One-way Ticket

— Вставай, вставай! — звонкий голос Дженни раздался прямо над ухом Веспер, и кто-то бесцеремонно дёрнул её за одеяло. — Да-да, секунду, — простонала Веспер, зарываясь лицом в подушку и отчаянно надеясь, что сестра исчезнет, как дурной сон. Но Дженни была упрямее любой реальности. — Оставь её, — раздался с кухонного закутка спокойный голос Люси. Она стояла у плиты, в одной руке у неё была лопатка, а в другой — сковорода с дымящимся омлетом. — Если она пропустит распродажу в каком-нибудь из этих магазинчиков — она сама будет виновата. Говорят, там появились новые кассеты The Cure.       Веспер мгновенно приподняла голову. Её длинные тёмные волосы были в полном беспорядке — спутанные, как воронье гнездо, но глаза уже загорелись. Она скинула с себя Дженни, которая с хихиканьем покатилась по койке на пол, и босиком направилась в ванную, даже не взглянув на омлет.       Дженни перевела взгляд на Люси и громким шёпотом спросила: — «The Cure»? Серьёзно? Ты просто придумала это, чтобы её разбудить? — А ты думаешь, я собиралась её ругать до вечера? — Люси усмехнулась, переворачивая омлет. — Иногда надо говорить о том, что она любит, чтобы она вспомнила, что есть вещи, ради которых стоит вставать. — Вес, ты снова не ешь! — крикнула Люси через закрытую дверь ванной. Оттуда доносился шум воды и недовольное мычание. — Я тебя кормить не буду больше. Буквально. Никогда. Хочешь — пусть Дженни учится готовить. — Я уже научилась! — гордо отозвалась Дженни, которая успела залесть на диван с ногами. — Я умею делать тосты. Когда не забываю их вытащить из тостера. — Это не считается, — ответила Люси, ставя тарелку на стол.

***

      Несколько минут спустя, когда Веспер вышла из ванной с влажными волосами, уже успевшая влезть в поношенные чёрные джинсы и старый свитер, девушки наконец собрались вместе. Люси закатывала рукава чёрной водолазки, застёгивая свои любимые кожаные сапоги с массивной пряжкой. Дженни, как обычно, бегала по трейлеру в одних длинных спортивных носках и перерывала все ящики в поисках своих денег. — Лю, ты не видела мои деньги? — взмолилась она, выглядывая из-под койки. — Я точно помню, что положила их в… ну, в надёжное место! — Надёжное место — это банка с печеньем, — Люси закатила глаза, застёгивая ремень с серебряной пряжкой на джинсах. — А не «туда, куда я их сунула вчера, пока думала о чём-то важном». Я же говорила тебе: не прячь их где попало. — Ты никогда не говорила, что «где попало» — это плохо! Ты просто говорила «не суй их в карманы курток», но я уже и карманы проверила! — А книгу ты проверила? — спокойно спросила Веспер, стоя у двери с сумкой на плече. — Ты же любишь закладывать их между страниц.       Дженни застыла, как будто её ударило током. Её глаза расширились, и она тут же метнулась к стопке книг на своей тумбочке. Через две секунды её рука уже сжимала три помятые купюры. — Вес, ты гений! — восхищённо воскликнула она, прижимая деньги к груди. — Я бы никогда до такого не додумалась! — Ты бы додумалась до этого через три дня, когда тебе понадобилось бы купить мороженое, — хмыкнула Люси, застёгивая замок своей кожаной сумки. — Выходим?       Веспер уже стояла на пороге, прислонившись плечом к косяку. Она не любила долгие сборы — и тем более не любила ждать. Она молча шагнула наружу. — Я пошла, — коротко бросила она через плечо.       Пройдя всего несколько шагов по мягкой утоптанной земле — и буквально не успев сделать и пары вдохов, — она услышала, как сзади с грохотом захлопнулась дверь трейлера, а затем раздались быстрые, торопливые шаги. Дженни вылетела из фургона, на ходу натягивая лёгкую джинсовку, а за ней, уже не торопясь, выплыла Люси с неизменной сигаретой в зубах.

***

— Ну что застыли? — Дженни шла впереди, энергично размахивая пакетом для покупок, и выглядела до неприличия счастливой. — Мы же договорились: шоппинг, мороженое и никаких мрачных мыслей! Никаких «а что, если», никаких «а вдруг они скажут». Только мы и город. Давайте! — Я не уверена, что тут вообще есть магазин, где продают что-то кроме дождевиков и консервов, — пробормотала Веспер, настороженно оглядывая улицу. — В Хокинсе слишком много серого. — Там есть всё, что нужно для города, который хочет быть скучным, — согласилась Люси, шагая рядом. В руках у неё была старая, потрёпанная карта города, которую она когда-то позаимствовала у Милоша — без спроса, но с чувством глубокого сожаления, что он может её хватиться. — Смотри… «Hawkins Emporium». Судя по карте — центр местной цивилизации. — Звучит как место, где продают резиновые сапоги и лопаты для дачников, — фыркнула Веспер. — Зато там точно будет всё, — улыбнулась Люси. — От заколок для волос до школьных рюкзаков. И, если Дженни права — кассеты. Идём. Хотя бы посмотрим.       Они двинулись вперёд по пыльной дороге, ведущей из пригорода — мимо заброшенного магазина запчастей, мимо небольшого парка, где качались пустые качели. С каждым шагом Хокинс становился всё более «городским» — дома становились аккуратнее, лужайки — подстриженнее, а в воздухе появился сладковатый запах асфальта и выхлопных газов. Впрочем, он всё равно оставался серым. Иногда из‑за занавески выглядывал чей‑то любопытный взгляд — новость о цирке уже разлетелась по городу, и теперь каждый прохожий будто пытался разглядеть в этих трёх девушках что‑то необычное. Слишком яркое. Слишком живое. — Чувствую себя экспонатом в музее, — тихо проговорила Веспер, когда пожилая дама у почтового ящика уставилась на них особенно пристально. — Интересно, сколько они заплатили за билет? — Пусть смотрят, — беззаботно отозвалась Дженни, подмигнув проходившему мимо мужчине с газетой. — Главное, чтобы не просили показать фокусы прямо на крыльце. — Ты им показала бы? — спросила Веспер. — Если бы заплатили, — расхохоталась Дженни.

***

      Магазин оказался именно таким, как его представляла Веспер: одноэтажное здание с облупившейся краской на вывеске, где буква «Н» почти стёрлась, и огромной витриной, в которой застыли манекены в одежде, похожие на скучающих часовых. На одном из них был клетчатый пиджак, который, казалось, не обновлялся с начала семидесятых. — О! — Дженни, не дожидаясь никого, первой влетела внутрь и сразу же рванула к стойке с бижутерией. — Смотри! Эти браслеты просто созданы для меня!       Она схватила сразу три: один — с крупными, матовыми деревянными бусинами, другой — с металлическими подвесками в виде звёзд и полумесяцев, третий — плетёный из ярких шнурков. Она тут же намотала их на запястье и поднесла руку к свету, любуясь. — Я возьму всё, — заявила она, посмотрев на Люси. — Возьмёшь один, — отрезвила её Люси, уже направляясь в отдел одежды. — Ты же видела цены? — возмутилась Дженни, но, спорить не стала — она знала, что с Люси это не работает.       Веспер тем временем остановилась у стойки с шарфами, перебирая их кончиками пальцев. Один из них — мягкий, шерстяной, тёмно-зелёного цвета с едва заметным серебристым узором — зацепил её внимание. — Этот, — Дженни выхватила шарф у неё из рук и с довольным видом повертела его, — он тебе подойдёт, Вес. Добавит немного цвета в твой мир. Видишь? Не слишком яркий, но и не скучный. — Мне не нужен цвет, — возразила Веспер, хотя её взгляд всё ещё был прикован к шарфу. — Мне нужно что-то… обычное. Чтобы в школе не выделяться. — А ты не сможешь не выделяться, — спокойно сказала Люси, возникнув из‑за вешалки с платьями в руках. — Ты Веспер из «Cirque des Ombres». Это как носить плащ супергероя. Даже если спрячешь его под самой скучной курткой в мире, все будут знать, что он там есть. Так что, — она взяла у Дженни шарф и протянула его Веспер, — просто прими это. Мы все такие.       Веспер взяла шарф. Ткань была тёплой на ощупь, почти уютной. Она сделала шаг назад, рассматривая своё отражение в пыльном зеркале у примерочной.       В отделе одежды Люси уже крутилась перед другим зеркалом в кожаной куртке — узкой, чёрной, с широким воротником, которая идеально сидела на ней, словно сшита специально. Она наклонила голову, рассматривая швы, повернулась влево, вправо, оценивая, как куртка ложится по плечам. — Ты будешь выглядеть как рок-звезда, — заметила Дженни, задумчиво перебирая свитера на соседней вешалке. — Я и так выгляжу как рок-звезда, — ответила Люси, не отрывая взгляда от зеркала. — Просто теперь у меня будет подходящий костюм.       Веспер отвернулась от зеркала и направилась к стойке с базовыми футболками — простые, без принтов, из мягкого хлопка. Она взяла одну — белую, самую простую — и повертела в руках. — Это ты для школы? — Люси подошла сзади, всё ещё в куртке, но уже расстёгивая молнию. — Не знаю, — Веспер пожала плечами, опуская взгляд. — Наверное… хочу уменьшить внимание к себе. Слиться с фоном. Как будто если я стану незаметной, никто не подумает, что я отличаюсь.       Люси мягко коснулась её плеча: — Знаешь, иногда фон — это самое важное. Без него сцена не работает. Ты ведь сама это знаешь. Те, кто остаётся в тени — создают ту самую магию, ради которой зрители и приходят. И ты — не исключение. Ты нужна там.       Веспер кивнула, не поднимая глаз. В этом была цирковая мудрость — даже самая незаметная деталь на сцене может оказаться ключевой. И даже самый тихий голос иногда становится самым важным.       Дженни тем временем устроила целое представление у кассы: она спорила с кассиром о цене браслетов, при этом умудряясь рассказывать ему про свою последнюю тренировку на трапеции — и как именно эти браслеты спасут её от падения, потому что они будут отражать свет и ослеплять зрителей. Кассир — пожилой мужчина с усталыми, но добрыми глазами — сначала хмурился, но потом вдруг не выдержал и рассмеялся. — Ну хорошо, хорошо, — махнул он рукой. — Пусть будет скидка. Пять процентов. Только не рассказывай мне больше про падения, а то я начну бояться выходить на улицу в ветреную погоду.       Когда они вышли из магазина, у каждой был как минимум по одному пакету. Дженни, как обычно, с самым большим и гордым видом, несла его впереди себя, уткнувшись в него подбородком. Люси улыбалась, держа куртку в руке. А Веспер крепко держала свой пакет с шарфом и футболками. — Теперь мороженое! — провозгласила Дженни, разворачиваясь на пятках. — Я знаю, тут есть место. Маленькое кафе, как раз на той улице, с которой мы свернули. Там делают шарики размером с голову!       Кафе оказалось именно таким, как говорила Дженни — крошечным заведением с пластиковыми столиками, нелепыми розовыми салфетками и меню, написанным мелом на чёрной доске над стойкой. Запах ванили и карамели смешивался с шумом посуды и негромкой музыкой, доносившейся из старого радиоприёмника.       Они сели у окна, откуда была видна главная улица, и заказали по большой порции. Мимо проходили школьники — смеялись, толкались, обсуждали домашнее задание и делились сплетнями. Веспер наблюдала за ними, пытаясь уловить ритм этого города — такой непохожий на ритм цирка, где каждый шаг был отрепетирован, а каждое движение — оправдано. Здесь всё казалось случайным и лёгким. — Не думай, что они лучше, — словно прочитав её мысли, тихо сказала Люси, откусывая от вафельного рожка. — У них свои страхи, свои тревоги. Просто они прячут их в рюкзаках, за улыбками и разговорами о пустяках. Ты просто видишь их иначе. — В фокусах, — добавила Дженни, пододвигая к Веспер ложку. — Попробуй. Это шоколадно-мятное безумие.       Мороженое действительно было странным: одновременно сладким и освежающим, с лёгкой мятной горчинкой, которая приятно холодила язык. Веспер закрыла глаза, позволяя вкусу заполнить тишину внутри. На мгновение всё стало проще: город, школа, чужие взгляды, предстоящее выступление — всё отодвинулось на задний план, оставив только холодную сладость на губах. — Завтра репетиция, — напомнила Люси, задумчиво глядя в окно. — Надо будет примерить новые костюмы. Роза обещала что-то необычное для финального номера. — Надеюсь, это не будет что-то с блёстками, — простонала Дженни, закатив глаза. — Прошлый раз я неделю потом их вытряхивала из волос. — С блёстками или без, — улыбнулась Люси, — ты всё равно будешь сиять. И не только на сцене.       Веспер доела мороженое и, отодвинув пустую креманку, взглянула на часы. Время текло здесь иначе — медленно, слишком спокойно. Как будто Хокинс давал им шанс перевести дух перед тем, как снова закрутится карусель выступлений, репетиций и переездов.       На обратном пути они шли медленнее. Дженни пересказывала очередную историю о своих падениях — на этот раз о том, как она чуть не упала с трапеции, но поймала кольцо с третьей попытки, за что Милош назвал её «бестолковой птицей». Люси изредка вставляла комментарии: «Милош ворчит, но он переживает», «Ты бы упала — он бы первым подбежал к тебе». Веспер слушала, чувствуя, как напряжение понемногу уходит, как воздух становится прохладнее, а небо — темнее.       Когда вдали показались очертания шатра, подсвеченные последними лучами заходящего солнца, Веспер замедлила шаг. — Знаете, — сказала она, когда они подошли к лагерю, — может быть, школа не будет такой уж плохой.       Дженни тут же обняла её за плечи, уткнувшись носом в её волосы. — Вот это я и хотела услышать! А если кто-то будет смотреть косо — мы устроим им такое представление, что они забудут, как моргать. — По-моему, за такое ещё и штраф выписать могут, — усмехнулась Люси, которая уже подходила к дверям трейлера. — Я так не думаю! — выкрикнула Дженни им вслед, и её голос почти утонул в тихом ветре, прошелестевшем по сухой траве.       Они зашли в трейлер — и там снова было тепло.