпринца он лишился своей возлюбленной жены. — Вы уверены, что совсем не ненавидите кронпринца? — … — … Повисла зловещая тишина. Долгая, звенящая тишина. — …Ха, ха-ха-ха-ха! Император откинул голову назад и расхохотался. — Ха-ха-ха-ха, до чего же занятно! Дикий смех вырвался из его широко растянутых губ, напоминая рычание зверя. — … Ричард не смеялся. — Что ж. Ты знаешь слишком много. — … — И всё же, чего ты добиваешься на самом деле? Алые глаза императора сверкнули. — Каким бы безумцем я ни казался, я прекрасно понимаю: то, чего ты хочешь — вовсе не женитьба на кронпринце. Он подыгрывал этому мальчишке лишь потому, что это было чертовски весело. — Разве с самого начала всё это не лишено всякого смысла? — … — Ты заявляешь, что любишь кронпринца, и тут же желаешь толкнуть его в пропасть? Император криво ухмыльнулся, словно говоря, что подобное чувство — вовсе не любовь. Если они поженятся так, как задумал Ричард, Каэлус потерят свой статус наследника и падет на самое дно. — … Верно. Это не любовь. Любовь — это самопожертвование ради другого, а не разрушение человека ради собственной выгоды. Как он и сказал, Ричард вовсе не любил Каэлуса. Однако… — Вы заблуждаетесь. В глазах Ричарда вспыхнул безумный огонь. — Подумайте еще раз, Ваше Величество. Я — мужчина. — … — Если бы я не зашел так далеко, как иначе я смог бы привлечь внимание кронпринца? Если логика здесь бессильна, оставалось лишь прикинуться круглым идиотом. — Мне совершенно плевать, что станет со статусом кронпринца. Главное для меня… Ричард озарил лицо яркой улыбкой. — …это быть вместе с ним. Словно безумец, искалеченный всепоглощающей страстью. — …Хмм. Наполовину сомневаясь, наполовину веря, император сузил глаза. — И еще, Ваше Величество. Ричард улыбнулся легко и непринужденно. Он чуть приподнялся на носках. — Я знаю ваши секреты куда лучше, чем вы думаете. Шепотом произнес он прямо возле его уха. — Секреты? Император вскинул бровь. Ричард усмехнулся: — Ваше Величество… После короткой паузы он добавил: — Разве вы до сих пор не ищете тело покойной императрицы? Он ударил точно в слепую зону. — … — … Короткая пауза. — …Ха? Бровь императора, до этого сохранявшая относительное спокойствие, взлетела вверх. Двадцать один год назад. В день похорон императрицы её тело бесследно исчезло. С тех пор правитель отчаянно и безуспешно разыскивал её останки. — Откуда ты черт возьми можешь знать об этом… — Разве это так важно? Ричард улыбнулся краешком глаз. — Я отыщу его для вас. Так почему бы вам не исполнить мою просьбу? — … Император издал насмешливый, сухой смешок. — Ха, ты и вправду знаешь, где оно? — Разумеется. Ричард произнес это без тени сомнения: — В подвале поместья герцога Чесики. Разумеется, он знал. Тело императрицы было спрятано именно там. — Разве Ваше Величество и сам не догадывался? Он прекрасно знал и то, что… — Тело Ее Величества укрыто в родовом гнезде герцога. Император тоже владел этой информацией. «Он просто не мог забрать его из-за политических обстоятельств». — … Уголки губ императора нервно дернулись. — Сколько же всего тебе известно? — …Ну. Водянисто-голубые глаза Ричарда холодно погрузились во тьму. — …Пожалуй, даже больше, чем ведомо самому Вашему Величеству.