Спор

(⁠◔⁠‿⁠◔⁠)

      — Реп Мон-хён, ну пожалуйста, пожалуйста, — молитвенно сложил перед грудью ладошки Ви, — мы быстро, обещаю, туда и обратно. Мне надоело уже курицей давиться, так хочется ломтик жареной свинины и острое кимчи. Мы с Чимини быстренько пообедаем в ближайшем кафе и назад, менеджер-ним даже и не заметит нашего отсутствия. Обещаю, мы и про вас не забудем — пару лишних порций мяса закажем.       Чимин, который в очередной раз был на жёсткой диете, без особого интереса слушал мольбы друга. Ему, конечно, хотелось бы прогуляться, отвлекаясь от изнурительных тренировок в танцклассе, но и на диване в кухне-столовой, где Пак вольготно раскинулся, закинув стройные ноги на сидевшего в другом конце дивана Юнги, было неплохо. Играя в аркаду на телефоне, парень с аппетитом хрустел зелёным яблоком.       Открывшего рот лидера для очередных возражений прервал Чонгук, громко воскликнув:       — Э-э-э, Ви-хён, я бы мог с тобой сходить. Сеул всё еще немного пугает меня, как и количество людей на улице. Думаю, с тобой мне будет проще преодолеть этот страх.       Тэхён, который вот уже несколько дней тщательно избегал Чона, застыл испуганным сусликом, захлопнув рот и сжав губы в нитку. Ну а что поделать, если пережитое возбуждение от красивой спины, испытанное накануне, довело его едва ли не до паники? Подписываясь с другом на стебный спор, Ви совершенно не ожидал, что наивный малыш Чонгук может настолько привлекать, шекоча непонятными мурашками тело. Впрочем, нет! Мурашки были вполне идентифицируемыми, но от этого не менее пугающими. В тот вечер Тэ, забив на душ, сбежал в автомобиль хайба, который доставлял их на выступление, жалобно подвывая, пользуясь одиночеством, пока все парни были в гримерной. Натянувшиеся до боли в паху штаны неоднозначно и откровенно хоронили его «гетеросексуальность», и это пугало невероятно. С трудом придя в себя, парень пообещал очертить между собой и этим «ходячим искушением» разделительную черту. Как это правда совместить со спором, от которого его так и не избавил ехидный Пак, Ви не имел понятия. И сейчас, глядя на Чонгука с его спонтанным и незамысловатым приглашением, парень не знал, как вообще можно отказаться?       — А что? Неплохая идея, — смачно потянул мышцы Джин, — если честно, я бы не только порцию «пулькоги» съел, но и от бутылочки соджу не отказался. Личная встреча с директором всегда немного нервирует меня.       — Да, хён, твой спич о том, что тебе нужен псевдоним «Worldwide handsome» был потрясающим, — усмехнулся Шуга, незаметно поглаживая край домашних штанов Чимина, едва уловимыми движениями зацепляя пальцами голую кожу лодыжек.       — Нет, Юнги-я, — звонко захохотал Хосок, — твой крик души о том, что «директор Бан обманул тебя», был фееричнее всего.       Чимин, млеющий от приятных прикосновений, казалось, уже готов был потерять сознание. Каждый раз, чувствуя нежное, как крыло бабочки, прикосновение к своим ногам, он буквально заставлял себя вслушиваться, о чём говорят ребята вокруг. Тепло узловатых, тонких пальцев вызывало жар, который неторопливо поднимался по телу, оседая бордовым цветом на разрумянившиеся щеки. Руки хёна приносили удовольствие, сам хён приносил удовольствие, и четко осознавая это, вокалист не желал от этого избавляться.       — Да, и чёрт возьми! Кто ещё мог похвастать столь приятным вниманием от самого строгого и закрытого хёна?       Внимательным глазом лидера Намджун заметил и смущение Пака, и трепетные поглаживания их гениального рэпера, и дикий восторг предвкушения от прогулки Чонгука.       — Хорошо, ребята, устроим сегодня отдых для души, но только договоримся сразу же: никаких посиделок до чертей перед глазами. Поужинаем и по кроватям, завтра насыщенный день. Ви с Макне идут за едой на всех, мы с Юнги-хёном пройдемся до супермаркета, приобретём спиртное.       — Лучший! Просто лучший на свете лидер! — заверещал Хосок, тиская и обнимая Намджуна.       — Благословляю вас на свершения, дети мои, — пафосным тоном произнёс Джин, застыв в величественной позе.       И, не удержавшись от офигевших выражений лиц мемберов, звонко засмеялся:       — Видели бы вы свои рожи! Что, не ожидали, что ваш хён может быть таким величественным? Валите уже, я пошёл накрывать на стол, Хося, мне в помощь. Где-то у нас там ещё припрятанное «кимчи» мамы Чимина, какое же застолье без «кимчи»?       — На свидание зовёшь, Джуни? — прокрехтел Шуга, нежно убирая лежащие на нём ноги. — Так уж и быть. Как я могу отказать такому милашке?

***

      — Хён, прости, если лезу не в своё дело, — несмело сказал лидер, шагая рядом с Юнги, — но думаю, именно ты поймёшь мой интерес и не примешь за бесцеремонность. Я обязан спросить тебя: что происходит между вами с Чимином? Вы в последнее время постоянно рядом, а твоя нежность к этому парню вскоре станет очевидной для всех.       — Эк, тебя плющит, эРМ, — растянул губы в фирменной улыбке Мин, — твоя толерантность скоро патокой из ушей польётся. Усёк, значит? Ну да, это был вопрос времени, ты меня знаешь. Я парень простой, живу по принципу «живи — сегодня, завтра может и не быть». Не буду лукавить и унижать себя враньём: Чимин нравится мне, очень. И судя по тому, как он реагирует на мои прикосновения, я тоже ему небезразличен.       Закашлившись, лидер тихо прошептал:       — Хён, но ведь это неправильно, грешно. Ты что, мне сейчас говоришь о том, что тебя тянет к Чимину в том самом смысле, о котором я подумал? Да, где твой здравый смысл? Ты представляешь, что именно с нами будет, если это всё дойдёт до директора? Он же выкинет нас всех с огромными штрафами.       — Знаю, — понурился рэпер, — я себе весь мозг сломал, Намджуни. Когда Чимин шлепнулся мне на коленки, и на меня обвалилась «страшная правда», что я испытываю вовсе необычную симпатию к нашему вокалисту, я полночи на кухне виски заливался, всё думал, думал… Но ты пойми, это моя жизнь, и жить её мне, а не директору Бану или вам всем, ребята. Я не стану стыдиться своих чувств, и если Пак ответит мне взаимностью, буду самым счастливым. Даже если меня и выпрут из «Бантан Сонендан», у меня останется любовь и музыка, а это не мало, Джуни, совсем не мало.

***

      Весело размахивая пакетом с едой, Чонгук шокирующе для Ви выдал:       — Знаешь, хён, я как будто на свидании с тобой. Мы так классно провели время, мне понравилось, давай так ещё как-нибудь сбежим, только ты и я. Рядом с тобой мне ни чуточки не страшно и не тревожно. Ты прямо чувствуешь, как отвлечь мою панику веселой шуткой или крепким тычком. И хоть завтра я и буду наверняка весь в синяках, но сегодня я ни о чем не жалею.       Глядя в бездну чёрных круглых глаз, находящихся так близко к его лицу, Тэ просто пропадал. Милое личико с выступающими зубками и охуительно прекрасной родинкой под нижней пухлой губкой хотелось крепко обхватить ладошками, мягко приблизив лицо вплотную к своему. Красивые губы хотелось примять своими, ощущая их жар до тремора рук.       Не совсем осознавая своих действий, Тэхён, протянув руку, обнял тонкую талию, притянув к себе ошеломлённого парня. Ткнувшись носом в оголённую шею, Тэхён прошептал:       — Никаких свиданий, Чонгуки, никаких! Неужели же ты не видишь, что тебе не нужно оставаться со мной наедине? Это опасно, понимаешь? Опасно для нас обоих. Боюсь, рано или поздно, но меня сорвёт. Ты молод, Макне, но не глуп: искры, которые сверкают между нами, не могут остаться незамеченными тобой. Меня тянет к тебе физически, в моей душе расцветает нежность от одного твоего присутствия рядом. Я не хотел этого и не ожидал, и вот теперь готов залепить себе крепкую оплеуху за одну только мысль, что мог бы помочь тебе стать не таким стеснительным. То, что я чувствую, Чонгуки, это грешно и плохо. Отвратительно, понимаешь?       Обхватив кистью руки взъерошенные волосы, и слегка потянув, отрывая от шеи спрятаное лицо, Чон, прямым взглядом гипнотизировал чужие, раскосые, золотистые и безумно привлекающии.       — Я тоже чувствую это, хён, — слегка мазнули сжатые губы, жаркие чужие, — и почему это плохо и отвратительно? Мне вот всё нравится.

(⁠◔⁠‿⁠◔⁠)