Спасения для них

Утренний Портленд встретил их прохладным туманом и серым, затянутым тучами небом. Дорога к окраине города заняла около получаса. Машина плавно катила по тихим, полупустым улочкам частного сектора, где аккуратные домики утопали в зелени высоких сосен. В салоне висело странное, почти осязаемое эхо вчерашнего вечера. Первые мили прошли в абсолютном молчании, но напряжение было совсем другим — не враждебным, а скорее задумчивым. Деймон крутил руль одной рукой, глядя на дорогу с привычной невозмутимостью, пока Эвелина негромко откашлялась, решая наконец прервать тягучую тишину. — Насчет... вчерашней ночи, — начала она, стараясь звучать как можно более буднично, хотя щеки слегка порозовели. — Я просто хотела сказать... ну, чтобы между нами не висело никаких неловких пауз. Деймон искоса бросил на нее короткий взгляд, уголок его губ едва заметно дрогнул в подобии усмешки. — Расслабься, ведьма, — перебил он её ровным, почти ленивым голосом. — Давай сразу расставим точки над "и". Вчера был долгий путь, куча адреналина после фермы, литры приличного бурбона и... скажем так, совпадение обстоятельств. — Именно, — с явным облегчением подхватила Эвелина. — Это просто позволило нам снять напряжение. Выпустить пар. И ничего более. Никаких соплей, драм или сентиментальности. — Идеально, — хмыкнул Деймон. — Рад, что мы мыслим одинаково. Меньше всего мне сейчас нужна романтическая драма с ведьмой, которая тащит меня не понятно куда. Закрыли тему. Они оба кивнули, словно заключая молчаливый договор. Воздух в машине сразу стал легче, а неловкость испарилась, уступив место привычному сарказму и деловому настрою. Вскоре навигатор объявил, что они прибыли на место. Деймон заглушил мотор, и машина мягко замерла у обочины. Эвелина вышла из салона, плотнее запахнув куртку от пронизывающего ветра, и огляделась. Перед ними простирался заброшенный, заросший высокой травой пустырь, упирающийся в густой лесной массив. Никаких домов, построек или признаков цивилизации здесь не было и в помине. Только старые, покосившиеся деревья и сырая земля. Вампир вышел вслед за ней, захлопнув дверцу, и скептически приподнял бровку, обведя взглядом пустошь. — Ну что, Эвелина? — протянул он с ноткой ехидства в голосе, складывая руки на груди. — Потрясающий вид. Твой семейный особняк выглядит просто великолепно. Неужели каникулы на природе? Или, может, ты всё-таки перепутала адрес, и мы приехали на местную свалку? Эвелина нахмурилась. Она достала из кармана небольшой плоский камень с высеченными на нем рунами — вещицу, которую нашла в старых записях ковена. — Я не ошиблась, — уверенно произнесла она, хотя сердце внутри все же сделало тревожный кувырок. — Клан Близнецов веками скрывал свои убежища от посторонних глаз. То, что мы ничего не видим, вовсе не значит, что здесь ничего нет. Магия маскировки у них на высшем уровне. Деймон скептически хмыкнул, явно собираясь отпустить очередную едкую шуточку насчет ее «невидимых родственников», но замолчал. Эвелина сделала шаг вперед, крепко зажав камень в ладони. Она закрыла глаза, мысленно настраиваясь на ту самую тягучую, скрытную частоту магии иллюзий, которой был пропитан этот воздух. Резко выдохнув, она размахнулась и швырнула камень прямо перед собой, в пустоту зарослей. В тот же миг камень ударился о невидимую преграду — раздался глухой металлический звон, словно он врезался в каменную стену. Пространство перед ними задрожало, покрывшись рябью, как водная гладь от брошенного камня. Серая пелена рассеялась. Прямо на глазах у изумленного Деймона пустые заросли растворились, уступая место массивному, старому готическому особняку с высокими стрельчатыми окнами и дымящимися трубами. Дом словно вырос из воздуха, возвращаясь из магического кармана в реальный мир. Деймон медленно опустил руки, его скептическая улыбка полностью исчезла, сменившись привычным хищным вниманием. Он с удивлением посмотрел на особняк, а затем перевел взгляд на Эвелину. — Ладно, признаю, — тихо произнес он, чуть качнув головой. — Фокус с исчезновением был неплох. Похоже, твой клан действительно умеет удивлять. Звук удара камня о невидимый барьер еще эхом отдавался в тишине, когда массивные дубовые двери особняка со скрипом распахнулись. На пороге тут же материализовался мужчина средних лет с суровым, пронзительным взглядом и плотно сжатыми губами. От него исходила мощная, тяжелая аура чистокровного мага. Это был Джошуа Паркер — глава клана. В его руке мгновенно вспыхнул сгусток магии, готовый сорваться с пальцев и стереть непрошеных гостей в порошок. — Какого черта?! — рявкнул Джошуа, вскидывая руку для атаки, но Эвелина сделала решительный шаг вперед, поднимая ладони в защитном жесте. — Стой! Не нужно заклинаний! — громко и четко произнесла она, чувствуя, как за её спиной мгновенно напряглся Деймон, готовый в ту же секунду закрыть её собой или броситься на мага. — Мы пришли не для того, чтобы устраивать войну. Я просто хочу поговорить. О клане Близнецов. Джошуа прищурился, удерживая магию на кончиках пальцев. Его холодный взгляд скользнул по Эвелине, а затем медленно перетек на Деймона, который стоял чуть позади, с холодным и опасным прищуром оценивая обстановку. Вампир не сводил с главы клана глаз, явно прикидывая, куда лучше нанести удар, если этот местный маг решит заиграться в героя. — Вампир и девчонка на пороге дома Паркеров, — процедил Джошуа, его голос сочился скепсисом и открытым презрением. — Ты думаешь, это лучшее приглашение на чай, дорогая? Какое мне дело до твоих «корней»? — Думаю, вам есть до этого дело, если вы не хотите разгрома этого вашего милого укрытия, — подал голос Деймон, лениво переминаясь с ноги на ногу, но в его позе чувствовалась абсолютная смертоносная готовность. Джошуа еще секунду сверлил их тяжелым взглядом, оценивая риски, затем сбросил заклинание, погасив магию в руке. Он резко развернулся, бросив через плечо: — Внутрь. Живо. И если вы здесь ради какой-то глупости — долго вы тут не задержитесь. Они вошли в просторный, мрачноватый холл, пропахший старой бумагой, воском и магическими травами. Джошуа остановился у массивного камина, скрестив руки на груди, и выразительно посмотрел на Эвелину, требуя объяснений. Эвелина сглотнула подступивший к горлу ком, чувствуя, как рядом ненавязчиво, но надежно застыл Деймон. Она глубоко вдохнула и начала говорить: — Я... я выросла в обычной семье, — голос сначала дрогнул, но потом окреп. — Недавно я переехала в Мистик-Фоллс. Свои силы я открыла совершенно случайно, когда... когда сорвалась. Я не знала, что со мной происходит, пока не столкнулась с местными ведьмами. Она замолчала на секунду, бросив осторожный, полный опаски взгляд на Джошуа. — Я... сифон. На секунду в холле повисла абсолютная, звенящая тишина. Лицо Джошуа Паркера окаменело еще сильнее, а в глазах мелькнула смесь гнева, отвращения и глубоко спрятанного страха — реакция, которую всегда вызывали эти изгои в их клане. — Продолжай, — холодно приказал Джошуа, и в его голосе прозвучало опасное любопытство. — Когда ведьмы поняли, что я делаю, они не смогли мне помочь, — продолжила Эвелина, стараясь не показывать, как сильно дрожат её пальцы. — Они сказали, что природа моей магии уходит корнями сюда, к Близнецам. И что если я хочу понять, кто я и как мне с этим жить... мне нужно искать ответы здесь. Джошуа Паркер медленно приблизился к ней, тяжело ступая по старому паркету. Его взгляд, цепкий и холодный, прожигал Эвелину насквозь, словно он пытался прочитать её мысли или найти в её ауре хоть малейший след обмана. — Сифон, значит, — тихо, почти с отвращением произнес Джошуа. — Редкая и абсолютно бесполезная мутация, которая позорит наш клан. И кто же твои биологические родители? Назови мне свою фамилию. Эвелина выпрямила спину, стараясь не выдать своего волнения, и четко произнесла: — Джонсон. Моя фамилия Джонсон. Джошуа нахмурился, перебирая в памяти имена членов клана. Он замер на секунду, а затем холодно бросил: — Ждите здесь. Ни к чему не прикасайтесь. Глава клана развернулся и быстрыми шагами направился вглубь особняка, скрывшись за тяжелой дубовой дверью кабинета. Звук шагов затих, и в просторном холле повисла тяжелая, липкая тишина. Деймон тут же сделал шаг к Эвелине, его глаза сузились, а на губах заиграла привычная насмешливая ухмылка, призванная разрядить обстановку. — Ну простор для семейной идиллии, — тихо усмехнулся вампир, оглядывая мрачные стены. — Он выглядит так, будто каждое утро начинает с чашки свежевыжатой крови конкурентов. Ты уверена, что хочешь остаться в этом гостеприимном серпентарии? — У меня нет выбора, Деймон, — так же тихо ответила она, нервно оглядываясь по сторонам. Пока Джошуа отсутствовал — а прошло уже около десяти минут, — они начали медленно прохаживаться по холлу, изучая детали интерьера. Внимание Эвелины привлекла небольшая галерея семейных портретов на стене. На одной из старых фотографий в деревянной рамке были запечатлены парень и девушка-подростки. Светлые волосы, пронзительные глаза и поразительное внешнее сходство выдавали в них близнецов. Эвелина замерла перед снимком, чувствуя, как внутри всё сжалось. «Это же Лив и Люк Паркеры...» — пронеслось в её голове. Дверь кабинета скрипнула. Джошуа Паркер вернулся. Его лицо было непроницаемым, но в глазах читалось торжество человека, который поймал лжеца с поличным. Он остановился в нескольких шагах от них и скрестил руки на груди. — Я проверил все записи, поднял архивы клана за последние тридцать лет, — чеканя каждое слово, произнес Джошуа. — Семьи Джонсон нет в клане Близнецов. Такой ветви не существует. Ты лжешь, девочка. Ты самозванка, подосланная нашими врагами. В любом случае, тебе здесь делать нечего. Проваливайте из моего дома. Немедленно. Эвелина почувствовала, как земля уходит из-под ног. — Погодите, секунду! — испуганно выпалила она, делая шаг вперед. — Я не лгу! Я знаю, что моя магия... — Хватит! — рявкнул Джошуа, и в воздухе вокруг него опасно заискрилась магия, заставляя волосы на руках встать дыбом. — Охранять тебя или разбираться с твоими мутациями никто не будет. Убирайтесь вон, пока я не заставил вас пожалеть, что вы вообще переступили порог этого дома! Деймон тут же заслонил Эвелину собой, его глаза мгновенно налились кровью, а клыки обнажились в оскале хищника. Вся расслабленность испарилась. — Эй, полегче с выражениями, старик, — процедил Деймон сквозь зубы, его голос звенел от ярости. — Мы пришли по-хорошему, но если ты продолжишь брызгать слюной, я устрою в твоем милом особняке очень громкий и кровавый погром. Пошли, Эвелина. Здесь ловить явно нечего. Эвелина, бросив последний испуганный взгляд на портрет Лив и Люка, а затем на разъяренного Джошуа, поняла, что оставаться здесь действительно опасно. Схватив Деймона за рукав куртки, она потянула его к выходу. Двери за их спинами захлопнулись с оглушающим грохотом, оставляя их наедине с холодным ветром Портленда. Дверной проем уже начал закрываться, отсекая их от холодного света холла, когда Эвелина, сорвавшись, резко дернулась назад и закричала так, что её голос эхом разнесся по лесной опушке: — Да постойте же вы! Джошуа остановился, тяжело надавив рукой на массивную створку двери. Он обернулся, а Деймон на мгновение замер, удивленно глядя на девушку, которая стояла посреди крыльца с застывшими на глазах слезами отчаяния и гнева. — Вы думаете, я пришла сюда ради шутки или шпионских игр?! — голос Эвелины дрожал, но в нем звучала сталь. — Я сама не понимаю, кто я! Я не выбирала рождаться такой! Я просто хочу узнать, почему во мне есть эти силы, почему я могу впитывать чужую магию! Я хочу знать, кто моя настоящая семья, потому что все, что у меня есть — это пустота и страх перед собственной силой! Она замолчала, тяжело дыша, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони. На секунду на крыльце повисла абсолютная тишина. Джошуа Паркер не шевелился. Он в упор смотрел на неё — цепко, пронзительно, изучая каждую микроэмоцию, каждый оттенок её ауры, пытаясь уловить хоть малейший признак лжи или актерской игры. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем напряжение в плечах главы клана слегка спало. Он понял: девочка не лжет. Её боль и растерянность были абсолютно настоящими. Джошуа тяжело вздохнул, убирая руку с двери. Разъяренная и отчаявшаяся сифонка просто так отсюда не уйдет, а устраивать здесь бойню с вампиром ему было абсолютно ни к чему. Это был единственный способ заткнуть ей рот, выпроводить их из своего дома и вернуть себе покой. — Ладно, — произнес Джошуа, поморщившись так, будто съел лимон. — Хватит истерик. Если ты действительно принадлежишь к какому-то потерянному ответвлению или твоему роду стерли память... есть способ это выяснить. Он шагнул обратно в холл, жестом подзывая их к себе. — Мы можем провести заклинание по твоей крови. Оно укажет на твоих истинных предков, если они вообще существуют в природе. Деймон тут же шагнул вперед, прикрывая Эвелину плечом, и прищурился, скрестив руки на груди. Его голос прозвучал с ледяным скепсисом и скрытой угрозой: — Стоп. Какое еще заклинание? Что за фокусы с кровью ты собрался проворачивать, старик? Откуда нам знать, что ты не решишь просто сжечь её изнутри, раз уж она так раздражает твой чистокровный клан? Джошуа с презрением покосился на вампира, но ответил холодно и деловито: — Заклинание родословной, кровопийца. Никакой черной магии. Старый ритуал, который связывает каплю крови с генеалогическим древом нашего ковена или общим потоком магии. Если в её жилах течет хоть капля крови Близнецов — или любого связанного с нами клана — заклинание найдет совпадение и покажет, кто её родственники. Джошуа посмотрел прямо на Эвелину, давая понять, что это его последнее слово. — Это займет пару минут. Сделаем это, узнаем правду, после чего вы оба испаритесь с моей территории навсегда. Идет? Старый дубовый стол в центре тускло освещенного кабинета Джошуа был мгновенно очищен от стопок потрепанных фолиантов и старинных рукописей. По знаку главы клана младший Паркер — или один из его доверенных помощников — молча опустил на полированную поверхность пожелтевший, испещренный сложнейшими геометрическими узорами и рунами пергамент. Это была древняя карта магических линий и родовых связей ковена Близнецов, на которой паутиной пересекались сотни невидимых для обычного глаза энергетических нитей. Вокруг карты Джошуа расставил семь тяжелых черных свечей в массивных чугунных подсвечниках. Когда он чиркнул спичкой, пламя вспыхнуло не привычным теплым светом, а холодным, почти мертвенно-бледным сиплящим пламенем, отбрасывающим длинные, зловещие тени на высокие книжные полки. Воздух в комнате мгновенно стал сухим и разреженным, наполненным запахом озона, старой пыли и терпких трав. Эвелина подошла ближе, чувствуя, как ладони начинают леденеть от нарастающего напряжения. Деймон бесшумно шагнул следом, останавливаясь в шаге от нее, его руки глубоко засунуты в карманы куртки, а взгляд оставался цепким, напряженным и настороженным — вампир не доверял этому ритуалу ни на йоту, выжидая любой подвох со стороны мага. Джошуа кивнул на карту, давая понять, что пора начинать. Его лицо было непроницаемым масокстким выражением стоика, уставшего от чужих проблем. — Давай руку, — сухо произнул он. Эвелина глубоко вдохнула, собираясь с духом. Она протянула правую руку над поверхностью пергамента. Левой рукой она сжала маленький ритуальный кинжал с серебряной рукоятью, который Джошуа бросил ей на стол. Не раздумывая больше ни секунды, чтобы не дать страху взять верх, она резким движением полоснула по центру ладони. Острая, жгучая боль пронзила кисть, и яркая, алая капля крови сорвалась с кожи, тяжело упав прямо в центр древней карты. В тот же миг руны на пергаменте вспыхнули зловещим багровым светом. Джошуа не теряя ни секунды занял позицию напротив нее. Он вытянул руки ладонями вперед, пальцы его согнулись в замысловатых пассах, а глаза закатились, являя миру лишь белки. Его губы зашевелились, выплетая древние, тяжелые слова заклинания родословной. Заклинание звучало как шелест сухих листьев в осеннем лесу, переходящий в гулкий, низкий баритон, от которого задрожали оконные стекла. Магическая волна ударила в стены комнаты, заставляя пламя свечей метаться и изгибаться в диком танце. Кровь на карте зашипела, впитываясь в пергамент, и тонкие красные линии начали стремительно расползаться во все стороны, словно живые кровеносные сосуды, ища точку опоры и резонанса. Деймон, наблюдавший за этой оккультной вакханалией с неизменным скепсисом, перевел взгляд с застывшего в трансе Джошуа на побледневшую Эвелину, крепко сжимающую кровоточащую руку. Он лениво переступил с ноги на ногу и тихо, с едкой иронией в голосе, бросил через плечо: — Надеюсь, твои славные родственники не живут где-нибудь на другом конце света, ведьма. У меня заканчивается терпение, чистый спирт в крови и желание смотреть на эти дешевые фокусы с картами. Если этот пафосный старик сейчас укажет на заброшенный хутор в Сибири или глушь в Новой Англии, то клянусь, я просто угоню машину обратно, и пусть твое древо растет без нас.