Судьба Дракона

***

      — Ли-мать твою кошку-Минхо! Если из-за твоих идиотских выходок Северус расстроится, я тебя…

***

      Вечер того же дня в нашей новоявленной корейской общаге начался громко. Может, изначально я и не собирался орать на чокнутого кота, но его блаженно прищуренные глазки меня просто выбесили. Ну вот честно.       Хотя кто бы на моём месте сдержался, особенно видя эту довольную до тошноты, пусть и симпатичную рожу?       Минхо улыбался так, словно сделал что-то очень и очень хорошее, за что я, по его мнению, должен был быть ему благодарен по гроб жизни. И, кажется, сейчас он искренне не понимал, почему я с бешеными зенками и яростным оскалом мысленно уже дважды его придушил…       Мысль о том, что именно моя Пара после увиденного могла себе нафантазировать, приводила меня в перманентное бешенство. Я, блять, столько времени потратил на то, чтобы этот замкнутый человечек хотя бы просто обратил на меня своё внимание, а из-за игрулек чокнутого кота все мои усилия могли не просто пойти лесом, а обернуться полнейшей катастрофой…       Ведь Северус Снейп был не просто противоречивым и сложным человеком… Исподтишка наблюдая за ним весь прошлый год, я с каждым днём всё больше и больше убеждался в уникальности и дуальности этого мрачного мужчины. Строгий и суровый со студентами и коллегами, собранный и молчаливый на редких встречах с дружками из лордовского клуба… И лишь рядом с теми, кому доверял, Северус становился не просто мягче…       Он улыбался.       Пусть всего лишь уголками губ, обозначая улыбку, но в такие моменты лицо его менялось буквально до неузнаваемости.       А это порождение бездомной блохастой кошки вдруг с чего-то решило, что ему позволено выводить мою Пару на ревность?       Глаза застила густая пелена мрака, но я словно седалищным нервом чувствовал каждое его движение. Мне даже не нужно было видеть эту блядскую ехидную ухмылочку, чтобы безошибочно определить его местонахождение.       Поэтому мне потребоваться всего лишь один бросок для того, чтобы с громким рыком вцепиться в белоснежную холëную шею обеими руками.       Над ухом раздался истошный мявк, и я почувствовал, как в ответ в мои бока вонзились десять когтей. Десять длинных и, сука, острых, как лезвия гоблинских клинков, когтей…       Но секунду спустя нас с Минхо словно ураганом разметало друг от друга. Смачный звук двойной пощёчины — и лицо обожгло, словно пламенем.       Это кто же это у нас такой смелый?       Всё ещё ничего не видя вокруг, я оскалился в ехидной ухмылке — тому, кто покусился сейчас на мою мордашку, теперь точно не поздоровится…       Но больше сделать я ничего не успел. Несколько пар до отвращения сильных рук скрутили меня буквально в бублик, какая-то сволочь зажала мне нос, и я, чтобы не задохнуться, вынужден был вдохнуть ртом, куда в ту же секунду влили воняющую свернувшейся кровью жижу.       Выплюнуть не получилось — рот тоже закупорили намертво. Пришлось сглотнуть, чтобы не захлебнуться к чертям собачьим и…       Едва это вонючее говно провалилось в мою вибрирующую от рыка глотку, как меня отпустило. Вот вообще. Мрак пред глазами рассеялся буквально за секунды, а желание расчленить одно кошкообразное чудовище исчезло, словно его и не бывало…       Проморгавшись и сплюнув на пол заполнившую рот слюну, с ужасом понял, что, судя по вкусу, во рту образовалась самая настоящая помойка. Совершенно не думая, призвал к себе стоявшую около моей кровати бутылку с обычной магловский газировкой и сделал пару больших глотков, в надежде избавиться от жуткого привкуса.       И лишь потом понял, что все мои действия сопровождались гробовой тишиной.       Скосив глаза, с удивлением понял, что всё это время держали меня не несколько человек, а всего навсего один лишь не блещущий мускулатурой белобрысый Феликс.       Причём то, с какой лёгкостью он это делал, заставило всё у меня внутри свернуться от зависти. Хотя эта солнечная, немного обеспокоенная улыбочка во все тридцать два, один хрен, бесила.       — Пусти. Я в порядке, — язык почему-то заплетался и совсем не хотел нормально функционировать. Наверное из-за того, что после того, как я прополоскал рот колой, ощущение помойки исчезло, уступив место странному онемению. Было чувство, что я нажрался неспелой хурмы — настолько сильно внутри всё норовило завязаться в бантик.       — Он стопроцентно твой племянник, — к кому конкретно Минхо обращался, я так и не понял — все пятеро парней стояли с дебильными рожами и, точно вам говорю, изо всех сил старались не заржать! — У него ж даже реакция точно такая же как и у тебя была, когда я с твоим Истинным заигрывать пытался…       А вот сейчас не понял…       Хо, кажись, реально больной на всю голову, если на глазах Дракона флиртовал с его Парой?!       Хотя, скорее всего, именно так оно и есть, потому что ничем другим объяснить неадекватное поведение кошака у меня не получалось. Соболезную Джисону — иметь такого идиота в соулмейтах, то ещё испытание для нервной системы…       — Минхо-хён, я вот уже который день не пойму, — так как Феликс так и не удосужился выпустить меня из своих загребущих ручонок, всё, что мне оставалось, это расслабиться и облокотиться на него всем телом. — Ты же ведь у нас не обычный бакэнэко… — я задумчиво просканировал ухмыляюшегося парня взглядом с головы до пят и отзеркалил ему такую же ехидную ухмылку. — Ты же самый натуральный нэкомата…       И пока мне в ответ не выдали очередную колкость, я состроил умильные глазки и почти что проурчал:       — А дашь хвосты погладить?       Кажется, наша команда Чемпионов из квартета резко стала трио… Потому что на моё такое наглое и отчасти даже хамское заявление у Ли Минхо пропал дар речи. Ну, дар речи, может, и пропал, зато проявились шикарные угольно-чëрные кошачьи ушки с белоснежными кисточками, а из-за спины парня ввысь взметнулись два длинных пушистых хвоста. Один чёрный, как душа нашего незабвенного лордика, а второй белоснежный, как мнимая репутация одного светлобородого старичка.       — Поттер, ты охренел? — упс, кажется наш нэкомата пришёл в себя. Хотя в голосе у него прорезались какие-то странные истеричные нотки. — Да даже Ханни их никогда не трогал…       Пока эта кошачья истеричка метала в эфир волны злости и поминала неизвестных мне моих же предков в совершенно неприемлемом контексте, я, аккуратно выпутавшись из державших меня рук, тихой сапой под шумок пошёл в наступление.       То, что я успокоился, совершенно не означало, что желание отомстить за потрёпанные нервы мои и Северуса у меня пропало. Просто желание убить плавно трансформировалось в желание хорошенько поиздеваться…       Поэтому, пока Минхо рассыпал вокруг себя искры праведного гнева, я, потихонечку подкравшись, резко дёрнул его за хвост. Правда не рассчитал немного, и в мою загребущую лапу вместо одного попались сразу оба…       Создатель и Дракон-прародитель… Как же, оказывается, громко умеют орать коты-ёкаи…       Оглушило не только меня, но и всех собравшихся. А буквально через секунду рядом с вопящим Минхо материализовался наш новый профессор Зелий с крайне довольной моськой.       Хотя и он знатно так охренел от того, с какой прытью к нему на ручки запрыгнул обиженный ушастик. Хан Джисон лишь крякнул от внезапно свалившегося на него счастья и, крепко прижав к себе своего благоверного, рухнул спиной прямо на стоявшую позади него кровать.       — Что здесь происходит? — а мой красноволосый родственничек, оказывается, умеет не только нежно мурлыкать на ушко своему белобрысому ангелу. Командный рык у него тоже выходит на «превосходно».       Хван Хёнджин окинул всех оставшихся настороженным и совершенно не дружелюбным взором, задержавшись ненадолго на живописно развалившихся на кровати друзьях, и остановился на своей Паре.       Реакция Феликса была такой, что от иррациональной зависти у меня вновь внутри всё свело в каменный узел.       Искренняя и радостная улыбка осветила точëное лицо блондина. На секунду мне даже показалось, что в комнате стало на пару градусов теплее, а по моему лицу словно мягкой лапкой прошлись… На душе вдруг стало так спокойно и светло, что даже мрачные мысли по поводу Северуса отступили на задний план.       — Джинн-и, а Гарри Поттер только что дёрнул Хо за хвост! Сразу за оба! — вот я щаз не понял, меня так странно похвалили или же просто наябедничили? Но все эти мысли выбила из головы реакция нового преподавателя…       — Да ну, нахер… Гарри! Клянусь, теперь ты мой герой! — блять, ещё один неадекватный мужик неизвестной мне видовой принадлежности смотрел на меня, не мигая, светящимися в полумраке комнаты голубыми глазищами, а на лице у него чётко и ясно читался абсолютнейший детский восторг…       Мерлин, ну что за придурки у меня в родственниках, а? Надеюсь, это не заразно и воздушно-капельным путем не передаётся. А то, если я заражусь от этих уникумов идиотизмом, боюсь, мой Северус такого не оценит…       — Я, конечно, понимаю и полностью разделяю ваш восторг по поводу лишения девственности хвостов нашего кота, но никто не собирается раны ребёнку залечить? — Ян Чонин громко фыркнул и обвëл своих странно счастливых друзей хмурым взглядом. Но, поймав в ответ лишь недоумение и непонимание, горестно вздохнул и пробурчал. — Ну что за идиоты…       Что ж, вот в этом я с парнем был солидарен на все сто, и плевать, что причины для такого вывода у нас с Йеной были совершенно разными.       Только вот я даже рот раскрыть не успел, как оказался перед восемью своими дядьками без рубашки, демонстрируя в принудительном порядке всем собравшимся свой прекрасно прокаченый пресс и на совесть проработанные грудные мышцы. Ну спасибо вам, родные мои, что хоть догола не раздели… Вот это было бы явно не комильфо. А так мне в принципе стесняться было нечего.       Правда бока у меня как-то странно зудели, словно по ним толпа муравьишек взад-вперëд бегала… Но, как ни странно, ничего не болело, хотя по логике вещей должно было — коготочки-то у нашей кисы знатные…       Но немного всё же смутило, когда меня плотно обступили со всех сторон и методично стали заставлять крутиться вокруг своей оси… Почувствовал себя куром на вертеле, право слово…       Да и странное, совершенно не свойственное моим неспокойным родственничкам молчание тоже напрягало.       — Хëнджин-а, кажется, всё произойдёт намного быстрее, чем мы рассчитывали, — Хан Джисон, задумчиво закусив нижнюю губу, пристально рассматривал мою голую грудь. У меня от такого взгляда непроизвольно снова мурашки по шкуре пробежались, да и ровный совершенно безэмоциональный голос нового профессора чётко давал понять, что я опять влип в какую-то жопу.       — Ну так, впринципе, у нас давно всё готово. Даже лучше будет, если они Наследие вместе принимать будут — так мы по крайней мере на минимум сведëм возможные разрушения, — профессор ЗоТИ весело хмыкнул, а я малость подзавис: и с кем это, интересно, мои дорогие дядьки планируют меня во время такого деликатного момента свести? Не охуели часом? У меня вообще-то Истинный есть…       Упс, кажись я ляпнул это вслух…       За спиной раздался басовитый смешок. Ну даже оборачиваться не буду, и так понятно, что это Ли Феликс голос подал. Лишь у него, вопреки кукольной внешности и субтильному телосложению был низкий грудной голос, который в самом начале нашего знакомства вогнал меня в крепкий такой ступор.       Сейчас, конечно, я уже привык, но всё равно легкий диссонанс между внешностью и голосом этого странного блондинчика оставался. Скажу честно, но из всех свалившихся на мою шею корейских магиков, именно Феликс и Сынмин оставались для меня загадкой.       По поводу остальных я уже сделал определенные выводы, и думаю, что уже в ближайшем будущем они подтвердятся. Ну слишком уж яркими представителями своих расс они были. Я же, в конце концов, не идиот, чтобы не замечать очевидное прямо перед собственным носом…       Но сейчас меня больше занимало не это. Гораздо больше волновала величина и глубина очередной задницы, в которую я, судя по всему, опять вляпался по самые ушки.       На мою вопросительно приподнятую бровь, Джисон, криво улыбнувшись, просто молча ткнул пальцем мне прямо под рёбра, заставив подскочившего на месте меня смачно выматериться от неожиданности на парселтанге. Больно, однако!       Но через пару секунд любопытство все-таки победило, и я взглянул на собственный голый торс, ожидая увидеть на нём уже начавшие затягиваться раны от когтей нэкоматы. Благодаря драконьим генам, регенерация у меня была намного выше обычного человека, и по моим прикидкам дырки от когтей истеричного кота должны были полностью затянуться уже к этому вечеру. Ну а через недельку и шрамы на моей пострадавшей шкурке полностью рассосутся…       Но я не увидел ничего. Вот вообще.       Бока, которые по моим прикидкам сейчас должны были напоминать решето, были девственно чистыми и нетронутыми, лишь небольшие потëки крови говорили о том, что Минхо вцепился в меня совершенно реально, и мне это не приснилось.       Но как такое может быть?       — Я же не принял истинную форму? Как?!       — Как, как… Кáком кверху! — Феликс вновь хохотнул басом, а потом уже спокойно добавил. — Поздравляю, малыш, похоже, твоё Наследие вот-вот проявится. Ставлю на то, что оно проснётся не позже чем через месяц!       Какой нахрен месяц! Вы что, охренели тут все?! Я же с Северусом еще даже нормально не пообщался ни разу! Как я буду принимать это злоебучее Наследие, если моя Пара ни сном ни духом не в курсе, что у него вообще Истинный есть? Что я ему скажу?       Истерика по поводу возможной реакции Северуса на такое «дивное» известие накрыла меня совершенно самостоятельно. Я даже её не ожидал. Но она подкралась внезапно и плотно окутала всё моё тело, заставляя его буквально содрогаться в конвульсиях от одной лишь мысли, что я так и не успел ничего сделать…       Я барахтался в панике, словно в болоте, увязая всё глубже и глубже, и отчётливо понимая, что ещё немного и я просто не выдержу…       Но как это ни странно, помощь пришла оттуда, откуда я её совершенно не ждал.       Передо мной внезапно появился Ким Сынмин. Поймав моё лицо в захват своих горячих, словно печка, ладоней, он, не мигая, уставился на меня бездонными чёрными глазами, в которых бушевало настоящее адское пламя. Его всполохи в глубине больших монохромных глаз завораживали, заставляя меня тянуться к ним всем моим естеством.       Я, словно бабочка, заворожëнный летел в это пламя, оставляя позади все тревоги. Всё, чего мне хотелось, это раствориться в бушующем огне, отблески которого я улавливал даже на обеспокоенных лицах своих родственничков.       А мгновение спустя он мягко, но в тоже время очень настойчиво, надавил большими пальцами рук мне на виски и хрипло, почти в инфразвуке выдохнул мне в лицо:       — Спи.       И я послушно закрыл глаза, проваливаясь в темноту собственного сознания…

***

POV Северус Снейп

      Пару десятков минут назад мой новоявленный родственничек и его дружок как-то слишком уж резко свалили от меня, так ничего толком и не объяснив. Я даже не стал удивляться тому, что эти двое свободно аппарировали в Хогвартсе. Ну а смысл?       Первородный демон — это вам не книзл чихнул! У него такие возможности, что я себе даже представить боюсь. Наверняка, наш милейший Дамблдор и чокнутый Тёмный Лорд этому магическому существу будут на один зуб. Если он их вообще заметит.       Но в голове не желало укладываться, что я такой же…       Но если хорошенько подумать, то получается, что и мои возможности в скором времени тоже станут почти безграничными. И это безумно радовало.       Ведь если дело обстоит именно так, как мне преподнёс Хëнджин, то теперь бояться Лорда мне вообще не стоит. С той силой, которой Создатель наделил Первородных существ, я спокойно могу справиться с ним и сам. А самое главное — защитить от этого маньячного ублюдка Поттера…       Мысли в моей голове проносились со скоростью бегового крапа, но все они сводились к одному: с новыми возможностями я без труда смогу избавить своего мальчика от маниакального преследования со стороны Волан-де-Морта. Потому что этот маг, откровенно говоря, даже в своем призрачном формате успел хорошо подзаебать почти всех своих последователей.       Хорошо хоть, что Беллатриса Лейстрендж всё так и коротает свои деньки в дружелюбном окружении дементоров Азкабана вместе со своими отбитыми на голову мужем и деверем. А то было бы действительно тяжко… Даже и не знаю, кого больше боятся бравые Пожиратели: Тёмного Лорда или же его сумасшедшую приспешницу…       Но, определённо, жизнь моя за последние несколько дней стала намного насыщеннее и интереснее. И опаснее. Ведь, не приведи Создатель, если кто пронюхает о моём происхождении… Тогда придётся прятаться, чтобы не попасть в вечное рабство, а этого мне категорически не хочется — я уже расписал на ближайшие столетия нашу с Поттером счастливую семейную жизнь, и менять планы не собираюсь.       Думаю, после принятия своей сущности надо будет по-тихому пристукнуть своего чокнутого работодателя. Может даже и не одного…       Вот с такими мыслями на самом интересном месте меня вдруг резко вырубило, в принудительном порядке отправив в царство Морфея.

***

      Утро началось громко.       До изжоги жизнерадостный Хан Джисон слонялся по гостиной моих покоев и что-то громко напевал. Радует хотя бы тот факт, что голос у него был приятный, и музыкальный слух не подкачал.       — Доброе утро, Северус! Как себя чувствуешь? Хорошо спалось?       Вот казалось бы обычный вопрос, но в груди заворочалось лёгкое чувство раздражения. Хотя с чего вдруг оно появилось, я так и не понял. Видимо от того, что срубило меня прямо перед камином, и всё тело затекло от неудобного сна на узком и не предназначенном для этой цели диване. Да и вообще, как выяснилось, одетым спать очень неудобно.       Буркнув в ответ что-то не самое приятное, в надежде, что этот неугомонный кореец поймёт посыл и свалит с глаз моих, я отправился в ванную. Времени, чтобы привести себя в порядок было немного, поэтому я ограничился лишь тем, что умылся и чарами побрился.       Но на выходе из ванной комнаты меня встретили чашка умопомрачительно пахнущего кофе и неизвестный, но от этого не менее аппетитный на вид пирожок. В ответ на мою недоуменно приподнятую бровь, Хан лишь неопределенно пожал плечами. А я…       Ну а что я?       Зарождающее в груди недовольство мгновенно погасло, уступив место странному, ни разу не испытанному мною ранее чувству…       Благодарность, замешанная на иррациональной нежности и щедро сдобренная нотками смущения… Вот это тебя, Снейп, накрыло…       И как бы я не старался удержать на лице привычную маску равнодушия, отчего-то внутри всё сильнее крепла стойкая уверенность, что сей древний тип легко читает все мои чувства и мысли… Бр-р-р…       — Благодарю, — забрав из рук улыбающегося парня свой завтрак, я решил задать волнующий меня на данный момент вопрос. — Джисон, ты не знаешь случайно, что могло послужить причиной моему вчерашнему обмороку?       Хан на это странно-счастливо усмехнулся и буквально пропел:       — Связь с Истинным крепнет.       — С каким, к Мордреду, Истинным?! — я от такого заявления даже с дивана подскочил, расплескав кофе и зашвырнув остаток пирожка куда-то в угол комнаты. — Нахрена мне нужен какой-то там Истинный, если я уже выбрал себе парня?!       Джисон на такую экспрессию слишком уж добродушно усмехнулся и, как-то очень уж по птичьи наклонив голову к плечу, сквозь смех выдохнул:       — А с чего ты взял, что твоим Истинным не может стать тот, кого выбрало твоё сердце?       Я от этих слов подзавис.       А действительно, почему мысль о том, что именно этот зеленоглазый парень, запавший в душу, кажется, с самого первого взгляда, и мистический Истинный, который в обязательном порядке есть у любого магического существа — это два разных человека?       Ведь, если принять слова Хана за правду, тогда это всё объясняет. И мою одержимость мальчишкой, и маниакальное желание его оберегать… Да это даже объясняет каждую мою перманентную эррекцию, стоит этому чуду промелькнуть в поле моего зрения…       На секунду представив, какая реакция на этот факт могла бы быть у папаши моего мальчика, если бы тот остался жив, я тоже не сдержался и улыбнулся. А рядом раздался удивлëнный и слишком уж восторженный вздох моего коллеги.       — Ну что ещё? — ругаться не хотелось, ведь мысль о том, что Гарри Поттер теперь при всём своём желании от меня никуда не денется, приятно грела душу. И не важно, что пока парень об этом ни сном ни духом — рано или поздно наша связь сработает и он сам ко мне потянется. Ну а я сделаю всё для того, чтобы он меня полюбил…       — Дракон-прародитель… — на щекастом лице Хана читался реальный шок. — Как же вы с Джинни похожи-то… И почему я сразу это не заметил?       Представив в голове внешность своего красавчика-родственничка и сопоставив её со своим родным личиком, так и не понял каким таким местом мы были с ним похожи. Скорее уж мы с Хёнджином тянули на полнейшие противоположности. Но, судя по шокированному взгляду Джисона, он то как раз и нашёл между нами схожести, иначе отчего у него вдруг стало настолько охуевшее выражение лица?       Наколдовав перед собой зеркало, обнаружил в отражении лишь привычные за тридцать с хвостиком лет черты лица. Не выдержав, снова бросил на молчавшего коллегу вопросительный взгляд. А тот, резко встрепенувшись всем телом, словно большая сова после сна, хрипло проворчал:       — Хвановские гены неубиваемы! Поверь, Северус, после того, как ты примешь свою сущность, наш Хëнджин, глядя на тебя, будет от зависти хвост кусать.       Ну да, конечно. Я в детстве тоже читал сказки про то, как из гадкого утëнка вырос прекрасный лебедь, но это явно не мой случай. Хотя, Мерлин знает этих Первородных демонов. Может случиться и так, что Хан окажется прав. Но, скажу сразу, такой вариант развития событий меня совсем не растроит. Скорее уж порадует и даст больше шансов на завоевание сердца моего мальчика.       Но, к сожалению, время не стоит на месте, и как бы мне не хотелось и дальше предаваться мечтам, но работу никто не отменял. Коллега был со мной солидарен: горестный вздох вырвался у нас с ним в унисон, а секунду спустя на месте, где только что спокойно восседал Хан Джисон, уже никого не было. Видимо, ему тоже в голову пришла мысль, что не гоже нам с ним вдвоем выходить с утра из одной комнаты. Ещё надумают чего не того…       Поэтому, быстро переодевшись в привычный чёрно-белый колер, я отправился в класс зельеваренья, чтобы в очередной раз попытаться вбить в пустые головы студентов Хогвартса хоть немного знаний.

***

      — Вчера вечером министр Магии прислал нам на рассмотрение возможные варианты проведения Турнира, — сегодня Альбус Дамблдор был непривычно хмур и сосредоточен. А у меня от такого вида всегда позитивного директора ëкнуло где-то под рёбрами в предчувствии очередной подляны от судьбы. — Я уже сделал выбор, теперь хочу поделиться им с вами.       Игорь Каркаров и мадам Максим заинтересованно, но совершенно молча внимали нашему светочу. Сидевшие рядом Минерва, Филитвик и Помона напряженно пялились на старика, видимо, как и я чуя что-то недоброе. Один лишь Хёнджин, с легкой улыбкой на пухлых, словно зацелованных губах, смотрел на Дамблдора с какой-то странной смесью жалости и довольства.       Хотя, в принципе, в этом взгляде и не было ничего странного — что-то мне упорно подсказывало, что для приехавших на Турнир корейцев участие и победа были не главными. Они явно преследовали какие-то свои цели. И сегодня вечером я намеревался выведать какие именно.       Но всё чаще и чаще у меня проскальзывала подлая мыслишка, что не только Хван и Хан были магическими существами. Почему-то уверенность в том, что и студенты Оддинарри тоже были не просто обычными волшебниками, с каждой минутой крепла всё сильнее.       Надо будет выпытать у нежданно свалившегося на мою голову братца, какого Мордреда им всем здесь понадобилось. Меня бесила и не отпускала мысль, что в этом деле по уши завяз и мой Поттер. Только вот что древним корейским магикам было нужно от молодого рядового английского мага? Ладно, пусть не совсем рядового, но один драккл не понятно.       В том, что на меня они наткнулись совершено случайно — я был стопроцентно уверен. Слишком мала вероятность того, что данные личности проехали полмира именно ради моей сомнительной и потрëпанной жизнью тушки.       Но из невеселых раздумий меня мгновенно вырвало всего одно лишь вскользь услышанное слово, от которого у меня по загривку табун мурашек проскакал. А глядя на обалдевшие лица остальных трех деканов Хогвартса, я полностью убедился в том, что оно мне не послышалось.       Ну а следующие слова нервно постукивающей пальцами по столу директрисы Шармбаттона заставили моё сердце сжаться и рухнуть куда-то в пятки:       — Вы уверены, Дамбльдор? Дикие драконы очень опасные твари. Где гарантия того, что они не убьют наших чемпионов, пока те будут пытаться их объездить?