О добре

Гарри даже использовал заглушающие чары, чего обычно не делал, предпочитая натыкаться на всех преподавателей и получать нелестные комментарии от портретов. Но в этот день парень действительно боялся быть пойманным — в большом железном ведре со смятыми боками плескалась теплая вода, а в ней лежала ракушка, внутри которой спала нерожденная водная фея. Бедняжка не успела окрепнуть до начала зимы и застряла в раковине. Ее силы постепенно угасали, и когда русалка передала ее Гарри, надежда на спасение была ничтожно мала. Парень услышал шорох и вжался в темный угол, затаив дыхание и прижимая ведро к груди обеими руками. Профессор Флитвик шел по коридорам, которые в первую очередь осматривали во время патруля, и зевал, прикрывая рот рукой и не обращая внимания на студента, которого прикрывала лишь тьма безлунной ночи. Гарри подождал, пока профессор свернет за угол, и пошел дальше. — Опять не в кровати, молодой человек, — сонно пробурчал портрет. — Самый ужасный нарушитель за последние сто двадцать лет. — Мне надо спасти фею, — шепотом ответил нарушитель и снова взял ведро в одну руку, чтобы другой сжать палочку. — Бедняжка умирает. — Да-да, фея… — пробурчал портрет и засопел, а Гарри двинулся дальше к цели. Он остановился у нужной двери и прошептал: «Сосновая свежесть», — но дверь не открылась. Видимо, пароль сменили, а Гарри нужная была просторная ванна с горячей водой и желательно магией, нужна именно в эту ночь, потому что в следующую будет поздно. Он поставил ведро на пол и потер глаза, которые болели от недосыпа и слезились от участи, которая ожидала фею. Но нужно было решать проблему, а не раскисать. Если бы был не поздний вечер, почти ночь, Гарри бы отправился к МакГонагалл, чтобы она дала доступ в ванную старост, возможно, стоило попросить об этом Флитвика. Он бы понял, в отличие от какого-нибудь Снейпа или Вектор. Гарри поднял голову, услышав, как по ту сторону включилась вода. Значит, это не пароль сменили, это изнутри дверь была закрыта на задвижку. Парень вздохнул и постучался, но никто не ответил. Видимо, шум воды перекрывал звуки снаружи. Ну, Гермиона явно бы не полезла в ванную старост после отбоя, как и Падма с Констанцией, Пэнси вообще говорила, что у нее дома для коней ванная лучше, значит там был кто-то из мальчишек. Гарри надеялся, что не Драко, отец которого быстро сообразил, что единственный способ оградить чадо от проблем с самооценкой и истерик из-за Летучей Мыши Хогвартса — сделать эту Летучую Мышь крестным. Сработало на «ура», теперь зло примкнуло к Драко. Гарри начал колдовать над задвижкой. Благо, дверь была сделана из древесины и буквально тянулась к Гарри, уставшая находиться в каменном замке. Задвижка поддалась, и парень довольно улыбнулся, осмотрелся и толкнул дверь, проскальзывая внутрь. Свет был приглушенным, но все равно ударил по глазам, поэтому Поттер прищурился, а, когда посмотрел в ванну, подумал, что стоит сейчас же дать деру. Краны с горячей водой, от которой шел пар, работали на полную, пузырьки были отключены, кроме маленьких и белых, которые покрывали все шапкой. И эту фигуру Гарри узнал сразу, пусть даже были видны только влажные волосы, часть шеи и пальцы, сжимающие сигарету. Гарри мог представить, как объясняется перед Уизли или даже Малфоем, но точно не перед профессором Риддлом. Но ему нужна была эта горячая вода, магия и много пространства, в котором новорожденная фея не зачахнет. Профессор запрокинул голову, показывая свою тонкую шею, выпирающий кадык, а его волосы рассыпались по бортику. Гарри сглотнул, его решимость показать свое присутствие пошатнулась, потому что, вероятно, его труп потом найдут на дне этой огромной ванны. Профессор поднес к губам сигарету, сделал медленную затяжку и приоткрыл рот, позволяя дыму выскальзывать изо рта. Гарри чувствовал, что его щеки пылают, но действительно боялся, что Риддл, ну, ладно, не убьет, но покопошится в памяти. Мужчина небрежно откинул сигарету, и она сгорела, не долетев до воды и не оставив после себя даже пепла, а потом по-кошачьи потянулся, еще больше показывая шею и обнажая часть груди, и вот тут Гарри понял, что не будет больше вести себя так низко, и громко поставил ведро на пол, делая вид, что только вошел и еще не видел профессора. — Поттер?! — послышался возглас. Парень поднял взгляд и удивленно округлил глаза, словно не подозревал, кого встретит. — Здрасьте, — сказал он и сглотнул. Риддл щелкнул пальцами, отчего вода из кранов резко прекратила течь, потянулся за полотенцем, накидывая его на плечи, отвернулся, снова откидываясь на бортик и массируя виски. — Я уверен, что закрывал дверь. Таким образом вопрос, как вы здесь оказались? — Отодвинул задвижку, — ответил парень. — И зачем вам понадобилось идти в ванную старост посреди ночи и отодвигать задвижку, зная, что внутри находится человек?! — спросил Риддл, поворачиваясь, чтобы взять очки и нацепить на нос. — У меня фея умирает, — ответил тот и шмыгнул носом. — Замерзла, бедняжка. А ведь она даже не родилась. — Почему, Поттер?! Почему вы всегда оказываетесь рядом со мной? Я даже помыться нормально не могу! — взмахнул руками мужчина, отчего полотенце попыталось упасть, но было быстро подхвачено и возвращено обратно. — Почему вы всегда оказываетесь рядом со мной, я даже нормально правила нарушить не могу, — надулся парень. — И моя Жулечка умрет, если не поместить ее в горячую воду. Точнее, в воде она тоже может умереть… — вздохнул он. — Это вы намекаете, что мне нужно выходить из ванны, чтобы поплавала ваша Жулечка? — приподнял бровь Риддл. — Можете не выходить, — сказал Гарри, — она маленькая. — Нет, спасибо, не хочу находиться с вашими существами в одном месте, — ответил тот, закатив глаза. — Отвернитесь. — Что? — спросил Гарри. — Поттер, я понимаю, что вы не обладаете чувством такта, но, если хотите, чтобы ваш монстрик выжил, отвернитесь, — раздраженно повторил мужчина. Гарри послушно повернулся, глядя на дверь, и услышал плеск воды и шуршание ткани. Ой, черт, он не подумал, что профессору надо будет одеться. Вопреки распространенному мнению, Гарри умел стесняться, и теперь, слыша, как босые ступни Риддл касаются мрамора, как полотенце падает на пол, как тихо шелестит одежда, он почувствовал, как горят уши. — Кто там у вас? — спросил мужчина. — Водная фея. Она совсем безобидная, максимум откусит палец. — Как мило, — ответил тот, и его голос сочился ядом. — А что вы делаете в ванной старост? — спросил Гарри. — Профессорам не запрещено здесь находиться, — фыркнул Риддл. — Думаете, кто-то озаботился создать ванну для преподавателей, которые должны жить за счет улыбок детей и солнечного света? Хватит смотреть в дверь, я давно оделся. Гарри несмело повернул голову, а потом развернулся всем корпусом, глядя на профессора, одетого в простые брюки и рубашку. Наверное, ванная комната, заполненная паром и жаром, была единственным местом, где мужчина мог не кутаться в теплую мантию. Парень поднял ведро и понес к бортику. Под слоем пены было плохо видно дно, а фею стоило оставить на максимальной глубине на открытой области, поэтому Гарри стащил кеды и уже хотел расстегивать ремень, как услышал: — Поттер. Вы тут еще стриптиз мне устраивать вздумали? Парень повернулся, с обвинением и обидой глядя на мужчину: — Почти вся школа видела, как я раздеваюсь до плавок на турнире. И чем вам не угодил стриптиз? — Салазар, — выдохнул профессор, закатывая глаза, и просто отвернулся. — Если в заклинании сушки чуть протянуть «а» и добавить небольшую петлю в движении палочкой, то одежда не будет становиться твердой и так быстро портиться. — Стоило сказать раньше — я уже разделся, — заметил Гарри, откидывая футболку. — Прошло пять секунд! — воскликнул профессор и даже обернулся, чтобы увидеть, что, да, действительно, Поттер остался только в трусах со свиньей на попе. Гарри услышал кашель и быстро посмотрел на мужчину, обеспокоенно спросив: — Вам плохо? Вы заболели? — Здесь просто слишком много пара, — сдавленно ответил Риддл, хотя казалось, что он пытался заглушить смех. Парень вошел в воду и поморщился от жара, но для феи будет самое то. Он достал ракушку из ведра и принялся продираться сквозь пену, чтобы определить наиболее оптимальное место. Кому вообще пришло в голову назвать эту огромную площадь ванной? Это минимум бассейн! Гарри дошел до глубокого места в самом центре и нырнул, положив ракушку на дно. Вода была такая горячая, что покалывало тело, хотя Риддл даже не покраснел. Не краснеет, не толстеет… пару веков назад точно был бы сожжен на костре. Гарри вынырнул и начал тереть глаза от пены, но она сваливалась с головы и снова попадала в лицо, пока не исчезла под заклинанием профессора. — И как долго вашей фее нужно греться? — спросил Риддл, наблюдая, как Гарри продвигается к бортику. — Она должна была уже давно родиться, просто начались холода. Если она согреется и напитается магией, то к завтрашнему дню уже выберется из раковины, ну а потом ей нужно немного окрепнуть, поплавать. — И, конечно, обязательно откусить какому-нибудь старосте палец, — фыркнул Риддл. — Я со всеми договорюсь, — пожал плечами Гарри. — Даже с Малфоем? — поднял бровь Риддл. — С ним договорятся за меня, — медленно ответил парень, думая о Джинни. Гарри уже собирался вылезать, как раздался стук в дверь. — Молодой человек, или леди… или пара студентов, уже не время купаться. Отзовитесь, или я войду. От голоса Флитвика Гарри дернулся, а Риддл резко повернулся, глядя на дверь, которая даже не была закрыта на задвижку. В комнату мог просто так войти кто угодно, тупой Поттер! — Повторяю, отзовитесь! — Не волнуйтесь так, профессор Флитвик, — ответил Том. — Я определенно не студент. — Профессор Риддл, простите. Я уже чуть было к вам не вломился. Кстати, по пути сюда вы не видели Гарри? Гарри сглотнул и присел, чтобы из воды торчали только волосы и нос. Риддл посмотрел на него и ответил: — Нет, а что? — Просто я случайно увидел его в углу коридора с ведром в руках. Надеюсь, он пошел спать. — Я тоже на это надеюсь, — сказал профессор, глядя на то, как пузыри наползают на поттеровскую макушку. — Тогда доброй ночи, профессор Риддл, — попрощался Филлиус. — Доброй ночи, профессор Флитвик, — вторил Риддл доброжелательно, а потом повернулся, прожигая Гарри взглядом, и добавил через полминуты, когда коридор должен был очиститься: — За шесть с половиной лет вы могли бы и научиться скрываться как следует. — Я наложил заглушающие чары. — Дезиллюминационные, Поттер, для кого придумали? Вам еще до гостиной дойти. — Я тут останусь, с Жулей, — ответил Гарри. — До утра. — Будете сидеть на дне ванны и смотреть на свою ракушку? Идите спать, мистер Поттер, вам завтра на занятия. Мой урок второй, напоминаю, чтобы вы не забыли, как в прошлый раз. И не забыли палочку, как в позапрошлый. Риддл хмыкнул и отбросил еще влажную челку с лица резким движением руки. А Гарри вздохнул, выбрался из ванны и принялся натягивать носки. — Вы вытираться не планируете? — прозвучал голос профессора, что значило, что он все же наблюдал краем глаза за нерадивым учеником, который мог что-то натворить. — От чар кожа сохнет, а полотенца нет, — пожаловался парень, но, видимо, ему придется использовать крем на все тело, потому что Риддл взмахнул палочкой, делая его сухим. — В коридорах сквозняки, — возмутился профессор. — Живо одевайтесь, забирайте свое ведро и идите спать. Гарри вздохнул и принялся натягивать футболку, джинсы и кеды, нацепил на нос очки и заткнул за ремень палочку, наблюдая, как профессор поднимает с пола мантию и полотенце, а потом пытается одеться. — Давайте помогу, — сказал Гарри, забирая полотенце, чтобы повесить себе на предплечье, и придерживая мантию, чтобы Риддл продел руки в рукава. Профессор повернул голову, и от его волос распространился свежий терпкий аромат без капли сладости. — Идите забирайте свое ведро, — нарушил приятный момент Риддл. — И верните полотенце. Парень снял мягкую ткань с предплечья, передавая мужчине, взялся за ржавую кривую ручку и обернулся. — А… — Я вас проведу до гостиной. Не хочу потом, чтобы все преподаватели ловили вас по Хогвартсу. А, да, кстати, минус десять очков.