Джинчурики Сукуны

Глава 34.

БУУМ!! БА-А-АМ!!!! Неистовая молния пронзила небеса, рассыпавшись мириадами искр. Ооноки, едва успевший увернуться, схватился за поясницу. По его лбу скатились капли холодного пота. К несчастью, именно сейчас его пронзила острая боль в спине. Однако… Что за техника способна противостоять Стихии Пыли?! Ооноки многократно уничтожал Биджудамы с помощью Стихии Пыли, и это точно не было достижимо с помощью чакры Биджу… Чтобы противостоять Стихии Пыли в лобовом столкновении, кроме самой Стихии Пыли… пожалуй, подходило только пространственно-временное ниндзюцу. И Ооноки действительно ощутил искажение пространства. «Мальчишка… Ты этим… Только сильнее разжигаешь во мне желание уничтожить тебя любой ценой!» — Ооноки снова начал концентрировать технику Стихии Пыли. С трудом подавляя безумное влияние чакры Биджу, Учиха Кагами хрипло произнес: «Ооноки, четыре хвоста – мой предел контроля. Если ты продолжишь, я просто освобожу Девятихвостого. Мы, кажется, ближе к Стране Земли, не так ли? Даже теряя сознание, я смогу направить Кьюби в сторону вашей страны. Хочешь испытать силу Девятихвостого…?» Под багровой чакрой правая рука Учихи Кагами превратилась в кровавое месиво. Из присутствующих только потерявший сознание Роши и Минато Намикадзе знали правду. Раз уж ты считаешь меня Джинчурики Девятихвостого, тем лучше. Ооноки замолчал. Мысли лихорадочно метались в его голове, взвешивая все «за» и «против»… «…Ты слишком долго думаешь!» – рявкнул Кагами, и еще больше чакры Биджу вырвалось наружу, словно формируя пятый хвост. «Подожди!!» – Ооноки рассеял технику Стихии Пыли и воскликнул: «Клянусь именем Цучикаге, что Ивагакуре не вторгнется в Страну Огня в течение полугода! Только верни мне Роши!» … Бушующая чакра начала медленно утихать, но Кагами все еще оставался в форме с четырьмя хвостами: «Через неделю мы вернем вам Роши». «Нет! А если вы извлечете Четырехвостого? Не пытайтесь меня обмануть! А сейчас… уходите» — Ооноки стиснул зубы: «Я все же Цучикаге! Разве я могу нарушить обещание, данное перед моими шиноби?!» Хвост из чакры подхватил Роши. «Мы отступим к границе, и там передадим его вам. Живым. Это мое последнее слово. Не согласен – начнем сражение» — с этими словами из него снова хлынула зловещая чакра Биджу. … «Хорошо», – Ооноки глубоко вздохнул и, пристально глядя на Учиху Кагами, спросил: «Мальчишка, назови свое имя». «Учиха Кагами». «Вот как… Учиха Кагами, надеюсь, мы еще встретимся. В этот раз ты победил» — Ооноки медленно опустился к строю шиноби Ивагакуре, бросил последний многозначительный взгляд на ниндзя Конохи и приказал отступать. … Когда они отошли на некоторое расстояние, молодой человек с таким же большим носом, как у Ооноки, приблизился к нему: «Отец, ты ведь мог справиться даже с Девятихвостым, верно?» Шиноби мира не имели четкого представления о силе Девятихвостого. Они знали, что он силен, но в бою, вероятно, не сильнее их. А Ооноки ведь побеждал Четырехвостого и Пятихвостого одновременно! Паря в воздухе и искоса глядя на Кицучи, Ооноки холодно произнес: «Хочешь стать Цучикаге? Решил, что я слишком стар?» «Нет-нет!» – Кицучи поспешно замахал руками. Помолчав, Ооноки мрачно сказал: «Я не уверен, что смог бы справиться с Девятихвостым, да и незачем это было. По возвращении распусти слух об Учихе Кагами. Расскажи всем о поражении Роши». «А? Но…» Ооноки прищурился, и на его губах появилась странная улыбка: «Знаешь, кого он мне напомнил?» Кицучи заколебался, но он, конечно, знал о самом болезненном воспоминании своего отца: «…Учиху Мадару?» «Именно. Хотя он еще далеко не так силен, как тот Учиха Мадара, которого я знал… но он еще так молод… Такие, как он… Больше всего страха наводят не на меня… А на Коноху!» Если бы Коноха была едина, а Учиха и руководство деревни действовали сообща, Ооноки сражался бы до последнего, чтобы уничтожить их. Но он оказался здесь именно благодаря информации, полученной из Конохи… Цучикаге необходима не только сила, но и проницательный взгляд, способный видеть суть вещей. К сожалению… Кицучи слишком глуп, он не подходит. Ооноки искренне завидовал Конохе, где таланты появлялись один за другим. Белый Клык Конохи, три Саннина, а теперь еще и Минато Намикадзе, Учиха Кагами и другие. Практически каждые несколько лет в Конохе рождалось новое поколение гениев. У всего есть свои плюсы и минусы. По крайней мере, в Ивагакуре не было высокопоставленных шиноби, которые бы намеренно предавали своих товарищей, продавая информацию. Белого Клыка Конохи вынудили уйти, но Учиху вряд ли ждет такая же участь… Ооноки был терпелив. Он хотел посмотреть, вспыхнет ли конфликт между Учиха и Конохой в ближайшее время. «Тогда… отец, нужно ли отозвать людей с границы со Страной Огня?» БАМ! Кицучи получил подзатыльник. Ооноки в бессильной ярости крикнул: «Ты что, идиот?! Ты правда думал, что я буду соблюдать какое-то устное соглашение?!» Договоры о союзе в случае необходимости превращаются в никчемную бумажку, не говоря уже об устных договоренностях. «Как только Роши вернется, мы соберем войска в Стране Травы и будем готовы к войне в любой момент!» Внезапно в поле зрения появился черный ястреб, летящий к Ооноки и остальным. Посыльный ястреб? Это был ястреб, который доставлял только важнейшие донесения. Что-то случилось в Ивагакуре? Открыв сообщение, лицо Ооноки побагровело. «Черт! Идиоты! Эта черная обезьяна, Эй! Как он посмел?!! Третий Райкаге вторгся в Страну Земли! Передовые отряды уже приближаются к Ивагакуре! Немедленно возвращайтесь!» Как такое возможно?! Он отсутствовал всего два дня, как Эй умудрился выбрать такой момент?! Данзо! Это точно проделки этого мерзавца! Он передал информацию Кумогакуре! «Кицучи! Ты остаешься здесь, чтобы встретить Роши. Остальные – со мной! Возвращаемся в деревню на полной скорости!» Черт возьми! Вышел на охоту, а дом чуть не обчистили! … Граница Страны Огня. Женщина-медик, окутав ладонь зеленым свечением, прижимала ее к спине Учихи Кагами. На его теле не было ни одного живого места. Кожа, разъеденная чакрой Биджу, выглядела ужасающе. Поверхностные раны были еще терпимы, но кости правой руки были повреждены и требовали времени на заживление. «Старайтесь не мочить рану. Такие повреждения… похоже на ожоги Стихии Огня. Вам пришлось нелегко» — медик сделала перевязку, объяснила, как принимать лекарства, и вышла из палатки. … «Кагами, как ты себя чувствуешь?» — Минато, отодвинув полог, вошел внутрь. В его глазах читалась тревога. Учиха Кагами, перебинтованный с головы до ног, ответил немного глухо: «Вроде нормально. А что с Роши?» «Мы передали его шиноби Ивагакуре», – Минато вздохнул: «Если бы не инцидент в Сунагакуре, мы могли бы воспользоваться этим случаем и убить Четырехвостого. Тогда Ивагакуре понадобилось бы как минимум десять лет, чтобы подготовить нового Джинчурики». С Суной или Ивой Конохе было бы легко справиться по отдельности, да и с двумя сразу проблем бы не возникло. Однако… Если бы другие скрытые деревни увидели такую ситуацию, они бы непременно набросились все вместе, и тогда получилось бы четыре против одного. «Из деревни пришел приказ. Говорят, что война в Стране Ветра зашла в тупик, и они хотят, чтобы я отправился туда на подмогу…» «Чей приказ?» – спокойно спросил Кагами. «Приказ Данзо-самы» — помолчав, Минато помрачнел: «Кагами, ты ведь тоже это заметил, правда?» Кагами тихо усмехнулся: «Он нацелился на меня. Как только тебя переведут, он, вероятно, начнет действовать. И появление Третьего Цучикаге – наверняка тоже его рук дело». Учиха Кагами спокойно посмотрел на Минато: «Джирайя-сенсей часто говорил мне, что нужно интегрироваться в деревню, стать настоящей частью Конохи. Но, Минато-семпай… в Конохе есть те, кто не хочет, чтобы клан Учиха существовал. Сидеть сложа руки – не в моем характере. Если представится возможность, я обязательно убью Данзо». «…Но он же… близкий друг Третьего Хокаге…» — Минато не волновал высокий статус Данзо. Его беспокоили сложные взаимоотношения между ними. Учиха Кагами больше ничего не сказал, ожидая решения Минато. Если Минато выберет сторону Третьего, в будущем он не будет проявлять к нему снисхождения. Пламя светильника в палатке бесшумно колебалось. Спустя некоторое время Минато выдохнул и тепло улыбнулся: «Пока ты не поправишься, я никуда не уйду. Я буду защищать тебя, Кагами!»