Джинчурики Сукуны

Глава 36.

Сведения с фронта, где сражались с Ивагакуре, достигли и Орочимару. Внимательно изучив донесение, Орочимару погрузился в раздумья. Джинчурики Девятихвостого — разве не Кушина? Как бы ни был рассеян учитель Хирузен, он никогда не доверил бы Учихе роль джинчурики! Здесь определённо кроется нечто неизвестное ему. Однако… победить джинчурики Четырёххвостого, противостоять Стихии Пыли… вынудить Ооноки заключить перемирие на полгода… Скорость развития этого мальчишки просто невероятна! Ещё одно секретное донесение. Данзо отправил Минато Намикадзе на подмогу войскам, сражающимся со Страной Ветра, но тот ослушался приказа. На фронте Ивагакуре пока относительно спокойно, но Минато всё равно отказался помочь Орочимару. Его намерения вызывают подозрения. «Хех», — Орочимару сжёг секретное послание от Корня и холодно усмехнулся: «Всего лишь тень, прячущаяся за спиной старика. Раз уж выбрал путь тени, не мечтай выйти на свет». Немного поразмыслив, Орочимару собственноручно написал письмо и передал его своему призывному животному — белой змее. … Граница Страны Огня. После нескольких дней отдыха Учиха Кагами снял все бинты, кроме поддерживающей повязку на руке. Новая кожа была нежной и светлой, придавая ему ещё более изысканный вид. Рядом с ним появилась маленькая белая змея и изрыгнула свиток. Кагами-кун, надеюсь, это письмо застанет тебя в добром здравии. Я слышал о твоём недуге и весьма опечален, но фронт требует моего присутствия, и я не могу покинуть свой пост. Специально разрешаю джонину Минато Намикадзе сопроводить тебя обратно в деревню для дальнейшего восстановления. К сожалению, как твой старший, я не смог защитить тебя. Прилагаю свиток с собственноручно разработанной техникой активации чакры. Изучи её самостоятельно. … Кагами молча просматривал свиток. Это были наработки Орочимару по модификации тела, стимуляции клеточной активности с помощью чакры — своего рода техника самоисцеления. Вероятно, это предшественник его будущих регенеративных техник. Эта техника весьма ценна, её можно сравнить с секретной техникой Джирайи — «Грива дикого льва». Сейчас Орочимару ещё не внедрился в Корень как шпион Третьего и не попал под влияние Данзо. Его идеи ещё не столь безумны. Возможно, его цель не так уж сложна… Он просто хочет стать Хокаге и заручиться поддержкой сильных союзников. Когда же Орочимару окончательно пал? Точно неизвестно, но, безусловно, это произошло после того, как Минато Намикадзе стал Четвёртым Хокаге. Возможно, Орочимару не так уж и стремился к титулу Хокаге, а просто хотел получить признание Сарутоби Хирузена. Проще говоря: «Мне это может быть не нужно, но ты обязан мне это дать». Обладая положением Орочимару, разве у него был недостаток в ниндзя для экспериментов? Зачем выбирать обычных жителей деревни? С его интеллектом, неужели он мог так глупо попасться? Конечно, это не значит, что Орочимару хороший человек, которого обстоятельства вынудили стать злодеем. Просто эта ядовитая змея всё ещё ценит своего учителя и сдерживает себя. Кагами не будет судить нынешних знакомых по образам из своих воспоминаний, ведь, как сказал Минато, люди меняются. Конечно, кроме Данзо. Этот тип с того самого дня, как погиб Второй Хокаге, не изменился ни на йоту. Недовольство и сожаление преследуют его всю жизнь. Он может лишь слепо следовать идеалам Второго, чтобы доказать свою правоту. Сейчас Данзо всё ещё тешит себя иллюзией, что Хирузен передаст ему титул Хокаге, но через несколько лет, когда он осознает, что Сарутоби Хирузен не выберет его… вот тогда он окончательно сойдёт с ума и вступит в сговор с Орочимару, чтобы продолжить исследования Мокутона и Шарингана. Кагами ни за что не позволит этому мерзкому существу осквернить силу Шарингана. Нужно придумать способ отправить Данзо на тот свет во время этой войны. Возможно… Страна Дождя станет подходящим местом для его погребения. … Вскоре появились Минато и Какаши. «Йо, Кагами, раны серьёзные, как я погляжу!» Кагами холодно взглянул на Какаши: «Думаешь, я и одной рукой не справлюсь с тобой?» «Ещё как справишься! Конечно, справишься!» — Какаши подошёл ближе, разглядывая правую руку Учихи Кагами: «Я всё слышал! Ты, говорят, самого Цучикаге обратил в бегство! Невероятно! Просто фантастика!» Кагами мысленно вздохнул. Он из последних сил, заплатив немалую цену, выдержал всего лишь одну технику Ооноки… А слухи уже разнесли, будто он обратил Цучикаге в бегство… Заметив, как нахмурился Кагами, Минато пояснил: «Это Ивагакуре распускает такие слухи. Юный гений Учиха, мол, не только победил джинчурики Четырёххвостого, но и силой заставил отступить Третьего Цучикаге, заключив с ним договор о перемирии на полгода. Теперь у тебя даже прозвище появилось». Вот так вот… восхваляют, чтобы потом уничтожить… Кагами и не думал всерьёз воспринимать это «перемирие». Он как раз собирался отправить гонца в Кумогакуре с вестью, что Ивагакуре ослаблена и самое время нанести удар. Но кто-то его опередил. Приподняв бровь, Кагами с любопытством спросил: «И какое же прозвище?» «Рассекающий Багровый Глаз!» — Какаши картинно взмахнул руками, изображая удар мечом, в его голосе слышалась неприкрытая зависть: «Круто звучит! Прямо как у моего отца!» … … Недоброе это прозвище… Кагами потёр переносицу и обратился к Минато: «Зачем ты вернул Какаши?» Минато положил руку на голову Какаши и с улыбкой ответил: «Я всё обдумал. В его возрасте не место на поле боя, если только нет крайней необходимости». «А?» — Какаши опешил. Перед уходом Минато говорил совсем другое. Он был на патрулировании, когда Минато пришёл за ним, сообщив о важном задании: «Орочимару-сама передал мне, чтобы я сопроводил тебя в деревню для дальнейшего лечения. Вот я и решил заодно забрать Какаши. Кушина рассказывала, что в Академии есть девочка, которая постоянно спрашивает о Какаши. И ещё один юноша из клана Учиха тоже интересовался тобой и Какаши». Какаши задумался. В Академии много девчонок бегало за ним… Но больше всех, пожалуй, Рин. А кто из Учиха — и думать нечего. Конечно же, Обито. «Я уже чунин, Минато-нии! Ты что, не веришь в мои способности?» — Какаши был недоволен, ему показалось, что это неуважение: «Кагами уже прославился, я тоже хочу!» Кагами возвращается с ранением — это понятно. А он ещё ничего толком не сделал, и его вот так вот забирают обратно? Кагами посмотрел на Какаши. Отец жив, Минато и Джирайя вовремя вмешались, и Какаши не погрузился во тьму. Он словно преждевременно повзрослел, став скрытным, саркастичным, ленивым и легкомысленным. Полюбил читать «Ича Ича». Тьфу ты… Если бы ты знал, что ждёт тебя в будущем, ты бы на коленях благодарил моих предков до восьмого колена. Ставишь себя со мной в один ряд, мелкий ты выскочка! «Кагами! Что это за взгляд?! Нет, молчи! Это взгляд, которым смотрят на ничтожества!» — Какаши слишком хорошо знал этот взгляд, он сам так смотрел на Обито. Вот и получил по заслугам. «Прекрати, Какаши», — Кагами легонько щёлкнул Какаши по лбу: «Тебе ещё далеко до меня. Возвращайся в деревню и играй там в свои детские игры». «Гад! Что ты сказал?!» Глядя на препирающихся младших соучеников, Минато лучезарно улыбнулся, как заботливая мать. Обнял обоих за плечи: «Ладно вам. Считайте это внеочередным отпуском. Приготовьтесь». Вжих!