Герцог Ворон

      Мальда, 12 день месяца Лунной Матери, 959 год Седьмого Дракона.       Девять дней спустя.       Один из загонов, Грифонья Лощина, горная гряда Дорога Драконов, окраина Герцогства Воронов, Священная империя Грифона.       — Будь мягче, Андре. — приговаривала мне едва ли не на ухо Айрис, сидя по правую руку от меня. — Если вырвешь хоть одно перо, то сделаешь ему очень больно.       — Да знаю я. — раздражённо буркнул я, но всё же прислушался к совету и немного расслабил руку.       — Веди себя с ним как с маленьким ребенком. — назидательно посоветовала девочка, не отрывая глаз с маленького грифончика, лежавшего у меня на руках как котёнок.       — Айрис, — обратился я к ней, серьёзно взглянув в её голубые, как безоблачное небо, глаза. — я не знаю как себя вести с детьми.       — Как?.. — неверующе спросила у меня девочка, которая всю жизнь жила в деревне и не раз присматривала за маленькими детьми, закрыв руками рот. Этот жест и взгляд был тай искренний и непосредственный, что я не смог сказать ничего кроме:       — А вот так.       «И как я докатился до жизни такой?» — подумалось мне, пока я смотрел на маленького грифона в своих руках, мех которого перестали вычесывать и теперь он смотрел на меня со смесью непонимания и детской обиды, ведь приятные почесушки прекратились, от чего мне захотелось побиться головой об ближайшую стену.       Всё началось неделю назад, когда я, отдохнув от тяжелого путешествия по горам и привыкнув к местному, разряженному, воздуху, решил заняться делом. Подойдя к Годфриду, я пользуясь своим положением герцога, а значит и возможностью не наворачивать круги, как у местных бывает принято, спросил — что вам нужно, чтобы выращивать больше грифонов?       Староста от такого вопроса, ненадолго завис.       У тридцатилетнего мужика, который всю свою жизнь только этих магических зверей выращивал, да решал споры и проблемы своих односельчан, просто в голове не укладывалось происходящее. Ведь к нему в деревню, настоящий медвежий угол, куда только раз в год заглядывали специальные караваны, привести всё необходимое и забрать грифонов, с какого-то хрена приехал сам герцог Империи (!), аристократ который по велению левой пятки мог творить с ним и его семьей всё, что заблагорассудится, оказавшийся десятилетним ребёнком (!), что тоже сильно било по его картине мира, ведь культ почитания старших никто не отменял, и он в лоб спрашивает, что ему нужно (!!!).       Ступор, если одним словом. Вот, во что впал не готовый к такому староста.       Пришлось звать своего интенданта, приказывать нести ко мне самый крепкий алкоголь и отпаивать бедного Годфрида, чтобы тот пришел в себя, а после, медленно и в подробностях объяснять, что я от него хочу.       И ответ мне очень сильно не понравился.       

***

      FLASHBACK.       Шесть дней назад.       Тоже место.       — Сложный вопрос, милорд. — задумчиво произнёс Годфрид, сжимая в руках большую деревянную кружку, на дне которого всё еще плескалось крепленое вино. Была середина дня, так что его жена, Алиса, лишь вынесла мужу легкую закуску, в виде хлопьев горного лука, головки козьего сыра и ломтя свежего хлеба, и, наградив его не самым добрым взглядом, ушла кашеварить, а Айрис с утра убежала помогать в один из загонов. Поэтому сейчас в главной комнате дома, где располагался большой обеденный стол и крупная кирпичная печь, которая не только давала место для сна и отапливала дом, но и позволяла готовить сытнейшую пшенную кашу, были только мы вдвоем. Ну и сидевшие по углам телохранители.       «Или это благодаря умениям хозяйки она такая вкусная?» — промелькнула у меня мысль, пока я невольно бросил взгляд на стоящий недалеко горшок, исходящий паром.       — В чём сложности, Годфрид? — поинтересовался я, вернувшись к разговору. — Я прекрасно понимаю, что выращивание грифонов дело трудное и опасное, но неужели нет способа увеличить их количество?       — Как бы вам сказать, милорд… — опять о чём-то задумавшись, медленно, рубленными фразами начал отвечать староста. — Вы же знаете, что грифонов нельзя растить в неволе?       — Это так, — степенно кивнул я. — мне говорили, что они вырастают маленькими и болезненными, даже не способными к нормальному полету. Именно поэтому все яйца, которые появляются в Империи, отправляют к вам, на выращивание.       — Всё так, милорд. — согласился Годфрид, отпивая глоток из кружки. — Настоящие боевые грифоны рождаются лишь в этих горах, где в воздухе много маны, на склонах можно найти самую разную дичь, а в тенях скрыты враги, сражения с которыми делают их сильнее. Мы лишь ухаживаем за детенышами и лечим молодняк после их битв, получая взамен верность, с которой грифоны служат своим спасителям. Поэтому для выращивания большего числа грифонов нужны в первую очередь новые охотничьи угодья, а не деньги или какие-нибудь магические штучки.       — И с этим, как я понимаю, есть существенные проблемы? — предположил я. — Дорога Дракона почти не освоена. Даже если, каждый год вы будете погружаться в неё на сотню лиг вглубь, то окажетесь на другой стороне лишь через столетие.       — Дело не только в этом, Ваша Светлость, ещё есть обитатели… — на этом моменте староста странно замялся. — Которые слишком опасны, даже для грифонов.       Вот на этом моменте, я по настоящему припух. Дорога Драконов всегда славилась как гиблое место, в котором могли жить либо закаленные жизнью люди, либо слабаки, опиравшиеся на защиту сильных существ. Но, даже среди сильнейших монстров, обитавших в этих краях, грифоны считались вершиной пищевой цепочки. Монстров, которые могли составить им конкуренцию можно было пересчитать по пальцам одной руки.       — Говорите, Годфрид. — велел я, видя его нервозность. — Кто там поселился? Ети? Мантикоры? Дикая нежить? Ветряные драконы?       — Нет. Это орки и водяные змеи, милорд. — ответил он, посмотрев мне в глаза.       — Орки и… водяные змеи?.. — я немного растерялся. — Что племена орков делают так глубоко в горах? И что тут забыли наги?       — Я и сам понятия не имею, милорд. — опасно скрипнул кружкой сжав её Годфрид. — Водяные змеи живут на самых заснеженных вершинах, куда мы просто боимся заходить, а орки слишком жестоки и опасны. Если бы не охотники и егеря, то наша деревня давно была бы разорена.       — А названия этого племени вы не знаете? — уточнил я один важный момент, уже догадываясь о ком говорил мне староста.       — Да, — кивнул он мне. — Мне рассказал отец, который воевал против них, племя поселившихся там орков, называют себя Черным Черепом.              

***

             «Твою ж мать». — болезненно прострелило у меня тогда в голове, ведь мне было прекрасно знакомо это название.       Орки Черного Черепа, были достаточно известным племенем на просторах Рунаана, а из-за недавнего бума рабов в Империи, и у нас. В отличии от большинства своих сородичей, которые хоть ненавидели людей и магов, обративших их в рабство, но прекрасно помнили для чего они были созданы, эти орки были развращены адептами Хаоса, поддавшись тлетворному влиянию Шио. Они пробудили свои худшие инстинкты, спящие в их демонической крови, постоянно находясь под действие ярости крови, что давало им преимущество в бою, но отвратительно сказывалось на разуме. Из-за этого они были отвергнуты своими же сородичами и признаны ренегатами, уже три столетия скрываясь в горах Драконьей Дороги, нападая на путешественников и караваны.       Если верить записям, ещё со времён правления Империи Сокола, они никогда не являлись слишком большой проблемой — благодаря магическим бурям, суровому климату и постоянным нападкам диких монстров, их численность изредка превышала отметку в пару тысяч голов с учётом женщин и детей. Но, по словам Годфрида, а также прибывших через пару дней глав егерей, специальных отрядов, которые не только охраняли деревни на подобии Грифоньей Лощины, но и занимались добычей редкого меха, после Пятого Затмения, Черный Череп начал набирать силу.       Недостаточно быстро, чтобы поднимать тревогу, но, судя по тенденции, ещё пару десятилетий и они могли стать большой проблемой для Империи. Ведь, если те начнут разорять деревни приручителей и убивать грифонов, наша армия рисковала лишиться одной из своих важнейших составляющих.       «Холера зубастая». — раздражённо пронеслась у меня мысль, пока я продолжал вычесывать детский пух, под чётким руководством Айрис. — «В самый неподходящий момент»       Будь жив прошлый император, то проблем бы не возникло — в кратчайшие сроки собрали бы армию и разгромили бы демонопоклонников во славу Эльрата. Вот только сейчас, даже если я приведу все необходимые доказательства и, что гораздо важнее, поклянусь своей честью, ко мне вряд ли кто-то прислушается. Пока в столице сидит Маркел, плетя свои интриги, пока Годрик только и занят тем, что потакает своей сестре-истеричке, пока в герцогствах Волка и Гончей нет твёрдой руки власти, единственным, кто мог бы мне помочь был Дункан, правитель соседнего региона. Вот только, герцогство Оленя известно, в первую очередь, своими рыцарями, от которых в горах толку мало.       В общем — опять пришлось звать Дугала и радовать его новостью о новой военной кампании, ведь с орками придётся воевать только своими силами. Слава Эльрату, я узнал об этом до того, как те набрали достаточно сил, чтобы оказать серьезное сопротивление.       Оставалась вторая проблема — наги, а точнее Шанрия. В основном, большая часть населения Империи даже понятия не имеет о существовании наг. Слишком этот народ закрытый, в отличии от тех же гномов и эльфов, с которыми была налажена постоянная торговля и те часто заглядывали в Империю.       Благородные, священники и богатые мещане, получавшие нормальное образование, знали больше. Были в курсе про самих нагов, про их богиню — Шалассу и места, где они обитали — остров Хашима.       Высшие лорды и пэры, а также торговцы большой руки, в силу необходимости и политики знали еще больше. Что Хашима это лишь малая часть нагской империи. Что основная часть их государства располагается под водами Нефритового океана и называется Империей Лотоса, с правящей там Вечной императрицей. Таинственной и могущественной колдуньей, власть которой над всеми нагами, по словам самих змееелюдей, даровала сама Изначальная дракон воды.       И лишь малая горка людей, находящаяся на вершине Священной Империи, были в курсе, что ложь. Ведь в горах Драконьей Дороги располагалось достаточно большое и могущественное государство, носившее название Шандрия. Отделившееся от Империи Лотоса и не признающее власть Вечной императрицы, это государство было закрытым даже по сравнению со своей бывшей метрополией. Никому не было известно ни государственного строя, ни даже титула их правителя.       Н-И-Ч-Е-Г-О.       И из этого протекала основная проблема — я не знал как на насильственные действия отреагирует Шандрия, а говорить обитавшим в снежных вершинах нагам, что это земли империи было бесполезно. Все они, без исключения, были фанатиками Шалассы и неприкосновенно чтили её заветы, один из которых гласил что ВСЯ вода в мире это её владения. То есть и моря, и океаны, и реки, и озера, и даже ледяные шапки на вершинах гор.       Одним словом — тупик.       Поэтому, посидев и хорошенько подумав, я понял что моим планам о увеличении числа грифонов, а значит и количества поселений приручителей, не было суждено сбыться. По крайней мере в ближайшие годы, ведь по словам Дугала, который профессионально разбирался в горной войне, сражения с Черным Черепом могло идти десятилетие, из-за отсутствия нормальных линий снабжения и знания орков этих земель. И, вспоминая растянувшуюся на шестьдесят лет, в прошлом мире, Кавказскую войну, и Афганистан, в котором преобладал горный массив, я был склонен ему верить.       Мир показал, что не всем моим планам суждено сбываться и иногда, желая получить выгоду, ты находишь лишь проблемы, от которых никуда не деться.       Из-за этого оставшиеся дни, пока егеря проверяли тропы, ведущие к печатям, мне стало просто нечего делать. Конечно оставались тренировки владения мечом и щитом, отработка заклинаний магии света и чтение выданных Мельхиором книг, но даже после этого у меня было слишком много свободного времени, которое нечем было занять.       Обычно кроме учебы, большая часть моего дня была занята работой с бумагами, встречей с просителями и общением с вассалами, которые часто посещали мой замок со своими проблемами. Да, из-за возраста, мои слова не обладали достаточным весом в их глазах, но титул герцога и взвешенное, холодное и, в какой-то мере, жесткое поведение нивелировали этот недостаток.       К примеру, за последние два года уже два барона лишись своих голов, после того как Инквизиция нашла их связь с демонопоклонниками. Очень тревожный звоночек, особенно учитывая мои знания о сюжете игры. Это было обычное наказание по закону Империи, но большинство благородных, приходившиеся друг другу родственниками, просили просто бросить их в темницу и очень удивились, когда получили жесткий и бескомпромиссный отказ от ребенка.       Так и живём.       Из-за этого, пришлось придумывать чем занять освободившееся время. Просто спать и ничего не делать мне не давала привычка, а ходить и наблюдать за работой местных, которые меня боялись как огня и все роняли из рук, стоило подойти поближе, было глупо.       Я уж было разочаровался, думал, что бездарно проведу следующие две недели, которые у меня попросили егеря на очистку дорог от завалов и гнезд монстров, как ко мне явилась спасительница, прямо сейчас сидевшая рядом со мной.       Айрис была очень интересным ребенком.       Любознательным, озорным, веселым и, на удивление, умным. Как оказалось, семья Годфрида всего во втором поколении были старостами. Его дед, выходец из герцогства Волка, что легко понять по имени внука, был третьим сыном ленного рыцаря, который скопил небольшое состояние благодаря войнам против Вольных городов и решил осесть здесь, подальше от Империи и людей, которых он под конец жизни возненавидел. После него, в доме осталась простейшая имперская азбука, а также несколько обучающих книг, по которым девочка смогла получить неплохое образование, на уровне зажиточной мещанской семьи. Сам Годфрид, по его словам, был слишком твердолобым, чтобы еле научиться азам счета и письма, чего для его работы старостой было вполне достаточно.       Только самое главное заключалось в другом, ведь насколько бы умным и сообразительным не был ребенок, взрослому зачастую будет скучно с ним общаться. Не только из-за разницы в знаниях, но и в простом жизненном опыте.       Но было одно НО, полностью разрушающее это правило.       Это талант.       Невероятный талант Айрис в обращении с грифонами, и который признавали все окружающие. По словам её отца, она с малых лет заботилась об этих могучих зверях, что к десяти годами начала понимать их желания на каком-то подсознательном уровне, для чего остальным дрессировщикам приходилось применять специальные заклинания.       Когда я узнал об этом, то попросил её показать мне свою работу, заранее отослав телохранителей, чтобы не смущать девочку, и ни капельки не пожалел.       Это было невероятно.       Людям всегда нравилось смотреть на работу профессионалов. Еще на Земле я мог надолго залипнуть в телефоне, смотря на многочисленные видео о лепке из глины, ковке мечей, приготовлении чая, балете, проектировании зданий или рисовании картин. И каждый раз, когда я видел как умелые руки мастера твердыми и уверенными движениями создают что-то новое, что я не смог бы сделать без десятков, если не сотен часов тренировок, в конце не факт, что получив ожидаемый результат, меня охватывал восторг.       И в этом не было ничего удивительного — простейшая эмпатия. Да, я не видел тех тысяч попыток художника нарисовать картину, не видел тех слез, которые проливала балерина на тренировках, не чувствовал ту боль, которую ощущает повар в очередной раз порезав себе пальцы, но моего опыта, моего понимания их работы, вполне хватало, для осознания того, сколько сил было вложено в их ремесло и, закономерно, восхититься.       Именно, восхититься их талантом, их любовью к своему делу, их волей, которую они вкладывали в развитие своих навыков.       И все эти качества были в Айрис.       Когда девочка приходила в загоны и начинала говорить о грифонах, я полностью обращался во слух и начинал ловить каждое слово, внимательно смотря на открывавшееся передо мной зрелище. То, как к ней ластились эти огромные чудовища, которых я никогда бы не смог увидеть на Земле, состоящих из одних мышц, перьев и клювов, способных при ударе расколоть даже толстый рыцарский шлем, по правде говоря, завораживало. Это было похоже на настоящую магию, ту самую которая была доступна даже на Земле, но большинство просто не обращало на нее внимания, слишком занятое своими делами и заботами.       — Андре?.. Андре! — вывел меня из задумчивости голос девочки. — Ты опять о чём-то задумался?       — Д-да. — слегка заторможёно ответил я, поняв, что невольно ушёл в свои мысли и перестал следить за окружением.       — Ты уже расчесал Боро, теперь нужно сделать тоже самое с Мори. — с присущей ей непосредственностью сказала Айрис, забрав у меня уже вычесанного птенца, а вместо этого дав нового, чей детский пух, который во младенчестве покрывает крылья грифонов, запутался в шерсти и его нужно было вычесать.       «Узнай Василий чем я занимаюсь, то схватился бы за сердце» — подумал я, принимая нового детеныша и начиная за ним ухаживать, полностью следуя заветам Айрис.       Еще одной вещью, которой меня подкупила эта девочка, были её непосредственность и сообразительность. В отличии от остальных односельчан она, не стала строить свое мнение обо мне, опираясь лишь на слухи и домыслы, а сама в один момент подошла и спросила, всё, что её интересовало.       По правде, я тогда был поражен. Ведь с тех пор как переродился в этом мире, так общаться со мной могла только младшая сестра — Анастасия. Даже Стефан, которому в этом году должно было исполниться шесть лет, вёл себя подчеркнуто вежливо и не проявлял ко мне каких-то родственных чувств.       «Хотя это неудивительно». — рассуждал я, продолжая расчесывать грифончика и вполуха выслушивая наставления Айрис, которая продолжала просвещать меня в основах грифоноведения. — «Из-за отсутствия эмоций, он ставит во главе рациональность и правила, которые требуют разговаривать со мной именно так».       Так что, я не стал её как либо наказывать и, в качестве исключения, позволил общаться со мной на равных, по сути дав ей очень большие привилегии. Ведь если, герцог говорит простолюдину, что тот может не обращаться к нему в уважительной манере, то тот любого, кроме императорской семьи, может лесом посылать, если тот потребует от него проявление уважения. Даже других герцогов, при условии наличия уверенности, что сможет пережить их гнев.       При этом, у девочки хватало мозгов понять, когда можно этой привилегией пользоваться, а когда вести себя как подобает господину и простолюдину.       — Андре, может полетаем? — спросила у меня Айрис, когда мы почистили оставшихся грифончиков и на сегодня наша работа в загоне была закончена.       — Ты о чем? — не понял я её по-началу.       — Полетаем, — как глупому ответила мне девочка и, взяв за руку, повела к стойлам, где содержались взрослые грифоны. — по небу! На грифоне!       — Разве на грифонах можно летать? — удивленно спросил я, хотя внутренне сам недоумевал, почему раньше не задался этим вопросом. Ведь, глядя на этих монстров, размером со скаковую лошадь, самим собой напрашивалось посадить на них арбалетчиков и создать аналог фентезийных истребителей.       — Можно, — с улыбкой ответила Айрис, подведя меня к стойлом. — Но, только нам, маленьким. Взрослые слишком тяжелые для полета, а мы как раз.       «Логично». — посмотрел я на то, как дочка старосты сноровисто начала накидывать на одного из самых крупных грифонов ремни, делая кустарный аналог седла.       — А это не опасно, Айрис? — уточнил я, с опаской выглянув на улицу через большие ворота, за которыми начинался обрыв. Через них грифоны улетали на охоту и возвращались обратно.       — Нет конечно! Это весело! — ответила она, всё с той же широкой лыбой, накидывая ремни на второго грифона. — Или ты струсил, Андре? Важный герцог и струсил?       Не знаю, что на меня повлияло больше — вырвавшиеся детские эмоции и гормоны, которые я большую часть времени успешно подавлял, или подсознательное желание всё же полетать на грифоне, но я лишь хмыкнул и с легкостью запрыгнул на грифона, под задорный смех Айрис.       — Молодец, — похвалила девчушка, в несколько ловких движений привязав мои ноги в трех местах к ремням. — А то, остальные ребята в деревне боятся, а одной уже летать скучно.       — Что ты сказала?! — вырвалось у меня, когда услышал её слова, пока она забралась на своего зверя.       — Ничего. — её улыбка перестала быть милой, а стала больше напоминать оскал довольной змеи, нашедшей свою добычу. — Борей! Леонид! Вперёд!       — Стой, стой, Айрис! Стой!.. Я тебе прика-а-а-А-А!!! — не успел я договорить, как резко вставший с соломы грифон в три быстрых шага подошёл к выходу и рыбкой выпрыгнул наружу, прямо в разверзнувшуюся там бездну.       — А-А-А-А-А-А!!! — орал во всю глотку, пока под порывами ветра мои глаза слезились, а рядом громко смеялась эта засранка, которая, клянусь Эльратом, сделала это специально!       — Вверх! — сквозь потоки ветра услышал я её приказной крик и, прежде чем успел хоть что-то сделать, грифон взмахнул крыльями и меня вдавило в его твердую спину.       «Если вернёмся — выскажу всё её отцу! Лично выпорю». — выразил весь испытанный страх в мыслях, ибо бьющий в морду ветер не позволял в полной мере высказать всё маленькой пигалице, больше пытаясь хоть как-то защититься от него, ибо по ощущениям, тот чуть ли не срывал кожу с моего лица. — «Так, как там было... Разиль, Трунель, Шамаэль, Метатрон».       После активации Усиления, которое благодаря урокам Киранеля, я смог применить с первого раза, мне стало полегче и я смог отцепить своё припавшее тело к спине грифона, и нормально выпрямившись осмотреться по сторонам и опешить.       Вид, открывшийся со спины пернатого зверя, поражал воображение. Бескрайние просторы гор, с их великолепными снежными шапками, клубящимися сверху облака, которые иногда полностью обволакивали каменные пики, магические ветра, которые из-за обилия в них маны, становились видимыми и дополняли это невероятную картину, будто взятую со страниц детских сказок.       — Пха-ха… Ха-ха-ха-ха… — не знаю в какой момент, но от распирающих меня эмоций, я начал смеяться. Громко и искренне. Эмоции, которые я последние десять лет держал под замком, вырывались наружу, в громком, едва ли не истеричном хохоте.       — Я знала, что тебе понравится! — вдруг услышал я голос Айрис, который пробивался даже сквозь бушующие вокруг ветра.       «Она усиливает его магией». — догадался я в раз, что заставило меня, по новому посмотреть на голубоглазую девочку, чей грифон летел в паре десятков метров от меня.       — Сейчас я покажу больше! Борей, Леонид, вверх! — мощный взмах крыльев опять чуть не вжал меня обратно, но усиленное тело смогло справиться с нагрузками и дать мне увидеть, куда мы держали путь.       На самый верх.       В облака.       — Это точно хорошая идя-а-а… — хотел было я спросить Айрис, тоже усилив голос маной, но не успел — Леонид, который меня нёс, успел раньше.       Облака наощупь оказались холодными. Похожими на плотный туман, который часто появлялся на улицах Пика в начале зимы и конце осени. Я было обрадовался, что был одет в одежду местных, которая была достаточно теплой, а Усиление давало неплохую защиту от низких температур, как мы вынырнули из облаков и очутились в…       — Море. — невольно вырвалось у меня.       В настоящем облачном море, простирающемся от горизонта до горизонта. Куда ни глянь здесь были лишь облака, сияющие закатным золотом в свете Солнца и оранжевое небо, с сияющими на нём звездами.       — Как же красиво. — вырвалось из меня, а я старался запечатлеть этот прекрасный вид в своей памяти.       — Смотри, Андре, вон, что я хотела тебе показать! — услышал я рядом голос Айрис и, повернувшись в ту сторону, куда она указывала, увидел город.       Небесный город.       Огромные соборы, с торчащими в вышину шпилями. Переходы и купола, украшенные благородным золотом и небесным серебром. Сады, своей зеленью разбавляющие строгость этой небесной крепости. И ангелы, сотни ангелов, летающих по всему городу, который я сразу узнал.       — Айрис, уходим! Живо! — крикнул я, опять прижимаясь к грифону, чтобы стать незаметней.       — Почему? — непонимающе спросила девочка, хотя мой маневр всё же повторила.       — Потом объясню. — ответил я, молясь чтобы нас с ней не заметили. — Я тебя очень прошу, пожалуйста.       — Хорошо, — кивнула она и дала какой-то для грифонов понятный знак, после чего они рванули вниз, к земле.       До Грифоньей Лощины, где меня уже обыскались и чуть не поставили на колени всех жителей как изменников, мы добирались десять минут, в течении которых я даже не любовался открывшимися вновь видами. Все мои мысли занимал Небесный город, который неясно, что здесь забыл. Будь здесь Альбанора я бы и не почесался, ведь ангелы могли летать где им вздумается, вот только сейчас над Дорогой Драконов парила совсем не она.       Только что, я своими глазами видел над своими землями ангельскую столицу, Эльраград.       

***

      После произошедшего, ничего особого не происходило.       Айрис, несмотря на острое желание её отца и матери, к счастью первой, не наказали, а наоборот, похвалили, ведь благодаря ей, я узнал о странных телодвижениях среди ангелов, которые должны сейчас быть в противоположной части Империи Грифона.       Это же событие, дало мне официальную причину, сделать её родителям щедрое предложение — отдать Айрис мне в пажи, а в будущем в оруженосцы.       Да, в Империи Грифона не было чёткого разделения на женщину-домохозяйку и мужчину-добытчика. Местные женщины спокойно могли занимать любые посты, наравне с мужчинами, что для меня, как жителя мира проигрывающего патриархата было в новинку.       Годфрид с Алисой, конечно, были в шоке, как и большая часть моей свиты, которые знали с каким безразличием я отношусь к своим оруженосцам и пажам, но, немного подумав, согласились. Повторюсь — Айрис показывала поразительный талант в обращении с грифонами, что в будущем могло стать её фишкой, как командира, а также обладала талантом в магии и была достаточно сообразительной. Идеальные качества для будущего генерала.       Да и она сама была мне симпатична, так что как герцог я мог себе позволить взять её на воспитание.       С печатями вышло ещё скучнее — благодаря заранее проведенной подготовке оба путешествия к озерам прошли без сучка и задоринки, где я просто порезал свои ладони и пролил на древние камни пару кубков крови, в конце едва чуть не падая от истощения.       Отвратительное состояние, но без этого было никак.       После этого, я со своей свитой и Айрис мирно собрались и отправились обратно, в Вороний Пик. Путешествие продлившееся целый месяц, хоть и не дало всех необходимых результатов, но закончилось хорошо.       Я выполнил договор со Слепыми Братьями, узнал о разбушевавшихся на границе орках, своим глазами увидел легендарную столицу ангелов и, самое главное, приобрел нового друга, который в будущем, возможно сделает немалый вклад в моё дело как герцога Ворона.