Пока не доказано обратное

На четвёртой встрече Тэхён начал подозревать закономерность. На пятой - перестал считать её совпадением. А после шестой открыл отдельную страницу в блокноте, записал даты, время и места, где Чон Чонгук совершенно случайно оказывался рядом, и потратил двадцать три минуты на приблизительный расчёт вероятности. Результат ему не понравился. Не потому, что число получилось маленьким. Потому что оно подтверждало очевидное: Чонгук действительно ходил за ним по университету. Утро понедельника началось с библиотеки. Тэхён пришёл туда раньше обычного - сразу после первой пары, когда в читальных залах ещё оставалось достаточно свободных мест, а кофейный автомат не успел собрать возле себя очередь из сонных студентов. Центральная университетская библиотека отличалась от остальных корпусов особой тишиной. Не пустой и не мёртвой, а многослойной: мягкий шум вентиляции, приглушённые шаги, шелест страниц, короткий стук клавиш и едва слышное покашливание людей, которые часами забывали пить воду. За панорамными окнами кампус медленно погружался в осень. Деревья на склонах ещё сохраняли зелень, но между ней всё чаще вспыхивали медные и золотые пятна. Утреннее солнце лежало на крышах корпусов, скользило по стеклу и отражалось в металлических перилах длинных лестниц. Тэхён занял привычное место у окна. Он снял тёмно-коричневое пальто, аккуратно повесил его на спинку стула и достал из сумки ноутбук, тетрадь и две книги. Сегодня на нём был кремовый кардиган поверх белой рубашки, тёмные прямые брюки и чёрные лоферы. Волосы слегка растрепались от ветра, поэтому длинная прядь то и дело касалась линзы очков. Через двадцать минут напротив него с глухим стуком опустился тяжёлый альбом и Тэхён замер. Сначала он увидел татуированные пальцы, обхватившие край стола. Потом - бумажный стакан с чёрным кофе. И только после этого поднял взгляд. Чонгук стоял перед ним в широких чёрных джинсах, тёмно-серой толстовке и куртке из плотной ткани, небрежно переброшенной через плечо. Длинные волосы были собраны сзади в низкий хвост, однако передние волнистые пряди выбились и лежали вдоль скул. На лице Чонгука сияла та самая улыбка, которую Тэхён уже научился воспринимать как предупреждение. — Доброе утро. Тэхён посмотрел на часы. — Одиннадцать сорок две. — Для меня ещё утро. — Это многое объясняет. Чонгук отодвинул стул. — Здесь свободно? Тэхён оглядел зал. В радиусе нескольких метров было не меньше девяти пустых мест. — Формально - да. — Отлично. — Но тебе не обязательно садиться именно здесь. Чонгук уже снял рюкзак. — Знаю. — Тогда почему ты садишься здесь? — Хороший свет. Тэхён посмотрел на окно. Солнце действительно падало прямо на стол, но Чонгук расположился спиной к нему, оставив собственный альбом в тени. — Ты не рисуешь при хорошем свете. — Я многогранный человек. — Ты плохо врёшь. — А ты слишком быстро разрушаешь атмосферу. Несмотря на слова, Чонгук сел. Он не принёс Тэхёну кофе, чем формально сдержал обещание. Стакан стоял рядом с его собственным альбомом. По запаху Тэхён понял, что это был фильтр без сахара. Он постарался не придавать этому значения. — Ты вообще ходишь в библиотеку? - спросил Тэхён. Чонгук оглядел высокие стеллажи. — Теперь хожу. — До этого не ходил? — Иногда. Когда нужно было найти книгу с красивыми картинками. — Такие книги называются альбомами по искусству. — Видишь? Я уже учусь. Тэхён снял очки и провёл пальцами по переносице. — Чонгук. — Что? — Мне нужно заниматься. — Занимайся. — Ты будешь мешать. — Я могу молчать. Тэхён посмотрел на него поверх очков и Чонгук выдержал взгляд. — Правда могу. — Сколько времени? — Не знаю. Давай проведём эксперимент. Тэхён снова надел очки. — Я не хочу участвовать в твоём эксперименте. — Тогда просто делай вид, что меня здесь нет. — Это сложно. Уголки губ Чонгука медленно приподнялись. — Значит, ты меня замечаешь. — Ты положил передо мной альбом размером с небольшой стол и разговариваешь в библиотеке. Тебя замечают все. Будто в подтверждение его слов, девушка за соседним столом подняла голову и недовольно посмотрела на них. Чонгук приложил палец к губам. — Всё, молчу. Он открыл альбом, а Тэхён вернулся к конспекту. Первые семь минут Чонгук действительно не произнёс ни слова. На восьмой его карандаш скатился со стола и упал на пол. На девятой он громко вздохнул.  На десятой повернул к Тэхёну альбом и постучал по странице. — Это похоже на лестницу? — Ты обещал молчать. — Я не разговариваю. Я консультируюсь. — Это всё ещё разговор. — Один вопрос. Тэхён посмотрел на рисунок. На бумаге были изображены несколько тёмных плоскостей, между которыми проходила светлая полоса. В верхней части линия резко ломалась, уходя за край страницы. Рисунок действительно мог напоминать лестницу, но в нём не было ни одной ступени. — Похоже на пространство между двумя зданиями, - сказал Тэхён. — Чёрт. — Ты хотел изобразить лестницу? — Дверь. Тэхён вновь посмотрел на рисунок. — Тогда почему спросил про лестницу? — Пытался понять, насколько всё плохо. — Средне. — Четыре балла из десяти? — Меньше. Чонгук прижал ладонь к груди. — Жестоко. — Зато честно. — Ты будешь использовать эту фразу до конца жизни? — Пока она остаётся актуальной. Тэхён хотел вернуться к задаче, но задержал взгляд на альбоме. Рисунок был незаконченным, однако в нём чувствовалось что-то неприятно знакомое. Светлая полоса между тёмными плоскостями не выглядела выходом. Скорее местом, до которого невозможно добраться. — Ты неправильно построил тень, - сказал Тэхён. — Где? Он наклонился ближе. Тэхён указал на нижнюю часть листа. — Если источник света здесь, эта линия должна уходить правее. — Ты теперь ещё и специалист по светотени? — Это геометрия. — Ну разумеется. Чонгук передвинул альбом ближе к Тэхёну. Их локти почти соприкоснулись. — Покажи. Тэхён взял карандаш. Он не умел рисовать. Это стало очевидно ещё на прошлом занятии, когда его круг был назван картофелиной, и он не собирался давать Чонгуку новый повод издеваться. Поэтому вместо линии Тэхён на свободном краю листа быстро начертил небольшую схему. — Если поверхность находится под этим углом, а свет падает отсюда, тень не может закончиться здесь. Видишь? Чонгук смотрел не на схему. Тэхён заметил это не сразу. — Ты слушаешь? — Да. — Тогда куда я указываю? — На рисунок. — Очень точный ответ. — Я художник, а не математик. — Это не оправдание отсутствия внимания. — Моё внимание на месте. Его голос стал чуть тише. Тэхён поднял глаза. Расстояние между ними оказалось меньше, чем он ожидал. Чонгук сидел, опираясь одним предплечьем на стол, и смотрел на него с такой сосредоточенностью, словно пытался запомнить каждую деталь лица. Тэхён первым отодвинулся. — Тень должна быть правее, - повторил он. — Понял. — Хорошо. — А ты покраснел. — Нет. — У тебя уши красные. — Здесь жарко. Чонгук медленно оглядел зал. Несколько студентов сидели в куртках. — Конечно. Тэхён положил карандаш на альбом. — Если будешь продолжать, я пересяду. — Всё больше не буду. Чонгук произнёс это неожиданно серьёзно. Без шутки и без привычной улыбки. Тэхён коротко кивнул и вернулся к ноутбуку. После этого Чонгук действительно не мешал. Он рисовал почти час. Иногда зачеркивал целые участки, несколько раз менял карандаш, проводил пальцем по графиту, растушёвывая тени. В такие минуты его лицо становилось совершенно другим. С исчезновением улыбки пропадала показная лёгкость. Чонгук хмурился, слегка прикусывал губу возле серебряного кольца и будто переставал замечать окружающее. Вся его энергия, обычно рассыпанная на жесты, шутки и случайные взгляды, собиралась в одной точке - на кончике карандаша. Тэхён поймал себя на том, что наблюдает и это было неудобно. Не потому, что Чонгук мог заметить. Потому что Тэхёну стало интересно. Он быстро опустил глаза к формулам. Через несколько минут напротив раздался тихий голос: — Ты смотришь. Тэхён не поднял головы. — Нет. — Смотришь. — Я проверял, исправил ли ты тень. — Разумеется. Чонгук снова принялся рисовать, но теперь улыбался. Вторая встреча произошла в тот же день у корпуса естественных наук. Тэхён вышел с семинара около трёх часов. Небо затянуло тонкими серыми облаками, свет стал ровным и холодным. Возле лестницы студенты обсуждали задания, курили, фотографировались и ждали друзей. Чимин задержался у преподавателя, поэтому Тэхён шёл один. Чонгук стоял возле торгового автомата и не просто стоял. Он держал в одной руке две банки газированного кофе и раздражённо смотрел на экран автомата, который, судя по всему, забрал его деньги и отказался выдавать сдачу. Тэхён остановился в нескольких шагах. — Ты теперь проводишь здесь свободное время? Чонгук обернулся. На его лице сначала появилось удивление, а затем быстро сменилось улыбкой. — Я мог бы спросить то же самое. — Это корпус моего факультета. — А здесь лучший автомат на кампусе. — Ты пять минут назад жаловался, что он украл деньги. — Это сложные отношения. Тэхён посмотрел на две банки в его руке. — Опять купил кофе? — Один мне. Второй тоже мне. — Разумно. — Я усвоил урок. — Сомневаюсь. Чонгук подошёл ближе. Сегодня волосы были распущены. Ветер перебирал длинные тёмные пряди, бросая их на лицо. На плече висел рюкзак, из бокового кармана торчал край альбома. — Идёшь домой? — В библиотеку. — Ты только что был в библиотеке. — Да. — И возвращаешься? — Да. Чонгук смотрел на него так, словно Тэхён признался в чём-то противозаконном. — Зачем? — Читать. — Ты читаешь несколько часов подряд? — Иногда. — И тебе не становится скучно? — Нет. — Совсем? — Не всем нужно постоянно отвлекать себя разговорами. — Это был намёк? — Всего лишь наблюдение. Чонгук протянул ему одну банку. — Здесь нет сахара. Тэхён посмотрел на напиток. — Ты сказал, что оба тебе. — Я соврал. — Плохо. — Но выбрал правильный. — Я просил ничего мне не покупать. Чонгук не убрал руку. — Это не из кафе. Значит, формально я не нарушил запрет. — Ты действительно пытаешься найти лазейку в каждой фразе? — Только в твоих. — Почему? — Потому что ты формулируешь их так, будто составляешь договор. — Возможно, из-за людей, которые не понимают простых слов. Они несколько секунд смотрели друг на друга. Затем Чонгук опустил руку. — Ладно. Он не стал уговаривать. Не пошутил. Просто убрал банку в карман рюкзака. Тэхён почему-то почувствовал себя грубее, чем собирался. — Спасибо, - сказал он после короткой паузы. - Но правда не нужно. — Понял. Чонгук открыл свою банку. — Ты приехал сюда только ради автомата? - спросил Тэхён. — Нет. — Тогда зачем? — Намджун попросил забрать у знакомого какие-то распечатки. — Где они? Чонгук помолчал. — Он ещё не пришёл. — Как удобно. — Ты думаешь, я тебя преследую? Тэхён посмотрел ему прямо в глаза. — Пока думаю, что ты слишком часто оказываешься в местах, где тебе нечего делать. Чонгук сделал глоток. — Мы учимся в одном университете. — В университете десятки корпусов. — И тысячи студентов. — Именно. — И всё равно мы постоянно встречаемся. Романтично. — Подозрительно. Чонгук рассмеялся. — Ты действительно считаешь наши встречи? Тэхён ничего не ответил. Улыбка на лице Чонгука стала шире. — Считаешь. — Нет. — Это уже которая? — Не знаю. — Четвёртая? — Вторая за сегодня. — То есть общий счёт ты тоже знаешь. Тэхён поправил ремень сумки. — Мне пора. — В библиотеку? — Да. — Я могу… — Нет. — Я даже не договорил. — Ты собирался предложить пойти со мной. — Возможно. — Нет. Чонгук слегка склонил голову. — Ты понимаешь, что сейчас отвечаешь мне ещё до того, как я задаю вопросы? — Ты предсказуемый. — А тебе нравится всё, что можно предсказать. — Не всё. Тэхён развернулся и пошёл вниз по лестнице. Позади Чонгук крикнул: — Это уже не четыре балла? Тэхён не обернулся. — Три с половиной. — За что снял половину? — За преследование! Несколько студентов возле автомата посмотрели на Чонгука. Он совершенно не смутился. — Я не преследую! - крикнул он в ответ. Тэхён поднял руку, не поворачиваясь, и показал ему средний палец. За спиной раздался громкий смех. Тэхён шёл быстрее, чем требовалось. И только скрывшись за поворотом, понял, что улыбается. Вечером он записал встречу в блокнот. Не потому, что действительно собирался считать. Ему просто хотелось зафиксировать факты. Понедельник, 11:42 - центральная библиотека. Понедельник, 15:07 - корпус естественных наук. Подумав, Тэхён добавил: Возможное объяснение второй встречи: автомат с кофе. Вероятность низкая. Он некоторое время смотрел на запись, затем закрыл блокнот. Это было глупо. Нормальные люди не составляли таблицы появления слишком настойчивых студентов факультета искусств. Нормальные люди просто игнорировали их. Тэхён поставил воду на плиту и открыл холодильник. В квартире было тихо. Вечерний свет за окнами постепенно становился синим, в домах напротив зажигались окна. На кухонном столе лежали учебники, рядом стояла одна чашка. После возвращения из университета Тэхён переоделся в мягкие домашние брюки и тёмный свитер, но очки не снял: впереди оставалось ещё несколько часов работы. Телефон завибрировал. Чимин: Ты дома? Тэхён: Да. Чимин: Чонгук сегодня снова появился возле нашего корпуса? Тэхён нахмурился. Тэхён: Откуда ты знаешь? Чимин: Я видел вас из окна кабинета профессора. Тэхён: И ничего не сказал? Чимин: Не хотел мешать романтическому спору возле автомата. Тэхён: Ничего романтического там не было. Чимин: Он принёс тебе кофе? Тэхён: Нет. Тэхён несколько секунд смотрел на собственный ответ. Технически это было правдой. Он не взял кофе. Чимин: Ты опять отказался? Тэхён: Я просил его ничего не покупать. Чимин: Это не ответ. Тэхён заблокировал телефон. Через секунду пришло ещё одно сообщение. Чимин: Ты учишься у лучших. Тэхён закатил глаза, но отвечать не стал. Во вторник Чонгук появился возле небольшого кафе на территории кампуса в восемь тридцать утра. Тэхён увидел его через окно, когда ждал Чимина. Чонгук стоял у входа, опираясь плечом на кирпичную стену. В руке он держал телефон, на лице не было ни капли утренней бодрости. Волосы были собраны в низкий хвост, поверх чёрной футболки он надел тёмную кожаную куртку. Возле тротуара стоял его байк. Тэхён посмотрел на часы, потом снова на Чонгука. Факультет искусств находился в противоположной части кампуса. Кафе было хорошим, но не настолько, чтобы пересечь ради него почти всю территорию университета до девяти утра. Чонгук поднял голову и сразу увидел Тэхёна за стеклом. На его лице появилась улыбка. Тэхён закрыл глаза. — Вот же чёрт. — Что? - спросил подошедший Чимин. Тэхён указал взглядом на окно. Чимин увидел Чонгука и медленно улыбнулся. — Не говори ни слова. — Я ничего не сказал. — У тебя лицо говорит. — Я просто рад видеть знакомого человека. — Ты познакомился с ним один раз. — Иногда для дружбы достаточно одной встречи. — Вы даже не разговаривали. — Но между нами возникло взаимопонимание. Чонгук вошёл в кафе. Он купил себе американо, после чего совершенно случайно направился к их столику. — Доброе утро. — Ты вчера говорил, что утро для тебя начинается после одиннадцати, - напомнил Тэхён. — Ради тебя мои биологические часы изменились. — Это не комплимент. Это нарушение режима сна. — Я выспался. Под глазами Чонгука лежали заметные тени. Тэхён посмотрел на них. — Сколько часов? — Достаточно. — Сколько? — Три с половиной. — Это не достаточно. — Я отлично себя чувствую. Чонгук зевнул, прикрывая рот ладонью. Чимин тихо рассмеялся. — Очень убедительно. — У меня был проект, - объяснил Чонгук. - Я закончил поздно. — И всё равно приехал сюда? - спросил Тэхён. — Хотел кофе. — Рядом с твоим общежитием есть кафе. Чонгук сделал глоток. — Здесь вкуснее. Тэхён посмотрел на стакан. На нём был логотип той же сети, отделение которой находилось возле общежития. Чонгук проследил за его взглядом. — Ладно. Попался. Чимин поднял брови. — Так ты действительно приехал ради Тэхёна? — Я приехал, потому что знал, что он здесь. — Это и называется «ради Тэхёна», - спокойно заметил Чимин. — Не помогай ему, - сказал Тэхён. — Я не помогаю. Уточняю формулировку. Чонгук сел на свободный стул. — Кстати, я Чонгук. — Чимин, - ответил тот. — Я знаю. — Тогда зачем представился? - одновременно спросили Тэхён и Чимин. Чонгук посмотрел сначала на одного, потом на другого. — Вы долго это репетировали? — Нет, - сказал Чимин. - Но теперь я понимаю, почему Тэхён иногда хочет тебя ударить. — Иногда? Тэхён отпил чай. — Не переоценивай степень моей заинтересованности. Чонгук улыбнулся и посмотрел на часы. — У вас скоро пара? — Через двадцать минут, - ответил Чимин. — Математика? — Линейная алгебра. — Это где буквы притворяются числами? Тэхён медленно поставил чашку на стол. — Нет. — Тогда что? — Раздел математики, который изучает векторные пространства, линейные отображения и системы уравнений. Чонгук несколько секунд молчал. — Буквы притворяются числами. Чимин прикрыл рот ладонью и Тэхён посмотрел на него. — Ты сейчас смеёшься? — Нет. — Смеёшься. — Это нервная реакция. — На глупость? — На способ её формулировки. Чонгук выглядел довольным собой. — Можешь объяснить проще? — Тебе действительно интересно? Вопрос прозвучал резче, чем Тэхён планировал. Чонгук перестал улыбаться. — Да. — Зачем? — Просто интересно, что тебе интересно. Ответ оказался слишком прямым. Тэхён не сразу нашёл, что сказать. Чимин перевёл взгляд на окно, неожиданно решив предоставить им подобие личного пространства. — Линейная алгебра помогает описывать системы, - наконец произнёс Тэхён. - Например, движение объектов в пространстве, преобразования изображений, компьютерную графику. — Графику? — Да. — То есть это может пригодиться художнику? — Если художник работает с цифровыми изображениями, анимацией или моделированием. — Вот видишь. Мне нужна математика. — Тебе сначала нужна дисциплина. — А потом математика? — Потом можно обсудить. Чонгук опёрся локтями на стол. — Будешь меня учить? — Нет. — Почему? — Потому что у меня уже есть учёба. — Я быстро схватываю. — Ты неделю строил функцию, которая не являлась функцией. — Это был художественный жест. — Это была ошибка. — Значит, есть над чем работать. Тэхён посмотрел на него. В глазах Чонгука действительно был интерес. Может быть, не к линейной алгебре, но к разговору. Он не смотрел на губы, не пытался сделать комплимент и впервые не превращал каждую фразу в откровенный флирт. Это было даже почти приятно. — У тебя нет занятий? - спросил Тэхён. — Есть. — Во сколько? Чонгук посмотрел на телефон. — Через семь минут. Чимин моргнул. — А твой корпус… — В другой части кампуса, - закончил Тэхён. Чонгук резко поднялся. — Вот чёрт. — Ты приехал на байке, - напомнил Чимин. — Его ещё нужно завести, выехать и не сбить никого на дорожке. Он схватил стакан, накинул рюкзак на плечо и посмотрел на Тэхёна. — Продолжим про буквы вечером. — Нет. — Я восприму это как «возможно». — Это означает «нет». — До встречи. Чонгук выбежал из кафе. Через несколько секунд за окном мелькнула его тёмная фигура. Чимин проводил его взглядом. — Он опоздает. — Определённо. — И приехал сюда только чтобы поговорить с тобой. Тэхён открыл тетрадь. — Очевидно. — Тебя это не беспокоит? — Беспокоит. — Точно? Тэхён поднял голову. — Что ты хочешь услышать? Чимин задумался. — Что тебе немного приятно. — Нет. — Совсем? — Нет. Чимин посмотрел на него слишком внимательно. Тэхён выдержал взгляд. — Хорошо, - уступил Чимин. - Не приятно. — Именно. — Просто ты объяснял ему линейную алгебру тем же голосом, которым обычно объясняешь мне только перед экзаменом. — Он спросил. — А ты ответил. — Нормальные люди отвечают на вопросы. — Нормальные люди не составляют таблицу чужих появлений. Тэхён замер и Чимин улыбнулся. — Ты оставил блокнот открытым вчера в библиотеке. — Ты читал мои записи? — Я увидел только заголовок «Встречи с Чон Чонгуком». — Там нет такого заголовка. — Значит, я неправильно запомнил. — Чимин. — Всё. Молчу. Он действительно замолчал. Но улыбался всю дорогу до корпуса. Третья встреча за два дня произошла в столовой. Четвёртая - возле университетского магазина. Пятая - на лестнице между корпусами. Во время четвёртой Чонгук купил пачку карандашей, хотя магазин при факультете искусств продавал те же самые дешевле. Во время пятой он утверждал, что просто решил прогуляться. Тэхён посмотрел на длинный склон, ведущий в противоположную от общежития сторону, и ничего не сказал. К концу недели список выглядел следующим образом: Понедельник, 11:42 - библиотека. Понедельник, 15:07 - корпус естественных наук. Вторник, 08:32 - кафе. Вторник, 13:18 - столовая. Среда, 16:04 - университетский магазин. Четверг, 14:51 - лестница между корпусами. Тэхён добавил седьмую строку, но пока оставил её пустой. Затем открыл ноутбук и создал приблизительную модель. Расчёт нельзя было назвать строгим. Слишком много переменных оставались неизвестными: расписание Чонгука, его реальные привычки, количество мест, которые они оба могли посещать, и вероятность того, что Чонгук намеренно выбирал маршрут. Но даже при максимально благоприятных допущениях число получалось смешным. Меньше одного процента. Тэхён перепроверил. Результат не изменился. Он закрыл ноутбук и в этот момент дверь читального зала открылась. Чонгук вошёл внутрь. Тэхён посмотрел на часы. Пятница, семнадцать двадцать три. Седьмая встреча. Чонгук заметил его, улыбнулся и направился прямо к столу. Тэхён молча перевернул блокнот, скрывая записи. — Ты сегодня один? - спросил Чонгук. — Был. — Рад исправить ситуацию. — Сядь. Чонгук остановился. — Что? — Сядь. — Ты меня приглашаешь? — Чонгук. — Уже сажусь. Он занял стул напротив, положил рядом альбом и с любопытством посмотрел на Тэхёна. — Ты выглядишь так, будто собираешься предъявить обвинение. — Возможно. — Надеюсь, у меня есть право на адвоката. — Нет. Тэхён развернул блокнот и придвинул его к Чонгуку. Тот опустил взгляд. Несколько секунд читал записи. Потом поднял голову. — Ты действительно записывал наши встречи? — Да. — Это самое романтичное, что для меня делали. — Здесь нет ничего романтичного. — Ты завёл мне отдельную таблицу. — Чтобы подтвердить гипотезу. — Какую? — Что ты меня преследуешь. Чонгук откинулся на спинку стула. — Сильное слово. — Точное. — Я не преследую тебя. — За пять дней мы встретились семь раз. — Мы учимся в одном университете. — Я учёл это. Тэхён повернул ноутбук экраном к нему. На нём была открыта таблица с приблизительными расчётами. Чонгук смотрел на неё так, будто Тэхён показал ему инструкцию по сборке космического корабля. — Что это? — Приблизительная вероятность семи случайных встреч с учётом общих мест на кампусе. — И сколько? — Меньше одного процента. — Вот видишь. — Что именно? — Судьба. Тэхён медленно снял очки. — Нет, Чонгук. — Почему нет? — Потому что при наличии очевидного человеческого фактора не нужно вводить мистическую переменную. — Ты сейчас назвал меня человеческим фактором? — Я назвал тебя причиной искажения статистики. — Ещё романтичнее. Тэхён надел очки обратно. — Ты специально приходишь туда, где я нахожусь? Чонгук не ответил сразу. Он провёл большим пальцем по краю альбома. — Иногда. — Иногда? — Хорошо. Чаще, чем иногда. — Откуда ты знаешь моё расписание? — Не знаю. — Тогда как? — Наблюдаю. — Это не улучшает ситуацию. — Ты каждый понедельник идёшь в библиотеку после первой пары. По вторникам завтракаешь с Чимином в одном кафе. После семинара по четвергам спускаешься по восточной лестнице, потому что там меньше людей. Тэхён смотрел на него, не моргая. Чонгук остановился. — Когда я произношу это вслух, звучит хуже. — Значительно. — Я не хотел тебя напугать. — Я не напуган. — Тогда что? — Раздражён. — Это я уже умею определять. Тэхён закрыл ноутбук. — Зачем ты это делаешь? — Хочу увидеть тебя. Простой ответ повис между ними. В читальном зале кто-то тихо перелистнул страницу. За окнами начинался вечер, стекло отражало длинные ряды ламп и силуэты людей за столами. Чонгук больше не улыбался. Он сидел напротив, положив ладони на альбом, и выглядел непривычно открытым. Тэхён почувствовал, как внутри возникает короткое, нежелательное тепло, но он смог подавить его. — Мы видимся на общем курсе, - сказал Тэхён. — Два раза в неделю. — Этого достаточно. — Мне нет. — Но ты не спрашивал, достаточно ли этого мне. Чонгук отвёл взгляд. Несколько секунд молчал. — Хорошо, - произнёс он. - Справедливо. Тэхён ожидал шутки, возражения или очередной попытки превратить разговор во флирт. Ничего не последовало и Чонгук взял альбом. — Я уйду. — Подожди. Слово вырвалось раньше, чем Тэхён успел решить, зачем его произносит. Чонгук остановился. — Покажи, что ты рисовал. Он удивлённо посмотрел на него. — Зачем? — Ты всё равно принёс альбом. — Я всегда ношу его с собой. — Не обязательно показывать. — Нет, - быстро ответил Чонгук. - Покажу. Он снова сел. Альбом оказался тяжёлым, с потёртой чёрной обложкой и пятнами краски на краях. Чонгук положил его между ними, но не сразу открыл. В его движениях появилось напряжение, которого Тэхён раньше не замечал. — Только не оценивай всё по десятибалльной шкале. — Не обещаю. — И не говори, что здесь неправильная геометрия. — Если она неправильная, скажу. — Я уже жалею. Он открыл первую страницу. Тэхён ожидал увидеть учебные наброски, лица студентов, здания, случайные предметы. Отчасти так и было, но рисунки Чонгука отличались от того, что он показывал на занятиях. На одной странице старый стул был изображён так подробно, что на дереве можно было различить каждую трещину. На другой человеческие руки держали пустую рамку, за которой не было лица. Дальше шёл ночной город, собранный из отражений в лужах, будто сами здания существовали только в воде. Некоторые работы были резкими, почти агрессивными. Густой чёрный графит, линии, царапающие бумагу, тёмные пятна, похожие на ушибы. Другие - удивительно тихими; Спящий Намджун с книгой на груди; Юнги в наушниках, сидящий на полу возле кровати; Старушка в автобусе, державшая пакет с мандаринами; Подросток у окна круглосуточного магазина. Чонгук рисовал людей не красивее, чем они были. Он рисовал их живыми. — Ты наблюдаешь за всеми, - тихо сказал Тэхён. — Наверное. — Не только за мной. — Тебя это успокаивает? — Немного. Чонгук перелистнул страницу. Там был его байк. Белые линии на корпусе были изображены более подробно, чем Тэхён успел рассмотреть вживую. Дорога проходила через весь лист, обрывалась и продолжалась в форме крыла. — Что это значит? - спросил Тэхён. Чонгук задержал пальцы на краю бумаги. — Просто рисунок. — Неправда. — Почему? — Ты повторяешь его. Тэхён указал на угол другой страницы, где похожая линия была спрятана внутри городского пейзажа. — Люди повторяют то, что для них важно. Чонгук усмехнулся, но улыбка не дошла до глаз. — А ты всё-таки анализируешь людей как задачи. — Я замечаю структуру. — И какую структуру заметил во мне? Тэхён поднял взгляд. Вопрос был задан спокойно. Но за ним чувствовалось слишком многое. Он мог ответить шуткой. Мог сказать, что знаком с Чонгуком недостаточно долго. Вместо этого Тэхён произнёс: — Ты рисуешь выходы, которыми никто не пользуется. Чонгук замер. Его лицо стало неподвижным. — Что? Тэхён вновь посмотрел на страницы. — Двери, лестницы, дороги, окна. Они почти везде. Но рядом с ними либо нет людей, либо люди смотрят в другую сторону. В зале стало слишком тихо. Чонгук закрыл альбом. Резко, но не громко. — Достаточно. Тэхён отдёрнул руку. — Прости. — Не за что. Чонгук смотрел на чёрную обложку. Его пальцы сжались на краю. — Ты спросил, - напомнил Тэхён. — Знаю. — Я не хотел… — Всё нормально. Эта фраза прозвучала так, что сразу стало понятно: ничего не было нормально. Тэхён не умел утешать людей. Чимин не требовал утешений в привычном смысле - ему нужно было позволить проговорить мысли. Родители обычно решали проблемы прежде, чем он успевал заметить их существование. С Чонгуком не работало ни то, ни другое. Тэхён осторожно придвинул альбом обратно к нему. — Они хорошие. — Кто? — Рисунки. Чонгук поднял глаза. — Это сейчас был комплимент? — Оценка результата. — И сколько баллов? — Восемь. — Всего восемь? — Девять, если перестанешь спрашивать. Улыбка появилась медленно. Не та широкая и лёгкая, которой Чонгук встречал людей, а другая. Небольшая и почти растерянная. — Спасибо, - сказал он. — Не за что. Они сидели молча ещё несколько минут. Тэхён открыл книгу. Чонгук снова взял карандаш. На этот раз его присутствие не мешало. В течение следующей недели Чонгук действительно стал осторожнее. Он больше не появлялся в каждом месте, где мог находиться Тэхён. Не ждал возле корпуса. Не приходил в кафе рано утром. На общей лекции сел рядом только после того, как Тэхён сам не убрал сумку со свободного стула. Изменение было правильным и логичным. Тэхён должен был почувствовать облегчение. Первые два дня он именно это себе и говорил. На третий поймал себя на том, что смотрит в окно кафе. На четвёртый во время обеда несколько раз проверил вход в столовую. На пятый заметил возле восточной лестницы чёрный байк, но Чонгука рядом не оказалось. Это было нелепо. Тэхён сам попросил его не превращать университет в карту случайных встреч. Чонгук услышал. Уважил границу. Сделал всё правильно. И всё же отсутствие его голоса неожиданно меняло пространство. Там, где прежде было раздражение, оставалась странная пустота. — Ты сегодня рассеянный, - сказал Чимин. Они сидели в библиотеке над совместным заданием. Чимин работал с ноутбуком, Тэхён проверял решение на бумаге. — Нет. — Ты три раза переписал один и тот же знак. Тэхён посмотрел на строку. Вместо одного интеграла он действительно вывел три. — Устал. — Ты спал семь часов и сорок минут. Тэхён поднял голову. — Откуда ты знаешь? — Ты сообщил мне утром. — Зачем я это сделал? — Я спросил, почему ты выглядишь недовольным. Ты ответил, что спал семь часов и сорок минут, следовательно, причина не в усталости. — Возможно, всё-таки в ней. Чимин отложил ручку. — Чонгук не появлялся несколько дней. — И? — Ничего. — Тогда зачем ты это сказал? — Хотел проверить реакцию. — И какую получил? — Ты сразу напрягся. Тэхён закрыл тетрадь. — Я не напрягся. — Хорошо. — Чимин. — Что? — Не начинай. — Я ничего не начинаю. Просто замечаю структуру. Тэхён посмотрел на него. Чимин улыбнулся. — Ты ужасный человек. — Но спокойный. — Это не оправдание. — Зато честно. Тэхён покачал головой. Разговор прервал шум возле входа. Несколько студентов художественного факультета вошли в библиотеку, разговаривая громче, чем позволяли правила. Среди них был Намджун. Чонгука не было. Тэхён опустил глаза к тетради. Разочарование оказалось настолько быстрым и неуместным, что разозлило его. — Мне нужно пройтись, - сказал он. — Конечно. — Я скоро вернусь. — Я ничего не спрашивал. Тэхён надел кардиган и вышел из читального зала. Чонгук нашёлся в мастерской. Тэхён не планировал идти туда. Он просто спустился на первый этаж, вышел из библиотеки, прошёл через двор и оказался возле корпуса искусств. Потом решил, что раз уж пришёл, можно вернуть книгу Намджуну, которую тот оставил после общей лекции. Книга действительно лежала в его сумке. Это было достаточной причиной. Мастерские находились на первом этаже старого крыла. В коридорах пахло деревом, растворителем и мокрой одеждой. Двери большинства помещений оставались открытыми, изнутри доносились голоса, музыка, скрежет инструментов. Тэхён нашёл нужную аудиторию по табличке. Внутри было светло и почти пусто. Высокие окна выходили на внутренний двор. Вдоль стен стояли мольберты, деревянные конструкции, гипсовые фигуры и большие столы, покрытые следами краски. Под потолком висели металлические лампы. На полу лежали рулоны бумаги и обрезки картона. Чонгук стоял у дальней стены. Он не заметил Тэхёна. На нём была белая майка, поверх которой висела расстёгнутая рабочая рубашка. Волосы он собрал в небрежный маленький пучок, оставив несколько прядей у лица. Татуированная рука была испачкана углём почти до локтя. Перед ним на стене висел огромный лист бумаги. Чонгук рисовал широкими движениями, не карандашом, а куском угля. Линии появлялись быстро, однако в его работе не было суеты. Он отступал, оценивал композицию, снова приближался и проводил углём по бумаге, оставляя тяжёлые чёрные следы. Тэхён остановился у двери. На рисунке постепенно возникал мост. Не реальный - слишком узкий, почти хрупкий, протянутый между двумя тёмными пространствами. На одном конце стояла человеческая фигура. Второй исчезал в белизне листа. Чонгук поднял руку и замер. Его плечи были напряжены. На боку, возле края майки, Тэхён заметил тонкий светлый шрам. Ещё один уходил под ткань на плече. Он сразу же отвёл взгляд. — Долго будешь стоять? - спросил Чонгук, не оборачиваясь. Тэхён вздрогнул. — Ты меня видел? — В отражении окна. Чонгук повернулся. На его лице не было улыбки, но не было и раздражения. — Что ты здесь делаешь? Тэхён поднял книгу. — Намджун оставил. — Его нет. — Я вижу. — Можешь оставить на столе. Тэхён положил книгу возле рюкзака. Следовало уйти, но он не ушёл. Чонгук смотрел на него, ожидая продолжения. — Это тот же мост? - спросил Тэхён, указывая на рисунок. — Какой? — Который иногда появляется в альбоме. Чонгук посмотрел на работу. — Возможно. — Ты опять скажешь, что это ничего не значит? — А ты опять скажешь, что я вру? — Если будешь врать. В уголках губ Чонгука появилась слабая улыбка. — Зачем пришёл, Тэхён? — Я уже сказал. — Намджун бывает на общей лекции два раза в неделю. Ты мог отдать книгу там. Тэхён поправил очки. — Она тяжёлая. — Ты носил её три дня. — Откуда знаешь? — Видел в твоей сумке. — Ты всё ещё наблюдаешь. — Стараюсь делать это издалека. Прямой ответ заставил Тэхёна замолчать. Чонгук отложил уголь. — Ты просил не ходить за тобой. Я не хожу. — Знаю. — Тогда что не так? — Ничего. — Ты пришёл через половину кампуса, чтобы отдать Намджуну книгу, и теперь стоишь здесь, будто я должен угадать продолжение. Тэхён посмотрел на мост. — Я хотел увидеть рисунки. Чонгук несколько секунд молчал. — Мои? — Нет, гипсовых фигур. Конечно, твои. — Это была шутка? — Неудачная. — А мне понравилась. Чонгук подошёл к столу и вытер руки влажной салфеткой. Уголь въелся в линии ладоней, остался под ногтями и на запястье между татуировками. — Можешь посмотреть, - сказал он. Тэхён приблизился к листу. Вблизи рисунок казался ещё более тревожным. Человек на мосту стоял спиной к светлой стороне, будто смотрел не туда, куда собирался идти. — Почему он отвернулся? - спросил Тэхён. — Кто? — Человек. — Может быть, не знает, куда идти. — Но мост ведёт только в двух направлениях. — Это не делает выбор простым. Тэхён посмотрел на Чонгука. Тот стоял рядом, скрестив руки на груди. Белая майка подчёркивала линию плеч, тёмные волосы выбились из пучка, одна прядь прилипла к виску. — Ты всегда рисуешь себя? - спросил Тэхён. Лицо Чонгука изменилось. Совсем немного, но Тэхён снова заметил. — Не всё должно быть обо мне. — Я не сказал, что всё. — Тогда не анализируй. — Ты сам разрешил посмотреть. — Смотреть и разбирать меня по частям - разные вещи. — Я разбираю рисунок. — Нет, - резко ответил Чонгук. - Ты пытаешься понять меня, будто я очередная задача в твоём блокноте. Тэхён замер. — Я не… — Ты даже наши встречи посчитал. — Потому что ты ходил за мной. — Я хотел тебя увидеть. — И не подумал, хочу ли я видеть тебя. — Я уже понял. - голос Чонгука стал тише, но от этого не мягче. - Поэтому и перестал. — Я заметил. — Очевидно. Раз пришёл сюда. Тэхён почувствовал, как внутри поднимается раздражение. Не только на Чонгука, но и на себя. На то, что действительно пришёл. На пустоту последних дней. На собственное желание увидеть рисунки и самого человека, которого продолжал называть назойливым. — Я не обязан объяснять каждый свой поступок, - сказал он. — А я обязан? — Ты постоянно требуешь от меня ответа. — Потому что ты держишь меня рядом достаточно, чтобы я продолжал надеяться, а потом смотришь так, будто я нарушил закон, когда делаю шаг. Тэхён нахмурился. — Я не держу тебя рядом. — Нет? - Чонгук усмехнулся без веселья. - Ты отказался от кофе, потом объяснил, какой пьёшь. Сказал не ходить за тобой, а когда я перестал то сам пришёл. Смотришь мои рисунки, замечаешь, когда я не сплю, задаёшь вопросы об отце, а потом делаешь вид, что я для тебя просто раздражающий парень с общей лекции. — Я не задавал вопросов об отце. — Потому что не успел. Но ты смотришь каждый раз, когда я его упоминаю. Тэхён молчал. Чонгук провёл рукой по волосам, оставив на виске серый след угля. — Я понимаю, что тебе не нравлюсь. — Я этого не говорил. — Не нужно. Ты показываешь достаточно ясно. — Тогда почему ты продолжаешь? Вопрос сорвался резче, чем Тэхён собирался. Чонгук посмотрел ему прямо в глаза. — Потому что думал, что под всем этим «нет» есть хотя бы немного интереса. — А если нет? Пауза получилась короткой. Но достаточно долгой, чтобы Тэхён понял: он попал туда, куда не собирался. Улыбка окончательно исчезла с лица Чонгука. — Тогда скажи нормально. — Я говорил. — Нет. Ты говорил, что не хочешь кофе. Не хочешь, чтобы я ждал. Не хочешь, чтобы я приносил что-то. Но ни разу не сказал, что не хочешь меня. Тэхён почувствовал, как сердце ударилось о рёбра. В мастерской за стеной включили музыку. Глухой бас прошёл сквозь перегородку и растворился в тишине между ними. Чонгук ждал - не улыбался, не подталкивал, не предлагал лазеек. Тэхён понимал, что сейчас должен ответить прямо и всё же слова не приходили. Потому что «я не хочу тебя» было бы ложью. Тэхён хотел. Не отношений. Не свидания. Не чужих рук и не той близости, которую Чонгук, вероятно, предлагал множеству людей до него. Он хотел видеть, как Чонгук рисует. Хотел понять линии на его коже и рисунки на байке. Хотел знать, почему его голос менялся при упоминании отца и почему на всех нарисованных дорогах не было людей, готовых по ним идти. Но этого было недостаточно. Любопытство не означало доверия. Притяжение не делало человека безопасным. — Я не хочу быть ещё одним именем, которое ты забудешь к следующей неделе, - сказал Тэхён. Чонгук напрягся. — С чего ты решил, что забуду? — Ты не скрываешь, что часто меняешь партнёров. — И что? — И ничего. Это твоя жизнь. — Тогда почему говоришь об этом так, будто я делаю что-то неправильное? — Я не говорил, что неправильно. — Но ты уже решил, что со мной невозможно ничего серьёзного. — Ты сам не выглядишь человеком, которому это нужно. Чонгук коротко рассмеялся. Звук вышел пустым. — А тебе откуда знать, что мне нужно? — Ты постоянно это показываешь. — Что именно? — Что всё превращаешь в игру. В шутку. В очередную победу. - Тэхён видел, как с каждой фразой лицо Чонгука становилось жёстче, но остановиться уже не мог. - Тебе понравилась моя внешность. Потом я отказал, и это задело самолюбие. Если бы я согласился в первый день, ты, возможно, уже потерял бы интерес. Чонгук сжал челюсть. — Ты слишком много о себе думаешь. Фраза прозвучала тихо. Оттого ударила сильнее и Тэхён замер. Чонгук продолжил: — Да, ты красивый. Очень. Но не настолько, чтобы весь мой мир вращался вокруг твоих очков и чёртовых таблиц. Я пытался узнать тебя, потому что ты показался мне интересным. Видимо, ошибся. Внутри стало холодно. Тэхён отвёл взгляд первым. — Видимо. — Не переживай. Больше ходить за тобой не буду. — Хорошо. — И приглашать тоже. — Я понял. Чонгук подошёл к столу и начал собирать вещи. Резко засунул уголь в коробку, закрыл альбом, поднял рюкзак. Тэхён смотрел на него и понимал, что разговор пошёл не туда. Что оба сказали не то. Что можно остановить его, объяснить, подобрать более точные слова. Но точные слова почему-то всегда появлялись слишком поздно, когда речь шла не о формулах. — Чонгук. — Что? Он не обернулся. — Твой рисунок хороший. Плечи Чонгука коротко напряглись. — Девять баллов? — Я не это имел в виду. — А что? Тэхён не ответил. Чонгук усмехнулся и надел куртку. — Вот именно. Он вышел из мастерской, оставив после себя запах древесного парфюма, угля и холодного осеннего воздуха. Тэхён остался перед незавершённым мостом. Через несколько минут он заметил на полу возле стола лист бумаги. Вероятно, тот выпал из альбома, когда Чонгук собирался. Тэхён поднял его. На листе был нарисован он сам - Тэхён сидел возле окна библиотеки, склонившись над книгой. Свет падал на его руки, отражался в линзах очков и почти стирал лицо. За окном вместо кампуса тянулись тонкие линии, похожие на график. В нижнем углу стояла дата. Первый день их знакомства. Тэхён долго смотрел на рисунок. Потом аккуратно положил его на стол. Он мог догнать Чонгука. Коридор был ещё пуст. Чонгук не успел уйти далеко, но Тэхён не двинулся. Потому что не знал, что сказать. А говорить что-то только ради того, чтобы человек остался, казалось ему нечестным. Чонгук не вернулся в общежитие до полуночи. Он ездил по городу без цели. Сеул растекался вокруг светом, шумом и отражениями. Вечерние улицы были заполнены людьми, автобусы останавливались у ярких остановок, вывески дрожали в лужах после короткого дождя. Холодный воздух пробирался под куртку и бил в шею, но Чонгук только сильнее прибавлял скорость. Он знал, что Тэхён не обязан отвечать взаимностью. Знал, что интерес одного человека ничего не гарантирует другому. Знал даже, что Тэхён в чём-то прав. Всё начиналось с лица. С отказа. С желания доказать, что он всё равно сможет получить положительный ответ. Но где-то между неправильным кофе, неровным кругом и тишиной библиотеки произошла неприятная перемена. Чонгуку стало мало победы. Он хотел, чтобы Тэхён смотрел на него так же внимательно, как на рисунки. Хотел отвечать на его вопросы, даже когда они злили. Хотел услышать ещё одну сухую шутку и увидеть короткую улыбку, которую Тэхён каждый раз пытался отрицать. И именно поэтому слова о забытом имени задели сильнее, чем должны были. Отец годами говорил Чонгуку, что тот не способен удержать рядом нормального человека. Что от него устанут. Что никто не станет терпеть его характер, шум, неумение вовремя закрыть рот и постоянную потребность доказывать, будто он чего-то стоит. Чонгук давно перестал верить отцу. По крайней мере, старался. Но иногда чужие слова попадали в старые трещины слишком точно. Телефон завибрировал в кармане. Он остановился на пустой парковке возле реки, снял перчатку и посмотрел на экран. Соми: Ты приедешь сегодня? Чонгук смотрел на сообщение. Обычно ответ не занял бы и минуты. Он знал, чего ожидала Соми. Она знала, чего ждать от него. Между ними никогда не было обещаний, вопросов о будущем или необходимости объяснять свои исчезновения. Всё было просто. А простота всегда нравилась Чонгуку. Он открыл клавиатуру. Несколько секунд держал палец над экраном. Потом написал: Не сегодня. Прости. Ответ пришёл быстро: Влюбился, что ли? Чонгук горько усмехнулся: Нет. Он убрал телефон, сел на байк и посмотрел на тёмную воду. Это не было любовью. Пока - точно нет. Просто впервые за долгое время человек увидел в нём не только красивое лицо, татуировки и лёгкую возможность хорошо провести ночь. Тэхён увидел двери, дороги, мосты. А потом решил, что за ними всё равно ничего нет. Чонгук завёл двигатель. На этот раз он действительно собирался отступить. Не потому, что Тэхён победил. И не потому, что интерес исчез. Просто Чонгук слишком хорошо знал: иногда самое достойное, что можно сделать после чужого «нет», - наконец услышать его. Даже если оно прозвучало тогда, когда ты уже начал надеяться на другой ответ. ____ Мой тгк: https://t.me/IamCllark