Пока не доказано обратное

Чонгук не считал отказ трагедией. Отказы вообще редко казались ему чем-то значительным. Иногда люди говорили «нет», потому что действительно не хотели. Иногда - потому что хотели, но боялись показаться слишком доступными. Иногда у них уже были отношения, плохой день, строгие родители, ранняя пара или привычка усложнять даже самые простые вещи. Причин существовало множество и Чонгук умел уважать чужое «нет». По крайней мере, тогда, когда оно его не интересовало. С Тэхёном всё оказалось иначе. Тэхён отказал ему спокойно, без смущения и кокетства. Не отвёл глаза, не улыбнулся так, будто ждал второй попытки, не оставил лазейки для продолжения. Просто посмотрел через тонкую оправу круглых очков и дал понять: внешность Чонгука его не впечатлила настолько, чтобы потратить сорок минут на совместный кофе. Это было непривычно. А всё непривычное Чонгук воспринимал как вызов, даже если никто его не бросал. — Ты сейчас прожжёшь в нём дыру, - сказал Намджун. Чонгук моргнул и отвёл взгляд от окна университетского кафе. За стеклом, на широкой каменной лестнице возле корпуса естественных наук, сидели Тэхён и Чимин. Между ними лежали раскрытые тетради, несколько книг и бумажный пакет с выпечкой. Чимин что-то рассказывал, двигая ручкой над страницей, а Тэхён слушал, подперев висок ладонью. Сегодня на нём был тёмно-синий кардиган, светлая рубашка и серые брюки. Волосы мягко падали на лоб, одна прядь снова касалась оправы очков. Время от времени он поправлял её коротким, почти машинальным движением. — Кому? - спросил Чонгук. Намджун поставил на стол поднос. — Стеклу. Ты смотришь в окно уже минуты три. — Я смотрю на кампус. — В одной конкретной точке кампуса сидит Ким Тэхён. — Это просто совпадение. — Разумеется. Юнги опустился на соседний стул, держа в руках стакан холодного американо и выражение лица человека, который с утра уже успел разочароваться во всех присутствующих. — Он отказал ему, - сообщил Намджун. — Я был рядом, - напомнил Юнги. - Половина аудитории была рядом. Чонгук устроил показательное выступление. — Я просто предложил кофе. — Ты говоришь «просто предложил кофе» так, будто не стоял перед ним, расправив плечи и демонстрируя татуированную руку. Чонгук посмотрел на свою правую руку. Сегодня он был в чёрной футболке с рукавами до середины плеча, поэтому почти вся татуировка оставалась открытой. — Я всегда так стою. — К сожалению, - сказал Юнги. Намджун придвинул Чонгуку поднос с кимбапом. — Ты будешь есть или продолжишь отрицать очевидное? — Какое ещё очевидное? — Он тебе понравился. — У него красивое лицо. — В университете много людей с красивыми лицами. — Не такое. Юнги медленно поднял на него взгляд. — О, всё серьёзнее, чем я думал. — Ничего не серьёзнее. Я хочу пригласить его на свидание. — Ты уже пригласил. — На кофе. — А в твоей системе координат кофе перестал быть приглашением? — Он не понял, какой я человек. — Ты опоздал, мешал ему слушать лекцию, рисовал неправильные графики и потом смотрел на его рот, - перечислил Намджун. - Мне кажется, первичную информацию он получил. — Ты сейчас на чьей стороне? — На стороне объективности. — Предатель. Намджун спокойно взял палочки. — Я просто не понимаю, зачем тебе продолжать. Тэхён явно не заинтересован. Чонгук снова посмотрел в окно. Чимин произнёс что-то, после чего Тэхён улыбнулся. Улыбка была короткой, едва заметной. Она появилась только в уголках его губ, смягчая обычно спокойное лицо, и исчезла прежде, чем Чонгук успел рассмотреть её нормально. Он нахмурился, а ведь вчера Тэхён ни разу ему так не улыбнулся. — Он умеет, - пробормотал Чонгук. — Что? - переспросил Намджун. — Улыбаться. Юнги закрыл глаза. — Господи. — Просто вчера он выглядел так, будто при любом проявлении эмоций с него снимают баллы. — Возможно, именно при общении с тобой и снимают, - предположил Намджун. Чонгук посмотрел на друзей. — Вы вообще собираетесь меня поддерживать? — В чём? - спросил Юнги. - В желании приставать к человеку, который ясно сказал, что не хочет пить с тобой кофе? — Я не собираюсь приставать. — А что собираешься? Чонгук вновь перевёл взгляд за окно. Тэхён закрыл одну книгу и потянулся за другой. Его движения были спокойными, точными, будто даже случайные жесты проходили предварительную проверку. — Пригласить его ещё раз. Юнги безразлично пожал плечами. — Тогда хотя бы не делай вид, будто не понимаешь ответ. — В этот раз ответ будет другим. — Почему? Чонгук улыбнулся. — Потому что я подготовлюсь. Подготовка заняла семь минут. Первые две Чонгук стоял у витрины университетского кафе, пытаясь вспомнить, какой кофе обычно пьют люди вроде Тэхёна. Понятие «люди вроде Тэхёна» оказалось настолько расплывчатым, что не помогло вообще. Он предполагал, что Тэхён не станет заказывать что-то слишком сладкое. Наверняка выберет напиток с названием, которое звучало бы практично и скучно. Американо. Возможно, латте без сиропа. Или чай, потому что кофе нарушает сон, а Ким Тэхён, вероятно, относился к своему режиму с той же серьёзностью, с какой другие люди относились к государственной тайне. Чонгук выбрал ванильный латте. Не потому, что пришёл к логичному выводу. Просто бариста уже смотрела на него, ожидая заказ, а очередь за спиной начинала раздражённо двигаться. Оставшиеся пять минут он потратил на дорогу до лестницы и мысленное составление фразы, которая не звучала бы как очередная попытка познакомиться. Ничего убедительного он не придумал. — Привет, - сказал Чонгук, остановившись перед Тэхёном. Чимин первым поднял голову. Его взгляд переместился с лица Чонгука на два стакана в его руках, затем на Тэхёна. В выражении Чимина появилось спокойное любопытство. Тэхён продолжал читать ещё несколько секунд. Только закончив абзац, он поднял глаза. — Привет. Чонгук протянул ему стакан. — Это тебе. Тэхён посмотрел на кофе, но не взял. — Зачем? — Решил реабилитировать первое впечатление. — Кофе должен изменить моё мнение о твоём характере? — Нет. Но он может улучшить твоё настроение, и тогда ты оценишь мой характер менее предвзято. Чимин тихо кашлянул, скрывая улыбку. Тэхён перевёл взгляд на него. — Тебе смешно? — Немного. — Мне уйти? - спросил Чонгук. — Нет, - ответил Чимин. - Мне интересно, что будет дальше. — Предатель, - сказал Тэхён без особого раздражения. — Я твой друг, а не охранник. Чонгук всё ещё держал стакан протянутым. — Возьмёшь? Тэхён прочёл надпись на боку. — Ванильный латте? — Да. — С обычным молоком? — Полагаю. — И ванильным сиропом? — Обычно именно так работает ванильный латте. Тэхён посмотрел на него. — Я не люблю сладкий кофе. — Совсем? — Совсем. — Это ненормально. — Не любить напиток, который на треть состоит из сахара, думаю вполне нормально. — Значит, ты даже не попробуешь? — Ты хочешь, чтобы я выпил то, что мне не нравится только потому, что ты это купил? Чонгук несколько секунд молчал. В его голове ответ звучал вполне разумно: хотя бы один глоток из вежливости. Но произносить его вслух под прямым тэхёновым взглядом почему-то не хотелось. — Нет, - сказал он. - Не хочу. — Хорошо. Тэхён снова опустил глаза к книге. Чонгук посмотрел на второй стакан в своей руке. — И что мне теперь с ним делать? — Выпить. — У меня уже есть кофе. Тэхён поднял на него глаза, и в них на мгновение мелькнуло что-то похожее на насмешку. — Ты говорил, что способен выпить второй. Чимин не выдержал и рассмеялся. Не громко, но совершенно искренне. Чонгук медленно кивнул. — Ты это запомнил. — У меня хорошая память. — Значит, я всё-таки произвёл впечатление. — Не переоценивай значение памяти. — А если я завтра принесу правильный? — Не нужно. — Почему? Тэхён закрыл книгу, вложив между страницами тонкую закладку. — Потому что я могу купить себе кофе сам. — Я не сомневаюсь. — Тогда в чём смысл? — В жесте. — Ты не знаешь, какой кофе я пью. Значит, жест предназначен не мне, а твоему представлению обо мне. Чонгук нахмурился. Ответ был слишком серьёзным для разговора о напитке. И слишком точным, чтобы отшутиться привычным способом. — Хорошо, - сказал он. - Какой ты пьёшь? Тэхён помолчал. Вероятно, решал, стоит ли вообще отвечать. — Фильтр-кофе без сахара. Иногда капучино. — На каком молоке? — На обычном. — Значит, завтра… — Я сказал, что приносить не нужно. — Я услышал. — Судя по всему, не понял. — Тэхён, я могу и услышать, и не согласиться. — Моё решение не требует твоего согласия. Чимин перевёл взгляд на Чонгука, ожидая реакции. Несколько студентов, сидевших неподалёку, тоже начали прислушиваться. Чонгук чувствовал это по тому, как изменилась окружающая тишина. Ещё неделю назад он бы превратил разговор в представление. Улыбнулся, сказал что-нибудь достаточно дерзкое, добился смеха и сохранил ощущение контроля. Но Тэхён смотрел на него без вызова. Он не пытался унизить Чонгука или показать себя недоступным. Просто устанавливал границу. — Ладно, - произнёс Чонгук. - Кофе приносить не буду. Тэхён едва заметно кивнул. — Спасибо. — Но приглашу ещё раз. — Я не сомневался. — Ты можешь хотя бы сделать вид, что впечатлён моей настойчивостью. — Настойчивость впечатляет, когда направлена на что-то более значительное, чем получение свидания. — Например? Тэхён указал на раскрытый перед ним учебник. — Можешь попробовать выучить математику. — Звучит как предложение чаще с тобой встречаться. — Звучит как способ занять тебя чем-то полезным. Чонгук усмехнулся. — Увидимся на лекции. — Мы и так учимся на одном курсе. — Значит, судьба на моей стороне. — Нет. Учебный план. Чонгук ушёл, держа в руках два стакана.Когда он отошёл достаточно далеко, Чимин посмотрел на Тэхёна. — Ты мог взять кофе. — Я его не люблю. — Я знаю. Но он старался. Тэхён открыл книгу. — Он купил первое, что пришло ему в голову. — Это всё равно форма старания. — Очень поверхностная. — Вы знакомы два дня. Глубокое старание выглядело бы пугающе. Тэхён перевернул страницу, но Чимин не сводил с него взгляда. — Что? — Ничего. — Тогда не смотри так. — Как? — Будто анализируешь меня. — Я размышляю, почему ты вообще объяснил ему, какой кофе пьёшь. Тэхён остановился. — Он спросил. — Ты не отвечаешь на вопросы только потому, что их задают. — Это была несущественная информация. — Разумеется. Тэхён посмотрел вслед Чонгуку. Тот шёл через двор, разговаривая с девушкой, которую встретил у входа. Она коснулась его татуированной руки, Чонгук наклонился, чтобы расслышать её слова, и улыбнулся. Легко. Привычно. Так, словно ни один отказ не мог задержаться в его голове дольше нескольких минут. Тэхён вернулся к книге. — У нас через двадцать минут семинар. — Я знаю, - сказал Чимин. — Тогда надо идти. — Конечно. Он собрал тетради, всё ещё улыбаясь чему-то своему. — Он даже не попробовал? - спросил Намджун. — Нет. — И что ты сделал? — Выпил оба. Юнги оторвался от планшета. Они находились в мастерской факультета искусств - большом помещении с высокими окнами, бетонными стенами и вечным запахом краски, растворителя, дерева и пыли. На длинных столах лежали инструменты, рулоны бумаги и незаконченные студенческие работы. В углу кто-то собирал металлическую конструкцию, время от времени заставляя пространство содрогаться от визга дрели. Дневной свет падал сверху, подчёркивая пятна краски на полу и частички пыли в воздухе. Чонгук сидел на широком подоконнике, вытянув ноги. Перед ним лежал альбом, но за последние десять минут он не провёл ни одной линии. — Ты выпил два кофе подряд? - уточнил Юнги. — Один был латте. — Это тоже кофе. — Скорее десерт. Намджун прислонился бедром к столу. Сегодня на нём была бежевая рубашка, поверх которой он надел тёмный рабочий фартук. На переносице оставалось небольшое пятно синей краски, о котором ему пока никто не сообщил. — Я не понимаю, - сказал он. - Ты купил Тэхёну напиток, не спросив, что он любит? — В этом и заключался сюрприз. — Сюрпризом стало то, что он его ненавидит. — Я уже понял. Юнги вновь посмотрел в планшет. — Завтра принеси ему горячий шоколад с маршмеллоу. Возможно, он решит, что ты не только навязчивый, но ещё и необучаемый. — Он сказал, что пьёт фильтр без сахара. — Откуда ты знаешь? Чонгук посмотрел на него с превосходством. — Я спросил. Намджун медленно кивнул. — Поздравляю. Ты задал первый вопрос человеку, которого пытаешься пригласить на свидание. — Я задавал вопросы и раньше. — «Значит, кофе не будет?» не считается. — Почему вы оба ведёте себя так, будто я совершаю преступление? Юнги пожал плечами. — Потому что нам больше нечем заняться. — У тебя на экране открыт проект. — Он скучный. Чонгук спрыгнул с подоконника и подошёл к столу. На большом листе лежал эскиз будущей работы Намджуна: человеческий силуэт, составленный из обрывков печатного текста. — У тебя краска на лице, - сказал он. Намджун машинально провёл ладонью по щеке, размазав синее пятно ещё сильнее. — Теперь больше, - заметил Чонгук. — Ты мог сказать раньше. — Мог. — Иногда я понимаю Тэхёна. — Вы все сегодня против меня. — Нет, - ответил Намджун. - Просто ты впервые встретил человека, на которого не действуют твои обычные приёмы, и вместо того, чтобы узнать его нормально, пытаешься найти более эффективный приём. Чонгук хотел возразить, но замолчал. На соседнем столе лежал его собственный лист. Задание было простым: изобразить объект, не рисуя сам объект. Чонгук выбрал дверь. На бумаге не было ни прямоугольника, ни ручки, ни петель - только тени, разорванные линии и пространство, которое создавало ощущение выхода. Он смотрел на работу несколько секунд. — Я и пытаюсь узнать его. — Ты пытаешься понравиться ему, - поправил Намджун. - Это не одно и то же. Юнги отложил планшет. — Может, хватит читать ему лекцию? Он всё равно сделает по-своему. — Спасибо, - сказал Чонгук. — Это не поддержка. — Всё равно спасибо. Юнги вздохнул. — Просто не дави на него. Если он скажет прекратить, то прекращай. — Я не идиот. Оба друга посмотрели на него. — Ладно, - поправился Чонгук. - Не настолько большой идиот. Он вернулся к альбому и взял карандаш. Несколько минут в мастерской звучали только музыка из чужой колонки, дрель и шорох бумаги. Чонгук пытался работать, но вместо двери на листе появилась тонкая оправа круглых очков. Он раздражённо стёр её. Во вторник Чонгук пришёл на межфакультетскую лекцию за десять минут до начала. Сам по себе этот факт был настолько необычным, что профессор Хан, войдя в аудиторию, сначала посмотрела на часы, а затем на него. — Что-то случилось, господин Чон? — Я пришёл вовремя. — Именно поэтому и спрашиваю. Несколько студентов засмеялись. Чонгук развалился на стуле, делая вид, что совершенно не замечает Намджуна, сидевшего через проход и смотревшего на него с понимающей улыбкой. Место справа от Чонгука оставалось свободным. Он занял его сумкой. Вернее, временно положил туда сумку, чтобы никто случайно не сел. Это не считалось тем, что он специально оставлял место Тэхёну, по крайне мере так решил Чонгук. Тэхён вошёл в аудиторию за пять минут до начала вместе с Чимином. Сегодня на нём была белая рубашка, тёмные брюки и длинное серое пальто, которое он снял у двери, аккуратно перекинув через руку. Волосы были уложены чуть иначе: челка открывала больше лба, но одна прядь всё равно падала к глазам. Чонгук поднял руку. — Здесь свободно. Тэхён посмотрел на сумку, лежавшую на стуле. — Не похоже. Чонгук убрал её. — Теперь свободно. Чимин перевёл взгляд с него на Тэхёна. — Я могу сесть с другой стороны, - предложил он. Тэхён помолчал. Чонгук улыбнулся, стараясь выглядеть достаточно спокойно, будто совершенно не переживает из-за решения человека, которого видел третий раз в жизни. Тэхён прошёл мимо и сел на ряд впереди. Чимин занял место рядом с ним. Намджун тихо рассмеялся через проход. — Ни слова, - предупредил Чонгук. — Я ничего не сказал. — У тебя лицо слишком громкое. Профессор начала занятие.Сегодня они обсуждали симметрию, повторение и нарушение ритма. На экране сменялись архитектурные фотографии, фрагменты картин и математические модели. Тэхён сидел впереди, поэтому Чонгук видел его затылок, линию шеи над воротником рубашки и тонкую дужку очков. Это мешало сосредоточиться. Он открыл альбом и попытался рисовать. Через несколько минут на странице появился профиль Тэхёна. Чонгук понял это слишком поздно. Он быстро добавил несколько геометрических линий, превратив рисунок в абстрактную композицию, но сходство всё равно осталось. — Это уже немного пугает, - прошептал Намджун, заглянув через проход. Чонгук захлопнул альбом. — Следи за лекцией. — Я слежу. И за тем, как ты рисуешь человека, которого знаешь три дня. — Я рисовал линию. — У линии очки. — Художественная метафора. — Ты безнадёжен. Профессор Хан остановилась возле доски. — Давайте проведём небольшой эксперимент. У вас пять минут. Работаете с человеком с другого направления. Один описывает абстрактную форму, не называя её. Второй должен её изобразить. Студенты задвигались, оборачиваясь и меняясь местами. Чонгук поднялся раньше, чем успел подумать. Тэхён уже повернулся к Чимину, но профессор заметила их. — Господин Ким, вы оба с математического направления. Найдите художников. Чонгук остановился рядом с их столом. — Какая удача. Тэхён посмотрел на него без восторга. Чимин перевёл взгляд на Намджуна. — Видимо, я с вами. — С удовольствием, - ответил Намджун, пересаживаясь к нему. Чонгук занял освободившееся место возле Тэхёна. — Ты специально сел сзади? - спросил Тэхён, доставая чистый лист. — Нет. Но специально оставил тебе место. — Я заметил. — И всё равно сел впереди. — Да. — Почему? Тэхён посмотрел на доску. — Профессор сказала описывать форму, а не обсуждать рассадку. — Ты всегда так ловко уходишь от вопросов? — Только от несущественных. — Для меня это было существенно. — Это не делает вопрос существенным для меня. Чонгук усмехнулся. — Хорошо. Кто начинает? — Ты художник. Я описываю. — Почему не наоборот? — Потому что вероятность того, что я нарисую понятный объект, невысока. — А вероятность того, что я пойму твоё описание? — Зависит от твоей способности слушать. — Это оскорбление? — Наблюдение. Тэхён снял очки, протёр линзы краем специальной салфетки и вновь надел их. Чонгук невольно задержал взгляд на его лице без оправы. Без очков Тэхён выглядел мягче. Уязвимее - хотя это слово совсем ему не подходило. Он чуть щурился, рассматривая карточку с формой, которую раздала профессор. — Готов? - спросил Тэхён. — Да. — Проведи горизонтальную линию. Чонгук взял карандаш. — Какой длины? — Примерно две трети листа. — «Примерно» - неожиданное слово от математика. — Мы не проводим точное построение. — А жаль. Я уже надеялся увидеть твою линейку. Тэхён посмотрел на него. — Чонгук. — Молчу. — От середины линии проведи дугу вверх. — Насколько вверх? — Высота должна составлять около половины длины основания. Чонгук нарисовал. — Теперь от левой точки проведи вторую дугу, которая пересечёт первую. — Под каким углом? Тэхён ненадолго задумался. — Примерно сорок пять градусов. — Опять «примерно». — Ты пытаешься меня раздражать? — Пока только проверяю, возможно ли это. — Возможно. — Наконец-то конкретный ответ. Несмотря на перепалку, Тэхён объяснял хорошо. Он не использовал лишних слов, но каждый раз уточнял положение линии относительно уже нарисованных элементов. Чонгук быстро понял закономерность и перестал переспрашивать ради шутки. На листе постепенно появилась фигура, похожая на две пересекающиеся траектории. — Добавь точку внутри верхней области, - сказал Тэхён. — В центре? — Нет. Немного левее. — Насколько немного? — На расстоянии примерно одной пятой от центральной оси. Чонгук поднял голову. — Ты сейчас серьёзно ожидаешь, что я на глаз определю одну пятую? — Ты художник. У вас должно быть развито пространственное восприятие. — А у вас, математиков, должна быть развита способность объяснять нормальным человеческим языком. — Я и объясняю. — «Одна пятая от центральной оси» - так говорят люди, которые в детстве дружили с циркулем. — Я действительно любил циркуль. Чонгук замер. Тэхён тоже понял, что сказал. Несколько секунд они смотрели друг на друга, потом Чонгук рассмеялся. Тихо, но настолько искренне, что Тэхён едва заметно покраснел у кончиков ушей. — Не вижу ничего смешного, - произнёс он. — Я тоже любил странные вещи в детстве. — Например? — Рисовать на стенах. — Родители, вероятно, были в восторге. Улыбка Чонгука стала чуть менее естественной. — Отец особенно. Тэхён уловил изменение, но ничего не спросил. Он просто вернулся к карточке. — Точка левее центра. Чонгук поставил её. Когда время закончилось, профессор попросила сравнить изображения с исходными формами. Рисунок Чонгука оказался почти точным. — Неплохо, - признал Тэхён. — Это комплимент? — Оценка результата. — Я всё равно запомню, как комплимент. — Это будет неверная интерпретация. — Но приятная. Чонгук перевернул лист и протянул Тэхёну карандаш. — Теперь моя очередь объяснять. Тэхён взял карандаш с осторожностью, будто тот мог представлять угрозу. Чонгук посмотрел на карточку. На ней была изображена сложная асимметричная фигура. — Нарисуй круг. — Какого радиуса? — Нормального. — Это не единица измерения. — Такого, чтобы поместился на лист. Тэхён провёл окружность. Она получилась неровной. Чонгук посмотрел на неё и прикусил губу. — Не смейся. — Я не смеюсь. — У тебя двигаются плечи. — Я дышу. — Ты дышал иначе до того, как увидел круг. Чонгук всё-таки рассмеялся. — Прости. Просто ты нарисовал картофелину. — Ты сказал нарисовать круг без дополнительных инструментов. — Большинство людей способны сделать его более круглым. — Большинство людей не обязаны оправдывать твои плохо сформулированные инструкции. — Хорошо. Давай ещё раз. — Нет. — Тэхён. — У тебя одна попытка. — Это жестоко. — Зато честно. В итоге рисунок Тэхёна лишь отдалённо напоминал исходную фигуру. Когда профессор попросила поднять работы, Чонгук с трудом сдерживал смех, а Тэхён выглядел так, словно готов был математически доказать несостоятельность задания. — У тебя неплохое чувство пропорций, - сказал Чонгук, когда они возвращались на свои места. — Ты издеваешься? — Немного. — Тогда не удивляйся, когда я перестану с тобой разговаривать. — Но ты разговариваешь. Тэхён остановился, следом и Чонгук. Вокруг них двигались студенты, скрипели стулья, профессор собирала карточки. На несколько секунд они оказались слишком близко друг к другу. — Только потому, что этого требует задание, - сказал Тэхён. — Конечно. — Не делай такое лицо. — Какое? — Будто выиграл. — Я просто рад, что ты знаешь моё имя и способен поддерживать разговор дольше трёх минут. Тэхён сел на своё место. — Твоя планка достижений пугающе низкая. — Приходится адаптироваться к сложным условиям. После занятия Чимин и Тэхён направились в столовую. Обеденное время превращало университетские коридоры в плохо управляемый поток. Студенты торопились между корпусами, спорили о местах в очереди, договаривались о встречах и пытались одновременно есть, читать сообщения и не столкнуться с дверями. Столовая находилась в отдельном светлом здании с широкими окнами. Внутри пахло рисом, супом, специями и жареным мясом. За стойками звенели металлические подносы, сотрудники выкрикивали номера заказов, а свободный стол приходилось искать с внимательностью охотника. Чимин нашёл место у стены. Тэхён поставил поднос напротив и снял кардиган, аккуратно повесив его на спинку стула. — Он тебе нравится, - сказал Чимин. Тэхён едва не уронил ложку. — Кто? — Профессор Хан… Конечно, я спрашиваю о Чонгуке! — Он мне не нравится. — Ты сегодня разговаривал с ним примерно пятнадцать минут. — Мы выполняли задание. — Ты мог ограничиться инструкциями. — Я и ограничился. Чимин посмотрел на него с сомнением. — Вы обсуждали циркуль. Тэхён взял ложку. — Это произошло случайно. — А потом ты спросил о его детстве. — Не спрашивал. — Он сам рассказал? — Ничего он не рассказал. Чимин перестал улыбаться. — Что-то произошло? Тэхён вспомнил, как на секунду изменилось лицо Чонгука после упоминания отца. Совсем немного - большинство людей, вероятно, не заметили бы. Улыбка осталась на месте, но взгляд стал пустым, будто за ним внезапно опустили тяжёлую дверь. — Нет, - ответил он. - Ничего. Чимин не стал настаивать. Он попробовал суп, затем посмотрел через плечо Тэхёна. — Он идёт сюда. — Не оборачивайся. — Я уже посмотрел. — Тогда не комментируй. — Он несёт поднос. — Люди обычно носят подносы в столовой. — Рядом с ним нет Намджуна и Юнги. — Чимин. — Он смотрит прямо на тебя. Тэхён медленно положил ложку. — Ты можешь хотя бы один раз не озвучивать происходящее? — Могу. Но сейчас не хочу. Чонгук остановился возле их стола. Сегодня его волосы были распущены. Тёмные волнистые пряди падали до шеи, загибаясь на концах, и делали его лицо визуально мягче. На шее лежала серебряная цепочка, рукава чёрной футболки открывали татуировки. — Здесь свободно? - спросил он. Тэхён посмотрел на пустые стулья. — Формально - да. — А неформально? — Мы обедаем вдвоём. — Я тоже могу обедать. — Впечатляющая способность. Чимин отодвинул соседний стул. — Садись. Тэхён перевёл на него взгляд. — Что? — Столовая общая. Чонгук сел рядом с Чимином, напротив Тэхёна. На его подносе были рис, мясо, салат и две упаковки молока. Тэхён невольно задержал на них взгляд. — Что? - спросил Чонгук. — Ничего. — Ты посмотрел на молоко. — Я посмотрел на поднос. — Ты всегда анализируешь, что едят окружающие? — Только когда они берут две одинаковые упаковки. — Одной мало. — Можно было взять стакан. — В упаковке вкуснее. — Это одно и то же молоко. Чонгук открыл первую коробку. — Нет. Из коробки другое ощущение. — Физические свойства напитка от упаковки не меняются. — Меняются мои эмоциональные свойства. Чимин улыбнулся. — Мне кажется, это уважительная причина. — Спасибо, - сказал Чонгук. - Наконец-то здесь появился человек, который меня понимает. Тэхён покачал головой и вернулся к еде. Несколько минут они действительно обедали молча. Чонгук не пытался флиртовать. Не задавал бессмысленных вопросов и не привлекал внимание. Он ел быстро, с явным аппетитом, иногда просматривая сообщения на телефоне. Это молчание неожиданно раздражало Тэхёна сильнее, чем разговор. Он поймал себя на том, что ждёт очередной реплики. Чонгук поднял голову. — Ты на математическом направлении с самого начала? Тэхён замер. Вопрос был обычным. Настоящим. Не способом перевести разговор к комплименту. — Да. — Почему математика? — Потому что она мне нравится. — Это я понял. Почему именно она? Тэхён ненадолго задумался. Обычно люди спрашивали, кем он собирается работать. Не скучно ли ему. Почему человек с его внешностью выбрал числа. Никто не интересовался, что именно он в них нашёл. — В математике всё связано, - ответил он. - Даже если сначала кажется, что между двумя идеями нет ничего общего, однажды обнаруживается структура. Иногда нужно изменить способ рассмотрения, и задача, которая выглядела хаотичной, становится понятной. — То есть тебе нравится находить порядок? — Не только. Порядок сам по себе может быть скучным. Мне нравится понимать, почему он существует. Чонгук слушал внимательно. Не перебивал. Тэхён продолжил, прежде чем успел решить, хочет ли говорить больше: — Многие считают математику набором правил и вычислений. Но вычисления - только инструмент. Важнее логика. Возможность взять утверждение и проверить, выдержит ли оно каждый вопрос. — Поэтому ты задаёшь людям так много вопросов? — Я не проверяю людей как теоремы. Чимин тихо хмыкнул. Тэхён бросил на него предупреждающий взгляд. — Хорошо, - сказал Чонгук. - Не проверяешь. Но ты ведь не принимаешь ничего просто так. — Разве это плохо? — Не знаю. Наверное, сложно. — Что именно? — Жить, когда всему нужны доказательства. Тэхён посмотрел на него внимательнее. В словах не было насмешки. Чонгук произнёс их спокойно, будто подумал вслух. — Я не требую доказательств от всего, - ответил Тэхён. — Например? — Я доверяю родителям. — Почему? — Потому что они ни разу не дали мне причины не доверять. — Это и есть доказательство. Разговор неожиданно оказался глубже, чем Тэхён планировал допускать. Чонгук отвернулся, открывая вторую упаковку молока. На его лице всё ещё оставалось лёгкое, почти небрежное выражение, но пальцы на картонной коробке сжались чуть сильнее. — А ты почему выбрал искусство? - спросил Тэхён. Чимин перестал есть. Чонгук тоже замер. Возможно, Тэхён впервые задал ему личный вопрос. — Потому что больше ничего не умею, - сказал Чонгук. — Неправда. — Откуда ты знаешь? — Люди редко поступают в такой университет только из-за отсутствия других навыков. — Может, я очень талантливо заполняю документы. — Ты опоздал на первую лекцию. Сомневаюсь, что документы являются твоей сильной стороной. Чонгук улыбнулся. — Я рисовал с детства. Сначала на всём, что попадалось. Бумаге, стенах, мебели. — На стенах? - спросил Чимин. — Отец особенно ценил мои ранние работы. Фраза снова прозвучала легко. Но на этот раз Тэхён уже знал, куда смотреть. В улыбке Чонгука появилось напряжение. — Потом я начал рисовать нормально, - продолжил он. - Понял, что иногда проще показать что-то, чем объяснить. Некоторые вещи словами звучат слишком жалко или слишком громко. А нарисованные… просто существуют. — И люди понимают? - спросил Тэхён. Чонгук посмотрел прямо на него. — Не всегда. Но это уже их проблема. На столе завибрировал телефон. На экране появилось имя девушки. Чонгук быстро перевернул устройство дисплеем вниз. Тэхён заметил это движение и сам не понял, почему оно вызвало неприятное ощущение. Незначительное. Почти несуществующее. Чонгук доел рис и поднялся. — У меня мастерская через десять минут. — Ты успеешь? - спросил Чимин. — Нет. Но если побегу, опоздаю не слишком позорно. Он взял поднос, затем посмотрел на Тэхёна. — Увидимся. — У нас следующая общая лекция в пятницу. — Я говорил не о лекции. — А о чём? — Увидишь. Тэхён устало выдохнул. — Чонгук. — Что? — Не приноси кофе. — Не принесу. — И не жди меня после занятий. Чонгук задумался. — Хорошо. Такое быстрое согласие показалось подозрительным. — Правда? — Ты сказал не ждать после занятий. Я способен придумать другие варианты. — Это именно то, что я пытался предотвратить. — Надо было точнее формулировать условие. Он ушёл, прежде чем Тэхён нашёл ответ. Чимин проводил его взглядом. — Мне начинает нравиться ваш разговор. — У нас нет «нашего разговора». — Уже есть. И довольно продолжительный. Тэхён взял стакан с водой. — Он утомляет. — Но ты впервые за несколько месяцев рассказал почти незнакомому человеку, почему любишь математику. — Он спросил. — Я тоже спрашивал. — Ты получил ответ. — Через четыре месяца дружбы. — Ты формулировал вопрос слишком широко. Чимин улыбнулся. — Разумеется. В пятницу Чонгук не принёс кофе. Он принёс зонт. Дождь начался после обеда - быстрый, тяжёлый, осенний. За несколько минут кампус исчез за плотной серой завесой, лестницы заблестели от воды, а студенты прятались под козырьками корпусов, проверяя прогноз и ругаясь на слишком оптимистичных метеорологов. Тэхён стоял у выхода из библиотеки. Утром небо было ясным, поэтому зонт остался дома. До квартиры можно было дойти за двадцать минут, но под таким дождём хватило бы двух, чтобы промокнуть до нитки. Рядом Чимин листал приложение такси. — Двадцать семь минут ожидания, - сказал он. - И цена выросла почти в два раза. — Подождём. — Дождь может идти до вечера. — Тогда поедем на автобусе. — До остановки нужно дойти. Тэхён посмотрел на водяную стену за стеклом. — Вероятно, лучше заказать такси. — Я уже заказал. — Зачем тогда спрашивал? — Хотел, чтобы решение казалось коллективным. Двери открылись, впуская порыв холодного воздуха. В холл вошёл Чонгук. Его волосы были мокрыми, распущенными и прилипали к шее. Чёрная толстовка потемнела на плечах, в руке он держал сложенный зонт и мотоциклетный шлем. — Ты ездил на байке в такой дождь? - спросил Чимин. — Когда выезжал, его не было. — Теперь есть. — Спасибо. Я заметил. Чонгук провёл ладонью по волосам, убирая их с лица. Несколько капель скатились по шее под ворот футболки. Тэхён слишком поздно понял, что смотрит. — Не переживай, - сказал Чонгук. - Я не предлагаю тебе ехать со мной. — Я и не собирался переживать. — В прошлый раз ты перечислил статистику аварий ещё до того, как я успел предложить. — Технически ты предложил подвезти меня взглядом. Чимин перевёл глаза с одного на другого. — А каким взглядом предлагают подвезти? — Не вмешивайся, - одновременно сказали Тэхён и Чонгук. Они замолчали, а Чимин улыбнулся. — Интересно. Чонгук протянул Тэхёну зонт. — Держи. Тот посмотрел на его руку. — А ты? — У меня шлем. — Шлем не защищает одежду. — Я уже мокрый. — Ты потом заболеешь. — Не заболею. — Это не зависит от твоей уверенности. — Я езжу на мотоцикле. Моя жизнь в целом зависит от чрезмерной уверенности. Тэхён не взял зонт. — Мы заказали такси. — Оно будет ехать полчаса. — Двадцать семь минут, - уточнил Чимин. — За это время ты можешь дойти до дома. — Ты уже выяснял, где я живу? - спросил Тэхён. Чонгук замер. — Нет. — Тогда откуда знаешь, сколько мне идти? — Ты сказал в столовой, что живёшь рядом. — Я сказал это Чимину две недели назад. — Я сидел за соседним столом. Тэхён нахмурился. — Ты подслушивал? — Вы говорили достаточно громко. — Мы не говорим громко. — Чимин говорит. Чимин задумчиво кивнул. — Справедливо. Чонгук снова протянул зонт. — Возьми. Вернёшь на лекции. — А если я не хочу быть тебе должен? — Это зонт, Тэхён, а не почка. — Всё равно. — Хорошо. Считай, что одолжил его Чимину. Чимин сразу забрал зонт. — Спасибо. Тэхён посмотрел на друга. — Что? — Ты мог отказаться. — Я не хочу двадцать семь минут стоять возле двери из-за твоих принципов. — У нас такси. Чимин поднял телефон. — Водитель отменил заказ. Снаружи прогремел гром. Несколько человек возле входа разочарованно застонали. Чонгук натянул капюшон. — Увидимся в понедельник. — Ты правда поедешь сейчас? - спросил Тэхён. — Да. — На мокрой дороге тормозной путь увеличивается. — Я знаю. — Сцепление хуже. — Тоже знаю. — Видимость ограничена. — Тэхён. — Что? — Ты сейчас переживаешь? — Я перечисляю объективные факторы риска. — Очень трогательно. — Это не… Чонгук уже открыл дверь. Холодный ветер ударил ему навстречу. Он оглянулся через плечо. — Я буду осторожен, мама. — Да пошёл ты, - негромко произнёс Тэхён. На лице Чонгука появилось такое искреннее удивление, будто он только что услышал признание в любви, а потом он рассмеялся. — Вот теперь ты мне нравишься ещё больше. Дверь закрылась. Тэхён несколько секунд смотрел ему вслед. Чонгук пробежал под дождём к парковке, прижимая шлем к боку. Его фигура быстро растворилась в серой воде. Чимин раскрыл зонт прямо в холле. — Он сказал, что ты ему нравишься. — Он говорит это всем. — Возможно. — Не возможно, а очевидно. — И всё же ты впервые при нём выругался. Тэхён забрал у него ручку зонта. — Потому что он невыносимый. — Конечно. Они вышли под дождь. Зонт оказался достаточно большим для двоих. На чёрной ткани возле ручки белой краской был нарисован маленький мотылёк с повреждённым крылом. Тэхён заметил его не сразу. Он провёл большим пальцем по тонким линиям. — Тоже его работа? - спросил Чимин. — Похоже. — Красиво. — Да. Тэхён произнёс это слишком тихо, но Чимин услышал. И ничего не сказал. Зонт Тэхён вернул в понедельник. Чистым, высушенным и аккуратно сложенным в тканевый чехол. Чонгук ждал возле аудитории, прислонившись к стене. На нём были широкие чёрные джинсы, тёмно-зелёная толстовка и массивные кроссовки. Волосы он собрал в маленький низкий пучок, оставив передние волнистые пряди свободными. Рядом с ним стояла девушка с факультета дизайна. Она что-то рассказывала, держась пальцами за край его рукава. Чонгук улыбался, но, заметив Тэхёна, сразу выпрямился. — Ты пришёл. — У нас общая лекция. — Я вообще-то ждал зонт. — Разумеется. Тэхён протянул ему чехол. — Спасибо. Чонгук взял его. Девушка посмотрела на Тэхёна с любопытством. — Познакомишь? - спросила она. — Ким Тэхён, математическое направление, - сказал Чонгук. - Тэхён, это Ли Соми, факультет дизайна. Значит, та самая девушка с телефонного экрана. Тэхён не понимал, зачем отметил это. — Приятно познакомиться, - произнесла Соми. — Взаимно. Она улыбнулась ему, затем вновь повернулась к Чонгуку. — Значит, сегодня вечером? — Напишу, - ответил он. — Ты всегда так говоришь. — Но иногда действительно пишу. Соми легко ударила его по плечу. — Придурок. — Именно за это ты меня любишь. — Я тебя не люблю. — Но могла бы. — Мечтай. Она ушла, оставив после себя сладковатый запах духов. Тэхён направился к двери аудитории. Чонгук пошёл рядом. — Ты ничего не спросишь? — О чём? — О Соми. — Почему меня должна интересовать твоя знакомая? — Не знаю. Обычно люди интересуются. — Люди, с которыми ты встречаешься? — Иногда и те, с кем пока не встречаюсь. Тэхён остановился. — Ты пытаешься вызвать у меня ревность? Чонгук тоже остановился. На его лице появилось почти оскорблённое выражение. — Нет. — Тогда зачем рассказываешь? — Поддерживаю разговор. — Есть множество других тем. — Например? — Учёба. Погода. Твой зонт. — Ты хочешь поговорить о моём зонте? — Нет. — Тогда выбор тем резко сокращается. Тэхён тяжело выдохнул и вошёл в аудиторию. На этот раз Чонгук не оставлял ему место. Он сел рядом с Намджуном в среднем ряду. Тэхён выбрал стол впереди вместе с Чимином. Это должно было его обрадовать, но почему-то не обрадовало. Профессор Хан начала лекцию с темы визуального баланса. На экране появились две композиции: одна симметричная, другая построенная на смещённом центре тяжести. — Человеческий мозг стремится искать равновесие, - объясняла она. - Но предсказуемость быстро становится скучной. Поэтому сильная композиция часто строится не на идеальной симметрии, а на напряжении между устойчивостью и нарушением. Тэхён записал фразу. За спиной Чонгук тихо сказал что-то Намджуну. Тот ответил. Потом стало тихо. Тэхён продолжал слушать. Через несколько минут ему показалось, что Чонгук смотрит на него, но он не обернулся и позже ощущение повторилось. Тэхён поправил очки, пытаясь сосредоточиться на лекции. Возможно, он просто привык к тому, что Чонгук сидит рядом и постоянно мешает. Профессор вывела на экран следующее задание. — Теперь каждый из вас выберет один объект и опишет, за счёт чего он кажется визуально привлекательным. Не используйте слова «красивый», «гармоничный» и «эстетичный». Объясняйте конкретно. Студенты начали осматриваться. Чонгук поднял руку. — Можно выбрать человека? По аудитории прокатились смешки. Профессор Хан посмотрела на него поверх очков. — Если вы способны анализировать композицию, не превращая занятие в клуб знакомств. — Я постараюсь. — Именно это меня и пугает. Тэхён почувствовал, как Чимин повернул к нему голову. — Даже не начинай, - прошептал он. — Я молчу. — Твоё молчание тоже громкое. Через пять минут профессор попросила нескольких студентов представить наблюдения. Чонгук снова поднял руку и Тэхён закрыл глаза. — Господин Чон, - произнесла профессор. - Что вы выбрали? Чонгук поднялся. В руках у него не было ни фотографии, ни предмета. — Человеческое лицо. — Конкретное? — Да. — Продолжайте. Чонгук посмотрел вперёд, прямо на Тэхёна. — Оно привлекает внимание за счёт контраста. Тёмные волосы, светлая кожа, тонкая металлическая оправа. Черты сами по себе мягкие, но выражение обычно холодное, поэтому возникает напряжение. В аудитории стало заметно тише. Тэхён медленно повернулся, а Чонгук продолжал смотреть на него. — Ещё у него необычный ритм, - сказал он. - Прямые линии в одежде, круглая форма очков и постоянно выбивающаяся прядь. Она нарушает порядок. Думаю, именно поэтому на неё всё время хочется смотреть. Кто-то тихо присвистнул. Чимин прикрыл рот ладонью. Профессор Хан перевела взгляд с Чонгука на Тэхёна. — Анализ действительно конкретный. Хотя объект, судя по всему, выбрали не только в учебных целях. — Я старался соблюдать условие задания. — Сядьте, пока господин Ким не применил к вам свой учебник. Чонгук сел под смех аудитории. Тэхён повернулся к доске. Его уши горели. — Ты покраснел, - прошептал Чимин. — Замолчи. — Совсем немного. — Чимин. — Хорошо. После лекции Тэхён собирал вещи медленнее обычного. Он злился, по крайней мере, именно так называл чувство, от которого внутри было слишком жарко, а движения становились резче. Чонгук подошёл к их столу. — Ты сердишься? — Как ты догадался? — По тому, что пытаешься закрыть пенал так, будто он виноват в моём существовании. Тэхён застегнул молнию. — Не нужно обсуждать мою внешность перед всей аудиторией. Улыбка исчезла с лица Чонгука. — Хорошо. Простой ответ немного сбил Тэхёна. — Хорошо? — Да. Не буду. — Ты не собираешься сказать, что просто выполнял задание? — Собирался. Но тебе это не понравилось, значит, больше не буду. Тэхён посмотрел на него. Чонгук говорил серьёзно. — Спасибо, - произнёс Тэхён после короткой паузы. — Но я не врал. — Что? — В том, что сказал. — Чонгук. — Я больше не обсуждаю это перед аудиторией. Сейчас мы разговариваем вдвоём. Чимин, стоявший рядом, поднял руку. — Формально втроём. Чонгук посмотрел на него. — Ты можешь на минуту отойти? — Могу, но не хочу. — Чимин, - сказал Тэхён. — Ладно. Буду возле двери. Он отошёл всего на несколько шагов, что едва ли можно было считать уединением. Чонгук снова посмотрел на Тэхёна. — Ты действительно очень красивый. — Мне это уже говорили. — Сомневаюсь, что так, как я. — Большинство людей не делает из комплимента университетскую презентацию. — Значит, я оригинален. — Ты невыносим. — Но уже не на четыре из десяти? Тэхён нахмурился. — О чём ты? — Ты явно оцениваешь всё вокруг. Мне интересно, сколько баллов даёшь моему флирту. Тэхён несколько секунд смотрел на него. Возможно, Чонгук ожидал, что он откажется отвечать. Вместо этого Тэхён сложил руки на груди и действительно задумался. — Четыре. Чонгук моргнул. — Из скольких? — Из десяти. — Четыре? — Да. — Ты серьёзно? — Абсолютно. — Почему так мало? Тэхён поправил очки. — Два балла за уверенность. — Уже несправедливо. Уверенность заслуживает минимум трёх. — Один балл за внешний вид. — Один? — Я оцениваю флирт, а не твоё лицо. — И последний? Тэхён посмотрел на него невозмутимо. — Из жалости. Возле двери Чимин согнулся от смеха. Намджун, проходивший мимо, остановился. — Что произошло? — Тэхён оценил его флирт на четыре из десяти, - сообщил Чимин. Намджун посмотрел на Чонгука. — Щедро. — Да пошли вы оба, - сказал тот. Тэхён взял сумку. — Ты сам попросил оценку. — А что нужно сделать для десяти? — Перестать спрашивать. — Это противоречит цели. — Тогда выше четырёх не поднимешься. Он направился к выходу. Чонгук догнал его в коридоре. — Пять. — Что? — После зонта я заслуживаю пять. — Зонт не был флиртом. — А чем? — Нормальным человеческим поступком. — Значит, за нормального человека мне баллы не положены? — Это базовое требование, а не дополнительное достижение. — Ты невероятно строгий. — Я объективный. — Ничего подобного. Ты занижаешь оценку из-за личной неприязни. — Она входит в критерии. Чимин шёл рядом и улыбался. — Можно узнать всю систему оценивания? — Нет, - ответил Тэхён. — Да, - одновременно сказал Чонгук. — Ты её даже не знаешь. — Но собираюсь выяснить. Они вышли из корпуса. День был прохладным, но солнечным. После пятничного дождя воздух стал прозрачнее, листья на деревьях блестели, а на дорожках ещё оставались небольшие лужи. Возле лестницы Тэхён остановился. — Нам в разные стороны. — Я провожу. — Не нужно. — Это тоже базовое человеческое поведение. — Нет. Это попытка получить дополнительный балл. — Значит, ты признаёшь, что балл возможен. Тэхён посмотрел на него. — Чонгук. — Да? — Я не соглашусь на свидание только потому, что ты будешь достаточно долго ходить рядом. — Я знаю. — Тогда чего ты хочешь? Вопрос прозвучал серьёзнее предыдущих. Чонгук перестал улыбаться. Вокруг них шли люди. Чимин остановился немного поодаль, тактично сделав вид, что читает сообщение. Чонгук посмотрел на Тэхёна. Ещё неделю назад ответ был простым. Красивое лицо. Интерес. Желание проверить, согласится ли Тэхён. Возможно, поцеловать его. Возможно, провести вместе ночь. А утром решить, что будет дальше. Теперь простой ответ почему-то казался неправильным. — Хочу узнать тебя, - сказал Чонгук. Тэхён немного прищурился. — Потому что я отказал? — Вначале - да. Честность вырвалась прежде, чем он успел подобрать более выгодную формулировку. — А сейчас? Чонгук вспомнил тэхёново объяснение математики. Неровный круг, похожий на картофелину. Его серьёзное лицо, когда он выругался под дождём. Пальцы, осторожно принимавшие зонт. Способ, которым он видел трещины в чужих словах и не делал вид, что их нет. — Сейчас уже не только поэтому. Тэхён молчал. — Это должно повысить оценку, - добавил Чонгук. — Ты снова всё испортил. — Чёрт. Уголок тэхёновых губ едва заметно дрогнул, совсем немного. Но Чонгук увидел. — Ты улыбнулся. Тэхён немедленно вернул лицу спокойное выражение. — Нет. — Я видел. — Тебе показалось. — Чимин, он улыбнулся? Чимин поднял голову от телефона. — Я ничего не видел. Тэхён бросил на него благодарный взгляд. Чимин выдержал паузу. — Но, вероятно, да. — Предатель, - сказал Тэхён. — Я твой друг, а не лжесвидетель. Чонгук рассмеялся. Тэхён покачал головой и пошёл по дорожке к математическому корпусу. На этот раз Чонгук не последовал за ним. Он остался на месте, засунув руки в карманы толстовки. — Ты выглядишь довольным, - заметил Намджун, догнавший его. — Он улыбнулся. — Поздравляю. Теперь ты знаешь, что мимические мышцы у него работают. — Не просто улыбнулся. Из-за меня. Юнги, появившийся вслед за Намджуном, услышал последнюю фразу. — Четыре балла из десяти, - напомнил он. Чонгук посмотрел вслед Тэхёну. Тот шёл рядом с Чимином, слушая его спокойный рассказ. Ветер трепал полы тёмного кардигана и бросал челку на очки. Через несколько шагов Тэхён поднял руку, поправляя прядь. Точно так, как Чонгук описывал на лекции. — Это пока, - сказал он. Юнги тяжело вздохнул. — Только не превращай человека в соревнование. — Я не превращаю. — Тогда почему говоришь так, будто собираешься набрать десять баллов? Чонгук не ответил. Потому что Юнги был прав. Пока всё это действительно напоминало игру. Тэхён установил правила, которых никто у него не просил, а Чонгук уже мысленно искал способ их обойти. Но под обычным азартом появлялось что-то ещё. Слабое, непривычное и потому особенно раздражающее. Ему стало интересно не только то, как заставить Тэхёна согласиться. Ему хотелось понять, почему тот любил задачи без привычного решения. Почему почти никогда не говорил о своей внешности, хотя прекрасно видел чужие намерения. Почему рядом с Чимином улыбался легко, а рядом с Чонгуком каждый раз будто удерживал невидимую оборону. И что нужно сделать, чтобы однажды Тэхён посмотрел на него не как на назойливую ошибку в расписании. А как на человека. — Идём, - сказал Намджун. - У нас через пятнадцать минут просмотр. Чонгук кивнул. Перед тем как отвернуться, он ещё раз посмотрел на удаляющуюся фигуру. Четыре балла из десяти. Он усмехнулся. Что ж. Это было больше нуля. ____ Мой тгк: https://t.me/IamCllark