Поцелуй на троих или как моя подруга проходила практику в школе

Прошла неделя. Ни одна из девушек не выходила на связь. Приводя в порядок макияж перед выходом, ты механически листала ленту – ни новых постов, ни сторис. Харбин никогда не страдала излишней откровенностью в сети, но Айка… Айка всегда врывалась в твою ленту вихрем историй. Её молчание было громче любого сообщения. Писать первой? Нет, этого ты не сделаешь. Оставался проверенный, почти безотказный вариант – клуб. Там в грохоте музыки можно было на время забыть о тишине в твоих личных сообщениях. На этот раз народу было куда больше, и всё, о чём ты так мечтала, наконец сошлось в одном месте: оглушительная музыка, реки алкоголя и стильные девушки, способные удовлетворить любой вкус. И всё же вечер был неполным. Среди этого шумного изобилия остро не хватало двоих – Харбин и Айки. Твой цепкий взгляд скользил по толпе у барной стойки, за столиками, в ритме танцпола – но их силуэтов нигде не было. А сидеть в курилке стало отдельным наказанием. Это скользкое ощущение ожидания окружало тебя со всех сторон, не давай вздохнуть полной грудью. Ты ХОТЕЛА, чтобы они были здесь. Ты ХОТЕЛА, чтобы они написали. Ты ХОТЕЛА, чтобы они обе приползли к тебе… Но в реальности напротив тебя сидела очень даже классная девушка с подходящим тебе вайбом, но это были не ОНИ. Неужели ты влюбилась, Лиза? И сразу в двух?... Поежившись, ты встала с дивана, прерывая поток флирта и взяв девушку за руку, пробираясь с ней на танцпол. В дыме и громкой музыке спрятаться было проще. Прижимаясь к девушке, ты была рада, что та сразу поняла, что от неё требуется. И когда по твоей шее проходили новыми поцелуями, ты остолбенела. Не веря, что ещё когда-нибудь ты встретишься взглядом с этими холодными глазами, ты готова была расплакаться. Но затем этот взгляд переместился обратно к губам некой девушки. И будто в замедленном кино ты видела как на коленях Харбин сидит фигуристая девушка, обвивая руками её шею, впиваясь в неё своими длинными коготками, оставляя пьяные следы-укусы на губах Харбин. А та поглаживала её тело руками, которые совсем недавно так уверенно брали тебя. Было бессмысленно оставаться на танцполе. Харбин больше не обращала на тебя никакого внимания. Чувствуя подступающую тошноту ты двинулась к туалетам. В кабинке, медленно приходя в себя, вперив взгляд вперёд, ты вспоминала эти движения рукой. Они не были ленивыми. Нет, Харбин хотела эту девушку, и собиралась отвезти её к себе на квартиру и хорошо провести время. Это правда всё? Не веря собственным громким мыслям ты вышла, освежилась и собиралась вернуться туда, чтобы на глазах у этой дряни тебя изучили языком так, как никогда не делала Харбин. Но… Харбин уехала. По моим словам почти сразу как только ты скрылась, та шлюха с коленей Харбин начала уводить её из зала. Девушка не особо сопротивлялась, и взяв куртки обеих, попрощалась с друзьями, среди коих не было Айки, и ушла через главный вход. А ты в этот момент собиралась с мыслями в кабинке. - Господи… – это всё, что вырвалось из тебя на мои слова.

***

Новая суббота проходила в тумане. Почему-то ты не оставляла надежду, что после клуба Харбин или Айка напишут тебе, умоляя простить их за несмешной пранк. И как же было унизительно садиться в такси до дома, а не в машину одной из них. Настроение упало ещё ниже, когда ты вспомнила, как на тебя смотрели друзья Харбин, сидящие рядом. С этими людьми ты недавно праздновала день рождения, а теперь ты для них будто очередная бывшая Харбин. Выходить хоть куда-то больше не хотелось, и даже принимать подругу дома. Потратив последние силы на очищающую уборку, ты упала без сил на кровать. Уведомлений по прежнему не было, и тут ты почувствовала полный тлен. С каждым разом в тебя впрыскивали всё больше и больше сыворотки “реальности”, но теперь тебя тошнило от такого количества этого вещества в крови. Теперь обе девушки казались такими далёкими, будто их вообще не существовало. Хотя ты и осталась при деньгах и новом девайсе, сейчас ты была готова обменять всё это и возможно свою гордость на одно сообщение. В душе ты продолжала думать обо всём до тех пор, пока голова окончательно не отключилась. Пора было очистить и себя. Полностью убрав любые омертвевшие клетки с кожи, вымыв волосы до блеска, и освободив большую часть слёз, ты вышла из ванной обновленной. А новое сообщение пришло именно тогда, когда ты листала ленту из фотографий роллов, чтобы заказать еды, хотя знала, что тебе и кусок в горло не полезет. “Приезжай ко мне, оплата как и в прошлый раз”. Скинув тебе адрес, Харбин вышла из сети. Ты задыхалась от злости. Она, значит, заскучала и решила написать тебе, выставив тебя какой-то девочкой по вызову?! Но бабочки в животе уже водили свой хоровод, приговаривая: ОНА МОГЛА ВЫЗВАТЬ КОГО УГОДНО. Да и вообще девочки из её клуба точно всегда готовы оказать услугу любимой начальнице. Тебе очень хотелось испытать судьбу, сказав что-нибудь резкое и горькое в её адрес, но ты решила так уж и быть высказать ей это лично, а не в сообщении. На тебе был белый кашемировый свитер, облегающий фигуру и открывающий плечи, чёрная твидовая мини юбка, и чулки. В таком наборе ты пошлёшь её, ведь у вас вообще скорее всего ничего сегодня не будет. С этими мыслями ты закрыла дверцу такси бизнес-класса.

***

Машина привезла тебя к высоким серым воротам, загораживающим вход во двор высотного здания в самом центре Самары. Таксист уже хотел тебя выпускать, но ворота автоматически открылись, и тебя довезли прямо до подъезда. На этом особый приём закончился. Дверь машины тебе никто не открыл и руки не подал. Набирая код домофона, ты уже немного жалела, что приехала. Дверь быстро запиликала, и ты зашла внутрь. Лифт поднял тебя на самый верхний этаж. Встав около двери квартиры и занося руку, чтобы нажать на кнопку звонка, ты чувствовала как бабочки вновь пикируют в самый низ живота, образуя жуткий бурлящий водоворот. Но дверь открыли до того, как ты успела обозначить своё присутствие. Харбин втянула тебя внутрь и, захлопнув дверь, мгновенно прижала к стене. Её поцелуй был лишён нежности – требовательный, властный, почти животный, он не оставлял места для сомнений. Пока её язык исследовал твой рот, рука грубо взметнула подол юбки, а ладонь жадно прильнула к обнажённой коже бёдер. Отпустив на секунду, чтобы ты могла перевести дыхание, она принялась целовать твою шею, а её сильные руки легко обхватили бёдра, подняв тебя, чтобы ты обвила её талию ногами. Без единого усилия она перенесла тебя, словно пушинку, из коридора в спальню и опустила на мягкую кровать. Всё её тело прижалось к тебе, создавая плотную, горячую волну. Внезапно она приподнялась, и тут ваши взгляды встретились, но совсем ненадолго. Затем движения стали стремительными и точными: она сбросила с тебя юбку и бельё. Харбин сразу проверила твою готовность. Лёгкое, почти беззвучное скольжение вызвало у неё на губах довольную ухмылку. Она не спешила, дразня: одной рукой задирала свитер, чтобы губы могли добраться до твоих сосков, в то время как пальцы другой неотрывно водили по возбуждённому клитору и скользили между губами. Она ещё даже не пыталась доставить тебе удовольствие, хотя ты уже сдерживала стоны. Твоя последняя одежда упала на пол. Харбин оставила на тебе только чулки. Припав губами к соску, она грубо раздвинула твои бёдра и вошла пальцами, задавая быстрый, неумолимый ритм. Ты не сдержала самый пошлый стон, на который была способна, пытаясь через него же глотнуть воздуха, – но Харбин накрыла твои губы своим поцелуем, лишив и этой возможности. Убрав мокрые пряди с твоего лба, она с ухмылкой окинула тебя оценивающим взглядом. Ты фыркнула, оттолкнула её руку и села на неё сверху. Харбин затянулась электронной сигаретой, а после её руки, будто магнитом, снова притянулись к твоим бёдрам – сжимая, гладя их. Боковым зрением ты заметила зеркало рядом. Вид был потрясающий: ты, всё ещё в одних чулках, тяжело дыша, восседала на ухмыляющейся Харбин, которая смотрела на свою «добычу» с диким, нетерпеливым желанием. Ей не терпелось продолжить, но она предоставила тебе право следующего хода. Ты ответила ей такой же ухмылкой, соскользнула с неё и направилась к одному из комодов. Харбин следила за тобой с нарастающим интересом, и её выражение лица мгновенно изменилось, когда она увидела, что у тебя в руках. - Да ты издеваешься? - Я могу уехать. – Ответила ты спокойно. Харбин сдалась, закатив глаза с преувеличенным драматизмом, и ты связала её запястья кожаным ремнём. Увы, надёжно закрепить их было негде – кровать Харбин представляла собой лишь низкий подиум с матрасом. Тогда ты пообещала прекратить всё в тот же миг, если она осмелится вернуть руки в исходное положение. Харбин, улыбаясь в предвкушении, покорно кивнула. Ты опустилась к ней, не спеша, и с наслаждением оставила три тёмных засоса по центру её шеи. Затем, вспоминая её собственный приём, проверила, насколько сильно она тебя хочет. Твои пальцы блеснули влагой, и тебя вдруг дико потянуло её попробовать. Облизнув губы, ты растворилась в аромате, витавшем между вами, – хвойной свежести её духов и терпком, густом запахе секса. Сначала ты приподняла её футболку, открывая рельефный пресс, отточенный годами тренировок. Мышцы живота вздрагивали под твоими ладонями, напрягаясь и играя с каждым движением. Ты медленно облизывала и целовала каждый открывшийся участок кожи, не оставляя без внимания ни сантиметра. Скользкими пальцами ты добралась до сосков, а затем принялась за них губами и языком – кусая, играя, заставляя Харбин под тобой выгибаться и глухо стонать. Затем ты освободила её от остатков одежды, спускаясь ниже. И с лёгким удивлением отметила про себя, как сама горишь от возбуждения – но это только подстёгивало желание доставить ей особенное, незабываемое удовольствие. Не ради долга и не за деньги, а просто потому, что хотела, чтобы эта ночь навсегда отпечаталась в её памяти. Прильнув языком к её влажным губам, ты сначала водила им беспорядочно, с наслаждением погружаясь в её терпкий, будоражащий вкус. Потом поймала её клитор в плен губ – и тут же услышала первый сдавленный стон. Она давно была готова, но до последнего сдерживалась, лишь наблюдая за тобой. Теперь же мышцы на её животе ходили ходуном, не поспевая за частым, прерывистым дыханием. Ты вошла пальцами, задавая ритм: то наращивая амплитуду, то резко сбавляя темп, оставляя её в том самом сладком, томительном дефиците. А язык в это время выписывал вокруг её клитора сложные, виртуозные узоры – настоящее произведение искусства, созданное только для неё. Её протяжный, срывающийся стон стал лучшей благодарностью.

***

По твоим воспоминаниям уснули вы рядом. Но с утра на кровати ты была одна. Моменты прошлой ночи проскользнули кинофильмом перед глазами, и первая твоя мысль была: “Та сука тоже спала на этой кровати?!”. Настроение сразу же испортилось. Нужно было срочно собраться и свалить отсюда. Надевая одежду, ты попутно проверяла телефон. Помимо сообщений от меня, ты увидела денежный перевод от Харбин. Одевшись, ты впервые позволила себе оглядеться. Комната была аскетичной: кровать посередине, шкаф и комод по соседству, деревянный пол и белые стены. Единственное, что тебе по-настоящему пришлось по душе – это высокие потолки и потоки света, которые наполняли пространство, стоило только распахнуть чёрные блэкаут-шторы. На осмотр другой части квартиры не было времени. Аккуратно приоткрывая дверь, ты вышла, чтобы найти выход из самой квартиры. Но половицы предательски заскрипели даже под твоим весом. И голос из гостиной, говорящий по телефону ненадолго стих. Харбин вышла к тебе босая, в чёрных трениках и спортивном топе, открывая тебе полный вид на мышцы рук и пресс. Спокойным, но не терпящим возражений голосом, она сказала тебе: - Я договорю и будем завтракать. Ванная там. После этих слов девушка снова скрылась в гостиной, продолжая говорить по телефону. Ты почувствовала себя глупо. Она ещё смеет раздавать приказы? Но с другой стороны, кто знает, что принесёт собой этот завтрак? В ванной ты приняла быстрый душ, а затем почистила зубы. Так стало намного лучше. Ты заглянула в одну из комнат. На полу лежал аккуратно заправленный матрас, укрытый пледом, а из мебели стоял лишь большой, почти пустой шкаф. Уже было собралась уйти, но внезапная догадка заставила замереть. Ты опустилась на край матраса, и через мгновение в этом почти пустом пространстве на тебя нахлынул едва уловимый, но бесконечно знакомый шлейф – смесь её тела, остатков духов и чего-то неуловимого, домашнего. Комната Айки. Тот самый запасной вариант на случай, если заночует у подруги. Ты упала головой в подушку, позволив этому аромату окружить себя. И перед глазами поплыли картинки: вот она, уставшая, проваливается здесь в сон после вечеринки; а вот, возможно, задерживается и по другим причинам… И как же мучительно хотелось сейчас знать, где она и чем занята. Пока твоя экскурсия не закончилась слезами, ты вернулась обратно. В гостиной совмещенной с кухней ты нашла Харбин. На столе давно стоял ароматный завтрак. Омлет с ветчиной, тосты и сок. Девушка сидела за столом, листая ленту. Она сразу поняла, что ты найдешь комнату Айки при осмотре квартиры, и решила дать тебе время. Пройдя вперёд, ты села за стол. - А ты для всех девушек готовишь завтрак? - Только тем, кому плачу, – парировала Харбин, точным движением отправляя пинг-понговый шарик обратно на твою половину стола. – Это входит в условия. Не выдерживая паузы она продолжила. - Кстати, ты ведь в курсе, что все эти годы Айка держалась на плаву только благодаря моей помощи? Её финансовая стабильность – целиком моя заслуга. Она просто ждала твой ответ на вопрос, но ты не могла вымолвить и слова. - Думаю, пора прекратить эту игру в покровительство, – заключила Харбин. Аппетит резко пропал. Вся та злость, которую ты испытывала в клубе, и задолго до, когда Харбин просто пропала, начинала закипать. Даже Айка почему-то сейчас выглядела сломленным ангелом. - Ты пытаешься ещё и очернить её в моих глазах? Это была ошибка. Глаза Харбин на несколько секунд сузились, а ты почувствовала как пространство между вами начало вибрировать. - Я этим не страдаю. Это скорее стиль Айки. Наоборот, я помогаю тебе. Ты всё это время прыгала от одной к другой, не особо заботясь о том, что будет в конце. А теперь даже не можешь поблагодарить меня. - Поблагодарить?! –Ты задыхалась от возмущения. - Да. – Продолжала Харбин спокойно, затянувшись электронкой. – Делай свой выбор с умом. И главное теперь все карты перед тобой раскрыты.

***

Харбин отвезла тебя домой сама. После такого «завтрака» ты чувствовала себя наказанным ребёнком, которого только что забрали из директорского кабинета, – унизительно и неловко. Ощущение было тяжёлым и липким. Харбин же сидела рядом в спокойной, почти отстранённой тишине, даже не пытаясь вытащить тебя из этой трясины мыслей. Возможно, её это устраивало. Возможно, она как раз и ждала, чтобы ты наконец начала думать, и наблюдала за процессом со стороны, словно за странным симбиозом стыда и прозрения. Ещё одно воскресное утро, отягощённое едким осадком вчерашнего. Всё в тебе жаждало зарыться с головой в подушки и отгородиться от мира. Но покоя не было – лишь гложущее, всепроникающее чувство дисгармонии. И ты понимала: Харбин именно этого и хотела. Её целью было не досадить, а разбить вдребезги тот самый сладкий самообман, ту иллюзию бесконечного праздника, которую ты так лелеяла. Айка. Девушка похоже пропала, чтобы решить свои дела. И, видимо, это заняло у неё больше времени, чем она рассчитывала. Теперь осколки пазла наконец сложились в ясную, неприятную картину. Харбин всегда спокойно мирилась с тем, что её подруга живёт за её счёт, но ровно до твоего появления. И теперь у Айки начались настоящие проблемы из-за связи с тобой. А что, если она выбрала самый простой выход? Что, если Айка больше не появится в твоей жизни? Зачем ей решать сложные вопросы, если можно просто вернуться к Харбин, покаяться и снова оказаться под её крылом? Харбин, конечно, не отказала бы самому близкому другу – при условии, что та примет её правила игры. И тогда ты остаёшься один на один с выжженной пустотой, которую сама же и не заметила вовремя.

***

Понедельники в университете стали совершенно невыносимыми. Тяжесть нависала свинцовой тучей, особенно если учесть, что впереди маячила подготовка к сессии, а дипломную работу нужно было довести как минимум до сорока процентов. Пришлось отвлечься от собственной личной жизни, и погрузиться в круговорот учёбы. Но уже первая пара доконала нас, и мы приняли решение прогулять следующую, закрывшись в одном из кабинетов, заказав доставку еды на двоих. И даже это не спасло. Ни к каким хорошим выводам мы не пришли после тщательных обсуждений. Свободное время заканчивалось, а осадок от нерешенных ситуаций оставался. Выбор не было. Дальше был английский, пропуск которого был крайней мерой, на которую мы шли редко (но метко). Прозвенел звонок на перемену, и мы с огромным нежеланием начали собираться. Поток учащихся ещё больше раздражал своим мельтешением, но в главном коридоре около деканата как будто было оживлённее, чем обычно. Мой взгляд, уловивший причину всеобщей радости прежде тебя, навёл тебя на мысль, что в нашем скромном корпусе объявился кто-то очень значительный. Большинство студентов уже разбрелись по аудиториям, и перед тобой открылась следующая картина: Айка виртуозно флиртовала сразу с тремя оставшимися студентками, в то время как другие явно «ждали своей очереди». Обнимая одну за талию, другую за плечи, она рассказывала по-настоящему смешные истории – но девушки и без того заливались приторным смехом. Даже одна из молодых преподавательниц, проходя мимо, замедлила шаг и на несколько секунд задержала на ней взгляд. Айка заметила тебя, встретилась с тобой глазами – но не спешила покидать свой новый круг поклонниц. Только закончив историю на эффектной ноте, к немому негодованию окруживших её девушек, она наконец ушла от них и направилась к тебе – неспешно, словно давая всем понять, кто здесь главный приз. - Ты где всё это время шлялась? Я тут жду. – Айка обескуражила тебя сразу. Но не давая тебе ответить, она продолжила. – Ладно, пошли, нас заждались. И зацепившись за этот ураган, ты всё таки сбежала из университета. Рядом с Айкой времени будто не существовало. Казалось, вы виделись буквально недавно, и промежутка в вашем общении просто не существовало. Но ты простила её почти за всё, только оказавшись на переднем сидении её танка. Айка расспрашивала о твоих делах, пока на высокой скорости везла вас в неизвестном направлении. Меньше чем через пятнадцать минут вы оказались в центре. Айка припарковала машину около двухэтажного здания сталинской застройки. Рядом располагался элитный СПА центр, куда ты давно хотела попасть, но ценник там кусался. - Ты на дне рождении какая-то нервная была. Вот сейчас тебя вернут в форму. Не давая сопротивляться, Айка, придерживая за талию, повела тебя внутрь. Администратор, высокая брюнетка, сразу улыбнулась, приветствуя Айку по имени. Но ответив тебе такой же улыбкой, она совсем на немного снизила твой градус дискомфорта. Айка свободно устроилась на диване в зоне ожидания, развалившись и раскинув руки по спинке, и одарила тебя самоуверенной улыбкой. Ты знала, что это улыбкой спрятан план. Но с другой стороны, иногда Айка просто делала то, что хотела. И сейчас она могла просто “извиняться”. И в целом почему бы и нет? Тебя ждал целый комплекс процедур по расслаблению тела, а это было именно то, что нужно прямо сейчас. Ты перестала считать примерную стоимость процедур после четвертой. Оказавшись в мягком халате, ты ожидала лишь расслабляющий массаж, но тебя ждал целый ритуал красоты. Сначала – аромаванна, где лепестки роз цеплялись за кожу, а руки ассистенток омывали тело тёплой, благоухающей водой. Затем маски для лица и всего тела, после которых кожа стала гладкой, как шёлк, и пахла восточными пряностями. Потом – томление в влажном тепле хаммама, где напряжение окончательно покинуло мышцы, и наконец – уход за волосами, когда несколько масел и средств наносились одновременно, обволакивая прядки за прядкой. В эти часы ты забыла обо всём, что тревожило и тяготило. Массаж стал завершающим аккордом. Разомлевшая, почти растворённая в этой восточной сказке, ты с трудом представляла, как выйдешь отсюда на холодный, равнодушный воздух города. Ты легла на массажный стол, предвкушая, как сильные, уверенные руки снимут с мышц всё напряжение, каждый зажим, каждый след усталости, оставив лишь блаженную пустоту и тишину в теле. Может, тогда – очищенная, обновлённая, заново рождённая, – ты наконец услышишь, чего на самом деле хочет твоё сердце. И поймёшь, кому оно принадлежит без остатка. В комнату вошли. Ты заранее попросила высокую брюнетку-администратора, чтобы массаж выполняла именно девушка – не из-за сомнений в профессионализме мужчин, а для собственного спокойствия. Тихая музыка из колонок мягко растворялась в воздухе, настраивая на полное расслабление. Мастер разогрела в ладонях масло и приступила. Сначала её прикосновения были лёгкими, почти воздушными: она неспешно наносила ароматную субстанцию на плечи, руки, спину. Но очень скоро движения стали глубже, увереннее – ощутимыми, но не болезненными. Уснуть не получилось, но тело полностью отдалось процессу. Руки массажистки, сильные и точные, прорабатывали каждый зажим, каждый узел напряжения, не оставляя и намёка на синяки. Каждое движение было выверенным, доведённым до автоматизма. А когда она добралась до шеи и прошлась по ней глубокими, размеренными нажатиями, ты едва сдержала тихий вздох – сначала от почти неприличного наслаждения, а потом от непривычной лёгкости, которая разлилась по всему телу, куда успели дотянуться её умелые пальцы. Её руки неспешно смещались ниже. Убрав полотенце с ног, она продолжила работать, скользя по спине, бокам, всё ближе подбираясь к груди – будто нарочно балансируя на самой грани дозволенного. Затем внимание массажистки сосредоточилось на бёдрах: сильные, уверенные движения, профессиональные, но такие откровенные, что ты ловила себя на мысли – от подобной прелюдии перед сексом ты бы точно не отказалась. Снова её ладони опускались ниже, едва касаясь, только дразня. Внутри поднималась волна смущения – что это: часть процедуры или нечто большее? Но вот её пальцы уже работали с икрами и ступнями, давая передышку, а затем вызывая новую волну мурашек от почти интимного внимания к каждой линии стопы. Она взяла ещё масла, растёрла между ладонями. И ты почувствовала, что пути назад нет. Ловко взобравшись на тебя, она мягко, но неотвратимо зафиксировала твои ноги, вернувшись к бёдрам, теперь уже почти не скрывая, куда ведут её движения. Каждое касание пульсировало на грани массажа и намёка. А затем, наклонившись к самому твоему уху, почти всем телом прижимаясь к тебе, она спросила... - Мне продолжить? Ты не знала, откуда у Айки такая выразительная техника массажа. Похоже, ещё до встречи с Харбин она могла подрабатывать, доводя до дрожи на таких же столах солидных клиенток, готовых платить за особое внимание. А сейчас ты была на грани – возбуждение пульсировало под кожей, и ты готова была просить, умолять, лишь бы она не останавливалась. Но подняться или хотя бы выговорить слово не получалось – тело отказывалось слушаться, будто пригвождённое к столу её волей. Айка мягко, но неотвратимо прижала твои запястья к поверхности, её ладони были тёплыми и влажными от масла. Она не двигалась, лишь ждала твоего ответа. - Да, – проговорила ты, чувствуя как даже твой рот наполняется слюной в предвкушении. Ты почувствовала эту ухмылку, проскользнувшей дрожью по твоей коже. Айка приподнялась, но её руки продолжали двигаться с мучительной медленностью: скользили вниз, едва касаясь груди, задерживались на талии и наконец вернулись к бёдрам. Пальцы впились в плоть, приподнимая тебя, и она бесцеремонно раздвинула ягодицы, открыв взгляду то, что и так уже было очевидно – твою полную, влажную готовность. Большие пальцы провели по скользкой поверхности, раздвигая губы, исследуя, не скрывая намерений. Ладонь скользнула вниз, снова открывая тебя, пальцы вошли – неглубоко, дразняще, выходили и возвращались, выигрывая секунды у твоего терпения. Она наблюдала, как твоё тело отзывается, как ты пытаешься сдержать дыхание. Но через минуту ей этого стало мало – и вот уже её движения стали быстрее, глубже, точнее, вырывая из горла первый сдавленный стон, а за ним второй, третий, пока ты не перестала их считать. Чувствуя, как ты пытаешься привстать, Айка ослабила хватку. Но неожиданно для неё ты повернулась, открывая всё своё тело её взгляду и притягивая девушку для поцелуя – жадного, стремительного, лишённого всякой осторожности. Айка ответила с такой же готовностью, растворяясь в этом мгновении, пока твои руки стаскивали с неё футболку, а её – торопливо освобождались от брюк. Ты уложила её на стол, соединив бёдра в одном ритме, и снова нашла её губы. Потом спускалась ниже: губами, языком, зубами – по её шее, груди, животу, оставляя следы, которые она принимала с дрожью. А когда ты добралась до влажных складок, Айка приподнялась на локтях, отодвинувшись, давая тебе больше места. Её тело отзывалось на каждый твой приём – сжималось, расслаблялось, вздрагивало, а голова запрокидывалась в беззвучном стоне. Ты держала ритм, и одна из её рук скользила по твоей спине, по плечам, будто пытаясь удержать связь ещё крепче. И в этом не было ни победы, ни уступки – только полное, обоюдное растворение, в котором вы обе на мгновение перестали существовать порознь.

***

Но у каждой сказки есть последняя страница. Было бы наивно надеяться на долгие разговоры или откровения – Айка не из тех, кто посвящает кого-то в свои планы. Зато она сделала другое: помогла забыться так, как не получалось давно. А теперь тебе предстояло решить – можешь ли ты принять такие «извинения», если это вообще были они. Крепко обняв за плечи, Айка вывела тебя на улицу. Холодный воздух обжёг кожу, и вы одновременно поморщились, а потом переглянулись с одной и той же усмешкой, короткой и понимающей. - О, привет. – Голос Айки звучал обыденно. Девушка, не отпуская твоей талии, плавно изменила направление и повела тебя к машине, у которой, прислонившись спиной, стояла Харбин. Её холодный, оценивающий взгляд медленно скользил по тебе, не выдавая ни единой эмоции. С расстояния в пару метров Айка метнула ей небольшую флеш-карту – Харбин поймала её одним движением, не меняя позы. Прокрутив пластик в пальцах, она опустила его в карман куртки, всё так же оставаясь неподвижной. Под этим взглядом тебя охватил внезапный, всепоглощающий стыд – и Харбин, казалось, чувствовала каждую его волну. Наконец она медленно повернулась к тебе и спросила. - Ты хорошо отдохнула? Только открыв рот, чтобы проблеять что-то нечленораздельное про девичник в СПА, ты замолчала из-за следующей реплики Харбин. - Это место кстати принадлежит родителям Насти. Как она тебя только терпит? Последний вопрос Харбин бросила Айке. Затем она оттолкнулась от машины, плавно обошла её и скрылась внутри. Звук захлопывающейся двери прозвучал как точка. Ты стояла, всё ещё прижатая к Айке, и чувствовала, как реальность смыкается вокруг, будто ловушка. И тут ты с ясностью ощутила одно: самый важный выбор только что совершили без твоего участия.