Они пожали друг другу руки. Год второй

Гарри рылся в своем сундуке в поисках домашней работы. После всех перемещений, которые сундук пережил с тех пор, как мальчик упаковал вещи, папка пропала оттуда, куда Гарри положил ее. Он уже достал книги, которые понадобятся ему на уроках сегодня, а теперь искал летние задания. Это было абсурдно — домашняя работа не могла просто исчезнуть, но ее не было ни в одном уголке сундука. Он вытащил остальные учебники, сложив их на полу рядом с сундуком. В этот момент в дверь заглянул Драко. — Гарри? Все тебя ждут. — Не могу найти домашку, — ответил он, даже не взглянув на друга. — Ну и где ты ее оставил? — спросил Драко, подходя ближе. — Она должна быть прямо здесь, — с досадой вырвалось у Гарри. Он отодвинул в сторону одежду — он еще не полностью распаковал вещи. — Очевидно, что ее здесь нет, — бесполезно констатировал Драко. — Очевидно, — проворчал Гарри, закатив глаза. Сейчас ему точно не нужна была эта невозмутимость Драко. — Слушай, просто иди завтракать. Я должен продолжить поиски. — Точно справишься? — уточнил Драко. — Могу помочь. — Нет, все нормально, — тяжело вздохнул Гарри. — Поднимусь, как только найду. — Хорошо. Только не опоздай. Вот, возьми мое расписание. Я возьму твое у Абрахама. У нас трансфигурация первой. — Теперь мне точно надо найти задание, — проворчал Гарри. Последнее, чего ему хотелось, — это оказаться на уроке профессора Макгонагалл без летней работы. Возможно, стоило просто выгрузить все из сундука. Полностью опустошить его — самый быстрый способ найти папку, если она где-то пряталась. Гарри кивнул самому себе. Звучит разумно. Он скинул всю одежду в кучу на кровати, учебники уже лежали рядом на полу. Следом пошли запасы для зелий, принадлежности для астрономии, набор по уходу за метлой и угощение для Регала. Вещей становилось все меньше. Наконец, с особой осторожностью Гарри достал из сундука мантию-невидимку, что досталась ему от отца, и аккуратно повесил ее в шкаф. Теперь сундук был совершенно пуст. Запасные перья, чернила и пергамент он убрал в стол. Небольшая кучка личных книг легла рядом с учебниками. Камешки для волшебных шашек и шахматные фигуры заняли свое место на комоде. Он точно знал, где лежит каждая вещь, которая у него есть. Все — кроме той самой папки с летним заданием. Гарри с недоверием уставился в пустой сундук. Он никогда в жизни не терял ничего из своих вещей. Да и что у него было терять — у Дурслей он вообще ничем не владел. А будь у него хоть что-то, Дадли бы давно отобрал. В слизерине же он полностью доверял своим друзьям. Ни один из них никогда бы не полез в его вещи — уж тем более не стал бы так глупо шутить. Поэтому Гарри просто онемел от шока. Как такое вообще могло произойти? Поток ругательств, который хлынул из его рта, поверг бы друзей в шок. Гарри обычно держал себя в руках, но сейчас его кулаки сжались, колени задрожали, и брань продолжала литься без остановки. В порыве ярости он пнул сундук. Больше домашней работе было негде быть. Это казалось невероятным, но происходило наяву. В гневе он начал ворошить книги, надеясь, что, может быть, в какой-то момент по ошибке сунул папку между страниц. Нет. Ничего. Больше он ничего не мог сделать. Гарри сжав зубы, сунул книги в сумку и закинул ее за плечо. Придется идти так. Не самое удачное начало учебного года. Он так старался, делая домашнюю работу, и теперь все усилия пропали даром. Он на всякий случай проверил, надежно ли закреплена его палочка. Может, на пути ему попадется Уизли. В таком настроении Гарри бы с радостью отправил в него проклятие и не моргнул бы глазом. Печально он вышел из комнаты, прошел сквозь каменную стену, скрывающую вход в слизеринскую гостиную, и побрел по коридору, шаркая ногами. Он пытался придумать, что сказать профессору Макгонагалл. Ее суровый взгляд, казалось, видел насквозь — любую жалкую отговорку она бы тут же разоблачила. Возможно, правда, как бы странно она ни звучала, будет лучшим вариантом. Когда Гарри подошел к дверям Большого зала, те как раз распахнулись — ученики начали расходиться. Прекрасно. Он пропустил завтрак. Оглядевшись, он нашел своих друзей, которые как раз заканчивали есть. — Какие-нибудь успехи? — сочувственно спросил Драко. — Нет, — вздохнул Гарри, схватив с ближайшего стола яблоко. — Это на завтрак? Или надеешься, что с яблоком в руках Макгонагалл будет добрее? — насмешливо поинтересовался Тео. Вряд ли что-то может меня от этого спасти, — сказал Гарри, с хрустом откусывая фрукт. — Я смирился. — Найдешь через неделю, когда все заново перепишешь, — сказала ему Трейси, сжав его руку. — Так всегда бывает. Я однажды потеряла любимый словарь и нашла его только после того, как родители купили мне новый. — И где же ты нашла свой драгоценный словарь? — полюбопытствовала Дафна. — Тебе ведь запретили пить кофе, — строго сказала Трейси и отобрала у подруги почти полную чашку. — Ох, — разочарованно вздохнула Дафна. Гарри ненадолго невольно улыбнулся. — Ладно, пора идти на встречу с судьбой, — сказал он легко, хотя внутри все сжималось от тяжелого предчувствия. Он был рад, что за лето его память о замке не потускнела. Несмотря на то, что его мысли были заняты пропавшей домашней работой, ноги сами несли его куда нужно. Он даже вспомнил, где нужно перепрыгнуть исчезающую ступеньку. Профессор МакГонагалл не ждала их, когда они прибыли. Гарри таил слабую надежду поговорить с ней наедине до начала урока, но теперь этот шанс исчез. Он начал мысленно готовиться к гневной речи, которую, он был уверен, сейчас услышит. По крайней мере, его друзья знали, что произошло, и не стали бы думать о нем хуже. — Доброе утро, слизеринцы, — сказала профессор Макгонагалл, входя в класс. — Передайте вперед ваши летние домашние задания. Тянуть дальше не имело смысла. Гарри поднял руку. — Профессор? — Пожалуйста, дождитесь, пока вас вызовут, мистер Поттер. В чем дело? — Мое эссе пропало, — сказал он. — Я его написал, положил в папку с остальными заданиями, а когда сегодня утром начал искать, его не оказалось. Как он и предполагал, глаза профессора МакГонагалл сузились, и она посмотрела на него поверх очков. — Позвольте понять, мистер Поттер, ваше сочинение по трансфигурации каким-то чудесным образом самостоятельно исчезло из вашей папки? — ее тон был скептическим. — Нет, профессор, — спокойно ответил Гарри. — Исчезла вся папка. Она еще некоторое время смотрела на него свысока. — Гарри сделал задание, профессор, — вмешался Драко. — Я видел его. — Молчите, мистер Малфой. — Пожилая волшебница поправила очки на переносице. — Отработка, мистер Поттер, в эту субботу. Я сообщу вам о деталях позже. Вы также перепишете задание и сдадите мне его не позднее начала нашего следующего занятия в понедельник. А теперь перейдем к теме сегодняшнего урока… Гарри изо всех сил пытался сосредоточиться, но внутри у него все кипело. Получить наказание в первый же день — прекрасное начало года. В ту минуту он всей душой ненавидел Макгонагалл. Гарри надеялся, что Трейси делает хорошие записи — в его собственных сейчас не было никакого смысла. Когда начались вопросы, он каждый раз тянул руку вместе с остальными, но профессор будто нарочно игнорировала его. Каждый раз, опуская руку, Гарри злился все больше. Почему она не дает ему и шанса заработать баллы для факультета? Она что, намеренно пыталась его унизить? Возможно, она думала, что он просто бездельничал на каникулах и лишь притворялся, что знает ответ. Она была главой Гриффиндора и, как он точно знал, с предубеждением относилась к Слизерину. Если бы он не сделал летнюю домашнюю работу, он бы не знал ответов ни на один ее вопрос. Но он же знал! В конце концов Гарри просто перестал поднимать руку. Когда урок наконец-то закончился, Гарри с облегчением вышел из класса. Время было возвращаться в безопасные подземелья. Лекция по зельям с профессором Снейпом, его собственным главой факультета, точно поднимет настроение. — Кто-нибудь хочет после урока проучить Уизли? — спросил он, шагая по коридору. — С удовольствием, — тут же откликнулся Драко. — За что? — Да просто так, — сказал Гарри, будто это само собой разумеется. Тео рассмеялся. — С нами он становится жестоким. — Раз я не могу наложить проклятие на Макгонагалл, то хоть на гриффиндорце отыграюсь, — горячо сказал Гарри. — Любой подойдет. — А почему только один? — подхватила Дафна. — С чего бы нам выбирать? — Точно, — согласилась Панси. — Массовое заклинание спотыкания — и пусть врезаются друг в друга и в стены. — Панси, по-моему, это первая здравая мысль, что у тебя появилась, — сказал Тео с уважением. — Ой, да заткнись, — отмахнулась она. — Сейчас не до тебя, это серьезно. Когда они добрались до класса, слизеринцы заняли привычные места. Гарри злобно уставился на Уизли, пока гриффиндорцы по одному заходили в кабинет. Невилл Лонгботтом, как обычно, споткнулся и растянулся на полу. Драко расхохотался, и через секунду к нему присоединились остальные слизеринцы, пока Парвати Патил помогала Невиллу подняться. Уизли, Финниган и Томас бросили на них злобные взгляды, но прежде чем кто-то успел что-то сказать, в классе появился профессор Снейп — столь же драматично, как и всегда, с грохотом захлопнув за собой дверь своего кабинета. Он остановился, сцепив пальцы и окидывая учеников холодным взглядом. — Уизли, где можно найти безоаровый камень? — спросил он, губы скривились в насмешке. Уизли побледнел. Гарри едва удержался от радостного вскрика. Профессор уже задавал этот вопрос в начале первого курса, и потом снова через неделю. Уизли не знал ответа ни тогда, ни теперь, судя по выражению лица. — Сэр, я… — начал он неуверенно. — Скажите-ка мне, мистер Уизли, — процедил Снейп, — как так получилось, что прошел целый год с тех пор, как я впервые задал вам этот вопрос, а вы все еще не знаете ответа? Гарри слышал, как Драко, сидящий позади, едва сдерживает смех. Трейси рядом с ним тоже изо всех сил старалась не расхохотаться. Снейп, впрочем, и не ждал ответа. — Минус десять баллов Гриффиндору, Уизли. И, полагаю, вам стоит назначить отработку. Я сообщу, когда. — Его холодный взгляд, казалось, бросал вызов, словно ожидая возражений. — А теперь слушайте. Завтра вы будете готовить зелье для проявки фотографий. Если вы добросовестно выполнили летнее задание по чтению, то должны быть способны приготовить это зелье хоть сейчас. Он окинул класс оценивающим взглядом. Снейп собирался начать свою фирменную серию вопросов. Гарри выпрямился. После катастрофы на трансфигурации ему не терпелось показать, что у него все-таки есть голова на плечах. — Мистер Поттер, какая основа используется для этого зелья? — спросил Снейп, начав с самого простого. — Одна треть уксуса, две трети воды, сэр, — четко ответил Гарри. — Верно, — кивнул Снейп. — А первый шаг в приготовлении? — Прежде чем добавлять уксус, мы должны дистиллировать воду, — сказал Гарри. — Отлично. Пятнадцать баллов Слизерину, — отметил Снейп с удовлетворением в голосе. Вопросы продолжались еще минут десять. Гриффиндор потерял почти пятьдесят очков, а Слизерин приобрел около шестидесяти. К тому времени, как Снейп начал лекцию о свойствах тиса, пыль которого использовалась в зелье, мрачное настроение Гарри полностью рассеялось. Когда звонок возвестил об окончании урока, Гарри быстро собрал свои вещи и закинул сумку на плечо. Крэбб и Гойл сидели ближе к передним партам и теперь встали прямо у двери, будто споря о какой-то ерунде. На деле же они просто перекрыли выход, чтобы все гриффиндорцы собрались в одном месте — так их будет проще заколдовать. Слизеринцы пока держались позади. Первым, как и следовало ожидать, не выдержал Уизли — он раздраженно рванул вперед и попытался протиснуться мимо здоровяков. Те дали ему пройти, и вскоре гриффиндорцы оказались в коридоре. Слизеринцы последовали за ними, оставшись незамеченными. — Ужасный день, — жаловался Уизли Лонгботтому. — Я еще в прошлом году выучил все о безоаровых камнях к третьему уроку, а он спрашивает меня об этом только сейчас? Он реально ненормальный! — Палочки наготове, — шепнул Драко. Каждый из слизеринцев выбрал себе цель. — Сейчас! — прошептал Гарри. — Лапсо аксидере! — пробормотали они в унисон. Первое заклинание попало в Лаванду Браун. Та споткнулась и врезалась в Парвати Патил, которая упала на Эми Гиган. Второе проклятие настигло Крисси Голдинг, и та налетела на Финнигана. Лонгботтом, по традиции, споткнулся сам и, падая, схватился за мантию Уизли. Поношенная, истрепанная ткань издала прелестный звук рвущейся материи. В этот момент в Уизли попало еще одно заклинание, и он с грохотом упал на пол. Томас уже обернулся посмотреть, что происходит, когда заклинание сшибло и его — он отлетел в сторону и врезался в стену. Все это превратилось в огромную кучу барахтающихся конечностей. Гарри смеялся до боли в боках. Пока слизеринцы поднимались в Большой зал на обед, он признал, что, пожалуй, день оказался не таким уж и ужасным. Наспех переписывая домашнее задание по астрономии, он почти не отвлекался, но умудрился съесть сэндвич, лихорадочно царапая пером по пергаменту. С профессором Синистрой у него были неплохие отношения, но если он ничего не сдаст, она точно рассердится. Время от времени Гарри заглядывал на пергамент Тео и Трейси. Астрономия ему нравилась и шла легко, так что ему не нужно было списывать дословно — он просто сверял факты. Если бы дело было совсем плохо, пришлось бы обратиться к Панси или Крэббу. — Готово, — наконец сказал он, бросив перо и потянувшись за вторым бутербродом. — Лучше съешь его по дороге, — посоветовала Милли. — Пора уже двигаться. — Ну вот, — проворчал Гарри, откусив большой кусок и торопливо запихивая вещи в сумку. Подъем к астрономической башне был долгим, поэтому их «обеденный час» длился скорее минут сорок пять — не самая удобная ситуация. Когда они подошли к зубчатым стенам, Гарри глубоко вдохнул теплый солнечный воздух. Он решил, что это хороший знак. Что бы ни случилось с его домашкой — худшее уже позади. Остальные задания он перепишет вечером. Спать, возможно, придется недолго, но по четвергам у них не было занятий до самого обеда. Они уже обсуждали, каким сюрпризом оказалось это свободное окно в расписании. — Если Флинт заставит меня вставать рано по четвергам, я сойду с ума, — заметил Гарри. Капитан команды по квиддичу был известен своим фанатичным отношением к тренировкам. Класс астрономии был точно таким, каким Гарри его запомнил. Профессор Синистра сидела за своим столом, но вместо сонного вида, каким она представала год назад, теперь казалась бодрой и свежей. Ее черные волосы были зачесаны назад, открывая лицо. — Доброе утро, слизеринцы! — бодро поприветствовала она их. — Доброе утро, профессор Синистра, — хором ответили они. Преподавательница остановилась и подняла бровь. — А теперь скажите мне, почему вы желаете мне доброго утра, если прекрасно знаете, что сейчас уже день? Панси? — Ну… вы сказали «доброе утро», — неуверенно пробормотала Панси. Синистра усмехнулась. — Нет, — покачала она головой. — Добрый день, — произнесла она нарочито четко. — Добрый день, — послушно повторили они. — Ох, — пробормотала Синистра и что-то записала у себя в тетради. Слизеринцы неуверенно переглянулись. Что-то тут было не так. Тео поднял руку. — Профессор? Она подняла голову. — А теперь, астрономия! За исключением шума, доносившегося с нескольких этажей ниже, лекция получилась на удивление интересной. Громкие грохоты снова и снова прерывали профессора Синистру, и к концу занятия она уже явно начала выходить из себя. — Надеюсь, к нашей следующей встрече в пятницу этот шум утихнет. Свободны. Гарри одним из первых покинул класс. Ему было ужасно любопытно, что же там происходило. Странно, но казалось, что источник шума находился в направлении кабинета Защиты от темных искусств! Слизеринцы осторожно прокрались по коридору. Картина в классе представляла собой хаос и разрушения. Видев, как Дадли закатывал истерики, Гарри знал толк в искусном беспорядке, но это было больше похоже на стихийное бедствие. Профессора Локонса нигде не было видно, зато по классу носились десятки ярко-синих корнуэльских пикси, ломая все, до чего могли дотянуться. — Помогите! Поттер, помоги мне! — голос доносился откуда-то сверху. Гарри огляделся и наконец заметил Невилла Лонгботтома, вцепившегося в потолочную балку. — Смотрите! — воскликнул он, указывая на застрявшего гриффиндорца. Тео захохотал, и вскоре все слизеринцы уже надрывались от смеха. Один из пикси подлетел к двери, чтобы добраться до них, но Драко молниеносно огрел его каким-то заклятием — Гарри не расслышал каким. Синяя вспышка сбила летающее существо с курса, и оно шлепнулось на пол. — Может, нам стоит что-то сделать? — спросил Гарри. — Лонгботтом же там застрял. Мы должны ему помочь. — Скажем префекту, — решил Драко. — Мы ведь только на втором курсе, еще не знаем, как с пикси справляться. Вдруг пострадаем. Гарри еще раз обернулся, но все же пошел следом за друзьями, которые неспешно направились в подземелья по окольному пути. По дороге каждый встречный ученик был посвящен в ситуацию с Лонгботтом. Многие спешили пойти посмотреть на застрявшего гриффиндорца и, конечно, посмеяться. Так как урок Защиты был отменен, у слизеринцев оставшийся день стал свободным. Гарри предстояло переписывать домашнее задание, так что, хоть и нехотя, он уселся за парту, пока остальные развлекались в гостиной. Единственным звуком было поскрипывание его пера по пергаменту.

***

На следующее утро Гарри оказался единственным в своей комнате, кто проснулся рано. Его друзья воспользовались «окном», чтобы поспать подольше. Гарри с трудом выкарабкался из постели и побрел в душ. Он собирался позавтракать, а потом уже, окончательно проснувшись, дописать домашнее задание. Выйдя из спальни, он удивился, увидев Дафну в гостиной. Она сидела у камина и читала какой-то пергамент. — Доброе утро, Дафна, — бодро поприветствовал он ее. — Доброе, Гарри. Идешь завтракать? — спросила Дафна, зевну — Такой был план, — признался он. — А потом сесть за книги. А ты чего так рано поднялась? Она настороженно посмотрела на него. — Можно я расскажу тебе секрет? Гарри удивился. Он думал, это был обычный вопрос. — Конечно, — ответил он. — В чем дело? Дафна оглядела пустую гостиную, проверяя, не подслушивает ли кто. — Я собираюсь тайком выпить кофе, — прошептала она. Гарри едва сдержал смешок. Все это напоминало плохой фильм про магловских шпионов. — И все? Она бросила на него шутливо-сердитый взгляд. — Не смешно. Я обожаю кофе, а в школе мне его не дают. Вообще. Так что… ты не сдашь меня? У Гарри неприятно екнуло внутри от этого вопроса. — Никогда, — сказал он серьезно. — Пойдем наверх. Так Гарри и Дафна уселись за слизеринским столом в Большом зале, потягивая кофе и поедая булочки с джемом. Гарри никогда раньше не пробовал кофе и обнаружил, что вкус у него горьковатый, но приятный. Наблюдать за другими студентами, постепенно заполняющими зал, было довольно забавно. Гарри то и дело посмеивался над самыми язвительными комментариями Дафны. Самым смешным оказалось ее абсолютное убеждение, что профессор Локонс сначала оделся, а уж потом проснулся и включил свет. Гарри все еще смеялся, когда к их столу подошел сам виновник шутки. — Доброе утро, Гарри, — жизнерадостно произнес Локонс. — Вижу, вы рано встаете. Похвально. Гарри едва не закатил глаза. Все встают так рано, чтобы успеть позавтракать. — Доброе утро, профессор, — ответил он нейтральным тоном. Ну почему этот напыщенный павлин не оставляет его в покое? — Доброе утро, профессор Локонс! — весело поприветствовала его Дафна. — Мы так скучали по вам вчера на уроке. Локонс поперхнулся на полуслове. Закашлявшись, он пытался вернуть себе хоть каплю достоинства. Лицо у него порозовело, возможно, от приступа кашля. — Крайне прискорбный инцидент, — высокомерно заявил он. — Меня задержали буквально на пару минут, а кто-то из учеников, видимо, выпустил из клетки корнуэльских пикси, которых я собирался использовать в качестве демонстрации. К тому моменту, как я все же добрался до класса, основное веселье, увы, уже закончилось. — Какая жалость, — с притворным сочувствием протянула Дафна, все тем же медовым голоском. — Ну ничего, увидимся во вторник. Придется говорить в два раза быстрее, чтобы все нагнать. — Действительно, вы правы. — Локонс одарил их своей ослепительно белой улыбкой. — Какая вы умная девушка! Десять очков Слизерину. — Спасибо, сэр! — пропела она, чуть не мурлыкая. — Всего доброго! — Всего доброго! — Локонс поспешно удалился. — Какой же он осел! — фыркнула Дафна, потягивая кофе. — Он тебе не нравится? — удивился Гарри. — Думал, я один его не выношу. — Я в жизни не встречала человека с таким раздутым самомнением. Даже у Драко эго поменьше, — с презрением сказала она. Гарри заметил двух первокурсников, стоящих поблизости. Обернувшись, он увидел близнецов Слейтеров, которые смотрели на него с одинаковым выражением восторга. Гарри им улыбнулся. — Доброе утро. Девочка, Лейн, издала звук, подозрительно похожий на «и́к!», покраснела и уткнулась лицом в плечо брата. Мальчик, Лукас, неуверенно помахал Гарри рукой. — Поттер, да? — спросил он как бы невзначай, но тут же покраснел. — Ох, глупость, конечно, это же ты. Я — Слейтер. Просто хотел поздороваться. Для меня большая честь. Дафна уже едва сдерживала хихиканье. Гарри бросил на нее недовольный взгляд. — Взаимно, Слейтер. Рад знакомству — и с тобой, и с твоей сестрой. Лейн снова выдала «и́к!» и попыталась исчезнуть за братом. Слейтер кивнул. — Ну, до встречи. Как только близнецы ушли, Дафна наконец-то расхохоталась в полный голос. Гарри опустил голову на руки и тяжело вздохнул. С его популярностью в прошлом году было тяжко, но теперь появилась целая новая волна учеников, которым он будет казаться невероятно интересным. — Ты совсем не помогаешь, — буркнул он Дафне, которая все еще смеялась.

***

— Ну вот, — с удовлетворением сказал Гарри, вытирая перо и откладывая его в сторону. — Все готово. — И всего-то за каких-то пару часов, — с восхищением заметил Тео. — Впечатляет. — Впечатляйся сколько хочешь, — отозвался Гарри, — а я голоден. Его друзья провалялись в постелях почти до половины одиннадцатого, потом еще целый час валялись в пижамах, наблюдая, как Гарри заканчивает домашку. Они предлагали помощь, но Гарри отказался. Ему и так досталось за то, что он не сдал задание вовремя, и он не хотел, чтобы его еще и в списывании обвинили. Руку сводило судорогой от напряжения. К счастью, после обеда была только История магии, где конспекты почти никто не вел, а потом снова сдвоенные зелья с гриффиндорцами. Наверняка к тому времени боль пройдет. Гарри даже не стал брать с собой толстую, тяжелую книгу по Истории магии. Не было смысла таскать эту громадину вверх и вниз по всем лестницам, если он все равно не собирался ее открывать. Его сумка была легкой, и таким же легким был шаг, когда второкурсники-слизеринцы вышли из каменных коридоров подземелья. — Что этот мелкий придурок там делает? — буркнула Милли. Речь шла о ее младшем брате, который стоял у входа в Большой зал вместе с другим мальчиком. Тот был еще меньше, с вьющимися каштановыми волосами и сжимал в руках старомодную камеру. — Вот он, — сказал Арсен мальчику. — А я, пожалуй, пойду поем, Криви. — Что происходит? — шепотом спросил Тео. — Без понятия, — пожала плечами Панси. — Сейчас выясним, — сказал Драко, небрежно подходя вперед. Он остановился прямо перед мальчиком, который казался парализованным от вида стольких слизеринцев. — Что тебе нужно, гриффиндорец? Лицо мальчика побледнело от такой враждебности: — М-меня зовут К-колин К-криви, — пробормотал он, заикаясь. — Я х-хотел встретиться с Га-Гарри П-поттером. М-можно сфотографироваться, чтобы д-доказать, что я с ним встретился… Гарри внутренне застонал и поднял глаза к потолку. «За что мне все это?» — беззвучно спросил он себя. Драко окинул Криви убийственным взглядом. — Это абсолютно исключено, — заявил он пренебрежительно. — Н-но я только… Тео решил вмешаться: — Ты что, глухой? Или тупой? Мы же сказали тебе — это исключено. А теперь проваливай, пока мы не нашли укромное местечко, где можно спрятать твое тело, грязнокровка. — А что значит это слово? — спросил Криви очень тихим голосом. — Гойл, милый, будь добр — отведи это ничтожество в какой-нибудь пустой класс и наглядно объясни, что это значит, — вставила Панси. Гойл ухмыльнулся — Конечно, Панси. — он схватил Криви за мантию, зажал ему рот рукой и потащил прочь. — Что он с ним сделает? — обеспокоенно спросил Гарри. Ему бы не хотелось снова влипнуть в неприятности так рано в учебном году. — Да ничего необратимого, — успокоил его Крэбб. — Гойл немного его припугнет, объяснит, что Гарри Поттер не любит, когда незнакомцы глазеют на него, и посоветует в будущем держаться подальше. — Крэбб, по-моему, это самая длинная фраза, что я от тебя слышала, — хихикнула Дафна. — Я просто сильный и молчаливый, — парировал он. — Ночью ты не такой уж и молчаливый, — усмехнулся Тео, и вся компания рассмеялась. — Поттер, можно вас на словечко. Этот голос Гарри узнал бы где угодно — строгий и резкий. Профессор Макгонагалл. Он натянул на лицо вежливую улыбку. — Добрый день, профессор, — вежливо поприветствовал он. Он взглянул на друзей и кивнул, давая знак идти без него. — У меня для вас информация по поводу вашего наказания, — сказала она, вручая ему сложенный листок пергамента. — А у меня кое-что есть и для вас, — ответил Гарри, сдерживая острое желание ляпнуть что-то колкое, что наверняка обеспечило бы ему еще одно наказание. Он покопался в сумке и вытащил переписанную домашнее задание по трансфигурации. — Вот, — сказал он, протягивая ей. Пожилая ведьма взяла пергамент, бегло пробежалась по нему глазами и посмотрела на Гарри поверх очков. — Это вы сами писали? — резко спросила она. — Друзья не помогали? Гарри с трудом сдержал поток ругательств, рвущийся наружу. — Сам, профессор, — как можно спокойнее ответил он. — Я уже писал это однажды, так что переписать было несложно. Она смерила его пронзительным взглядом, будто пытаясь понять, не дерзит ли он. — Тогда очень хорошо. Приятного аппетита. Гарри вернулся к друзьям и сел. Развернул пергамент, что дала ему Макгонагалл, и вскрикнул: — Только не это… У меня наказание с Локонсом! Дафна похлопала его по руке. — Ну, это, пожалуй, самое изощренное наказание, какое только могли придумать. Пару часов слушать, как этот самовлюбленный дурак поет дифирамбы самому себе — это пытка для кого угодно. Пока Гарри ел, его друзья с воодушевлением строили предположения, в чем будет заключаться его «ужасное наказание». Были варианты: расчесывать волосы Локонса, фотографировать его с разных ракурсов или натирать его эго до блеска. Гарри молча засунул пергамент обратно в сумку, решив не думать о нем до самого субботнего вечера. Почта обычно приходила утром, поэтому Гарри удивился, когда Арлетт, сова Драко, влетела в зал с письмом. Драко тут же вскрыл его, а сова с аппетитом набросилась на остатки еды с его тарелки. — Это от Элана! — радостно воскликнул Драко. Гарри внезапно почувствовал укол вины. Он ни разу не вспомнил о старшем брате Драко с тех пор, как прибыл в Хогвартс. Он с нетерпением ждал, когда Драко дочитает письмо — очень хотел узнать, как тот справляется с учебой в Дурмстранге. Он уже открыл рот, чтобы спросить о бывшем префекте, но тут прозвенел звонок, и ученики встали. — Ну и как он там? — спросил Тео, когда они направились на Историю магии. — В Дурмстранге интересно? — Я еще не дочитал, — ответил Драко. — Но, насколько понял, ему там не нравится.