Герцог Ворон

      Шальда, 23 день месяца Сияющей звезды, 969 год Седьмого Дракона.              Торговый квартал, Исталон, Герцогство Воронов, Священная Империя Грифона.       Медленно скача по узким улочкам Исталона и вспоминая прошедшие годы, я в очередной раз думал о том, что они выдались… тяжёлыми. Не в том смысле, что мне приходилось постоянно выживать, распутывать сложные интриги своих вассалов, искать еретиков или демонов в своём окружении, водить армии в Рунаан, громя племена орков и тому подобные подвиги.       Нет, тяжелыми они выдались из-за Дамоклова меча, в виде канона, который продолжал висеть над моей головой и после произошедших после Великого Собора события.       Но, обо всём по порядку.       Восемь лет назад, я чуть на собственной шкуре не узнал почему Империя, несмотря на напрашивающуюся феодальную раздробленность и существенные культурные различия между провинциями, существовала уже тысячу лет. Причина заключалась в названии, которое я, ввиду своего иномирского происхождения, не воспринимал всерьез.       Священная Империя Грифона.       Главное слово здесь — священная. Почему Арантир, когда узнал что Орландо, отправился в Святопламя, сказал, что Империя Грифона больше не священна? Не только потому, что в ней глубоко проросли ростки демонопоклоничества, и по ней начали бродить отродья Ургаша.       Нет. Хранитель Порядка сразу понял, раз демоны так свободно гуляют по землям Эльрата, то это значило, что людей покинули те, из-за кого другие народы и государства всегда боялись и старались жить в мире с Империей. Те, из-за кого моё государство и нарекли священным — ангелы.       Именно дети Эльрата, бывшие одной из двух сильнейших первоначальных рас, помогали сохранять целостность империи как добрым словом, так и острым мечом.       Последнее, я чуть не испытал на собственной шее.

***

      Силада, 24 день месяца Цветения солнца, 962 год Седьмого Дракона.       8 лет назад, 17 дней спустя после начала Великого Собора.       Резиденции герцогов Воронов, Пик Воронов, Герцогство Воронов, Священная Империя Грифона.       Нисхождение в двор моего замка трёх могучих архангелов, в тот день мог лицезреть каждый житель Пика. Их огромные белоснежные крылья, будто пылавшие в лучах полуденного солнца, отбрасывали тень на всё поместье, а размер сияющих над их головами нимбов-печатей заставил меня подавиться супом, когда я увидел их через окно столовой.       «Твою ж мать». — пронеслось у меня в голове, пока я быстро подрывался из-за стола, одним местом чувствуя приближающиеся проблемы. — «А эти чё тут забыли?».       К сожалению, Киранель мало мне рассказал о быте и культуре ангелов, постоянно отмалчиваясь или напрямую отказываясь это делать, объясняя это секретами своего народа, но некоторые моменты я смог от него вызнать.       Например, чем обычные ангелы отличались от архангелов. Ответ оказался прост — опытом и мастерством.       Дело в том, что неотъемлемым атрибутом любого архангела является нимб в виде сложной магической печати, постоянно сиявшей у него над головой, между крыльев. По сути это была высшая форма заклинания Усиления, повышающая все физические параметры в пять-шесть раз, что выглядит невероятно по сравнению с привычными для людей в полтора и два. Это позволяло архангелам быть настоящими машинами смерти на поле боя, уничтожающими своих врагов пачками и накладывающих прямо на ходу Воскрешение, благодаря ускорению восприятия и улучшенному контролю маны.       «Жаль, что людям сие недоступно. Тело человека просто не выдержить такой нагрузки». — проникся я к размышлизмам, направляясь быстрым шагом по коридорам замка в сопровождении гвардейцев, на ходу накидывая меховую накидку, чтобы перед важными (и, к сожалению, незваными) гостями выглядеть соответствующе своему положению.       — «Хотя, вроде бы есть такие монстры, которые за счет голой маны и веры могут поддерживать на себе такое сверх-Усиление. К ним, если память не изменяет, причисляют Годрика и некую Эллайну».       Как раз, на мысли о самом сильном Единороге в империи, я выскочил во двор и смог увидеть, кого ко мне принесла нелегкая.       Там, посреди тренировочного поля, в окружении хорошо организованного строя латников, арбалетчиков и замковых клириков парили трое архангелов, вообще не обращая внимания на сотни направленных на них наконечников копий и стрел.       «Так, двое те что по краям простые стражи». — срисовал я, после быстрого осмотра прилетевшей тройки, а после сосредоточил внимание на стоявшей в центре женщине-ангелу. В отличие от двух других крылатых, она была облачена не в традиционные для них тяжелые доспехи, а в белую облегающую накидку, с тяжелыми наплечниками, стальными ботфортами и закрытым железными шлемами. — «Она здесь главная».       Легкое движение рукой и глава моей гвардии, старый, но всё еще могучий вояка, по имени Павел, вышел вперёд и, усилив голос маной, выкрикнул:       — О верные слуги Эльрата, вы находитесь на землях рода Ворона, Его Светлости Андрея Ворона! Назовите себя и скажите, по какому вопросу, вы ступили на камни этого замка?!       «Вот, что значит незамутнённые сила и могущество». — c усмешкой подумал я. — «Других бы уже нашинковали в салат, а здесь вежливо интересуются, за малым хлеб с солью не предлагают».       Тем временем, та самая женщина, обладавшая среди троих «гостей» самыми большими крыльями и совершенным нимбом, немного вылетела вперед и произнесла:       — Меня зовут Маэль. — её голос, искаженный из-за глухого шлема, был дребезжащим и громким, ударяя по ушам и невольно заставляя поморщиться. — Я высший член Совета Архангелов и прибыла сюда по указанию самого Владыки Метатрона, доставить послание для Андрея Ворона.       «Просто Андрея Ворона? Даже без титула?» — усмехнулся, еще раз кивнув главе гвардии, прекрасно знавшего, что нужно говорить:       — Для нас честь приветствовать послов самого Владыки и мы с радостью передадим его нашему господину.       — Нет. — бескомпромиссно отрезала архангел. — Послание должно быть передано лично в руки Андрею Ворону, наедине.       «А вот это наглость». — подумал я, нахмурившись и подозвав ближайшего слугу послал его за Мельхиором и Василием, как вторыми по силе людьми в замке после главы гвардии. Он же тем временем продолжал стоять на своем:       — Это недопустимо. Мой господин — герцог Священной Империи Грифона. Я не могу подвергнуть его такой опасности.       — Я всего лишь передам послание Владыки. — повторила свои слова незваная гостья, сложив руки на груди. — Никакой опасности для вашего господина это не несёт.       «Так, нужно это прекращать». — заметил вздувшиеся вены на лбу старого вояки.       Зная его, он мог импульсивно обвинить ангелов во лжи, что сильно бы ударило по моей репутации и отношениям с этим народом. Ведь каждый благородный в Империи знал — дети Эльрата не могут лгать и считают такие обвинения за невероятное оскорбление.       — Для меня честь приветствовать высшего члена Совета Архангелов, госпожу Маэль. — примирительно произнёс я, пройдя сквозь расступившийся строй гвардейцев и приветственно разведя руками. — Я готов принять вас и получить послание Владыки, но только в присутствии моих доверенных людей.       И видя как она собирается возразить, добавил:       — К сожалению по другому нельзя, ведь таков закон, передаваемый среди моих предков из поколения в поколения.       После этого, ей пришлось заткнуться. Дело в том, что одним из аспектов Эльрата был именно Закон и пойти против него, его дети просто не могли. Из-за этого, уже через полчаса, когда гвардия была возвращена на посты, встревоженные слуги и горожане успокоены, а излишне ретивые лорды, гостившие в Пике, отправлены по домам, я сидел на своём троне, в окружении Мельхиора, Василия, Павла, и нескольких высокопоставленных священников и пяти магистров рыцарских орденов, бывших в этот момент в столице герцогства, и слушал послание от главы ангелов, которое оказалось устным:       — Владыку Метатрона очень беспокоит происходящее в Империи… — пересказывала слова своего лидера архангел, сняв свой шлем. Под ним оказалось красивое женское лицо, с длинными пепельными волосами и сиреневыми глазами, испорченное кривым длинным шрамом, проходящим по диагонали от лба до шеи, и жёстким и хищным выражением лица, с нахмуренными бровями и опущенными вниз уголками рта. — раскол произошедший на Великом Соборе между императором Николасом и герцогами Андреем, Дунканом и Эцио, недопустим и грозит целостности государства, что неприемлемо.       — Я полностью с вами согласен, архангел Маэль. — согласно изрёк я, нахмурившись и скрестив руки на груди. — Вот только, я бы не назвал произошедшее расколом. Мы всего лишь не согласились с решением императора, посадить на место нового правителя земель Волка своего потомка, опасаясь подрыва устоев империи.       — С этим не должно быть никаких проблем. — не изменившись в лице ответила Маэль. — Род Грифона веками показывал себя в самом лучшем свете, всегда следуя заветам Эльрата.       — Это так. — невольно скривился в раздражении. Спорить с ангелами, всегда было трудно из-за их категоричности и совершенно иной психики и менталитета.       Одно то, что они не могли врать влияло на слишком большое количество аспектов их личности, из-за чего приходилось очень аккуратно подбирать слова.       — Но, к сожалению Его Императорское Величество, слишком долго жил под гнётом пустоманта Маркела. Я опасаюсь, что это могло плохо повлиять на него.       — Исключено, — жёстко и отрывисто произнесла архангел, чьи брови ещё сильнее сомкнулись на переносице. — после раскрытия ячейки Ордена Пустоты в Когте, Владыка покинул Гелексию и наведался в столицу, чтобы лично проконтролировать искоренение этой ереси. В это время, он провёл разговор и службу для императора и не нашёл в нём ни капли тьмы.       «Она реально такая тупая или просто притворяется?» — задумался я, смотря на серьёзное лицо, которое в ходе разговора становилось все смурнее и смурнее. — Госпожа Маэль, вы ведь понимаете, что человеческая душа в потёмках. Неизвестно, семена каких идей мог взрастить Маркел. Они могут годами расти на благодатной почве императорского двора…       — Довольно! — неожиданно резко пролаяла архангел, чья печать резко засияла и уже через мгновение, я почувствовал на своей коже жжение обжигающего светового меча, а два других ангела приставили клинки к шеям Мельхиора и Павла, самых сильных из присутствовавших здесь людей.       Мои вассалы тоже не остались в долгу — в спины каждого крылатого гостя уперлись по три клинка, а Мельхиор и священники в своих нательных крестах сконцентрировали столько маны, что одним ударом могли отправить на тот свет десяток простых людей.       — Что это значит, госпожа Маэль? — надменно изрёк я, прилагая все усилия чтобы ни вздрогнуть, ни захрипеть, и внешне оставаться невозмутимым, хотя на деле у меня сердце в пятки ушло. Даже сглотнуть было нельзя, ведь я прекрасно чувствовал природу света, горящего на клинке этой гадины. Карающий Аспект Эльрата, который при более плотном контакте мог сжечь мне всю шею. — Я думал, вы просто доставите послание Владыки.       — Это часть послания, герцог. — ответила она, даже не шелохнувшись когда клинок одного из магистров еще сильнее надавил ей на спину. — Если вы продолжите угрожать целостности Империи, то мне приказано убедить вас любыми доступными способами.       — Даже угрозами? — пренебрежительно фыркнул и задумчиво приподнял бровь и мягко проведя ногтем по клинку, который не обжег меня лишь из-за сконцентрированной в нём маны.       — Любыми способами, — подтвердила она, ещё сильнее нахмурившись и взглянув мне прямо в глаза.       — Вы же понимаете, что убив меня, вы не уйдете отсюда живыми. — привёл я следующий аргумент, попытавшись невербально наложить заклинание Связи, чтобы связаться со стоявшей за дверями гвардией, но надавивший мне на шею клинок напомнил, что ангелы гораздо лучше людей умеют чувствовать ману.       — Если это позволит добиться цели, это неважно, — равнодушно уронила Маэль, а сверкнувшее в ее глазах пламя веры и фанатизма позволило мне наконец вспомнить один из моих многочисленных разговоров с Киранелем, в одном из которых он мне упомянул о Совете Архангелов и пяти Высших, к которым принадлежала эта стерва.       «Вот дерьмо! Как я мог не догадаться!?» — в панике пронеслось у меня, когда я понял КОГО ко мне послал старейший из ныне живущих ангелов. — «Единственная женщина-ангел в Совете и, самое поганое, лидер Серафимов, Багровая Маэль».       Серафимы или же Кровавые Ангелы, были самой страшной сказкой, ходившей по просторам Империи. Впервые, упоминания о них можно было встретить семьсот лет назад, во времена войны Первого Затмения. Именно они, стали первыми предводителями орков, ведя только, что новосозданный народ в битву против демонов. При этом, большинство прошедших демонизацию людей, не могли сдерживать порывы своей крови и именно серафимам приходилось избавляться от них, чтобы не подрывать мораль войск.       По слухам, как раз из-за этого их крылья окрасились в красный и они лишились возможности воскрешать, ведь среди рабов и преступников, из которых маги создавали орков, было много истово верующих в Дракона Света.       Но, на этом история серафимов не закончилась. Спустя век, именно они начали первыми преследование Белкета, ученика Сар-Шаззара, когда тот создал искусство некромантии и стал первым ангелом отвернувшимся от Эльрата. Этим, они чуть не втянули Империю в страшную войну с Серебряной лигой.       Именно они, если верить 6-й части, создали проект Небесного Воинства, а после событий Второго Затмения, совместно с Инквизицией, начали активно рыскать по империи в поисках еретиков и демонопоклонников. Вот только, инквизиторы были вынуждены по закону проводить хоть какое-нибудь расследование, а вот кровавокрылые могли сжечь или убить человека на ровном месте. От массовой резни простых жителей Империи спасало то, что серафимов было мало, всего пара сотен, и большую часть времени, они проводили охраняя важнейшие реликвии ангелов.       «Киранель упоминал, что их лидер настоящая фанатичка, исполняющая любой приказ Совета, но чтобы её послали ко мне…». — я почувствовал, как от напряжения, по виску медленно стекала капля пота. Проблема её положения была не в том, что ангелы физически не могли врать, из-за чего угроза моего убийства была реальной. Нет, это значило, что если мои люди убьют эту заразу (что тоже не факт, незря она уже пол тысячелетия коптит это небо), а то, что сюда явятся остальные серафимы и устроят на моих землях резню достойных Шио. — «Делать нечего. Меня прижали к стенке. Придётся подчиниться. Всё равно, империи Грифона осталось недолго, а эту угрозу я ангелам еще припомню».       — Хорошо. Я согласен. — выдохнул я, взяв меч в руку и, не обращая внимания на боль, отвёл его от своей шеи. — Я распущу армию и не буду угрожать целостности Империи.       Глаза Маэль, услышавшей это, немного потеплели, и она сама убрала меч, который просто растворился в её руках. Вот только, прежде чем она успела хоть что-то сказать я продолжил:       — А теперь… Пошли вон с моих земель! Отныне… вы нежеланные гости в герцогстве Ворона!       — Андрей, эти слова… — опешив от услышанного, хотела было возразить Маэль, но я не собирался её слушать.       — Повторяю последний раз. Пошли. Вон. С моих. Земель. — раздельно выговаривая каждое слово, выпустив наружу всю свою ману, которой оказалось достаточно, чтобы двое других архангелов невольно вздрогнули. — Это моё последнее предупреждение. Останетесь здесь дольше необходимого, я самолично вырву ваши крылья и сделаю из вас чучела!       Боялся ли в этот момент за свою жизнь?       Ни капельки.       Во мне бушевал гнев, как в том меме про собачку породы Чихуахуа. Наполовину страх, наполовину гнев.       А ангелы — существа Порядка и подчинялись законам Эльрата, перед которыми я был абсолютно чист. Передав так называемую ноту протеста своего верховода, они потеряли любой повод хоть как-то мне угрожать, пока я сам не перешёл черту. Из-за этого уже спустя пару минут, они покинули мой замок, улетев куда-то в сторону востока.

***

      Буду честен — изначально произошедшее не укладывалось в голове ни у меня, ни у Мельхиора, ни остальных моих вассалов, присутствовавших в тронном зале в тот день.       Просто так прийти и угрожать герцогу Империи, несмотря на все возможные последствия?       Тупее — даже придумать сложно.       Вот только, пораскинув мозгами посерьезней, я понял что здесь был только голый расчёт. На одной стороне весов было устранение угрозы гражданской войны, а с другой — недовольство пары-тройки герцогов, которые в сухом остатке, ничего не могли ангелам противопоставить.       Да, прошли те времена, когда отголоски битв ангелов и безликих могли ввергнуть в руины большую часть Асхана, оставив от этих народов лишь тень их былого величия. Вот только, сил первых, что вторых, вполне хватило, чтобы стереть в порошок одно или два герцогства.       Конечно, объединись Империя в единый кулак и пожелай накостылять ангелам, у пернатых не было и шанса, вот только, это было невозможно из-за главного фактора, объединявшего Империю.       Веры.       Именно вера в Святого Дракона Света, объединяет людей вокруг лордов, церкви и императора, и ангелы в этой системе всегда были голосами и глазами Изначального дракона. Предложи я своим людям пойти в бой против крылатых, духовенство и мещане меня бы не поняли и на вилы подняли.       Да, они оскорбили меня, герцога Империи. Да, показали аристократии Империи, которая ОЧЕНЬ трепетно относится к своей власти, что они не самые толстые жабы в этом болоте. Да, сильно порушили веру некоторых людей в непорочность своей расы, ну и чё?       На примере Киранеля мне было известно, что большинство ангелов больше похожи на машины, а не живых людей, с редкими исключениями в лице Уриэля или Сары. Им на глупые обиды нас, существ-однодневок, было плевать с высоты своих парящих городов.       Как я узнал позже, такие же визиты вежливости были нанесены и Дункану, и моему деду. И если Олень, в тот момент тайно находившийся вне стен своего замка, не имея под рукой достаточной охраны, был вынужден согласиться и пойти на уступки, особенно когда ему приставили горящий клинок к хозяйству, то Эцио, как старый и гордый архимаг, не стал терпеть такой наглости.       Как мне рассказывали очевидцы, в тот момент пребывавшие в Святотени, своей битвой с архангелами дедушка разгромил одну из главных башен, вышвырнув тех на замковые стены. После, он воспользовался заклинанием Малой телепортации, перенесся крылатых гостей за территорию столицы, и уничтожил их за один удар, применив заклинание по описанию которого, любой человек, хоть немного сведущий в магии, узнал бы сильнейший козырь в руках заклинателей Тьмы — Нечестивое Слово. Магию, наносящую просто невероятный урон существам Света и Порядка, которыми являлись ангелы. Заклинание, обычно применяемое при крупных сражениях, оставило от детей Эльрата лишь жирную кляксу и пару перьев.       Услышав об этом, я подумал, что всё — пиздец. Владыка и император не спустили бы с рук убийство архангелов, а Быки — нападение на своего патриарха. Но, Эльрат, похоже был на нашей стороне и всё обошлось.       По официальной версии, которую выдвинула императорская семья и Церковь, Эцио Бык оказался еретиком, раскрытым доблестными слугами Эльрата, к сожалению погибшими от его рук. После этого его наследник, мой дядя Педро, попытался схватить его для суда Инквизиции, но не успел до того, как он завершил заклинание Великой телепортации и скрылся в неизвестном направлении.       Позже, пару месяцев спустя, один из прибывших в Пик торговцев передал мне письмо, написанное от руки дяди. В нём говорилось, что дедушка понимал, что убийство архангелов могло не просто привести к войне, но и расколу внутри самого герцогства Быка. Ведь в землях Быков, Гончих, Волков и отчасти Единорогов властвовала Южная фракция Церкви Святого Дракона или, как я их называл, фракция рационалистов. Они, в отличие от Мельхиора и духовенства земель Оленя, Ворона и имперской провинции, принадлежавших к Северной фракции теологистов, были гораздо сильнее политизированы и принимали решения выгодные в первую очередь им и Церкви.       Именно в таком порядке.       Поэтому дедушка, отправился далеко на Восток, в Шантри, которую он давно хотел посетить, мирно передав бразды правления давно готовому наследнику. Хэппи энд, с привкусом поражения. А я сжёг письмо.       В общем, ангелы, оказавшиеся второй властью в государстве, жёстко решили возникший кризис, встав на сторону императора. Такой поступок имел далекоидущие последствия, ведь произошедшее не слишком понравилось Северной Фракции, из-за чего, большое количество священников начало покидать Церковь, разочаровавшись в ней.       «Забавно, что пернатым на это тоже было глубоко плевать». — подумал я, продолжая медленно скакать в сторону ремесленного квартала Исталона. — «Для них, в происходящем нет ничего страшного, пока Инквизиция лютует и ищет по всей Империи еретиков и демонопоклонников, а священники продолжают проводить необходимые службы. То, что на место глубоко верующих теперь приходит всё больше маргиналов, постепенно подрывающих веру в Эльрата, их не особо-то и волнует».       — О чём задумался, Андре? — вырвал меня, из задумчивости, голос Айрис.       — Вспомнил о Мельхиоре. — сказал я частичную правду, невольно сжав заболевшую ладонь. Оказалось, что ожог, отставленный мне мечом Маэль было невозможно исцелить традиционной магией Света, ведь это был божественный артефакт, дарованный ей самим Эльратом. — Не видел его уже несколько месяцев.       — Ты же знаешь, почему он занят, — ответила она, подъехав поближе и доверительно прикрыла мою руку своей ладонью. — сам ведь нагрузил его работой.       — Ты, как всегда, права, — улыбнулся я ей, крепко и с чувством сжав её пальцы. — не дело, чтобы столько хороших священников пропадало зазря.       Массовый исход священников, не мог положительно сказаться на деятельности Церкви, влияние которой на Империю было сложно недооценивать. Ведь именно жрецы Эльрата, были духовными наставниками в деревнях, сёлах и городах, также исполняя роль лекарей, комбинируя классическую медицину и магию, и учителей, которые преподавали в воскресных школах и храмах. Из-за этого, большая часть населения Империи умели читать, писать и считать (но далеко не вся, ведь не каждый видел в этом необходимость, ибо не видят в этом ценности), что создавало хоть какие-то социальные лифты в среде мещан, давая им шанс в будущем, уехать в город и стать купцом или заводчиком.       Поэтому, чтобы хоть как-то сохранить веру простых людей в Церковь и не подрывать стабильность герцогства, Мельхиор, как глава Церкви в моей провинции, и Рэндалл, архиепископ земель Оленя, делали всё, чтобы хоть как-то сократить последствия. Лично посещали монастыри, общались с главами ушедших, вели активную переписку с епископами в других провинциях, читали проповеди, где аккуратно, но всё же осуждали поступок ангелов.       Это приносило плоды — большая часть жрецов, служивших в герцогстве Оленя и Ворона, оставались в лоне Церкви, а прибывавшие из имперской провинции и земель Единорога, даже увеличивало их количество, против чего я не был против. Ведь каждый клирик, это не только обученный лекарь и учитель в одном флаконе, но и неплохой боец, что в преддверии вторжения демонов был так необходим.       — К тому же, ты сам видел насколько сильным он стал за последние годы, — между тем, продолжила разговор Айрис, со своей неизменной мягкой улыбкой. — его глаза аж светятся от переполняющей его маны. А уже его усы и борода, ум-м-м-м…       — Мне начинать ревновать? — в шутку нахмурившись спросил я, от чего девушка невольно прыснула в кулачок со смеху.       — Не надо, — махнула она лапкой, взглянув на меня с хитринкой. — за ним и так толпа девиц бегает, а если к ним присоединишься ты…       — Эй, что за инсинуации?! — наигранно возмутился я, приложив руку к сердцу. — Уж ты должна была знать, что моё сердце давно принадлежит другой!       — Я её знаю? — состроила она максимально невинную моську.       — Знаешь, знаешь. Каждый день в зеркале её видишь. — ответил я, пожав плечами. — У нее ещё глазища такие голубые, глубокие, хитрющие. Сразу видно — прохиндейка.       — А вот это точно инсинуации! — отразила Айрис, по-детски надув щёки. — Когда это я была такой?       — Всегда, — беззлобно фыркнул я, начав вспоминать случаи, когда она, будучи маленькой, часто пользовалась своей невинной внешностью, чтобы, то на кухне лишнее пирожное стыбзить, то с грифонами подольше посидеть, то в постели подольше поваляться. Про то, что она творила с бедными наставниками, видевших в ней своих внучек, я вообще молчу.       Айрис отнекивалась, отшучивалась, утверждала, что такого никогда не было, но в конце концов призналась в своей прохендейности, обвинив меня в том, что именно я её испортил. Последнее, я даже не стал отрицать, лишь весело рассмеявшись вместе с девушкой.       Буду честен — именно за такие моменты, маленькие, незначительные, но такие милые, я и полюбил Айрис. После отъезда Анастасии, она всегда была тем Солнцем, одаривающим мне своим мягким теплом и заботой, даже в самые сложные и тяжелейшие моменты.       Набеги орков, попытка ограбления казны залётными тёмными эльфами, аферы крупных торговцев, нахождение небольших культов еретиков и некромантов, конфликты с обнаглевшими инквизиторами, поездки в Дорогу Драконов…       Про каждое из этих событий можно было книгу написать, вот только за восемь лет, их произошло так много, что они стали той самой тягомотной рутиной, из-за которой, я от безысходности, иногда хотел на стенку лезть и выть.       «Хорошо, хоть не я один» — промелькнула у меня мысль, когда мы наконец прибыли к интересующей меня кузнице, откуда доносились многочисленные удары молотов и маты мастеров на глупых подмастерьев.       Несмотря на обилие мелких стычек, войн и конфликтов, на тихой и мирной жизни в остальной Империи на протяжении последних восьми лет это не отразилось.       Николас, который первое время, был окрылён поддержкой ангелов, очень быстро узнал об оборотной стороне медали. Для большинства аристократов поступок Владыки, после его визита в Коготь, стал последствием слов и действий императора, натравившего ангелов на собственных герцогов, не став решать свои проблемы самостоятельно.       На первый взгляд, хорошее решение, вот только таким образом, Николас считай признался в собственной беспомощности и приобрёл репутацию стукача, нажаловавшегося «большому папе». Когда бедняга осознал произошедшее, то бросил все попытки расширить влияние своей семьи на герцогства Гончей и Волка, лишь назначив туда временных губернаторов в лице Годрика и, что удивительно, Аларика, старого друга Дугала, дослужившегося до епископа и заработавшего в Святопламени достаточно хорошую репутацию, занявшись восстановлением порушенной репутации, что никогда не бывает просто.       «Ему целых пять лет понадобилось, чтобы к его имени в высшем свете перестали добавлять Доносчик» — с улыбкой вспомнил я, спрыгивая с коня и направляясь в сторону сталелитейных мануфактур.       Благодаря свалившимся на Николаса проблемам, конфликт, который мог привести к гражданской войне, был заморожен и отложен на полку, что большинство сторон устроило. Императору нужно было время для взросления и женитьбы Изабель, чтобы еще прочнее упрочить свои позиции, Дункану для поиска союзников в лице клана Северного Ветра и северных эльфов Ироллана, где он и его люди могли получить убежище в случае войны. Быки тоже проворачивали какие-то дела с нагами и магами, а про вашего покорного слугу, я вообще молчу.       Для того, кто несмотря на недоумение вассалов и сыплющиеся как из рога изобилия мелкие проблемы, продолжал с упорством барана наращивать армию и все связанные с ней производства, мирное время было самым необходимым. Чем больше исторических трудов, я выписывал из библиотек Серебряных и Вольных городов (жаль с магией так не вышло, её секреты хранили за семью печатями), тем лучше осознавал, насколько были опасны демоны.       Что Инферно не просто одна из фракций, игромеханически равная по силам всем остальным, а настоящее Зло, которое когда-то поставило раком весь Асхан и вынудило будущего Седьмого, принести себя в жертву ради запечатывания этого незамутнённого Зла. Попытка противостоять такой силе, могла показаться настоящим безумием, но я каждый раз отгонял эту мысль и шёл вперед. Как в прямом, так и в переносном смысле.       — Добрый день, Ваша Светлость, — поздоровался со мной высокий, лысый и мускулистый мужик, наверняка являвшийся здесь главным кузнецом. — Мы вас ждали.       — Прекрасно, — убрав с лица любую доброжелательность и став для окружающих тем, кто я есть. Герцогом Андреем Вороном, суровым и холодным хозяином этих земель. — Покажите мне плавильни, механизмы молотов и рабочую зону.       — Как прикажите, господин. — слегка удивившись моим знаниям в техпроцессе, кивнул кузнец, поведя нас вглубь мануфактуры, откуда до сих пор доносились звуки ударов металла об металл и зычные выкрики мастеров и их помощников.       — Слишком много дерева, — нашёл я первый недостаток, увидев большое количество деревянных балок, используемых для поддержания крыши. — Когда вы начнёте работать на полную мощность, это может грозить пожарами. Заменить на камень или моренный дуб.       — Слушаемся, господин. — кивнул безымянный кузнец, верной тенью следуя за мной.       — Какая система используется для механического колеса? — продолжал я, по ходу дела, задавать вопросы, беспардонно проходя меж расходящихся передо мной ремесленников.       — Колесо Маркета, — ответил побледневший кузнец, в чьих глазах зажглась паника. Хорошо знакомая мне паника — такая бывает у людей, думавших, что встретили дурака, который просто походит и уйдет, а перед ними оказался человек, не хуже их разбирающийся в вопросе.       — Лука говорил мне, что должно использоваться колесо Сайруса. Оно более эффективно, благодаря шестерёнкам, усиливающим эффект движения. — заметил я, нахмурившись. — Почему его не использовали?       — Главный инженер Фед так велел, — начав мять свой кожаный фартук ответил кузнец. — сказал, мол колесо Сайруса излишне мощно и не нужно тратить на него деньги.       — Так… — прошептал я, до белых костяшек сжав кулаки. Ведь и без колеса я уже видел несколько моментов, которые в будущем могли помешать работе кузни, а значит сорвать поставки оружия и доспехов. — Позови-ка мне этого главного инженера. У меня к нему есть пара вопросов.       Глоть…       Судя по побледневшим кузнецам и Айрис, которая пальчиком показала на глаза, я опять не сдержался и выпустил наружу немного маны и Света, от чего мои серые глаза сейчас сияли белым, всепожирающим огнем.       «Так даже лучше». — я деловито развернулся, продолжив своё шествие по кузне. — «Ни одна умная паскуда не посмеет сорвать мои приготовления, накануне приближающейся войны».       Этот день, который должен был завершиться простым визитом в очередную кузню, закончился казнью и наказанием Карающим Светом нескольких проворовавшихся слуг местного барона. Рутина, происходившая до этого не раз и не два.       Да, прошедшие восемь лет были наполнены тяжелыми событиями, вот только человек такая тварь, которая привыкает ко всему.       Я тоже привык.       Стал старше, сильнее, умнее и что хуже всего — я стал гораздо злее, надменнее.

***

      Сильда, 4 день месяца Лучистой короны, 969 год Седьмого Дракона.       11 дней спустя. Утро.       Хозяйская спальня, Резиденция герцогов Воронов, Пик Ворона, земли герцогства Ворона, Священная Империя Грифона.       — Ум-м-м… — протестующе простонал я, когда один из солнечных лучей прошёл сквозь окно и попал мне прямо на глаза. — Дорогая, у-а-а, ты зачем окно открыла…       — Вставать пора, соня. — ответил мне задорный женский голос, исходивший откуда-то сбоку, где должен был располагаться небольшой столик с зеркалом. — Уже скоро завтрак, а после этого тебе нужно отправить поздравление. Забыл какой, сегодня день?       — Нет. — ответил я, посильнее завернувшись в одеяло, собираясь вырвать ещё полчасика, вот только мне этого позволять не собирались, нагло отобрав мою единственную защиту от солнца. — Милая, это уже наглость. Дай поспать.       — Неа, — решительно рубанула по воздуху Айрис, которая была в одной ночной рубашке, хорошо просвечивающей в лучах восходящего Солнца и дававшей мало места для воображения. — Нужно вставать, Андре. У тебя много дел.       — Милая, ты не представляешь насколько сейчас прекрасна. — от чистого сердца сказал я, немного приподнявшись и облокотившись на локти, чтобы получше её рассмотреть.       — Лесть тебе не поможет. Вставай давай, — по своему интерпретировав мои слова, ответила Айрис, хотя её щеки немного порозовели.       — Какая лесть? — оскорбленно фыркнул, нежно взяв её ладонь и оставив на ней едва заметный поцелуй. — Только чистая правда.       — На мне это не сработает, — попытавшись изобразить уверенность, нахохлилась она, стараясь при этом, не смотреть мне в глаза. — Вставай, Андре. Сюда вскоре придут слуги.       — Как будто мне есть до них какое-то дело, когда здесь… — почти шепотом и заговорщицки произнёс я, обхватив ее кисть пальцами и дернув на себя. — … ты.       — Кья! — вскрикнула девушка, не ожидавшая такого фортеля и упавшая прямо в мои объятья. — Андре! Подлец!       — Раз мне это позволило заполучить тебя, то да. — ответил я, прижимая к себе тонкое и хрупкое, на первый взгляд, тело, но под которым чувствовались развитые и сильные мышцы, способные при желании и Усилении, гнуть металл.       — Нам нужно идти! — попыталась вырваться Айрис, но не смогла. Ведь от природы никуда не деться — как мужчина я был сильнее её, от чего девушка лишь бессильно брыкалась, пытаясь вырваться, пока не решила прибегнуть к финальному аргументу. — Андре, сегодня свадьба императора и леди Изабель! Нужно отправить поздравление!       «Будто бы я не помню». — раздражённо пронеслось в моём разуме, ведь, именно из-за этого не мог уснуть сегодня полночи и от чего не хотел подниматься с кровати. — Плевать, дорогая. Хоть самих Арката и Шалассы, пока у меня в руках ты, я никуда не пойду.       И слегка переместить их. Правую повыше, левую пониже.       — Андре! — вскрикнула ставшая полностью красной Айрис, будто бы вчера вечером не оказывалась в точно такой же позиции и говорила совсем иные вещи. Одним словом — женщина. — Я уже позвала слуг. Они скоро будут.       — И что? — спросил я с видом мыслящего кирпича, зарывшись носом в копну светлых волос и вдыхая их опьяняющий аромат, ещё с прошлого мира, бывших моей слабостью. — Постоят за дверью. Им не привыкать.       — Но… — хотела было возразить девушка, которая уже перестала вырываться и думаю, через пару минут приняла бы мои аргументы, вот только…       Тук-тук…       В дверь неожиданно постучали.       — Кто там? — раздраженно крикнул я, вынужденно убрав голову от волос.       — Господин, это Светлана. Срочное послание от господина Василия. — послышался знакомый голос главной служанки. Вот только это было странно — она вчера лично отпросилась у меня на три дня, для заключения помолвки с сыном одного из главных купцов города. Вкупе с тем, какой сегодня день…       — Хорошо. Иду. — ответил я, мягко отложив Айрис в сторону и, взяв с прикроватного столика кинжал, подошёл к двери.       «Так, как там учил Мельхиор. Ману и веру в нос, а затем резкий вдох». — мана потекла в нужное место, нос напрягся и я почувствовал, как сквозь щелку дверей до меня доносится запах гари, серы и крови.       — Бля… — в одном слове смешалось столько горя, боли, тоски и ненависти, что не помешало мне за секунду наложить на себя Усиление и, напитав клинок Карающим Светом, резко сделать укол, пробив насквозь дверь и живот стоявшей там «горничной».       — Гря-а-а-а-а-а!!! — взревела в вопле мразота в шкуре человека, быстро меняя облик с простой черноволосой девушки на демоницу, с телом женщины с серой кожей, рогами, длинными когтями и горящими желтыми глазами.       — Какая молодая и какая паскуда, — ненавистно произнёс я, прямо вглядываясь в глаза суккубы, после того, как выбросом Света испепелил дверь, на время ослепив ту и нанеся ей пару неприятных ожогов. — даже крыльев нет.       — Андре?! — непонимающе выкрикнула Айрис, уже стоявшая спиной к стене с мечом наголо.       — Ничего страшного, дорогая, — буднично пробурчал, довернув клинок в животе несостоявшейся убийцы, не срывая зрительного контакта с демоном, вызвав ещё один громкий вопль у последней, от чего мне почему-то стало очень хорошо.        Этажом ниже послышался топот несущихся ко мне гвардейцев.       — Пощ-щ-щад-дии… — захлебываясь кровью и обливаясь слезами, пробулькала суккуба, вяло пытаясь потянуться ко мне руками или хвостом, но Свет полностью парализовал её тело.       — Поздно пить боржоми, — ответил я, но демон не выкупал моей фразы. — Если бы ты была посильнее, то наверняка знала, что Карающий Свет для вас, демонов, смертелен. Так что, ты в любом случае скоро вновь окажешься в Шио.       — Я убью тебя… — прошептала несостоявшаяся убийца, бросив на меня полный ненависти взгляд.       — Наверное, я не спорю, — философски пожал плечами, положив ей ладонь на лицо. — Но, до этого момента, тебя ждут века выживания в Шио, я дал тебе подсказку, ну… Увидимся!       Вжух…       Мощный выброс Света и на домотканый ковёр медленно ниспадает горсть сожжённого жирного пепла, которую через пару секунд увидели забежавшие в коридор гвардейцы.       — … И он испарился. — меланхолично произнёс я себе под нос.       — Что произошло, милорд?! — выкрикнул заместитель капитана гвардии, непонимающе вертя головой.       — Рутина, лейтенант, — саркастически хохотнул в ответ, картинно кряхтя вытерев запачканный клинок полами ткани платья оставшегося от моей бывшей главной служанки. — Объявляйте тревогу. Не только по всему замку, но и по всему Герцогству. Началось новое вторжение демонов.       Будто подтверждая мои слова, Солнце за окном потемнело и все шокировано заозирались на то, как Красная Луна понемногу заслоняла небосвод, не в силах оторвать взгляд.       — Ну что ж, господа, — обратился я к гвардейцам, немного полыхнув маной и приведя их в чувства. — поздравляю! Началась война Шестого Затмения.