Искусство быть безупречными

Мой тгк: мысли жени нокс ✍🏻, либо же zhenyashanox.

***

Из личного дневника Элеанор Уайт:

«Иногда достаточно одной лжи, чтобы перечеркнуть всю правду о человеке.»

***

31 октября.

Элеанор. В спальне остались только мы. Все остальные девочки нашего курса уже давно спустились в гостиную факультета, откуда то и дело доносились смех, хлопанье дверей и возбуждённые голоса. Казалось, весь Хогвартс с самого утра жил только предстоящим балом. Мы же задержались. Вернее, меня и Давину задержали. Астрид с самого обеда заявила, что младших сестёр на первый в их жизни бал нельзя отпускать без тщательной подготовки, а Бриджит и Сиенна единогласно поддержали эту идею. Моё мнение, разумеется, никто спрашивать не стал. Теперь Сиенна, стоя перед Давиной с кисточкой в руках, сосредоточенно заканчивала её макияж, что-то недовольно бормоча себе под нос всякий раз, когда близняшка начинала двигаться. — Если ещё раз дёрнешься, я нарисую тебе вторую бровь на лбу, — предупредила она. — Попробуй, — невозмутимо ответила Давина. — Тогда на бал ты уже пойдёшь без зубов. — Девочки, — устало вздохнула Бриджит. Я улыбнулась их привычной перепалке и вновь посмотрела на своё отражение. Честно говоря, я едва узнавала девушку в зеркале. Волосы были собраны в высокий пучок, гораздо более свободный, чем тот, который я делала перед каждой тренировкой. Несколько светлых локонов специально выбивались у висков и мягко обрамляли лицо. Кожа казалась почти фарфоровой благодаря светлому гриму, а под глазами залегли лёгкие сероватые тени. Белое платье, когда-то напоминавшее свадебное, теперь выглядело так, словно прошло через десятки лет забвения. Кружево местами было разорвано, подол испачкан искусственной грязью, а прямо над сердцем темнело большое кровавое пятно, настолько реалистичное, что мне самой становилось не по себе. На голове лежала длинная полупрозрачная фата. Я осторожно коснулась ткани кончиками пальцев. Красиво. Очень красиво. Только почему-то казалось, что всё это совсем не про меня. Я медленно развернулась к сёстрам. Первой меня заметила Астрид. Она буквально застыла на месте. — Элли... — выдохнула она, после чего широко улыбнулась. — Какая же ты красивая. Я смущённо опустила глаза. — Правда? — Даже не вздумай сомневаться, — уверенно сказала она. — Сегодня ты точно заставишь половину школы пожалеть обо всём. — Вторую половину заставит пожалеть Давина, — добавила Сиенна, любуясь своей работой. Я перевела взгляд на близняшку. Её почти невозможно было узнать. Чёрное длинное платье подчёркивало стройную фигуру, волосы свободно спадали по плечам, а макияж делал её похожей на настоящую вампиршу из старых маггловских фильмов. Давина поймала мой взгляд. — Что? — Ты красивая. Она закатила глаза. — Не начинай. В следующую секунду раздался громкий щелчок. Мы одновременно повернули головы. Бриджит уже держала в руках старый маггловский фотоаппарат родителей. — Попалась, — довольно улыбнулась она. — Бри-и-иджит... — На память. Она подошла ближе, быстро поправила мою фату и снова нажала кнопку. Щелчок. Потом ещё раз. Щелчок. — Теперь вместе. Не успели мы ничего возразить, как Бриджит уже расставляла нас с Давиной рядом, заставляя смотреть в объектив. — Сиенна, иди сюда. — Астрид тоже. Через несколько секунд мы уже стояли впятером. Совсем как раньше. До аварии. До того дня, который разделил нашу жизнь на «до» и «после». Щелчок. Я невольно улыбнулась. Папа всегда говорил, что фотографии помогают сохранить счастливые моменты даже тогда, когда память начинает подводить. Наверное, именно поэтому Бриджит фотографировала всё подряд. Она боялась забыть. Мы все боялись. — Уже почти семь, — сказала Астрид, взглянув на часы. — Разве твой спутник не говорил, что будет ждать тебя возле входа в гостиную? Внутри неприятно кольнуло. Я нервно поправила складку на платье. — Я...всё ещё не уверена. Четыре пары глаз одновременно посмотрели на меня. — Может...сказать ему, что я плохо себя чувствую? Или что... — Конечно нет! — возмущённо перебила меня Сиенна, всплеснув руками. — Даже думать об этом не смей. Я виновато поджала губы. — Но... — Никаких «но», — заявила она. — Посмотри на себя. Сиенна подошла ближе, осторожно поправила выбившуюся прядь возле моего лица и улыбнулась так тепло, что внутри что-то болезненно сжалось. — Ты невероятно красивая. Я отвела взгляд. — Не преувеличивай. — Я вообще ничего не преувеличиваю, — серьёзно ответила она. — С тобой сегодня идёт красивый, воспитанный и, что самое главное, очень добрый парень. Ты впервые в жизни попадёшь на бал-маскарад. Через несколько лет ты будешь вспоминать этот вечер и смеяться над тем, как сильно переживала. Она осторожно взяла меня за обе руки. — Пожалуйста, Элли...хотя бы сегодня перестань искать причину, чтобы отказаться от собственного счастья. Лучше бы я тогда послушалась себя и осталась в комнате.

***

Регулус. В конечном итоге я пришёл один. После разговора с Элеанор приглашать кого-то другого казалось бессмысленным. Танцевать весь вечер с девушкой, которая нравилась бы мне меньше, только ради того, чтобы не выглядеть одиноким, не хотелось совершенно. Зато мне действительно было интересно хотя бы раз попасть на хэллоуинский бал-маскарад. Поэтому сейчас я стоял у входа в Большой зал рядом с Барти, одетый в тяжёлый костюм средневекового рыцаря. Металлические элементы брони были зачарованы так, чтобы не стеснять движения, длинный тёмный плащ спадал почти до пола, а меч на поясе, к счастью, оказался лишь декоративным. Барти же выглядел пиратом. Разумеется. Никого другого представить в подобном костюме я бы и не смог. В руках у нас было по бокалу пунша. По крайней мере, официально. Я уже давно подозревал, что Барти успел добавить туда что-то покрепче. Судя по его подозрительно довольному выражению лица, мои догадки были недалеки от истины. — Только не смотри так серьёзно, — хмыкнул он, отпивая из бокала. — Это праздник. — Именно поэтому я и смотрю серьёзно. Барти только закатил глаза. В этот момент послышался новый стук каблуков, означавший о приближении новой пары. Я поднял голову. И почти сразу перестал слышать всё происходящее вокруг. По широкой лестнице медленно спускалась Элеанор. Белое платье мягко струилось по ступеням, полупрозрачная фата едва заметно покачивалась при каждом её шаге, а кровавое пятно над сердцем выглядело настолько правдоподобно, что образ действительно напоминал трагическую героиню старинной легенды. Рядом с ней шёл Итан Картер. Один из немногих слизеринцев, который никогда не стремился оказаться в центре внимания. Скорее, всегда избегал его. Над ним часто подтрунивали его однокурсники. Элеанор держала его под руку, а свободной рукой осторожно придерживала длинный подол платья, настолько сосредоточившись на лестнице, что не замечала ничего вокруг. Даже Барти, который несколько раз энергично помахал ей рукой. — Похоже, твоя красавица сегодня слишком занята своим кавалером, — с улыбкой заметил он. Я ничего не ответил. Продолжал смотреть только на неё. — Интересно...а где другая злюка-близняшка? Я наконец перевёл взгляд на Барти. — Почему ты её не пригласил? — Я приглашал. И пять раз получил отказ. — вздохнул он. — Пять? — удивился я. — Пять, — с самым трагичным выражением лица подтвердил он. — Представляешь, она предпочла мне Эдди Эйвори. Я усмехнулся. — Значит, плохо старался. — Да брось. Меня променяли на друга Северуса Снегга. На человека, которого родители назвали Эдмундом, а потом зачем-то решили, что придумать кличку "Эдди" ещё одна гениальная идея. — Клички дают собакам, — подправил я его. — Не вижу особой разницы. — махнул рукой Барти. Я рассмеялся и легонько чокнулся с ним, когда увидел его приближающуюся спутницу. — Удачи. — Она понадобится не мне, а тебе. Я сделал вид, что не понял намёка, и вошёл в зал. Большой зал преобразился до неузнаваемости. Под потолком кружили сотни светящихся летучих мышей, между колоннами плавали полупрозрачные призраки, исчезающие прямо в воздухе, а зачарованные тыквы с вырезанными лицами парили над танцующими учениками, освещая помещение мягким оранжевым светом. Из зачарованного потолка медленно падали чёрные листья, растворяясь, едва коснувшись пола. Я почти сразу заметил Элеанор. Она стояла немного в стороне от остальных гостей, внимательно рассматривая украшения зала. Её спутника рядом не было. Наверное, отправился за напитками. Я сам не заметил, как направился к ней. — Привет. Она резко обернулась. На мгновение её лицо стало удивлённым, а затем сразу же появилось то самое выражение, которое я уже начинал узнавать. Она расслабилась. — Привет, Регулус, — тепло сказала она. — Тебя трудно не заметить в таких доспехах. Я улыбнулся. — Не уверен, что это комплимент. — Комплимент, — кивнула она. — Очень необычный костюм. Я слегка поклонился. — Благодарю. Она рассмеялась. — А ты, насколько понимаю...мёртвая невеста? Элеанор осторожно коснулась пальцами красного пятна на груди. — Именно. — Получилось очень...красиво. Она смущённо отвела взгляд. — Спасибо. Несколько секунд мы молча рассматривали танцующие пары. По залу кружились ведьмы, вампиры, призраки, оборотни и десятки других существ. — А где твоя спутница? — наконец спросила Элеанор. — Её нет. Она удивлённо посмотрела на меня. — Ты пришёл один? — Не успел пригласить кого-то ещё. Ответ прозвучал спокойно. По крайней мере, мне очень хотелось, чтобы именно так и показалось. Она медленно кивнула. — Понятно... На лице промелькнула тень сожаления. Она явно вспомнила наш разговор несколько дней назад. — Прости... — Не нужно, — перебил я мягко. — Правда. Элеанор внимательно посмотрела на меня. Наверное, пыталась понять, говорю ли я искренне. Чтобы сменить тему, она осторожно спросила: — Ты вообще любишь такие праздники? — Скорее наблюдать за ними. Она улыбнулась. — Я тоже. — Правда? — Угу. Если бы могла, весь вечер просидела бы где-нибудь у окна. — Вместо танцев? — Вместо танцев. Я усмехнулся. — Неожиданный ответ от балерины. Она рассмеялась уже чуть громче. — Балет и балы – совершенно разные вещи. — Почему? — В балете я знаю каждый следующий шаг. Она ненадолго замолчала. — Здесь приходится импровизировать. Я уже собирался что-то ответить, когда позади неё раздался знакомый голос. — Элеанор. Она сразу обернулась. К нам подходил Итан, держа в руках два бокала с пуншем. — Прости, пришлось постоять в очереди. Он протянул один бокал Элеанор, после чего перевёл взгляд на меня. Мы коротко кивнули друг другу. — Не буду вам мешать, — сказал я. Элеанор посмотрела на меня так, словно хотела остановить. — Регулус... Я лишь улыбнулся. — Хорошего вечера. Она едва заметно засомневалась и после кивнула. — И тебе. Развернувшись, я медленно направился в противоположную часть зала. Праздник только начинался. А я поймал себя на мысли, что из всего этого вечера запомню только девушку в белом платье с кровавым пятном над сердцем, которая всего несколько минут назад улыбалась именно мне.

***

Элеанор. Музыка становилась всё громче. Оркестр уже давно перестал играть медленные композиции, и теперь почти весь центр Большого зала превратился в одну большую толпу танцующих учеников. Гриффиндорцы, как обычно, веселились громче всех, перекрикивая музыку и друг друга, слизеринцы держались чуть сдержаннее, хотя и среди них уже нашлись те, кто успел забыть о своей напускной серьёзности. А ведь ещё несколько часов назад я была уверена, что сегодняшний вечер станет одним из самых ужасных в моей жизни. Наверное... Он таким и был. Просто совсем по другой причине. Я осторожно перевела взгляд на Итана и что-то не давало мне покоя. Я никак не могла понять, что именно. Это было нечто совсем неуловимое. Словно внутри тихий голос упрямо повторял, что происходит что-то неправильное. Каждый раз, когда я случайно встречалась с Итаном глазами, он задерживал взгляд всего на несколько секунд, после чего почти сразу отворачивался, будто испытывал какое-то чувство вины. Несколько раз он открывал рот, явно собираясь что-то сказать, однако каждый раз всё заканчивалось одинаково: он просто натягивал на лицо привычную улыбку и начинал разговор совершенно о другой теме. Наверное, если бы на его месте оказался кто-нибудь другой, я бы не придала этому значения. Но я слишком привыкла наблюдать. Тревога внутри становилась всё сильнее. Я подняла глаза на танцпол. Наверное, стоило самой предложить потанцевать. Может быть, он просто стеснялся? Мы ведь оба были далеко не самыми общительными людьми в школе. — Может... потанцуем? — всё-таки спросила я, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее. Итан заметно растерялся. Настолько, что я успела пожалеть о своих словах. Он машинально провёл ладонью по затылку, коротко посмотрел куда-то поверх моего плеча, словно проверяя, не наблюдает ли за нами кто-нибудь, и только потом снова перевёл взгляд на меня. — Давай...чуть позже? — виновато улыбнулся он. Я тоже улыбнулась. — Конечно. Ничего страшного. Хотя почему-то именно в этот момент внутри словно что-то тихо оборвалось. Я ведь совсем не расстроилась. Правда. Просто... Если честно, мне казалось, что именно ради танцев люди и приходят на такие вечера. Прошло ещё минут двадцать. Или тридцать. Я уже перестала следить за временем. Мы продолжали разговаривать, хотя теперь мне всё чаще казалось, что беседу поддерживаю исключительно я. Итан отвечал, задавал вопросы, смеялся в нужных местах, однако мыслями будто находился где-то очень далеко отсюда. Наверное, именно поэтому я всё чаще начинала отвлекаться сама. Несколько раз мой взгляд совершенно случайно цеплялся за Регулуса. То он проходил мимо вместе с Барти, то останавливался с кем-то поговорить, то просто стоял у одного из столов, лениво крутя в руках бокал с пуншем. И каждый раз я почти сразу отворачивалась. «Хватит.» Я сердито одёрнула себя. «Что с тобой вообще происходит?» Итан пригласил меня на бал. Он был внимательным, вежливым и добрым. А я почему-то продолжала искать глазами совершенно другого человека. Это было неправильно. Я тяжело выдохнула и вдруг поймала себя на мысли, что устала. Всё происходило слишком громко. Все выглядели счастливыми. Настолько счастливыми, словно этот вечер был создан специально для них. И только я чувствовала себя здесь совершенно чужой. Мне вдруг стало трудно дышать. Людей, музыки и шума оказалось слишком много. Я никогда не любила подобные места. Балетный класс нравился мне именно своей тишиной. Там существовала только музыка, моё дыхание и звук пуантов, скользящих по паркету. Здесь же собственные мысли просто тонули среди сотен чужих голосов. Я медленно обвела взглядом зал, пока наконец не заметила Давину. Она стояла почти в самом центре танцпола вместе с Эдди Эйвори и выглядела счастливой. Счастливой Давина бывала крайне редко. Но сейчас её лицо казалось удивительно расслабленным, а уголки губ время от времени всё-таки поднимались вверх, когда Эдди снова говорил какую-нибудь очередную глупость. Я невольно улыбнулась. Если уж кто и заслуживал хотя бы один хороший вечер, так это она. Осторожно пробираясь между танцующими парами, я наконец подошла к сестре и легко коснулась её плеча. Давина почти сразу обернулась, однако улыбка исчезла с её лица в ту же секунду, стоило ей внимательнее посмотреть на меня. Она ничего не сказала сразу, лишь молча оглядела меня с головы до ног, будто пыталась понять, что именно изменилось за те несколько минут, что мы не виделись, а затем едва заметно нахмурилась. — Эл, — позвала она, наклоняясь чуть ближе, чтобы мне не пришлось перекрикивать музыку. — Что случилось? Ты выглядишь так, будто сейчас расплачешься. Я удивлённо моргнула. Неужели всё настолько очевидно? — Всё хорошо, — поспешила улыбнуться я, хотя получилось, наверное, не очень убедительно. — Просто я пойду в комнату, ладно? Не теряй меня. — Я пойду с тобой, — сказала она, уже делая шаг вперёд. Я сразу покачала головой. — Нет, Дав. Она недовольно поджала губы. — Элли... — Правда, всё хорошо, — я осторожно взяла её за руку и едва заметно сжала холодные пальцы. — Просто устала. Побудь ещё немного здесь. Ты ведь только начала получать удовольствие от вечера. Она перевела взгляд куда-то мне за спину, потом снова посмотрела на меня, словно пытаясь понять, не скрываю ли я чего-то. Конечно, скрывала. Я просто не хотела портить этот вечер ещё и ей. Несколько долгих секунд Давина молчала, после чего тяжело выдохнула, отпустив меня. Я развернулась и медленно направилась к выходу. Музыка становилась всё тише с каждым моим шагом. Уже возле дверей Большого зала она превратилась в приглушённый гул, а стоило дверям закрыться за моей спиной, как вокруг наконец воцарилась долгожданная тишина. Я облегчённо выдохнула. Казалось, будто вместе с шумом исчезло и всё напряжение. В коридорах было почти пусто. Лишь изредка мимо проходили ученики, смеясь над какими-то своими шутками, держась за руки или торопясь обратно на праздник. Я медленно шла вперёд, придерживая подол длинного платья, чтобы случайно не наступить на него. И уже собиралась свернуть к лестнице, ведущей в подземелья, как вдруг услышала позади знакомый голос. — Элеанор! Я обернулась. Итан быстро догнал меня, слегка запыхавшись после бега. — Прости, — виновато улыбнулся он, пытаясь отдышаться. — Ты уже уходишь? — Да, — кивнула я, поправляя выбившуюся прядь волос. — Решила лечь спать пораньше. Что-то совсем устала. Он понимающе кивнул. — Слушай... — начал он и на секунду замялся. — Я хотел поговорить с тобой. — Сейчас? — Да. Я удивленно моргнула, после чего нерешительно произнесла: — Конечно. — Не здесь. Это ненадолго. Он выглядел каким-то...напряжённым. Итан развернулся и молча пошёл вперёд. Я последовала за ним. Мы прошли несколько коридоров, свернули на менее освещённую лестницу и остановились возле старого кабинета, которым, кажется, уже давно никто не пользовался. Дверь была приоткрыта. — Здесь? — спросила я. — Да... Он ответил слишком быстро. Я осторожно толкнула дверь и сделала шаг внутрь. В следующую секунду за моей спиной раздался глухой стук. Я резко обернулась. Дверь захлопнулась. Моё сердце неприятно сжалось. В кабинете находились ещё три человека. Первой я увидела Анджелу Бломмс. Она стояла, облокотившись на учительский стол, и, заметив меня, медленно расплылась в довольной улыбке. Эта девушка давно ненавидела Сиенну и всегда пыталась соперничать с ней, но моя сестра никогда не обращала на неё своего внимания, и именно это всегда злило её. Рядом с ней находилась светловолосая слизеринка с шестого курса, имени которой я никогда не знала. Возле двери стоял высокий парень, сложив руки на груди. Он положил ладонь на плечо Итана и слегка сжал, будто не позволяя сделать ни шага вперёд. Итан даже не поднял головы. Он смотрел исключительно в пол. Мне стало не по себе. — Я...кажется, что-то не понимаю, — произнесла я, переводя взгляд с одного лица на другое. — Конечно не понимаешь, — усмехнулась Анджела, отталкиваясь от стола. — Иначе бы сюда не пришла. Она неторопливо подошла ко мне, рассматривая с ног до головы. Её взгляд задержался на моём платье. Кажется, она уже услышала про то, что его сделала Сиенна. И это её бесило сильнее, чем она показывала. — Надо же, — протянула она с издёвкой. — А я думала, мёртвая невеста – это костюм. Оказывается, это твоё обычное состояние. Позади неё девушка рассмеялась. Я невольно сделала шаг назад. — Что вам нужно? Анджела усмехнулась ещё шире. — Ничего особенного. Она лениво кивнула в сторону Итана. — Просто решили вернуть тебе о твоей никчемности. Я непонимающе нахмурилась. — О чём ты? Она закатила глаза, словно разговаривала с маленьким ребёнком. — Господи, какая же ты... Она снова посмотрела на Итана. — Ну что, герой? Может, сам расскажешь? В кабинете повисла тишина. Итан не пошевелился – даже головы не поднял. Я продолжала смотреть только на него. — Итан?.. Он молчал. Анджела раздражённо цокнула языком. — Бесполезный. Она подошла почти вплотную ко мне. — Тогда слушай внимательно, Элеанор. Всё очень просто. Итан пригласил тебя на этот бал только потому, что мы поспорили. У меня пересохло во рту. — Что?.. — Спор, — повторила она с ленивой улыбкой. — Обычный спор. Мы поспорили, найдётся ли хоть один идиот, который согласится пригласить на бал...тебя. Она выдержала небольшую паузу, с явным удовольствием наблюдая за моим лицом. — И представляешь? Нашёлся. Кто же знал, что ты так отчаешься и согласишься пойти на бал с человеком, чье имя даже не знала. Как много это о тебе говорит. Я медленно повернула голову к Итану. Он всё так же смотрел в пол. — Это... неправда? — едва слышно спросила я. Итан наконец поднял глаза. В них не было насмешки, только стыд и сожаление. Он приоткрыл рот, словно хотел что-то сказать... Но так ничего и не произнёс. Этого молчания оказалось достаточно. Анджела коротко усмехнулась. — Не смотри на него так. Он свою часть сделки выполнил. Она неожиданно сильно толкнула меня ладонью в плечо. Я не успела удержать равновесие. Каблук зацепился за подол платья, и через мгновение я уже сидела на холодном каменном полу, больно ударившись ладонью. Из груди сам собой вырвался короткий судорожный вдох. Я даже не попыталась подняться. — Знаешь, что самое смешное? — Анджела медленно присела передо мной на корточки, заставляя посмотреть ей в лицо. — Ты ведь действительно поверила, что кто-то захотел пойти с тобой по собственной воле. Она дьявольски рассмеялась. — Господи, какая же ты жалкая. Я молчала. Слова словно исчезли. — Посмотри на себя, Уайт. Странная, зажатая, вечно молчишь, ходишь с таким лицом, будто сейчас расплачешься. Ты серьёзно решила, что можешь кому-то понравиться? Я почувствовала, как начинают дрожать пальцы. — Да на тебя никто бы даже не посмотрел, если бы не этот спор, — продолжила Анджела, уже откровенно наслаждаясь каждым словом. — Итан просто оказался достаточно глупым, чтобы согласиться. Она медленно поднялась на ноги, поправляя складки своего платья. — Хотя знаешь... ты даже для спора оказалась слишком скучной. Она презрительно скривилась. — Пошли отсюда. Мне надоело смотреть на эту...отчаянную шлюху. Новое прозвище для тебя, милая. Не благодари. Компания дружно направилась к двери. Итан пошёл последним. Уже переступив порог, он всё-таки остановился. Очень медленно обернулся. Наши взгляды встретились. В его глазах стояло сожаление. Такое искреннее, что мне на секунду захотелось, чтобы он просто ушёл и больше никогда не смотрел на меня так. Потому что от жалости было ещё больнее. Через мгновение дверь закрылась. В кабинете снова стало тихо. Я ещё несколько секунд неподвижно смотрела в одну точку, словно надеялась, что всё произошедшее окажется глупой шуткой. Этого не произошло. Только сейчас я почувствовала, как по щекам одна за другой покатились слёзы. Я даже не пыталась их остановить. В груди становилось всё тяжелее, дыхание сбивалось, а к горлу стремительно подкатывала тошнота. Я резко вскочила на ноги и, едва удерживая равновесие, выбежала из кабинета. Коридоры перед глазами расплывались. Я уже не разбирала, куда именно бегу, лишь бы подальше отсюда. Сердце колотилось так сильно, что его стук отдавался в ушах, заглушая всё остальное. Наконец впереди показался женский туалет. Я буквально влетела внутрь, захлопнула за собой дверь, дрожащими руками закрылась в первой попавшейся кабинке и в следующую секунду меня вырвало. Кажется, всем, что я съела за сегодняшний день. Меня выворачивало ещё несколько раз подряд, пока внутри наконец не осталось ничего. Я тяжело опёрлась ладонями о стенку кабинки, пытаясь отдышаться. Перед глазами всё плыло, в висках неприятно стучало, а слёзы продолжали без остановки стекать по лицу. Это был первый раз за долгие годы, когда меня вырвало не по моему принуждению. Я медленно сползла вниз по холодной перегородке и села прямо на пол, подтянув колени к груди. Всё тело мелко дрожало. Я уткнулась лицом в собственные руки и наконец позволила себе заплакать по-настоящему. Я уже не понимала, сколько времени просидела на холодном кафельном полу. Слёзы давно перестали литься так сильно, но стоило мне закрыть глаза, как передо мной снова возникало лицо Анджелы. «Ты ведь действительно поверила, что кто-то захотел пойти с тобой по собственной воле?» Я крепче обняла колени, утыкаясь в них лбом. Почему... Почему мне вообще стало больно? Разве я сама не повторяла себе каждый день, что никто никогда не выберет меня? Разве сама не убеждала себя в этом столько лет? Тогда почему сейчас внутри было ощущение, будто меня действительно разбили? Я тихо всхлипнула, закрывая рот ладонью. В этот момент прямо передо мной вспыхнуло мягкое серебристое свечение. Я резко подняла голову. Из воздуха медленно соткался серебристый волк. Патронус Давины. Он сделал несколько шагов ко мне, остановился совсем рядом и, слегка склонив голову набок, заговорил её голосом. — Элли, ты где? Мы с девочками уже ушли с бала. Приходи в гостиную Гриффиндора, пожалуйста. Астрид плохо. Серебристый волк ещё несколько секунд смотрел на меня своими светящимися глазами, после чего медленно рассыпался сотнями крошечных искр, которые почти сразу растворились в воздухе. Я ещё долго смотрела в пустоту. Астрид. Что-то случилось с Астрид. Я быстро вытерла лицо ладонями, заставляя себя подняться. Ноги всё ещё дрожали. Подойдя к раковине, я открыла ледяную воду и несколько раз умылась. Потёкшая тушь размазалась ещё сильнее, поэтому пришлось долго приводить лицо в порядок, пока отражение в зеркале наконец не стало хотя бы отдалённо напоминать меня. Заплаканные глаза скрыть всё равно не получилось. Я тяжело вздохнула. — Ты справишься, — почти беззвучно сказала я своему отражению. Получилось не слишком убедительно. Я осторожно поправила причёску, расправила смятое платье, и ещё раз посмотрев на себя в зеркало, натянула привычную спокойную улыбку. Только после этого я вышла из туалета и быстрым шагом направилась к башне Гриффиндора. Всю дорогу я молилась лишь об одном. Пожалуйста. Пусть с Астрид всё будет хорошо. Когда я открыла дверь её комнаты, первое, что бросилось мне в глаза, – она свернулась калачиком, отвернувшись к стене, всё ещё не переодевшись после бала. Рядом, прямо на краю кровати, сидела Бриджит, молча сжимая её ладонь обеими руками. Сиенна устроилась на полу, прислонившись спиной к кровати, а Давина сидела на подоконнике, задумчиво разглядывая пол. Все четверо одновременно подняли головы, когда я вошла. — Что случилось? — я переводила взгляд с одной сестры на другую. — Астрид рассталась с Престоном, — ответила Сиенна. Я удивлённо посмотрела на старшую сестру. Та даже не обернулась. — Где ты была? — внезапно спросила Давина, внимательно посмотрев на меня. От её взгляда внутри всё неприятно сжалось. Она опять пыталась понять, говорю ли я правду. — Ходила в танцевальную студию, — почти шёпотом ответила я. — Мне нужно было кое-что забрать. Я медленно подошла к кровати и осторожно присела рядом с Астрид. — Ты в порядке? — спросила я. Она горько усмехнулась. — Не то чтобы я расстроена из-за Престона. Вы были правы. Он совершенно мне не пара. — Астрид перевернулась на спину и устало прикрыла глаза. — Во всём виноват этот Блэк! Будь он проклят. Она со всей силы ударила кулаком по постели. Я невольно вздрогнула. — Ты всё ещё любишь его, — мягко сказала Бриджит, не отпуская её руки. — Это ведь очевидно. Астрид долго молчала. Потом тяжело вздохнула и отвела взгляд к потолку. — Наверное... — призналась она почти неслышно. — Он ни на день не выходил у меня из головы. Наверное, поэтому сейчас мне паршиво в три раза сильнее. В комнате снова стало тихо. Никто больше ничего не говорил. Каждая из нас думала о своём. Я поняла, что не смогу рассказать им о том, что произошло сегодня. Не сейчас. Сейчас у нас были проблемы куда важнее моих.

***

На утро понедельника всё стало ещё хуже. Я поняла это почти сразу, стоило выйти из гостиной Слизерина. Обычно ученики проходили мимо меня, будто меня вовсе не существовало. Кто-то здоровался из вежливости, кто-то просто не обращал внимания. Меня это устраивало. Сегодня всё было иначе. Две девочки с Когтеврана, проходя мимо, о чём-то зашептались и одновременно посмотрели в мою сторону.Потом кто-то тихо хихикнул за спиной. Я сделала вид, что ничего не услышала и усокрила шаг. Наверное, показалось. Чем ближе становился Большой зал, тем чаще на меня оборачивались люди. Некоторые даже не пытались скрыть насмешку. Я машинально сильнее запахнула на себе широкий серый свитер, словно он мог спрятать меня от десятков любопытных взглядов. — Смотрите, — негромко сказал кто-то справа. — Это же младшая Уайт. — Та самая? — Ага. — Не ожидал от неё. Я опустила голову ещё ниже. Сердце начинало биться всё быстрее. Что происходит? Ещё через несколько метров меня обогнали двое слизеринцев с седьмого курса. Один из них специально замедлил шаг возле меня. — Осторожнее, — усмехнулся он, скользнув по мне взглядом. — А то вдруг ещё на кого-нибудь набросишься. Его приятель громко рассмеялся. — Отчаянная сестрица Уайт. — Давно стала на парней кидаться? Они ушли вперёд, продолжая смеяться между собой. Я остановилась. В груди неприятно заныло. Я совершенно перестала понимать, что происходит. Медленно вдохнув, я всё же заставила себя идти дальше. Когда двери Большого зала открылись, я сразу почувствовала, что происходит что-то неладное. Шум не исчез – он стал громче. Ученики сидели за своими столами, однако слишком многие смотрели совсем не на завтрак. Они смотрели на меня. Возле слизеринского стола собралась небольшая толпа. В самом центре стояла Анджела, рядом с ней её друзья, Итан сидел чуть поодаль, ссутулившись и не поднимая головы. Я почувствовала, как внутри всё похолодело. Ноги сами понесли меня вперёд. — А вот и наша героиня, — громко произнесла Анджела, едва заметив меня. Разговоры вокруг мгновенно стихли. — Может, сама расскажешь всем, как вчера бросилась на Итана? Я непонимающе моргнула. — Что?.. Анджела театрально удивилась. — Только не делай вид, будто ничего не помнишь. Позади неё кто-то тихо прыснул со смеху. — Да брось, — продолжила она, разводя руками. — Мы уже все знаем, чем ты занималась с ним после бала. Никто тебя не осуждает, Элеанор. Кто станет осуждать девчонку, на которую годами никто даже не смотрел? По залу прокатилась волна смешков. Я почувствовала, как начинают гореть щёки. — О чём ты говоришь? — спросила я, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я понятия не имею, о каких твоих больных фантазиях идёт речь. Анджела коротко рассмеялась. — Мои фантазии? Она демонстративно посмотрела на окружающих. — Извините, ребята, кажется, это уже слишком. Вроде бы не я вчера бегала за бедным парнем по всему замку и умоляла лишить себя девственности, — продолжила она с показным сочувствием. — Хорошо ещё, что Итан сумел от неё отвязаться. Теперь смеялись уже громче. Я слышала этот смех со всех сторон. Словно он окружил меня. Давил. Не давал вдохнуть. Я перевела взгляд на Итана. Он сидел неподвижно. Его пальцы были так сильно сжаты, что костяшки побелели. — Итан... — мой голос дрогнул. — Скажи им, что это неправда. Скажи им...Я ничего не делала. Он не пошевелился. Слёзы уже застилали глаза. В Большом зале стало тихо. Наверное, многие ждали, что он сейчас заговорит. Что остановит всё это. Итан лишь ещё сильнее опустил голову. Я услышала новую волну смешков. Не выдержав десятков взглядов, устремлённых на меня, я резко развернулась и почти выбежала из Большого зала. Перед глазами всё расплывалось от слёз. Я бежала так быстро, что несколько раз едва не столкнулась с учениками в коридоре. Кто-то окликнул меня, кто-то удивлённо обернулся, однако я продолжала бежать, не разбирая дороги. Сейчас мне хотелось только одного. Чтобы никто больше никогда не смотрел на меня.