Узник ледяной короны. Эволюция

Паланкин плавно опустился на ровную песчаную площадку перед высокой стеной, сложенной из белоснежного песчаника, в которой отчётливо выделялась арка чёрных как шкура Микки Мауса ворот. Облачная подушка стремительно истаяла, а сопровождающие нас с Фловер бэтпони распряглись, после чего встали со стороны углов транспортного средства, в то время как стражники приземлились справа и слева двумя шеренгами. Отстав секунд на тридцать, рядом и чуть позади приземлился второй паланкин, в котором ехали избранный играть роль Белого Султана верблюд (имени которого я не запомнил), а также Гомфилиус, изображающий придворного мага. По небу их тоже тянули мои подданные в количестве четырёх летунов, но вот гвардию составляли всё же мастера плевания в потолок, стены, случайных прохожих. «А ведь если подумать, то факиры в своём магическом искусстве используют выдыхание дыма в противника. А это почти плевки, на которые никто не обижается», - от размышлений о пристрастиях союзников, сказавшихся даже на их чародейской науке меня отвлекло то, что створки ворот стали медленно и бесшумно открываться, тем самым открывая взгляду площадь по ту сторону стены. - От имени владыки Белых Башен я приветствую Чёрного и Белого султанов, - разведя руки в стороны, словно бы желал нас обнять, провозгласил высокий худощавый кобель, облачённый в свободные тёмно-фиолетовые одеяния с чёрной чалмой, зрительно придающей ему дополнительно сантиметров двадцать роста. – Милостивый господин мой выражает надежду, что вам в вашем пути сопутствовало Ясное Небо и приглашает в свой скромный дом, дабы отдохнуть после долгой дороги. Совет султанов начнётся после заката, а до тех пор – чувствуйте себя как дома! «А после заката? Не то, чтобы я был параноиком…», - в голове промелькнули воспоминания о первой ночевке в Городе Двух Султанов, когда на трактир напали вампиры и оборотни (пусть некоторая часть вины за это и лежала на мне). - Господин мой, владыка Красных Песков и принц Снежных Пустынь принимает приглашение хозяина Белых Башен, - выступив на шаг вперёд, оказавшись на самом краю паланкина, вскинув голову и расправив плечи провозгласила Шэдоу. - Мой господин тоже принимает приглашение, - куда более коротко, но ничуть не менее, а то и более высокомерно прозвучал голос зебриканца. - Мне отрадно это слышать, - растянул губы в клыкастой улыбке песчаный пёс, затем изобразил поклон и жестом указал себе за спину. – Прошу вас… следуйте за мной. - Принц Снежных Пустынь? – выразительно изгибаю брови, негромко обращаясь к перепончатокрылой летунье, в золотых глазах коей сверкнули искорки веселья. - Так как ты – жених императрицы Кристальной Империи, то по вашим же дикарским законам являешься принцем-консортом, - постаравшись изобразить невинность голосом, отозвалась бэтпони. – Окрестности же вашего города вызывают у меня ассоциацию с пустыней… Моему господину не нравится? - Звучит неплохо, - пожав плечами, левой рукой обхватываю кобылку за талию и, усевшись на подушки скрестив перед собой ноги, усаживаю её рядом. – Но я всё равно чувствую себя как-то неловко. В следующий раз лучше остановиться на одном титуле. - И каком же? – навострила ушки ученица. - Прекраснейший и непревзойдённый владыка всего сущего… Как тебе? – приподняв брови испытующе смотрю на кобылку. - Я запомню, - прикрыв веки и изогнув губы в лёгкой улыбке, констатировала Фловер. – Это, действительно, звучит лучше. - Ты ведь понимаешь, что я пошутил? – уточняю на всякий случай, чтобы потом не сгорать от стыда, если вдруг Шэдоу решит так меня представить (а интуиция подсказывает, что она на это способна). - Разумеется, о прекраснейший и непревзойдённый, - сверкнула белоснежными зубами в улыбке бэтпони, за что получила укол маленькой льдинкой чуть пониже спины. – Ай! За что? - Ради профилактики, - констатирую уверенно, на что получаю обиженное сопение, в дополнение к которому ученица сложила руки под грудью и отвернулась. – Прости. Хочешь – поцелую? Сразу болеть перестанет… … Город Белых Башен впечатлял: здания, расположенные на равном расстоянии друг от друга, тянулись к небесам словно огромные стебли бамбука, отбрасывая длинные густые тени на ровные чистые улицы, по которым сновали укутанные в белые одежды горожане. Ни мусора, ни слишком громких криков, ни споров торговцев и покупателей, ни попыток стражи получить пару лишних монет… Все вели себя вежливо, доброжелательно, аккуратно. Сидя на подушках паланкина, который несли четверо перепончатокрылых летунов, я наблюдал за жизнью поселения через тени. Примерно девяносто пять процентов населения составляли верблюды, которые поголовно ходили в белом (лишь стражники надевали поверх халатов короткие чёрные жилеты и ремни с клинками), изредка встречались песчаные псы, ну и совсем редко – представители других народов. При этом на бэтпони, сопровождающих меня с ученицей, внимания обращали ровно столько же, сколько и на всех остальных. «Не нравится мне здесь», - констатирую мысленно, всё же не решаясь использовать активную сенсорику, чтобы не всполошить местных одарённых. Поделившись своими наблюдениями с принцессой Красных Песков при помощи густой тени, проступившей на одной из подушек в форме чернильных букв, получаю согласный кивок и молчаливое обещание оставаться начеку. В конце концов она была наследницей прежнего Черного Султана, а потому представляла себе хотя бы часть опасностей, что могут ожидать нас в гостях у того, кто уже один раз отправил «отравленное» письмо. «Здесь яд и булат погибель сулят – смотри не зевай», - вспомнились мне слова песни из детского сериала, который я смотрел в прошлой жизни. Несмотря на то, что использовать активную сенсорику для разведки в чужом городе было… неприлично (примерно как закричать во весь голос «Я вам, козлам, не доверяю!»), у меня оставались иные способы сбора информации. И если наблюдение через тени пусть и дало немало почвы для размышлений, но при этом не показало ничего криминального… за исключением полного отсутствия самого криминала, то вот глубокий «вдох» окружающей энергии вынудил напрячься. Город Белых Башен фонил холодом, но совершенно не похожим на зимнюю стужу, а ещё в нём не было тьмы и света. Создавалось ощущение, что местные жители будто бы выцвели в плане эмоций и магии, став абсолютными серостями во всех смыслах. Память даже подкинула образы чёрных гвардейцев Кристальной Империи, лишённых чувств и эмоций при помощи шлемов. «Только вот мои подданные тогда вели себя как биороботы с ограниченным набором команд, а тут подобного не заметно. Может быть это последствие обработки, которую начал получать Найтмер Найт? Внушить всем одни и те же мысли – это проще чем прописывать модели поведения для каждого горожанина. Но… интуиция упрямо твердит, что я ошибаюсь», - мучая себя попытками разгадать загадку этого места почти упускаю момент, когда паланкины достигли дворца, имеющего форму всё той же круглой башни. Под музыку медных труб мы с Фловер вышли из своего транспортного средства, после чего за нашими спинами выстроились вооружённые бэтпони. Слева и чуть позади аналогичные действия повторили «Белый Султан», облачённый в магические доспехи одного из прежних хозяев Города Двух Султанов, замаскированный при помощи весьма качественной иллюзии, а также Гомфилиус, кутающийся в красно-белый халат, скрывающий во внутренних кармашках многочисленные флаконы с зельями и шарики с заклинаниями факиров. Шэдоу из нашей четвёрки была наименее защищённой (и одетой…), если не учитывать её навыки в магии бэтпони, а также личную силу. Впрочем, при первой же угрозе со стороны местных она должна была погрузиться в тень и отступить, либо же держаться за спинами гвардейцев, как раз и взятых с собой для того, чтобы служить живым щитом для принцессы. «А ведь ещё какую-то пару месяцев назад я бы не стал играть в политику, вместо этого просто заявившись сюда с намерением устроить мордобой. Как мужчин меняет семейная жизнь», - пока в моей голове мелькали подобные философские размышления, нас встретили служанки, которые вроде бы и были одеты как моя ученица, но при этом умудрялись выглядеть скорее уж раздетыми, чему способствовала повышенная прозрачность красной ткани. Визирь султана Белых Башен раскланялся с нами, едва наша процессия поднялась по широким мраморным ступеням и вошла в просторный холл первого этажа, украшенного висящими на стенах коврами, золотыми украшениями и статуями воинов. После этого мы стали подниматься по широким лестницам в виде двух спиралей, закрученных по часовой стрелке, огороженных высокими позолоченными поручнями: на каждом витке от них отходили коридоры, уходящие вглубь башни-дворца, красующиеся ковровыми дорожками и большими вазами. При этом нас непрерывно сопровождал едва уловимый аромат благовоний, висящий в неподвижном воздухе. … - Это и есть та ученица Селестии, которую победила и изгнала из империи Рэдиэнт? – цепляясь за мою правую руку, согнутую в локте, Фловер приподнялась на кончиках пальцев ног и заставила меня наклониться, чтобы прошептать вопрос на самое ухо. Мы стояли у края площадки башни-дворца, откуда открывался великолепный вид на весь город, а также пустыню, расстилающуюся за пределами высокой стены. Солнце уже скатывалось за горизонт, окрашивая небо в ало-золотое, тогда как с восточной стороны начали сиять первые звёзды. Другие гости совета прогуливались между жаровнями, установленными на треноги, горящими сине-зелёным огнём, источающими вокруг себя сильный жар, а за ними тенями скользили служанки с подносами, полными закусок и кубков с напитками. Гостевые покои во дворце оказались весьма уютными: большие комнаты устилали пушистые ковры, на стенах висели картины или красовались гравюры, возвышение из матрасов, застеленных шёлковыми простынями и заваленных подушками заменяло ложе. Имелся даже собственный маленький бассейн в отдельной комнате, облицованной мрамором розового и голубого цвета, с зеркальными потолками и широкими скамьями по краям. Впрочем, ничем из этого мы не воспользовались, предпочтя отдыху подготовку к вечернему мероприятию, а умыванию водой – магию. На вершину дворца-башни нас привели четверть часа назад, когда Селестия только начала ритуал смены дня на ночь. Кроме меня с Гомфилиусом, а также Шэдоу и фальшивого Белого Султана, сюда прибыли ещё пять правителей городов-государств с советниками или жёнами, ну и представители Эквестрии, исполняющие роль независимых наблюдателей. Охрана же была вынуждена остаться этажом ниже, дабы не мешать благородным господам (и кобылкам) решать судьбу мира… «Куда-то не туда меня понесло», - мысленно одёрнув себя, опускаю взгляд на принцессу Красных Песков, переодевшуюся в короткий белый жилет, от обычного для неё лифа отличающийся чуть большей закрытостью груди, и свободные шаровары того же цвета. Шэдоу с интересом разглядывала янтарную единорожку в жёлто-красной тунике, спускающейся до середины бёдер и белых штанах, облегающих стройные длинные ноги. Кобылка буквально фонила магией с ощутимой примесью огня, благодаря чему ей было плевать на порывы холодного ветра и жар от жаровен, а ещё излучала уверенность в своих силах, с плохо прикрытым пренебрежением к окружающим её варварам. «То ли урока, полученного в Кристальной Империи надолго не хватило, то ли уже здесь её успели достать… то ли она стала очередной жертвой воздействия на разум. Нужно будет за ней проследить, просто на всякий случай», - сделав себе пометку в памяти, перевожу взгляд на сопровождающего ученицы Селестии. Крупный белый единорог, облачённый в позолоченную кирасу поверх белых рубахи и штанов, с недовольным видом осматривал гостей и, абсолютно неосознанным движением левой руки, старался нащупать рукоять меча на поясе. Ему явно здесь не нравилось (хотя, судя по бросаемым на служанок взглядам – не всё), да и от собственной спутницы он был не в восторге. Так как и я с ученицей, и эквестрийцы были здесь личностями новыми, другие гости не спешили звать нас в свою компанию. А вот Гомфилиусу, сопровождающему верблюда, замаскированного под старого Белого Султана пришлось крутиться среди «стариков». - Как-то не впечатляет, - констатировала бэтпони, широко улыбаясь как раз обернувшейся к нам Сансет Шиммер. - Первое впечатление часто обманчиво, - заявляю поучительно, затем слегка щёлкаю указательным пальцем перепончатокрылую летунью по носу и спрашиваю: - Что думаешь о её спутнике? - М-м-м… - задумчиво наклонив голову, Фловер приложила указательный палец левой руки к щеке. – Я против. - Чего? – не сразу поняв, о чём ученица говорит, вопросительно выгибаю брови. - Я не желаю видеть в нашем табуне солдафона, да ещё носящего солнце на груди, - отрезала Шэдоу, после чего перевела взгляд на Шиммер и добавила: - Тем более, что они – пара. Я уже хотел спросить, с чего она взяла, ну и возмутиться её предположению на мой счёт, но как раз в этот момент солнце окончательно скрылось за горизонтом, а на площадку поднялся хозяин башни-дворца. Это был высокий худой пожилой верблюд, облачённый в белую мантию, опирающийся на длинный золотой посох, за правым плечом коего шагал уже знакомый кобель. Служанки поспешили скрыться, забрав с собой посуду, а султаны потянулись к центру площадки, где сам собой образовался живой круг. Хозяин Белых Башен окинул присутствующих немигающим взглядом чёрных глаз из-под тяжёлых век, затем чуть развёл руки в стороны и заговорил громким, сильным голосом: - Друзья мои, я рад, что все мы здесь сегодня собрались. Несмотря на все невзгоды и те, кто долгие годы властвуют в своих вотчинах, и те, кто лишь недавно вошли в наши ряды откликнулись на мой зов. Я знаю, что вы прибыли вовсе не для того, чтобы слушать речи этого старика, а затем, дабы наконец-то решить давний вопрос – должны ли Семь Пустынь стать едиными? Но прежде чем мы начнём, я хотел бы сказать пару слов… Эти два слова… Сирокко, круши!