Даже во сне покоя нет

Опять повисла тишина. Впрочем, ненадолго. Сюаньчжэнь, то ли пытаясь скрыть раздражение из-за всей этой ситуации, то ли просто следуя давно въевшейся привычке, первым нарушил молчание: — А тебе, значит, всё известно о демонах? — тихо, почти лениво бросил он, старательно придавая голосу безразличие. — Знаток, чёртов. Нань Ян негромко выругался себе под нос. Несколько мгновений он молчал, будто собираясь с мыслями, а затем вновь посмотрел собеседнику прямо в глаза. За последнюю неделю этот взгляд стал почти привычным — слишком долгим, слишком внимательным, слишком раздражающим. — Я уже сталкивался с ним раньше. Так что кое-какой опыт у меня всё-таки есть. — Вот как? — уголок губ Сюаньчжэня дрогнул в насмешке. — И что же это за опыт? Нань Ян скрестил руки на груди, всем видом показывая, что разговор ему перестаёт нравиться. — А тебя это не касается. Слова повисли между ними тяжёлым грузом. И снова тишина. На этот раз оба ощущали её почти физически. Нань Ян вдруг мысленно выругался. Проклятье. Предательская частица «не» опять исчезла, только уже не в Му Цина. Сюаньчжэнь сразу всё понял. На его лице медленно появилась довольная, почти хищная улыбка. Теперь он чувствовал себя идиотом уже не в одиночку. Первым сдался Нань Ян. Будто ничего не произошло, он коротко бросил: — Пойдём. Нужно расспросить местных. Некоторое время они шли молча. Лишь шаги глухо отдавались по пустой улице. И уже почти у первого дома Нань Ян будто невзначай произнёс: — И почему генерал Пэй не смог догадаться, чьих это рук дело? — он поморщился, явно вспоминая что-то из прошлого. — Осведомлён он не меньше меня. Скотина в чиновничьем халате. В голосе сквозила плохо скрытая злость. Сюаньчжэнь уловил её сразу. Не обычное раздражение, не привычную неприязнь, а что-то гораздо глубже. Естественно, ему захотелось узнать причину. И сейчас удача была на его стороне. Он уже приоткрыл рот, собираясь задать вопрос, но Нань Ян будто заранее понял, к чему всё идёт. Резко остановившись, он без лишних слов прижал ладонь к чужим губам. Ладонь была тёплой. Она была горячей. Сюаньчжэнь раздражённо нахмурился, мысленно приказав себе обратить внимание на что угодно, кроме этого. — Нет, генерал Сюаньчжэнь. Даже не начинай. Сквозь ладонь донёсся приглушённый смешок. Он не видел лица собеседника, но отчётливо почувствовал, как тот улыбается. В следующее мгновение по духовной сети прозвучал насмешливый голос: «А ты заставь меня молчать, генерал Нань Ян». Тот устало прикрыл глаза. — Я расскажу потом. Не сейчас, — тяжело выдохнул он, отводя взгляд. — Пожалуйста. Ответ не заставил себя ждать. «Если не расскажешь — пойду к Мингуану. И ты прекрасно знаешь, что пойду». Нань Ян только тихо фыркнул. — Ещё чего. Он сильнее надавил ладонью, будто это действительно могло заставить Сюаньчжэня отказаться от своей затеи. Тот недовольно запрокинул голову, а через секунду без малейших колебаний впился зубами в чужую руку. Острая боль заставила Нань Яна резко отдёрнуть ладонь. По коже тонкой струйкой потекла кровь. — Ты, блять, совсем ахуел?! Он уже замахнулся, готовый отвесить заслуженный подзатыльник, но удар так и не последовал. Дверь дома, возле которого они остановились, с громким скрипом распахнулась. На пороге появился старший мужчина. Судя по выражению лица, шум разбудил его далеко не впервые. — И что вы разорались?! Нету мне покоя, нету! Ей-богу, придушил бы что одного, что второго! Мужчина раздражённо перевёл взгляд на парней, а затем неожиданно осёкся. Его лицо медленно вытянулось. Они забыли сменить облик. — Вы… — мужчина прищурился, всматриваясь в лицо Му Цина. — У вас лицо больно знакомое… Сюаньчжэнь застыл как вкопанный. Тем временем Нань Ян уже судорожно пытался придумать хоть какое-нибудь убедительное оправдание. — Что вы, господин, мы всего лишь младшие служащие богов войны… Поздно. Глаза старика вдруг широко распахнулись, а лицо озарилось таким неподдельным восторгом, что стало ясно — он всё понял. Не говоря больше ни слова, мужчина поспешно опустился на колени и низко поклонился. — Совершенный владыка Сюаньчжэнь! Нань Яна узнать было куда сложнее. Его статуи никогда не отличались особым сходством с оригиналом, однако осанка, одежда и сама аура выдавали в нём небожителя не меньшего ранга. Мужчина, всё ещё не решаясь поднять головы, осторожно произнёс: — А вы… Я так понимаю… — Это Цзюй Ян. — На последних словах его голос предательски дрогнул от сдерживаемого смеха. Старик поспешно поклонился. — Совершенный владыка Цзюй Ян! Какая честь! Фэн Синь медленно повернулся к Сюаньчжэню. — Ты сейчас серьёзно? — А что? Имя историческое. — Я тебя убью. — Прими за комплимент! Много кому этот титул по душе. Последние слова он произнёс намного тише, но так, чтобы Фэн Синь услышал. Подзатыльник прилетел мгновенно. — Кроме тебя как раз, это почти не упоминается, так может именно тебе он очень понравился!? В точку. — Совершенный владыка Нань Ян, будьте добры, — процедил тот, даже не взглянув на своего «товарища» Сюаньчжэнь потёр затылок, недовольно цокнув языком. Бил Нань Ян всё так же сильно. Почему-то эта мысль показалась неожиданно… привычной. Даже приятной. «Мазохист чёртов» — Му Цин отдёрнул себя от этой мысли, больно впиваясь ногтями в шею. Мужчина поспешно вскочил на ноги. — Простите, простите! Прошу вас, господа, проходите в мой скромный дом. Он всё так же не смел поднять на них взгляд. Внутри жилище оказалось небольшим, но ухоженным. Усевшись за круглый деревянный стол и вежливо отказавшись от предложенного чая, генералы наконец перешли к делу. Однако хозяин дома успел заговорить первым. — Вы ведь пришли помочь нашей деревне? Мы так долго молились владыке Шэню… Почему же он не отвечал нам? — Он заточён под горой Тунлу. Ответ прозвучал настолько синхронно, что оба сами недовольно переглянулись, будто бы обвиняя друг друга в копировании. Мужчина замер с открытым ртом. Кажется, подобного объяснения он ожидал меньше всего. Опомнившись, он тут же засыпал их новыми вопросами, перескакивая с одного на другой так быстро, что уследить за мыслью было почти невозможно. — Довольно. Сюаньчжэнь оборвал поток слов спокойным, но холодным голосом. — Мы здесь не затем, чтобы обсуждать вашего владыку. Расскажите лучше, что происходит в деревне. Нань Ян устало подпёр голову рукой. — Всё, что покажется вам странным. Любые подробности. Мужчина шумно сглотнул и медленно кивнул. — Страшные… страшные вещи происходят. Давненько такого не было… Он нервно сжал ладони. — Моя жена… она… сама призналась, что изменяла мне. Всё рассказала, ничего не скрыла… Я тогда… — голос дрогнул. — В общем… в ярости я натворил страшное. Он судорожно вдохнул. — Теперь жалею. Каждый день жалею. На глазах проступили слёзы, но, словно что-то вынуждало его говорить дальше, мужчина не смог остановиться. — А дочь… ушла. После всего этого ушла из дома, оставив такое ничтожество, как я, одного. В комнате повисла тяжёлая тишина. — И это далеко не единственный случай, господа, — продолжил он уже тише. — Люди словно обезумели. Кто-то признаётся в старых грехах, кто-то бросается с кулаками на соседей. Драки, убийства, бесконечные ссоры… Вся деревня будто разваливается на части. Он поднял на них полный надежды взгляд. — И всё-таки… что теперь будет с нашим владыкой? Оба генерала одновременно покосились друг на друга. Нань Ян благоразумно предпочёл промолчать. Сюаньчжэнь же оказался менее сдержанным. Следующие несколько минут хозяин дома молча слушал весьма красочную речь о том, каким именно человеком являлся его горячо почитаемый «владыка» и почему не стоит возлагать на него столь большие надежды. Когда тирада наконец закончилась, мужчина выглядел так, словно в один день лишился всех жизненных ориентиров. Ни одного лишнего вопроса он больше не задал. Лишь снова поклонился, извинившись за своё любопытство, после чего принялся спокойно и обстоятельно рассказывать обо всём, что происходило в деревне. Разговор затянулся почти на полчаса. К его концу у обоих сложилась одна и та же картина. После вспышки гнева демона жители больше не могли скрывать то, что годами прятали даже от самих себя. Их безупречная репутация держалась на лжи, недомолвках и взаимном притворстве, а благопристойность оказалась лишь тонкой маской, скрывавшей старые обиды, измены, насилие и страх. Тайны начали всплывать одна за другой, превращая деревню в настоящий хаос. Поблагодарив хозяина за помощь, генералы покинули дом. Дверь за их спинами тихо захлопнулась. Несколько мгновений оба молчали. Сюаньчжэнь привычным движением сменил облик, вновь превратившись в Фу Яо. Нань Ян последовал его примеру, но взгляд так и не отвёл. — Что? — не выдержал Сюаньчжэнь, поймав его на очередном пристальном взгляде. — Ничего. Но вместо того чтобы, как обычно, пойти вперёд, Нань Ян остался стоять рядом. Слишком рядом. Сюаньчжэнь нахмурился. — Если сказать нечего, может, пойдём? Ответа не последовало. Нань Ян будто сам не понимал, что делает. Всю последнюю неделю Му Цин то отставал на несколько шагов, то уходил вперёд, то отделывался односложными ответами, словно намеренно избегая любого лишнего разговора. И почему-то именно сейчас это начало раздражать. Нет. Не раздражать. Задевать. Он поймал себя на мысли, что уже несколько минут ждёт, когда Сюаньчжэнь снова посмотрит на него. «Да что со мной…» Где-то неподалёку вновь колыхнулась знакомая тёмная духовная энергия. Нань Ян едва заметно поморщился. — Ты всю неделю меня игнорируешь. Слова сорвались прежде, чем он успел их удержать. Оба замерли. Сюаньчжэнь медленно повернул голову. — Что? На лице Нань Яна промелькнуло искреннее недоумение, будто он и сам не ожидал услышать собственный голос. — Я… не это хотел сказать. Он раздражённо выдохнул и потёр переносицу. «Я этого демона собственноручно придушу» — Мелькнуло в его голове. Сюаньчжэнь молчал. Он видел, как собеседник действительно пытается взять себя в руки, но с каждым вдохом выражение его лица становилось всё мрачнее. — Ты перестал со мной спорить, — уже тише произнёс Нань Ян. — Перестал цепляться. Даже смотреть в мою сторону перестал. Он осёкся и резко отвернулся. Повисла неловкая тишина. Сюаньчжэнь неожиданно усмехнулся. — Значит, тебе всё-таки не хватает того, что я действую тебе на нервы? Нань Ян смерил его долгим взглядом. — Да, чёрт возьми. Пауза. — Когда ты вдруг перестал это делать… стало неправильно. Сюаньчжэнь хотел ответить привычной колкостью. Не смог. Почему-то эти слова задели его сильнее, чем должны были.